HARMONY

Сынмин, сам не веря, как быстро вскочил с кровати, встал на холодный пол и поёжился. Тело ещё не полностью проснулось, но внутри уже поселилось лёгкое, почти детское волнение. Он потянулся, зевнул, улыбнувшись собственному отражению в тёмном стекле окна, и, не спеша, пошёл к шкафу, перебирая кучу вещей в поисках чего-то приличного.
— Ты чего такой радостный? — лениво протянул Ян, не отрываясь от сломанного плеера. — Ещё вчера в подушку рыдал.
— И с каких пор тебя это интересует, мастер «очумелые ручки»? — буркнул Сынмин, скрываясь в ванной с одеждой под мышкой.
В ванной он включил воду, и горячие струи смыли остатки сна и утреннего раздражения. Ким устремил взгляд на своё отражение в зеркале: красные глаза, следы от подушки на щеке, слегка взъерошенные волосы, мокрые от душа. Усмехнулся:
— Мда...
Вскоре он вышел из ванной, идеально чистый, в свежей одежде, волосы аккуратно расчёсанные. Переоделся и, свесив полотенце через шею, вернулся в комнату.
Ян всё так же сидел на кровати, нахмурившись, с отверткой в зубах, уткнувшись в платы плеера, словно решал непростую загадку. Сынмин сел на свою постель, натягивая лёгкое светло-синее худи, и аккуратно поправил складки на штанах.
— Ты куда собрался? — лениво спросил Ян, даже не поднимая головы.
— В парк, — коротко бросил Сынмин, встав, чтобы, наконец, заправить постель.
Блондин сразу поднял голову, внимательно всматриваясь в лицо младшего, будто пытался понять, скрывает ли тот что-то
— И с кем? — спросил он, сузив глаза.
— Один, — спокойно ответил Ким, продолжая возиться с одеялом.
— Ага, конечно, как проснулся, сразу приспичило прогуляться по парку, — Ян закатил глаза, возвращаясь к плееру, который упрямо не хотел чиниться. — И ты надеешься что я в это поверю?
— Всё, не ной, — бросил младший, зашнуровывая свою обувь. — Просто хорошее настроение.
Он сунул телефон в карман, нацепил через плечо сумку и вышел на улицу. За дверью воздух был тёплым, но с лёгкой прохладой, характерной для сентября. Солнце перевалило за полдень, мягко заливая улицы золотистым светом, а лёгкий ветерок приносил запах моря и свежей листвы. Район жил своей размеренной жизнью: где-то гремели кастрюли в кафе, старушки поливали цветы у подъездов, играли дети, а прохожие размеренно спешили по делам.
У ворот парка он сразу заметил знакомую фигуру. Хёнджин стоял, облокотившись на ограду, наблюдал, как ветер гоняет листья по дорожке. Его тёмно-синяя куртка и серый шарф слегка развевались на ветру, а волосы растрепались, но в целом он выглядел, как всегда, бодро и собранно. В одной руке у него кофе, в другой — аккуратный бумажный пакетик.
— Привет! — голос был ровным, спокойным, без напряжения. — Почти не опоздал, молодец.
— Как поездка? — Ким присел на скамейку рядом, слегка закинув ногу на лавку. — Долго поезд ждал?
— Нормально, поезд опоздал на полчаса, как всегда. — Хёнджин сел рядом, положив пакетик между собой и другом. — Кстати, вот твой подарочек.
— Подарок? — Сынмин прищурился, но внутри уже теплилось лёгкое, спокойное радостное чувство. — Ну я же просил ничего не приносить, Хван!
— Ну как я мог другу подарок на день рождения не принести?! — нахмурился Хёнджин, подтолкнув пакет к нему. — К тому же, можно сказать, я и не потратился особо.
Сынмин хмыкнул, но заглянул внутрь пакета. Там лежал аккуратный блокнот на кольцах, с невероятно красивой обложкой. В самом углу была подпись Хёнджина и надпись «Seoul, Yeouido park»
— Вот для чего я в каждом городе пейзажи рисую, — объяснил художник, кивая в сторону блокнота. — Решил скетчбуки с такими обложками заказать, — продавать буду. А то на новые краски денег не хватает.
Сынмин внимательно разглядывал обложку, глаза бегали по каждому штриху. Родной Сеул... Парк на обложке был знаком ещё с детства. Он почувствовал, как внутри что-то мягко дернуло, тихое тепло, не сильное, но приятное. Хенджин не осознавал, какую ценность этот блокнот на самом деле будет иметь для его друга
— Спасибо... — шепнул Сынмин с немного грустной улыбкой. — Я часто тут бывал...
— Вообще прекрасно, — Хёнджин откинулся на спинку лавки, глядя на лёгкие облака в небе. — Вот недавно на производстве по 5 экземпляров заказал по каждому городу. Повезло, что мой друг собственный завод производства имеет.
Сынмин огляделся. Лучи солнца пробивались сквозь редкие кроны, ложась на дорожки мягким золотистым светом. Листья медленно кружились и опадали на траву, создавая золотистый ковёр под ногами.
— Интересная идея, — кивнул, сжав в руках скетчбук. — Мне как раз рисовать не на чём было.
— Слушай, давай в кафе пойдем, угощу тебя чем-то, в честь прошедшего дня рождения.
Сынмин немного задумался, но затем кивнул и встал.
— Убедил. Пошли.
Кафе оказалось почти пустым — бариста за стойкой и пара студентов у окна. Тёплый аромат кофе и корицы вплетался в воздух, вызывая долгожданное ощущение уюта.
Они сели у окна, Хёнджин снял куртку, аккуратно положив её рядом.
— Как-то тихо сегодня, — сказал он, рассматривая интерьер. — Я помню, в прошлый раз мы едва нашли место.
— Кстати, реально... Видимо, в воскресенье людям не до кофе.
Хван усмехнулся.
— Я думал будет наоборот. Выходной же. Самый удобный день для встреч и свиданий всяких, — Он взял меню, но, вместо того чтобы читать, подпер подбородок рукой и посмотрел на друга. — Ты какой-то усталый. Не выспался?
— Не в этом дело, — ответил Ким, взгляд блуждал по столу. — Могу честно сказать? Ты не будешь осуждать?
— Ты чего? — нахмурился Хён. — Конечно нет, ты же мой друг! Рассказывай, давай!
— Просто... — Сынмин сцепил пальцы на коленях, взгляд упал на кружку с рисунком горы, стоящую на столе. — Я весь вчерашний день рыдал. Из-за дурацкой причины, на самом деле.
— Дурацкой? — Хёнджин усмехнулся. — И что это за «дурацкая»причина?
— Я... Короче, я влюблен в одного человека. И плакал я из-за того что он любит другого... — Ким опустил взгляд. — Ещё и злился на него, будто он в чем-то виноват...
— Он? Так ты по парням, что ли? — Хван улыбнулся. — Чего раньше не говорил? — но позже снова сменил улыбку на серьезное выражение лица. — Прости, продолжай.
— Я просто сбежал, когда увидел, как он смотрит на другого, — тихо сказал Сынмин. — И знаешь, меня впервые поддержал Чонин... Мы с ним вообще-то с детства терпеть друг друга не можем.
— Он молодец. — кивнул Хенджин и преподнес свою кружку к губам, делая медленный глоток. — Довольно человечный поступок, — поддержать в трудную минуту, несмотря, что вы не ладите.
— Угу, ещё и псевдоним мне идиотский придумал, — протянул Сынмин и недовольно сморщил нос, ковыряя ногтем край стола, затем издал тихий смешок, закатив глаза. — «Вишенка»...
   Сказал это с таким выражением лица, словно речь шла о тяжком оскорблении, но уголки губ всё равно предательски дрогнули, выдавая слабую, почти неосознанную улыбку.
   Хёнджин заметил это и усмехнулся, облокотившись локтем о стол.
   — А, по-моему, миленько! — сказал он спокойно. — Похоже, вы потихоньку становитесь друзьями.
— Да не дай бог! Он все такой же ненормальный идиот! — Сынмин фыркнул, покачав головой. — Он меня за все ругает! Я даже не сказал ему, что с тобой иду гулять. Не пустил бы.
— А что? Ревнует? — пошутил Хёнджин, хитро улыбаясь.
Сынмин издал смешок.
— Тебе повезло, что он не рядом, а то шею бы тебе свернул.
— Ладно, ладно, буду молчать, — поднял он руки, будто сдавался. — Но вообще... я рад, что ты рассказал.
— Ну да... — Ким покосился в окно, поправил челку. — Просто, когда ты понимаешь, что он явно любит кого-то другого... Это прям тебя изнутри выжимает.
— Знаю. Сам почти до совершеннолетия влюблялся только безответно. — признался Хёнджин, обводя пальцем край бесплатного стакана воды. — Так что, не зацикливайся на этом.
— Да я и не зацикливаюсь, — он махнул рукой. — У меня ещё не было, чтобы я по парню страдал дольше недели. Пройдёт.
— Вот и отлично, — кивнул Хёнджин, делая последний глоток кофе и отставляя кружку в сторону. — Значит, ты сильнее, чем думаешь.
— Ага... — Ким решил поменять тему разговора. — Слушай, разве стоило ради трёх кистей возвращаться?
— Они дорогие вообще-то! — сказал он с лёгким возмущением. — Да и у меня появился хороший повод увидеть тебя ещё раз. Ну и подарок отдать.
Сынмин невольно улыбнулся.
— Спасибо, — тихо сказал он и наконец посмотрел Хёнджину в глаза.

***

Сынмин стоял у входа в отель, где мягкие золотистые лампы подсвечивали фасад, делая воздух вокруг тёплым, почти уютным, несмотря на вечернюю прохладу. Он по-детски поёжился, когда Хёнджин слегка тронул его плечо на прощание.
— Спасибо за крутой день! — произнёс он, обнимая друга крепче, чем собирался. В груди ещё оставались тёплые остатки смеха, разговоров и долгой прогулки.
— И тебе, — улыбнулся Хван, легко хлопнув его по спине. — Без тебя было бы скучно.
Автоматические створки отеля разъехались, и фигура Хёна исчезла внутри, оставив после себя только шорох куртки и ощущение, будто день закончился слишком резко.
Сынмин остался один перед входом. Он глубоко вдохнул — воздух был свежим, холодным, пропитанным морской влагой. Ветер ударил в лицо, тут же взъерошил волосы, раскидав чёлку. Он машинально пригладил её ладонью и медленно двинулся по тротуару, напевая себе под нос какую-то бессмысленную мелодию. Сделал пару неторопливых шагов, свернул налево, глядя под ноги... и сразу врезался в кого-то.
   Моментально дёрнулся назад, от неожиданности, чуть подпрыгнув. Поднял взгляд.
   Перед ним стоял Ян. Скрестив руки на груди, с каменным лицом и таким взглядом, будто тот ему должен пару тысяч.
— Говоришь, один гуляешь, да? — тон у него холодный и привычно строгий. — Прям-таки один.
Сынмин почувствовал, как раздражение мгновенно вскипает в груди.
— Ты что, следишь за мной?! — выкрикнул он, раздражённый до дрожи самим фактом появления блондина.
А Чонин даже не моргнул.
— Ага, — спокойно ответил он, убирая руки в карманы. — Слежу, чтобы тебе по роже не надавали.
— За собой следи, понял?! — Ким закипал, голос дрожал от злости. — Ты мне никто! Ни отец, ни сторож, ни охранник! Хватит таскаться за мной!
Он махнул рукой, собираясь ударить — не думая куда, просто на эмоциях. Но Ян среагировал мгновенно: перехватил запястье в воздухе, развернул кисть и резким движением скрутил руку за спину.
— Ай! — выдохнул он, пытаясь дёрнуться, но только усилил боль. — Отпусти!
Ян сильно не давил, — достаточно, чтобы младший понял, что смысла рыпаться нет.
— Отпущу, если перестанешь размахивать руками, как истеричка, — бросил он и чуть ослабил хватку.
Сынмин зло втянул воздух сквозь зубы. Внутри всё кипело — ярость, унижение, бессилие.
   — Ненавижу... — прошипел он, будто выплёвывая яд. — Я ненавижу тебя.
Чонин хмыкнул и наконец отпустил младшего, сделав ленивый шаг назад. Тот отшатнулся, потирая запястье.
   — За что? — презрительно подняв бровь спросил Ян. — за то, что я защищаю тебя?
— За всё! — выплюнул он, глядя прямо в глаза. — За контроль. За то, что заставляешь делать то, чего я не хочу. За то, что унижаешь меня каждый раз!
Ян фыркнул, закатил глаза.
— Ну и ненавидь сколько хочешь. Не то чтобы я тебя обожаю
   Он развернулся и, даже не взглянув на Сынмина, пошёл прочь. Затем, безразлично повернул голову, посмотрев на него через плечо:
   — Идёшь, нет?
Ким, всё ещё кипящий, поплёлся следом.
   — Я тебе не ребёнок! — рявкнул он. — Между нами всего год разницы! Хватит вести себя так, типа ты у нас дохуя взрослый, а я ребенок!
— Ты ведёшь себя как маленький, как мне ещё относится к тебе? — холодно пробормотал Ян, продолжая шагать. — Взрослый человек не устраивает истерик посреди улицы и не делает вид, что мир ему что‑то должен.
— Да иди ты! Я так себя веду, потому что ты ведешь себя как какой-то тиран!
— Если бы я вёл себя как тиран, то уже давно бы размазал твое ебло на асфальте, — он щелкнул зажигалкой, закурив сигарету. — А я просто пытаюсь проследить, чтобы это не сделал кто-то другой. Забота.
— Да отвали ты со своей заботой! Твоя забота мне нахуй не нужна! — он остановился посреди улицы, сделал шаг назад. — И с чего ты вообще решил, что я хочу идти с тобой домой?! Я и сам дойти смогу!
   — Ну и не иди, — Ян пожал плечами, даже не обернувшись.
— Эй? — Сынмин чуть ли не выбросил руки в воздух. — Вот так? Серьёзно? Ты меня скрутил посреди улицы, а теперь просто уходишь!?
— Хватит уже ныть! — бросил блондин на ходу. — Либо иди, либо торчи там. Мне плевать.
Сынмина перекосило.
— Пошёл ты! — заорал Яну вслед. — Пошёл ты, Чонин!
Но тот даже не оглянулся. Кажется, усмехнулся себе под нос и продолжил шагать.
Ким пнул камешек под ногами, выругался себе под нос и, естественно, пошёл за ним, ускоряясь, чтобы догнать.
— Да ну стой ты! — догоняя блондина завыл он. — Я путь не знаю!
Ян чуть замедлил шаги, но не остановился ни на секунду.
   — И что бы ты делал, если бы меня не было рядом? Потерялся бы, как в первый день, и попал с кем-то в драку?
— Нет! — самоуверенно ответил Сынмин, но тут же замялся. — Не знаю...
— Знаешь, — поправил Чонин, наконец повернув голову к младшему. — Просто твоя гордость не даст тебе принять свою ошибку, или же сказать мне «спасибо».
— Спасибо?! За то, что следишь за мной?!
Чонин фыркнул, закатил глаза.
— Да, да, ты прав, я идиот, строгий, грубый, и тебе моя помощь не нужна, — сдался он, махнув рукой. — Только хватит уже ныть.

***

Ким даже не стал думать об ужине — просто шмыгнул в комнату, швырнул телефон на кровать и сам рухнул следом, лицом вниз. Пару секунд лежал, тяжело дыша, а потом, как робот на автопилоте, перевернулся на спину и начал бездумно листать ленту тик тока.
   Большие пальцы сами делали работу: свайп вверх, свайп вверх, свайп вверх.
   Ян же за это время пару раз зашёл в комнату : сначала поставил телефон на зарядку и так же быстро ушёл, потом вернулся через полчаса, уже без привычных бинтов на руке, молча сорвал с себя футболку, скинул штаны и, оставшись только в трусах, взял полотенце. Ещё через несколько секунд хлопнула уже дверь ванной.
   А Сынмин всё так же лежал, как выброшенная морем медуза, лениво, без интереса, листавший тренды, влоги, эдиты. В какой-то момент он наткнулся на круто смонтированный эдит по любимому актёру — отрывок из фильма, а вернее... из какого-то сериала, судя по хэштегам. Он ещё и злодея там играет! Просто супер!
— Опа... — пробормотал он, оживляясь, и сразу полез в комментарии. — Ну-ка, ну-ка...
   Нашёл в комментариях название, вбил в поиске тик тока и стал смотреть другие видео по нему, охая на каждом новом видео.
   В этот момент Ян вернулся — с полотенцем, намотанным на бёдра, с мокрыми волосами, из которых по спине стекали капли. Увидев младшего всё в том же положении, блондин закатил глаза.
   — Ты до сих пор в телефоне сидишь? Пиздец, я сто дел сделать успел! — проворчал он и пошёл к шкафу, швыряя полотенце куда-то по дороге.
   Ким поднял глаза — и резко ахнул, моментально закрыв ладонью лицо, как будто увидел труп.
   — Блять, фу! — он вслепую нащупал подушку и швырнул её в сторону блондина. — Оденься, ненормальный! Ты, вообще-то, не один!
   Ян даже не попытался прикрыться. Наоборот — поднял с пола подушку и, гордо, с ухмылкой, сделал два шага ближе, встал перед ним в позе какого-то греческого бога, положив руку на левый бок.
   — Возбуждаю? — спросил, уронив белоснежную подушку обратно на постель Кима.
   Ким медленно убрал руку с глаз, но в ту же секунду обратно закрыл их, чувствуя, ка щеки краснеют
   — ДА ПРИКРОЙСЯ! — выкрикнул он так отчаянно, будто жизнь зависела от этого. — Быстрее!
   Чонин пожал плечами, всё ещё не понимая в чём проблема.
   — Ты что, человеческий хуй в первый раз видишь? — спросил он, совершенно не двигаясь с места, затем снова улыбнулся. — Ты что, реально возбудился?
   Сынмин в ответ лишь снова швырнул в него подушку.
   — Ну, знаешь?! Чужой хуй я, всё-таки, видеть не хочу!
   Ян в ответ вскинул руки, типа сдается.
   — Ладно, всё, всё... — и смеясь вернулся к шкафу, чтобы достать оттуда трусы. — Только, ты когда дрочить на меня будешь, давай не тут, ладно? Общая комната, всё-таки.
   — Идиот! — бросил Ким, пытаясь забыть всё, что только что увидел. — Раз ты понимаешь, что дрочить в общей комнате неуместно, чего тогда сам тут хуём вертишь?
   — Это моя комната, в первую очередь. И мой дом.
   — В том-то и дело! А я тут гость! — заныл Ким, всё ещё с красными щеками.
   — Ой, какие мы нежные, — протянул Чонин, натягивая чистые трусы и садясь на кровать. — Какой гость? Ты живёшь тут уже месяц, и будешь ещё долго жить. Привыкай.
  На это Сынмин уже не ответил. Вернул все внимание к видосам в телефоне и уверенно проигнорировал старшего. Почти полчаса смотрел эдиты. Все они были под один и тот же звук, один и тот же переход. Сериал, судя по нарезкам, был идеальным для ночного марафона.
— Эй, — подал голос Ян, обрабатывая свои почти зажившие шрамы. — Ты там одно и то же сотый раз смотришь?
— Не-а, просто звук везде один. — лениво ответил младший, даже не отрываясь от экрана. — Сериал крутой нашёл, эдиты, вот, смотрю.
   — Разве не наоборот делают? Типа, сначала сериал, а потом эдиты?
   Ким хмыкнул.
   — Это я так проверяю, стоит ли смотреть вообще.
   Блондин пожал плечами.
   — Ну, делай что хочешь.
   Где-то через полчаса Ким наконец-то вышел из тик тока, но лишь чтобы найти сериал на сайте с привычной озвучкой. Как только он перевернул телефон в горизонтальное положение, Чонин, что уже лежал на кровати по соседству, громко фыркнул.
   — Не говори, что ты в час ночи сериал смотреть будешь.
   — Да это всего лишь трейлер! — отмахнулся Ким. — И вообще, у меня на завтра дел нет, могу хоть до рассвета сидеть.
   Блондин лишь закатил глаза и демонстративно повернулся к нему спиной, словно хотел оставить весь мир за дверью своего одеяла. Он натянул его до самого затылка, пробормотал в голос, полностью набитый сонливостью:
— Тогда наушники надень. А то, ты спать не хочешь, а я, как раз, хочу.
— Мгм...
Он почти не отрывал взгляда от экрана, наугад потянулся рукой к тумбочке, нащупал кейс с беспородными наушниками, достал и сунул их в уши, окончательно отлучившись от мира.
Так, ни на секунду не отрываясь, он посмотрел 8 серий, пока Ян тихо сопел, лежа по соседству. Время пролетело очень быстро, и за окном посветлело.
   Рядом зазвенел будильник Яна, но Сынмин даже ухом не повёл, слишком углубленный в своем сериале.
Прошло минут пятнадцать, пока Ян наконец всплыл из сна. Он резко сел, поводил плечами, сонно пробормотал что-то нечленораздельное, огляделся и тут же метнул подушку прям в сонную голову младшему
   — Спи, идиот! — хрипло выдал он. — Всю ночь свой сериал смотрел?!
   Ким дернулся, фыркнул и, не глядя, швырнул подушку обратно.
   — Отстань, — устало пробормотал он. — Не твоё дело, сплю я или нет.
   Ян только фыркнул.
Поднялся, растянулся, хрустнул спиной и начал заправлять кровать — привычно, быстро, будто солдат. Даже не глядел на Сынмина.
   — Ты сейчас заснёшь с телефоном и ничего от сериала не поймёшь, всё равно.
   — Не засну я!
Он действительно пытался держаться, но глаза уже почти слипались, а рука, держащая телефон, уже ослабела
   После заправки блондин переоделся, медленно ушёл на кухню. Там гремела посуда, сипел чайник, слышно было, как он недовольно бурчит сам себе под нос, пока делает завтрак.
   Через пару минут он уже выходил из квартиры, пока Ким еле держал глаза открытыми.
Тот старался со всех сил, но голова медленно-медленно клонилась вперёд... и в какой-то момент просто упала. Телефон выскользнул из рук, упав ему на грудь.

***

   Проснулся он не сам.
   Его трясли за плечи, негрубо, но достаточно, чтобы разбудить. Вернувшись в сознание, он услышал рядом женский голос.
   — Сынмин? Сынмин, солнышко, уже вечер! Ты весь день спишь!
   Он резко приподнялся на локтях, тут же зажмурился — в голове будто взорвалась граната.
   — Вечер?! — хрипло спросил он, щупая постель рядом, в поисках своего смартфона.
   — Седьмой час, — спокойно ответила Миён. — Я тебя несколько раз будила, ты даже не шевелился. И телефон у тебя весь день разрывается.
Он простонал, схватившись за голову.
— Бли-и-ин! Я совсем забыл! — и уже открыв глаза чуть шире, он осмотрелся и схватил свой телефон. 12 сообщений и 10 пропущенных звонков от Хенджина, и ещё один от Чонина.
Ким закатил глаза:
— А этот чего звонил?! — пробормотал он, пролистав оповещение о звонке Чонина и сразу перешёл в чат с Хенджином. Одной рукой растрепал волосы, другой уже листал уведомления. Времени читать всё не было — он зацепился взглядом за последние сообщения от Хвана: «ТЫ ТАМ СДОХ?!», «СЫНМИН, ТЫ УГОРАЕШЬ?!» и «Я ПУТЬ ДО ВОКЗАЛА НЕ ПОМНЮ».
— Да твою ма-... — хотел выругаться Сынмин, но вспомнил, что мать Чонина всё ещё в комнате и остановился, делая глубокий вдох.
Та сразу поняла ситуацию и двинулась к выходу.
— Я там суп приготовила, сейчас налью тебе.
— Не хочу, — холодно кинул Ким, лихорадочно натягивая джинсы и запихивая ноги в кроссовки.
— Как это «не хочу»? Ты же голодный! Так нельзя!
Но Сынмину было совсем не до супов.
— Да не хочу, я сказал! — вырвалось из его губ, пока он уже набирал в телефоне номер Хвана. — Не решай за меня, голоден я или нет.
Миён на секунду замерла, потом хмыкнула и скрылась за дверью. Сынмин даже не понял, что обидел её. Да и плевать ему хотелось на эту бабу.
   — НАКОНЕЦ-ТО! — раздалось в трубке и Ким сразу прижал её к уху.
   — Бля прости, — сразу выпалил он. — Я уснул где-то в 8 часов утра...
   — Я уже второй раз у прохожих дорогу спрашиваю! — зло ответил Хёнджин. — Ты вообще успеешь так? Поезд где-то через сорок минут.
   — Я уже выхожу!
   Он сбросил звонок, вылетел в прихожую, на ходу натянул куртку, перекинул сумку через плечо и распахнул дверь.
   — Есть ты всё-таки не будешь?! — донеслось из кухни, и Ким закатил глаза, даже не останавливаясь.
   — Да спешу я, отстань, Миён! — рявкнул он перед тем как хлопнуть за собой дверью.
   Холодный вечерний воздух ударил в лицо. Асфальт пах влагой и морем, небо было грязно-оранжевым, закатным, давящим.
   Он перебегал дорогу, едва не попав под машину — водитель просигналил, выругался, но Сынмин даже не обернулся. Достал телефон, чтобы заказать такси, но ему позвонили.
— Ало?
— Ты совсем охуел там?! — заорал Чонин без всяких вступлений. — Ты как с моей матерью разговариваешь?! Тебе шею свернуть?!
   Сынмин в ответ устало вздохнул, уже готовясь бросать трубку.
— Ян, мне не до вашей семейки ненормальных сейчас! Я спешу!
— Какой семейки?! — Чонин, по ту сторону, сто процентов уже бурлил от злости. — Значит так. Я щас поеду домой. И я тебе это так не оставлю. Ты видел, в каком она состоянии была?
— Да, да, Чонин, всё, поговорим потом. — и он быстро сбросил звонок и побыстрее вызвал такси.
   Такси было прекрасным решением. Буквально через 20 минут Ким был у вокзала. Заплатил водителю и побежал внутрь, сразу осматриваясь вокруг.
   — О! — Хенджин вскочил со скамейки, заметив его. — Вот и успел. Ещё минут двадцать есть.
   Сынмин выпрямился, оглядел вокзал. Людей было больше, чем в прошлый раз. Всё то же место, те же облезлые стены, тот же вонючий бомж посередине вокзала.
   — Блин, я всю ночь сериал смотрел. Подумал утром тоже не усну... — заныл Ким, опустив голову.
   — Ничего. С кем не бывает! — друг махнул рукой. — Главное, что ты всё-таки успел.
   Как ни удивительно, поезд на этот раз приехал вовремя. Хенджин запрыгнул внутрь, перед этим обняв Кима.
   Тот улыбнулся ему, делая шаг назад:
   — Всё, доедешь, — напиши!
   — Хорошо! Пока! — где-то после этих слов, он пошагал глубже в поезд, а двери закрылись.
   Хоть дорогу он помнил плохо, Сынмин всё равно решил идти пешком. Ноги сами несли его вперёд — по тёмным улицам, где фонари бросали на асфальт жёлтые, рваные пятна света, а витрины давно погасли, оставив стекло глухо чернеть отражениями ночи. Редкие машины проносились мимо, оставляя после себя шорох шин и короткие всплески фар, которые тут же гасли.
   Сначала он ходил по улицам бездумно, пытаясь найти знакомое место, затем, наконец-то дошёл до того самого парка. Тёмные деревья стояли плотной стеной, внутри было почти полностью темно. Решил не заходить внутрь, а пройтись по улице рядом.
   И зря.
   Свернув в узкий переулок, который должен был вывести его к центральной дороге, он сразу почувствовал неладное. Воздух здесь был тяжелее, пах сыростью и сигаретным дымом. И почти сразу он заметил силуэт — высокий, прислонённый к стене, с тусклым огоньком сигареты.
   — Опа! — голос разрезал тишину слишком бодро. — Ну привет.
Парень оттолкнулся от стены и сделал пару шагов навстречу, по дороге потушив сигарету о стену. Он снял кепку, небрежно провёл рукой по волосам. Русые пряди, острые скулы, карие глаза и слишком уверенная ухмылка
   Сынмин нахмурился, вглядываясь.
— Мы знакомы? — осторожно спросил он. — Я вас не помню.
Парень усмехнулся шире, будто это его искренне развеселило.
   — Не помнишь? Как интересно, — медленно произнёс он, — А мне казалось, такие вещи запоминаются надолго.
   — Какие вещи? — Сынмин невольно отступил. — Я не понимаю.
   Парень не ответил сразу. Он медленно закатал рукава куртки, оголяя предплечья, и сделал ещё один шаг ближе.
   — То, что дружить с Яном явно не умный поступок.
Сынмин замер.
   — Ты... — выдохнул он.
Вместо ответа, ему прилетел удар в подбородок. Перед глазами вспыхнули искры. Сынмин отшатнулся, споткнулся и едва удержался на ногах.
— Теперь вспомнил? — усмехнулся тот, схватив его за воротник куртки и дёрнув к себе.
— Послушай! — быстро сказал Сынмин, поднимая руки. — Я с ним не дружу! Мы вообще не-...
Но он не успел договорить, как тот грубо прижал его к стене, заставив зажмуриться от боли.
— Да мне плевать, кто ты ему, — процедил парень сквозь зубы. — Я ему уже говорил: пока не вернёт то, что взял, вместо него заплатят его подсосы.
И толкнул Сынмина вниз. Тот ударился спиной о землю и не успел даже вдохнуть, как в лицо прилетел ещё один удар. Потом ещё один. И так пока всё лицо у Кима не было в крови.
— Хватит! — умолял Ким. — Я же ни при чём!
Но когда удары прекратились, стало только хуже: парень поднялся и начал пинать его — в бок, в живот, куда попадёт. Сынмин попытался свернуться, закрыть голову руками, но это совсем не помогало.
   Помог кое-кто другой.
   — ЭЙ! ЧОНСУ!