Багровый прилив
Солнце медленно погружалось в океан, когда Ая'ли добралась до Дальних Утесов. Небо над Ава'атлу полыхало всеми оттенками багрового и фиолетового, предвещая ветреную ночь.
Аонунг ждал её на узкой полоске белого песка, скрытой за высокими скалами. Увидев её, он оттолкнулся от нагретого камня и шагнул навстречу.
Никаких слов не потребовалось — он просто протянул ей руку. Ая'ли вложила свои пальцы в его горячую ладонь, и он мягко, но собственнически переплел их пальцы.
— Идем, — низко произнес он, кивком указывая на глубокую темную воду за рифом. — Я хочу показать тебе кое-что. Это недалеко, скимвинг нам не понадобится.
Они нырнули синхронно, не разнимая рук.
Вода здесь была прохладнее и прозрачнее, чем в лагуне. Аонунг вел её вдоль отвесной подводной скалы, которая уходила в пугающую, непроглядную бездну.
Вскоре скала расступилась, открывая вход в огромный подводный грот. Его своды не светились, но сквозь расщелины наверху пробивались последние лучи солнца, создавая в воде танцующие столбы света.
Они вынырнули в воздушном кармане. Эхо их сбившегося дыхания отскочило от влажных каменных стен.
— Это место... — выдохнула Ая'ли, убирая мокрые волосы с лица. — Я никогда о нем не слышала.
— О нем мало кто знает, — Аонунг подплыл ближе, его руки легли на её талию, удерживая их обоих на плаву. — Мой отец показал мне его, когда я только учился нырять. Здесь идеальная акустика. Если петь, океан разносит звук на десятки километров. Я подумал... тебе и Илану это может понравиться.
Ая'ли почувствовала, как горло сжимает от нежности. Он запомнил её любовь к песням. Он привел её в свое тайное место.
Она обняла его за шею, собираясь поблагодарить, когда вода вокруг них внезапно изменилась.
Температура резко упала, словно из бездны поднялось ледяное течение. Вода, секунду назад бывшая спокойной, мелко завибрировала.
Инстинкты охотника сработали у Аонунга мгновенно. Вся нежность слетела с его лица.
Он резко отстранился, его глаза расширились, уши нервно прижались к голове. Он смотрел в темный провал выхода из грота.
— Наверх. На камни. Быстро, — скомандовал он голосом, не терпящим возражений.
— Что слу...
— Ая'ли, на камни! — рявкнул он, грубо подталкивая её к невысокому
каменному уступу внутри грота.
Она не стала спорить. Сердце ухнуло в пятки. Задыхаясь, она вскарабкалась на склизкий от водорослей камень и обернулась.
Из темной синевы океана, закрывая собой выход из грота, медленно выплывала тень. Это была большая акула.
Чудовище явно заплыло сюда в поисках убежища и совершенно не ожидало встретить здесь двух на'ви.
Акула издала булькающий, угрожающий рык, обнажив клыки.
Аонунг остался в воде. У него не было с собой тяжелого копья — только охотничий костяной нож на поясе.
Слишком короткое оружие для такого монстра.
— Аонунг, вылезай! — закричала Ая'ли, в ужасе протягивая к нему руки с уступа. — Она не достанет нас здесь!
Но зверь уже принял решение. Акула ударила мощным хвостом, взбивая воду в пену, и бросилась на Аонунга.
Всё произошло за доли секунды. Аонунг нырнул, уходя от смыкающихся челюстей.
Ая'ли видела лишь мелькающие тени и всплески
Аонунг вынырнул, судорожно хватая воздух, в его руке блеснул костяной нож.
Когда зверь бросился снова, Аонунг не стал уклоняться. Он использовал импульс хищника, ударив ножом точно в незащищенную щель.
Акула издала оглушительный, пронзительный визг боли. Зверь бешено закрутился на месте, и его массивный,боковой плавник с хрустом прошелся по ноге Аонунга.
Хищник, потеряв интерес к добыче и ослепленный болью, метнулся к выходу из грота и исчез в темных водах, оставляя за собой облако мути.
В гроте повисла жуткая, тяжелая тишина, прерываемая лишь плеском воды.
Ая'ли с ужасом увидела, как вода вокруг Аонунга стремительно окрашивается в густой, багровый цвет.
Парень сделал несколько судорожных, неловких гребков к её уступу. Лицо его было серым.
— Аонунг! — Ая'ли бросилась к краю камня, вцепилась в его руки и с нечеловеческим усилием, скользя босыми ногами по мокрому камню, помогла ему втащить свое тело на камень.
Он рухнул на камни с тяжелым, хриплым стоном.
Ая'ли мгновенно оказалась на коленях рядом с ним. Увиденное заставило её сердце пропустить удар.
На бедре Аонунга зияла глубокая, рваная рана от шипастого плавника акулы.
Кровь не просто сочилась — она толчками, ритмично выплескивалась наружу ярко-алой пульсирующей струей.
Задета крупная артерия.
У неё не было с собой сумки с травами. Не было мазей. Не было старших целительниц. Только она и стремительно истекающий кровью парень на холодном камне посреди океана.
Паника, липкая и удушливая, попыталась сковать её разум. Любая другая девушка закричала бы от ужаса. Но не Ая'ли.
— Эй... не плачь, травница... — попытался усмехнуться Аонунг, хотя его зубы стучали от накрывающего холода. — Обычная... царапина.
— Замолчи и береги дыхание, — жестко отрезала Ая'ли. Её голос был стальным, незнакомым ему.
Она действовала инстинктивно и молниеносно. Прямое давление. Нужно остановить пульсацию. Не раздумывая ни секунды, Ая'ли сорвала с себя кусок плотной набедренной повязки.
Она сложила ткань в тугой ком и с силой, навалившись всем своим весом, вдавила её прямо в зияющую рану на его бедре.
Аонунг издал глухой, звериный рык сквозь сжатые зубы, его спина выгнулась дугой от ослепительной боли.
— Прости, прости меня, потерпи! — шептала она, не ослабляя давления ни на миллиметр. —Мне нужно приподнять твою ногу.
Она подтянула под его бедро свою собственную ногу, создавая возвышение, чтобы замедлить кровоток.
— Аонунг, смотри на меня, — громко, почти приказным тоном сказала Ая'ли, перехватывая его мутнеющий взгляд.
Признаки шока уже были налицо: его кожа, стала пугающе бледной. Его пульс, бившийся под её руками, был слишком слабым.
— Смотрю, — хрипло выдохнул он. Ему было невыносимо больно.
В ней не было ни капли слабости. Она была настоящим воином. Воином, чье оружие — спасение.
— Говори со мной, — потребовала Ая'ли, не отрывая глаз от пропитывающейся багровым ткани под своими ладонями.
Кровь всё еще шла, но пульсация стала меньше. — О чем угодно. Не закрывай глаза. Что сказал твой отец, когда ты впервые оседлал скимвинга?
— Сказал... — Аонунг моргнул, пытаясь сфокусироваться на её лице. — Сказал, что зверь признает... только одного. Что разделить его можно... только с тем... кому доверяешь душу.
У Ая'ли перехватило дыхание, когда смысл этих слов, произнесенных им тогда, за барьерным рифом, наконец-то дошел до неё.
Слезы защипали глаза, но она зло сморгнула их. Сейчас нельзя.
— Ты доверяешь мне свою душу, будущий вождь? — спросила она, чтобы удержать его в сознании.
— Я доверил её тебе... еще в тот день... когда ты отчитала меня на мелководье, девочка с травками, — уголок его губ дрогнул в слабой улыбке. — У тебя... руки в крови. Моей крови.
— Мои руки там, где они должны быть, — твердо ответила она, перенося вес тела на руки, чтобы давление оставалось максимальным. — Ткань пропитывается медленнее. Кровь останавливается. Но нам нельзя здесь оставаться.
Аонунг понимал это не хуже неё. Но он не мог плыть.
— Я подам сигнал, — Ая'ли огляделась. Солнце почти село. — У тебя есть раковина связи?(ну представим что это как свисток такой)
Аонунг слабо качнул головой. Нож был его единственным снаряжением.
— Оставь меня, — вдруг произнес он, и в его голосе прозвучала покорность судьбе. — Плыви к деревне. Зови охотников. Ты быстро плаваешь. Я... дождусь.
Ая'ли посмотрела на него так, словно он ударил её. Её глаза потемнели от гнева, превосходящего любую ярость хищника.
— Никогда не смей. Слышишь? Никогда не смей говорить мне это, — прошипела она, наклоняясь к его лицу так близко, что их носы почти соприкоснулись. — Я не оставлю тебя здесь истекать кровью.
Мы выйдем отсюда вместе, или я скормлю тебя акулам сама, за твою глупость.
Аонунг, даже сквозь пелену боли, не смог сдержать восхищенного вздоха. В этот момент она казалась ему величественнее самой Ронал.
Ая'ли закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она не могла позвать охотников, но у неё был кто-то другой.
Кто-то, кто слышит её на расстоянии сотен лун.
Она запрокинула голову и издала не свист, а сложный, переливающийся и невероятно громкий горловой звук — зов тулкуна. ( в то время тулкуны еще не уплыли далеко,и находились на островах)
Она вложила в него весь свой страх, всю свою отчаянную потребность в помощи.
Она повторяла его раз за разом, не ослабляя давления на рану Аонунга.
Прошло несколько долгих, мучительных минут. Аонунг начал проваливаться в забытье. Его голова безвольно откинулась на холодный камень.
— Аонунг! Аонунг, не смей спать! — в панике закричала Ая'ли, тряхнув его за здоровое плечо.
И вдруг вода у входа в грот забурлила.
Огромная, знакомая тень перекрыла остатки света. Илан. Тулкун ответил на зов своей сестры.
Увидев кровь и двух на'ви на камне, Илан издал тревожный, низкий гул и подплыл к самому уступу.
Он подставил свой широкий, плоский боковой плавник прямо к камню, создавая живой мост.
— Илан... спасибо, Эйва, — выдохнула Ая'ли, заливаясь слезами облегчения.
Она действовала быстро. Сняла свой поясной шнур и намертво примотала им окровавленный ком ткани к бедру Аонунга, фиксируя повязку. Затем она подхватила тяжелого, парня под руки.
— Давай, герой. Еще немного. Обопрись на меня, — сквозь зубы процедила она, взваливая его здоровую руку себе на плечи.
С невероятным трудом, скользя и оступаясь, они перебрались на плавник тулкуна.
Тулкун медленно вынес их из этой пещеры и поплыл по поверхности океана в сторону огней деревни Ава'атлу.
Ая'ли сидела на прохладной коже тулкуна, прижимая голову Аонунга к своей груди и раскачиваясь из стороны в сторону.
Её руки были по локоть в его крови, но она не замечала этого. Она лишь слушала, как слабо, но ритмично бьется его сердце.
— Я держу тебя, — шептала она в его мокрые волосы, возвращая ему его же слова. — Я держу...
решила вам подкинуть немного накаленной ситуации.
как думаете успеют ли они???
пишите что думаете