глава 15
Глава 15. Отказ от пути, который не был его
В деревне все было на пределе. Старейшины, Цунадэ, даже Какаши — каждый знал: время пришло. Джирайя сам вызвался взять Наруто под крыло. Три года вдали от мира, в постоянных тренировках, чтобы сделать из него оружие, достойное сдерживать и защищать.
Но это был план не для него.
В особняке стояла тишина, прерываемая лишь шорохами мягких тканей и шелестом ветра за окнами. На коленях у демоницы Наруто лениво дремал, его голова покоилась у неё на животе. Она перебирала его волосы когтистыми пальцами, но нежно, как будто убаюкивала котёнка. Его глаза были прикрыты, но он не спал. Просто… наслаждался моментом.
— Джирайя пришёл, — сказала она. — Он ждёт.
— Пусть ждёт, — отозвался Наруто сонно. — Я никуда не поеду.
— Он хочет взять тебя на три года. Тренировать.
— Пф. А у меня уже есть лучший учитель, — он приоткрыл один глаз и посмотрел на неё снизу вверх. — И с тобой тренировки куда интереснее… особенно когда ты злишься.
Она приподняла бровь, а уголки губ скривились в тонкой, хищной усмешке.
— Злишься? Ты ведь специально нарываешься, чтобы я врезала тебе.
— И ты в этом чертовски хороша, — лениво потянулся он. — Ты такая красивая, когда вырываешь мне плечо.
Её крылья дрогнули от смеха. Она наклонилась, прижалась губами к его лбу.
— Извращённый котёнок. Ладно. Пойдём… побалуемся боем.
---
Они выбрались за пределы особняка, в небольшой каньон, где земля хранила отпечатки их прошлых столкновений. Тренировочная площадка? Нет. Поле битвы любви.
Она первой прыгнула, и ветер загудел от давления её крыла. Когти пронеслись рядом, почти задев его щёку, но он увернулся, скользнув вдоль её тела и ударив ребром ладони в живот. Она отлетела — и в следующий миг врезалась в него коленом. Он отлетел, сбив скалу.
И расхохотался.
— Даа! Вот так!
Он встал, стряхнул пыль. Его чакра пульсировала, кожа покрывалась тонкими трещинами от перегрузки — но он улыбался. Широко. Беспечно. Почти безумно.
Она видела это. Как он смотрит на неё с диким восторгом. Как каждый удар приносит ему удовольствие. Как он впитывает её ярость, её силу… и жаждет ещё.
Он снова прыгнул — на этот раз с криком, больше похожим на рык. Её крыло врезалось в его бок. Он выронил чакру, упал — и рассмеялся.
— Сломала ребро? Спасибо…
Она опустилась рядом, схватила его за волосы и притянула к себе, заставляя смотреть в глаза.
— Ты безумен.
— Безумен по тебе.
Она облизнула губы. Её сердце билось чуть быстрее. Она любила этот блеск в его глазах. Любила, как он смотрел на неё. Любила боль, с которой он сливался, чтобы быть рядом с ней.
Он лёг, вытянувшись на спине. Дышал тяжело. А она опустилась сверху, села на его бёдра.
— Хочешь, я разорву тебя на куски? — прошептала она, проводя когтями по его ключицам.
— Если потом ты меня снова соберёшь…
— Котёнок…
Она наклонилась и поцеловала его. Глубоко. Жадно. Он прижал её к себе, чувствуя её тяжесть, жар, силу. Этот поцелуй был не первым, но в нём было что-то дикое. Слишком много эмоций. Слишком много желания.
Он никогда не чувствовал себя слабее — и счастливее.
---
Позже, уже вечером, когда их тела отдыхали, а разум всё ещё горел от эха поединка, она принесла ему пижаму. Розовую. С ушками.
Он посмотрел на неё. Потом — на пижаму. Потом снова на неё.
— Ты серьёзно?
— Надень. Ты же мой котёнок.
Он вздохнул и надел. Без протеста.
— Только не смей никому рассказывать.
— Никто не поверит, что демон с глазами звёзд убаюкивает легенду деревни в пижаме с ушками.
Он прислонился к ней. Она укутала его крыльями. А потом…
— Горячие источники. Завтра.
— Угу. Отпуск. Для нас двоих.
— И никого больше.
И они заснули. В темноте, среди шелеста крыла, под звёздным небом, в объятиях, в которых один чувствовал себя защищённым… а другой — живым.
А где-то за пределами их мира Джирайя ругался, Цунадэ кричала, и деревня гадала, почему Наруто вдруг исчез. Но им было всё равно.
Потому что это был их мир. И они никому его не отдадут.
...
Горячие источники были спрятаны в дальнем ущелье, за пределами деревни, где воздух был насыщен паром, а тишина нарушалась лишь журчанием воды. Наруто сидел по пояс в горячем бассейне, его руки раскинуты по каменному бортику. Вода обволакивала тело, заставляя мышцы расслабляться, но глаза его не были расслаблены — они следили за ней.
Стражница вышла из тумана, шаг за шагом, словно с небес спускалась аллая богиня. На ней — ничего, кроме капель воды и лёгкого розового свечения от внутренней чакры. Она не смущалась. Она никогда не смущалась. Но в её глазах играло озорство, заметное лишь для него.
— Ты выглядишь так, будто я сейчас тебя утоплю, — усмехнулась она, подходя ближе.
Наруто фыркнул:
— Если умру от твоих рук, это будет лучшая смерть. Или... перерыв.
Она склонилась к нему, её колени коснулись воды, грудь почти прижалась к его лицу. Он вздрогнул — не от страха, от жара. Она опустила ладонь на его голову, погладила волосы.
— Глупый. Мой котёнок. Такой слабый… но только для меня.
Он взял её за запястье, поцеловал пальцы — и тут же оказался под водой. Она втопила его в горячий источник, засмеявшись. Бульканье, хриплый вдох — он вынырнул, запыхавшись, с волосами, прилипающими к лицу, и диким блеском в глазах.
— Повтори это, — прошептал он, — ещё раз.
— Слабый котёнок? Мой? — Она склонилась ближе. Их губы встретились в паре — обжигающей, влажной, жадной.
Вода вокруг заколыхалась от чакры. Их бой в тот день был долгим. Он снова бросался на неё, как одержимый, и снова падал, как покорный. Её когти оставляли следы, но он только шире улыбался, задыхаясь от боли и восторга. Её глаза светились ярче, чем у солнца на рассвете.
Позже, в пещере у горячих источников, он лежал, закутанный в пижаму с утятами. Она её выбрала. Он не возражал. Его голова лежала у неё на груди, пальцы обвивали её когтистую руку.
— Ты мог бы править миром, — прошептала она.
— Мне лень. И ты куда интереснее, — зевнул он. — А ещё у тебя классный вкус в пижамах.
Она засмеялась. Тихо. Почти по-человечески. Потом замолчала, прижалась к нему крепче, как зверь к своему избранному. Он был её. Всегда будет.
И если мир не примет это — значит, миру придётся умереть.
...
...
Отпуск продолжался — и никто не знал, где они. Цунадэ отправила несколько команд, но все они возвращались ни с чем. Кто-то шептал, что Наруто выкрали. Кто-то — что он сбежал. Но истина была проще.
Он просто ушёл. Ушёл с ней.
На следующее утро они оказались в цветущей долине. Сотни деревьев, усеянных цветами. Тёплый ветер. Ручей с кристальной водой. И тишина — не городская, а живая.
— Ты когда-нибудь бывал здесь? — спросила она, сидя на скале, расчесывая когтями свои влажные волосы.
— Нет. Но ты рядом, и значит, это место — лучшее, — лениво ответил он, потягиваясь на солнце.
Он лежал в траве, снова в пижаме. На этот раз она была вишнёвая, с рисунками клубничек. Он не возражал. Ему нравилось, как она смотрела на него, когда он в ней. Как будто он — её трофей, игрушка, добыча и любимый одновременно.
Она спрыгнула со скалы и подошла к нему. Присела рядом. Тени от ветвей легли на них пятнами.
— Знаешь… — её когти провели по его шее. — Иногда мне хочется, чтобы ты был чуть-чуть злее.
Он хмыкнул:
— Я могу быть злее. Но тогда тебе придётся меня сдерживать. А я так люблю, когда ты не сдерживаешься.
Она навалилась на него, прижав к земле, её глаза сверкали. Они снова целовались — без суеты, но с жадностью. Он стонал, но не от боли — от наслаждения.
День прошёл в ленивой тренировке и поцелуях. Она учила его новому стилю ближнего боя, в котором он был постоянно отброшен, прижат, повален. Ему это нравилось. Её сила, её власть. А потом — её забота.
Ночью они устроили лагерь под открытым небом. Огонь потрескивал, насекомые пели. Она обняла его, укутав своим телом, словно зверь, укрывающий детёныша.
— Ты не хочешь вернуться? — спросила она тихо.
— Нет. Только если ты не скажешь. Только если ты не уйдёшь.
Она не ответила. Просто крепче прижалась. Их сердца бились в унисон. И весь мир сжался до одного дыхания, одного прикосновения, одного чувства: они — вдвоём.
...