Глава 2: «Я люблю тебя, папочка».
POV Пандора.
После безумно проведённого неловкого часа в доме Эштона, мы сидели в дешёвой закусочной, обедая жирной пиццей в углу.
Я была зажата между Калумом и Майклом, Люк и Эштон были напротив меня. Из всех мальчиков, мы решили, я спорила с Калумом и Майклом меньше всего, однако это не останавливало нас продолжать это.
Было просто невозможно быть рядом с ними, особенно с Эштоном. Он был так далеко, что я не могла его видеть.
– Это моя футболка? – спросил Люк с набитым пиццей ртом.
Я нахмурилась и посмотрела вниз на футболку «Green Day», в которой я была, слегка пожав плечами. Если говорить честно, она была его, но я точно не хотела признавать это.
– Я не знаю.
– Думаю, да.
– Почему твоя футболка так идёт твоей сестре? – усмехнулся Калум, делая глоток из стакана.
Люк пожал плечами и откусил кусочек от своей пиццы, толкнув Эштона. Он быстро посмотрел на меня и нахмурился, переключая своё внимание на моего неуклюжего брата-близнеца.
– Это было так необходимо?
– Что?
Эштон просто раздражённо покачал головой, возвращая своё внимание на пол куска его пиццы.
Наш малыш молча лежит рядом с ним. Я испугалась, что в любую минуту он может разрыдаться и побеспокоить каждого, но он всё ещё вёл себя тихо.
– Не мог бы ты обнять ребёнка? – спросила я, пиная ногу Эштона под столом.
Он медленно посмотрел на меня прежде, чем пнул меня в десять раз сильнее, заставляя меня взвизгнуть от боли.
Определённо будет синяк.
– Что за чёрт?
– Извини, – усмехнулся он, прижав ребёнка к груди, – Я хотела пнуть Майкла.
Я так хотела сказать ему что-то плохое, но не сделала это, решив, что это только усугубит ситуацию в двадцать раз. Тем не менее, он заботился о ребёнке, и это то, что мне было нужно.
– Думаю, Пандора должна оплатить счёт, – шутливо предложил Майкл, пододвигая свою пустую тарелку на середину стола.
Я быстро покачала головой и сделала лицо, полное отвращения, пережёвывая конец моей соломинки.
– Не думаю, что она должна.
– О, ты уверена? – заворковал Эштон, ласково погладив ребёнка, – Ты могла бы, если бы захотела.
– Ты такой смешной, Эштон, – я саркастически плюнула, оттолкнув от себя мою тарелку.
Люк наклонился вперёд и украл запасной кусочек пиццы из моей тарелки и, не стесняясь, запихнул весь кусочек себе в рот. Все остальные мальчики засмеялись, а я съёжилась и наклонилась вперёд, вытирая какой-то томатный соус возле уголка его рта.
Я почувствовала себя, чёрт возьми, его мамой.
– Что девушки находят в вас, ребят?
– Что, кроме идеальной внешности и бомбической задницы? – ухмыльнулся Эштон, заставляя меня закатить глаза.
Я не могла сказать, серьёзно ли он говорил или нет.
– Вы все такие... Ах, – вздрогнула я, плотно зажмурившись.
И поверьте, какими бы красивыми они ни были, есть место факту, что они были отвратительными свиньями, не заботящиеся ни о ком, кроме себя.
– Я не понимаю, как вы двое связаны, – сказал Майкл, кинув взгляд на меня, а потом на Люка, – Вы же совершенно разные.
– Спасибо Господу, – усмехнулся Люк, облегченно вздохнув и сделав вид, будто вытирает пот со лба.
Я закатила глаза и нервно зажевала мою соломинку, делая глоток из моей колы, пока внимательно наблюдала за Эштоном.
Он буквально держал меня в плену, и я не собиралась позволить ему нарушить это.
– У вас и носы разные, – отметил Калум, внимательно изучая моё лицо. Я откинулась назад, мне было неудобно из-за того, насколько близок он был. – И глаза!
– Пандора уродлива, – усмехнулся Люк, пробежавшись руками по своим волосам.
Я хотела наклониться к нему и схватить его глупую чёлку на его голове, но я этого не сделала, не позволяя себя остановить сейчас.
– А ты думаешь, почему у неё никогда не было парня? – усмехнулся Калум, заставляя мои щёки порозоветь.
Если бы и была черта, он бы просто пересёк её.
– Серьёзно? – ахнул Эштон, в удивлении раскрыв глаза, – Получается, ты никогда и не целовалась?
Я покачала головой, нервно постукивая ногами по холодному ламинату.
Мой первый поцелуй был в восемь лет с парнем по имени Ченс. Мы спрятались за книжным стеллажом и быстро целовались друг с другом, чтобы какой-то ученик не застукал нас и не доложил учителю об этом. Но учительница лишь посмеялась – которая была хорошей, – но это всё равно смущало меня.
Найдя его сейчас – спустя пару лет в Фэйсбуке, – он выглядел отвратительно, как если бы он регулярно принимал наркотики. Его шапочка от Reebok действительно выделяет его пурпурные мешки под глазами, делая его взгляд похожим на головорезов.
Он физически заставлял меня хотеть вырвать.
– С кем ты целовалась? – нахмурился Люк, сощурив свои глаза.
Я промолчала, не желая раскрывать информацию моему брату. Он не только знал Ченса, они ненавидели друг друга. Если бы Люк узнал об этом, я никогда не узнала бы чем это закончилось.
– Бьюсь об заклад, это её подушка, – ухмыльнулся Майкл, ткнув меня в бок.
Я взвизгнула от боли и оттолкнула его от себя, почувствовав, как мои щёки запылали.
– Согласен, – усмехнулся Эштон, кинув мне в лицо использованную им салфетку.
– Нет, это не так! – злобно воскликнула я, бросив ту салфетку обратно ему.
Мальчики просто посмеялись, подвинув свои грязные тарелки на середину стола и выжидающее осмотрели закусочную, ожидая, когда кто-то заберёт их. Это место начинало заполняться людьми, что удивило меня, потому что оно было похоже на свалку.
– Я люблю это место, – вздохнул Калум, заведя руки за голову и лениво откидываясь назад.
Я усмехнулась, оглядев маленькую закусочную.
Кто это мог полюбить?
– Почему?
Мальчики растерянно смотрели на меня, а Майкл опять толкнул меня в бок. Я проворчала с досадой, оттолкнув его от себя и придвинувшись ближе к Калуму.
– Ты и вправду спросила это? – спросил Люк, и его челюсть отвисла.
Я пожала плечами и кивнула, проведя рукой по моим светлым волосам.
– Ничто, кажется, не привлекательно.
– Здесь всё привлекательно! – аргументировал Калум, драматично всплеснув руками, – Это идеальное место для нас!
– Что? Ведь это помойка? – фыркнула я, получив суровый взгляд от Эштона.
– Если этот ребёнок что-то значит для тебя, то ты заткнёшься, – предупредил меня он, угрожающе держа куклу в воздухе.
Мои глаза округлились в ужасе, произошедший инцидент в классе вернулся ко мне, картинка того, как мой малыш врезался в стену, прокручивалась в голове вновь и вновь.
Я не могу допустить это, не сейчас.
– Эштон, положи ребёнка, – приказала я, нервно облизнув губу.
Он усмехнулся, заметив моё беспокойство, и поднял ребёнка ещё выше, дразня меня и размахивая им в воздухе.
– Признай, это место — не свалка.
– Но...
– Скажи это.
– Ладно, – фыркнула я, закатив глаза, – Это место — не свалка.
– А теперь скажи «я люблю тебя, папочка», – продолжал он, его ухмылка росла.
Я покачала головой, скрипя зубами.
– Нет.
– Что это было? – усмехнулся Майкл, пнув меня в ногу.
– «Я люблю тебя, папочка», – повторил Эштон, дерзкая улыбка образовалась на его лице.
Я быстро схватила свой напиток и встала, задев Калума.
– Знаешь что, идите нахуй, ребята, – плюнула я, поспешно идя к выходу.
Мальчики взорвались смехом позади меня, но я проигнорировала их, проглотив комок в горле. Они всегда вели себя со мной ужасно, и я не должна ожидать чего-то большего. Я просто подумала, что они могли бы быть ко мне достаточно любезны, чтобы не запугивать меня на людях.
Но по всей видимости, я думала неправильно.
Хлопнув дверью, я выскочила на парковку, жара охватывает меня тёплым и утешительным объятием. Солнце ярко светило в мою сторону, на мгновенье ослепив меня, пока я не перешла на другую сторону, надеясь, что это дорога до моего дома.
Признаться честно, я никогда здесь не была, поэтому я была довольно растерянна без парней.
Ни одно из названий улиц не казалось мне знакомым, а обстановка не напоминала мне ни о чём. Я определённо не была здесь раньше, и это напугало меня до смерти.
Как я должна была найти дорогу домой?
Я остановилась и достала телефон из кармана, собираясь позвонить маме.
Если бы я сделала это, она, наверное, разозлилась бы.
Если бы не сделала, я бы потерялась.
Я не могла решить, что из них хуже.
– О Боже, – пробормотала я, разблокировав мой телефон и отыскав маму в списке контактов.
Я прижала телефон к уху и терпеливо ожидала, обгрызая мои короткие ногти. После трёх гудков она ответила, её голос казался сконфуженным.
– Алло?
– Привет, мам, – сказала я осторожно, вытаскивая из себя эти слова, – Как ты?
– Пандора, что-то не так?
Я вздрогнула, забыв о её глупом материнском чувстве. Она всегда могла сказать, когда я была в беде.
Не спрашивайте меня как.
Не спрашивайте меня почему.
Просто примите это.
– Н-ничего... Ну, может что-то незначительное, – заикнулась я, теребя мою или, должна сказать, футболку Люка с Green Day, – Я всё же... знаешь... Потерялась.
– Что? – восклицает она, её голос полон беспокойства, – Где ты?
– Мам, я потерялась, – ответила я прямо, разглядывая незнакомые улицы, – Если бы я знала, где я, то я бы не потерялась.
Образовалась пауза, из-за которой мой живот туго скрутился.
Я ненавидела паузы.
Зачем вообще делать паузы?
– Милая, – вздохнула она, её голос звучал устало, – Есть ли какой-то способ вернуться тебе домой?
Я задумалась на мгновенье, цыкнув языком.
Я могла бы вернуться в закусочную и уйти домой вместе с парнями, но это хуже, чем потеряться.
Я была бы с ними.
– На самом деле, нет, — наконец, ответила я, закусив губу, – Но я могу попробовать?
– Хорошо, – ответила мама, даже не потрудившись скрыть раздражения в своём голосе, – Опиши, где ты находишься.
Я осмотрела улицы. Они были довольно типичны, если честно.
– Массивные изгороди во всех садах, – описывала я, изо всех сил стараясь отыскать что-то выделяющееся, – Дома выглядят мило и дёшево. Там есть почтовый ящик, несколько уличных фонарей. Там есть парк, справа, вниз по дороге.
– Там есть дом с яркой зелёной дверью? – спросила мама.
– Ну, эмм... Да, – нахмурилась я, яркая зелёная дверь сразу бросалась в глаза.
Как я могла упустить это?
– Я знаю, где ты, – пробормотала она, и гора будто упала с моих плеч, – Я буду там через две минуты.
– Хорошо, люблю тебя, мам.
– Ладно.
И с этим она повесила трубку, оставляя меня в одиночестве посреди улицы, я не знаю. Я подумала посетить парк, располагающийся вдоль дороги, но, заметив маленьких, играющихся детей, занимающих большую часть оборудования, решила этого не делать.
Родители, вероятно, подумают, что я была здесь лишь для того, чтобы вызвать трудности, и я вправду не была настроена на осуждающие взгляды.
Проведя ещё минут десять, играя в Temple Run, машина моей мамы подъехала ко мне, на её лице пустое выражение.
Я не знала, в каком настроении она была, когда я села в машину, но атмосфера была напряжённой.
– Хэй, – пробормотала я, быстро пристегнув ремень безопасности.
Она кивнула и отъехала от обочины, поехав в противоположную сторону, откуда она приехала.
– Ты знаешь, где Люк?
– Что? – закашляла я, пытаясь остановить себя, чтобы не покраснеть.
– Ты. Знаешь. Где. Люк? – спросила она опять, выплёвывая каждое слово, как если бы у неё на языке был яд.
Я яростно покачала головой, соединяя свои пальцы вместе.
– А что?
– Он школу прогуливает, – она вздохнула, нервно пробежавшись своей рукой по своим светлым волосам.
Я теребила свои волосы, рассматривая кончики. Я ненавидела лгать маме, особенно, когда это касалось меня и неё.
Обычно Люк, будь он здесь, поддержал бы меня или выпустил бы пару шуток, но это была я, на сей раз.
И я ускользнула от лжи.
– Не могу поверить, что он мог делать это, – продолжала она, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю, – Я имею в виду, что я делала неправильно? Разве я его так воспитывала?
Я покачала головой, прижав губы к сплошной линии.
– Ты не делала чего-то неправильного.
– Это потому, что у него никогда не было отца, чтобы смотреть на него?
Я опять покачала головой, решив поддержать маму. Я ненавидела, когда она во всём винила себя. Это была моя работа, не её.
– Клянусь Богом, я звонила ему почти каждый день. А он просто...
– Мам, пожалуйста, перестань, – прервала её я, нежно положив руку ей на плечо, – Ты не сделала ничего неправильного. Люк — просто идиот, ладно? Но я уверена, он изменится.
– Думаешь? – усмехнулась она, её настроение немного поднялось.
Я кивнула, подпрыгнув, когда мой телефон начал яростно вибрировать в моём кармане. Я быстро вытащила его и нажала на кнопку «принять», даже не удосужившись посмотреть, кто это был.
И всё же, мне жаль, что я сделала это.
Мне действительно жаль, что я сделала это.
– Хэй! – воскликнул излишне радостный голос, звучащий слишком счастливо, как по мне.
– Что за чёрт, Эштон? – цыкнула я, игнорируя неодобрительный взгляд на лице моей мамы.
Просто потому, что он ей нравился, не значит, что и мне он должен нравится.
– Ну, эмм... Ты знаешь нашего ребёнка?
– Да? – вытащила я из себя, мой живот нервно напрягся.
Я могла представить, куда это шло.
– Я всё же... эмм... Потерял его.