Я Там, Где Ты

Лилавати всё же достигла небольшого лагеря, где находились Манджу, Кандакия, Джин и Лоран. Маленький мальчик с необычными глазами по-прежнему был без сознания, пока Кандакия бережно держала его в своих руках. Луиза при виде брата хотела броситься к нему в объятия, прижать так сильно, как раньше никогда не делала, но Аниш остановил её прежде, чем она ворвалась в и без того непростую ситуацию. Аль-Хайтам молча наблюдал за происходящим, но при виде Джина сердце сжалось так, будто его сжимали тесками. На мгновение мужчина почувствовал, как ноги сами ведут его к сыну, но быстро остановил себя; зная, что усугублять ситуацию ещё больше не стоит.

Лоран молча смотрел в землю, не в силах посмотреть кому-либо в глаза. Стыд и позор за его глупые действия привели их сюда. А при попытке сбежать вряд ли кто-то уже вернётся живым. Лишь Манджу и Кандакия строго смотрели на пришедших - в их силах было не допустить того, чтобы кто-то посмел подойти к Джину.

- Явились... - Манджу тихо произнёс это, больше для себя, чем для пришедших, после чего неспешно встал, демонстрируя свой рост во всей красе. Взгляд излучал не дружелюбие, а руки он держал за спиной. - Довольна? Главный секретарь в плену, один из ведущих академиков и командир пятой бригадой пляшет под твою дудку. Кто следующий?

Лилавати, не меняя своей безмятежной улыбки, слезла с телеги, ступая на песок. Её движения были неестественно плавными для старухи.

- Если так подумать, никто из вас мне не сдался. Вы - это не больше чем просто куски мяса для меня. - Голос старой женщины ничуть не был скрипучим; напротив, казалось, он стал моложе. Будто впитывая и контролируя других, она молодела...

Лилавати приблизилась к Кандакии, державшей Джина в руках. При виде приближающейся старухи девушка прикрыла мальчика, не подпуская её ближе. Манджу быстрым шагом оказался перед Кандакией, став подобием стены.

- Я вижу, ты неравнодушна к этому мальчику... Что же ты хочешь от него? - Манджу знал, что ответа не получит, но попытаться всегда стоит.

- Тебя это не касается. Схватить их. - Старая дама дала приказ, махнув рукой, будто ей всё было подвластно.

Бывшие наёмники беспрекословно подчинились, хватая Лорана и Манджу в крепкие руки пустынников. Связав этих двоих, они присоединились к Аль-Хайтаму и Луизе в роли - заложников. Секретарь внимательно смотрел на сына, который не подавал признаков сознания, лишь лежал, словно безжизненная кукла, в руках Кандакии.

- Что собираешься делать дальше? - Аль-Хайтам всё же не выдержал, решив подать голос. Эта гнетущая атмосфера давила на всех. Лоран с паникой в глазах смотрел на всех поочерёдно, не зная, что делать. Казалось, парень смирился со своей судьбой, ведь он не из тех, кто будет рваться в бой до последнего. Лорану куда проще сидеть в четырёх стенах и работать с техникой, создавая что-то новое. Аниш был рядом с дочерью, которая потухшим взглядом наблюдала за происходящим. - Все, кто был тебе нужен, теперь в одном месте...

Аль-Хайтам кажется ещё никогда не был так зол и серьёзен одновременно. Даже самые каверзные ситуации в Академии, он принимал со спокойствием и без намека на панику. Но сейчас... Невозможно оставаться безучастным.

- Аль-Хайтам, не надо... - Кандакия попыталась вставить своё слово, но была перебита «матушкой» Аниша.

- Как что? Просто убью вас. От вас больше нет толку. Только неприятности приносите. Хотя честно говоря, было забавно смотреть, как вы пытались остановить меня. Я просто позволяла вам играть в эту «игру».

Присутствующие с ужасом переглянулись, понимая, что их ждёт. Аниш посмотрел на разворачивающуюся катастрофу, но не мог пошевелить и пальцем в сторону матери. Даже слово против сказать не мог... Что же делать? Как поступить в такой ситуации?

- Подождите, разве можно так с нами?! Мы не сделали ничего плохого, чтобы нас убивать! - Лоран судорожно сглотнул слюну. Казалось, все могли слышать это, но это было лишь в его голове. Сердце парня бешено колотилось, грозясь выпрыгнуть из груди.

Луиза, сидевшая на телеге, встала, игнорируя попытки Аниша остановить её, ведь больше не могла молчать. Ситуация выходила из-под контроля - этого не должно было случиться.

- Вы тут все с ума сошли?! Какое убийство? Лилавати, одумайтесь, мы все здесь, чтобы решить ситуацию. Убийство ничего не решит и приведёт лишь к ещё большим смертям! - Девушка подошла ближе к брату, не желая больше терять его, даже из виду. Теперь Луиза будет хорошей сестрой. Ни за что и никогда, не позволит кому-то навредить её брату.

- Мы могли бы решить всё мирно, но тебе важен лишь хаос, не так ли? - Манджу по-прежнему стоял перед Лилавати, хоть и был связан. Его тошнило от её надменной улыбки - будто ей всё было нипочём.

- Лилавати, тут дети, не делайте того, о чём пожалеете. Будьте человеком. - защитница деревни Аару встала, крепко удерживая Джина в руках. Почему-то девушка понимала, что ничем хорошим это не закончится. Мысленно Кандакия уже прокладывала путь к отступлению.

Попытки присутствующих отговорить старую даму, казалось, лишь усугубляли ситуацию. Старая женщина подошла к небольшой колонне - пережитку прошлого. Нажав на основание старого сооружения, она заставила землю задрожать, а воздух наполнился рёвом, словно в степи. Перед присутствующими открылся вид на лестницу, уходящую глубоко вниз - ту самую, что вела в гробницу, которую они так тщетно искали.

«Вот и оно, то, что Кавех так отчаянно хотел найти. Но где же сам Кавех...?» - Аль-Хайтам был погружён в свои мысли, где задавал множество вопросов. Но сейчас не время, если возлюбленного нет рядом, возможно он нашёл вход в гробницу, но другим методом... - «Будь в порядке, Кави. Мы справимся, а ты найди ответы. Лилавати явно как то связана с этой гробницей... или то, что выдает её за себя.»

- Хватит щебетать, как птицы в клетке. Ваша судьба решена. Убить их. - Женщина прошла мимо Манджу, который стоял, пытаясь осознать её слова. «Убить» - с какой же лёгкостью она это произнесла.

- Нет! Не надо! - Лоран в панике задёргал руками, надеясь освободиться. Луиза, пытаясь защитить брата, прикрыла его собой. Может, так ей удастся загладить вину перед Лораном.

Помимо людей Лилавати, готовых выполнить приказ, был ещё один наёмник, направлявшийся к Кандакии с Джином. Манджу не мог оставаться в стороне - он обещал Кавеху защитить его сына, чего бы это ни стоило.

- Только через мой труп! - В порыве ярости архитектор бросился на наёмника, толкнув его всем телом. Равновесие было потеряно, а сила удара откинула их в яму, где зияла глубокая лестница. Кандакия с ужасом на лице смотрела, как Манджу падает в бездну вместе с врагом. Девушка сжала губы, удерживая крик отчаяния внутри. Защитнице Аару ничего не осталось, как уложить Джина под колону и накрыть его своей накидкой.

- Я обещаю, что защищу тебя... - Девушка приготовила своё копьё для сражения, зная, что придётся пролить не одну кровь.

Аль-Хайтам был не в менее опасной ситуации, хоть мужчина и не любил грубую силу, пришлось обороняться. Даже со связанными руками за своей спиной, секретарь неплохо справлялся, отбиваясь от приспешников Лилавати. Приходилось использовать глаз Бога, что был всегда бесполезен для миролюбивого секретаря. В ход шли зеркальные ромбы, излучая зелёный свет; но именно это помогало Аль-Хайтаму держать наемников на расстоянии.
Пока главный секретарь сражался, в голове бесконечной волной пробегали вопросы.
«Что же я мог упустить? Лилавати не спроста пришла сюда, она знала об этом месте и была тут явно не первые.» - мужчина с силой отпихнул наемника от себя, используя свои ноги. Руки за спиной мужчины, буквально чесались от желания схватить меч, и сразиться на равных.

«Нездоровое влечение Лилавати к Джину и притяжение их к этой гробнице... Я догадывался: Джин - не обычный мальчик. С самой нашей первой встречи, смотря в его глаза, я знал - он не человек. Но долгое время и игнорировал это. Хотел счастья, для нашей семьи.» - мужчину откинули в сторону, задевая кинжалом бедро. Кровь, алая, как вишневый сок, окрасила песок. Впитывая в себя биологическую жидкость.

«Плевать. Если Джину суждено быть лишь сосудом для души, я сделаю всё возможное, чтобы вернуть его и дать новую жизнь. Буду делать это столько раз, сколько потребуется!» - мужчина поднялся, чувствуя как его мышцы «молят» об отдыхе, но не время. Нужно завершить начатое.

Аниш продолжал наблюдать, его руки дрожали - но не от страха, а от бессилия. Смотря на происходящее, мужчина лишь мог безмолвной куклой смотреть на сражение. Его товарищи бились на смерть, пока академик оправдывал в голове своё бессилие, обычным нежеланием. Что-то не позволяло ему думать, что именно «мать» причастна в этому. Но на подкорке сознания, была одна мысль, что пыталась достучаться до разума Аниша.

«Это она! Женщина, что выдаёт себя за мою мать, не даёт мне помочь товарищам! Ты должен бороться, останови ее! Не стой столбом, сделай хоть что-нибудь!»

Всё, что делала его так называемая мать, переходило уже все границы: контроль, лож, махинации и покушения. Как командир пятой бригадой, Аниш мог задержать её, заставить «мать» понести наказания за все деяния.

«Как я мог только предполагать, что именно Кавех и его друзья виновны? Ведь именно они и были теми, кто пытался бороться со всем этим. Идиот...» - Аниш начал думать в правильном направление, что-то треснуло в невидимой цепи, за которую дёргала Лилавати своего «сына».

Айна лежавшая на телеге, безучастно смотрела на происходящее. Малышка вряд ли понимала, что происходит вокруг. Взгляд той был практически безжизненным и лишь мирное вздымание груди, говорило о жизни в её теле. Айна - вечно шумная и бойкая девчонка, превратилась в тень себя прошлой. Её губы медленно двигались, будто пытаясь что-то сказать; те совсем побелели, а на щеках больше нет того розового румянца.

- Простите меня... - Мужчина опустился на колени, не желая видеть кровавой развязки. Почему так трудно сопротивляться? Что его сдерживает? Страх? Отчаяние? Боль? Ведь Аниш может делать все, что ему захочется, но только если это не связано с его матерью или попыткой остановить её. Но, кажется, он смирился с судьбой... Умереть пешкой в руках собственной «матери» - звучало не так уж и плохо. Пусть она и была самозванкой и даже то, что внутри себя Аниш понимал это. Но может хотя бы так, мама наконец-то поймёт, что её сын не бездарный, как и отец.

Аль-Хайтам и Кандакия отбивались от врагов, пока Лилавати безучастно стояла в стороне, будто знала, что победа за ней. Старуха смотрела на восход, предвкушая, как завладеет Джином и тем, чего так жаждала всё это время. Её серые очи лишь на мгновение остановились на мальчике, что лежал словно кротёнок, свернувшейся под плащом Кандакии.

- Твоё существование - ошибка. Тебя не должно было быть... Так почему же Боги посчитали твою душу достойной для новой жизни? - говоря с самой собой, Лилавати задавалась вопросами, на которые не могла дать ответ. По крайней мере сейчас. Старая дева не спешила. Она следила за солнцем, что поднималось не спеша, одаривая новый день первыми лучами света. - В любом случае, твоя короткая жизнь почти подошла к концу. Пришло время вернуться тебе, доченька. Мы вернёмся домой...

Ранее бывая в битвах, Аль- Хайтам и Кандакия могли дать отпор, пусть и поначалу. Луиза же могла только в ярости кричать отбиваясь от наёмника, в попытках защитить брата. Бывшая дворянка не имела никакого понятия о боях. Лишь смотря на дуэли, Луиза могла запоминать основы, но на практике ничего не применять.

«А зачем? Ведь леди не пристало держать клинок или шпагу. Это мужское дело! Дура, так и знала, что мне бы пригодилось это!»

Но ей пришлось найти в себе силы сражаться, надеясь лишь на помощь и божью милость. Луиза долгие годы провела на каблуках с высокой платформой. Даже так, с лёгкой обовью и стертыми в кровь ногами, она уврачевалась ловко.
«Ну хоть где-то был плюс от этих бестолковых туфель!»
Бывшая дворянка метала взглядом по сторонам, пока Лоран рыдал за её спиной, не в силах помочь. Парнишка был слишком юн и не способный в полной мере контролировать свои чувства и эмоции. Лоран всегда был психически не стабильный, Луиза жалеет, что не замечала этого раньше... Жалеет, что никогда не давала ему того внимания, в котором он нуждался. Но уже слишком поздно жалеть о прошлом... Возможно, именно сегодня она умрёт так и не сказав Лорану, как сильно любит его.

Не теряя надежды, девушка парировала удары наемника, избегая кинжала, что так и направился проткнуть её. В надежде на помощь, Луиза кидала быстрый взгляд то на Аль-Хайтама, то на Кандакию. К сожалению, те были не в менее сложной ситуации, чем сама девушка.
Когда же бывшая дворянка взглянула на Аниша, то нашла в нём ту самую помощь, которую так долго искала. В попытках позвать его, девушка пропустила момент, когда сильный удар пришелся прямо в солнечное сплетение и сбил её с ног. Лёжа на песке, она едва могла дышать; звуки сливались в оглушительный звон. Боль пронзала тело, и девушка судорожно сжала живот, в надежде вздохнуть. Кажется Луизе ещё никогда не было так плохо.

«Будь проклят тот день, когда я решила приехать в Сумеру.»

Лоран наконец-то затих, вместо безудержного плача пришёл самый настоящий ступор. Его вечно стойкая и гордая сестра, лежала на земле корчась от боли, в судорожных попытках сделать хотя бы вздох. Беспокойство за сестру, пересилило даже страх перед смертью.

- Нет... Луиза! - Лоран рухнул на колени перед сестрой, болезненно сглатывая слюну. Парнишка понимал, что плакать это так по детски, но сдержать слезы было невыносимо сложно. - Пожалуйста, вставай... Сестра!

Лоран мог бы и дальше вопить без умолку, но удар ногой, прямо в грудную клетку дал понять, что тут не детские игры. В сознании парнишки прокручивались моменты из жизни, когда они с Лизой ещё хорошо ладили. Рядом с сестрой было не стыдно плакать, ведь она старше и всегда защитит. Прикроет от злого папы, что запрещал младшему сыну вечно сидеть в четырех стенах. Создавая опасные устройства, от которых было больше вреда, чем пользы. Но страшная сестра поддерживала брата в его начинаниях, до переломного момента.

Совсем недавно, Лоран так отважно бросился в огонь, спасая многие жизни от пожара. Тогда почему сейчас он плачет, как маленький мальчик? Юный механик был уверен, что вырос внутри, что стал более храбрым, и это правда! Но когда Лоран увидел сестру, то больше не было сил быть «взрослым». Хотелось вновь замазать соплями новое платье Луизы, лишь бы та пожалела его.

«Я так и не смог стать взрослым, как и мечтал. По прежнему цепляюсь за юбку сестры.»

Лоран с трудом встал. Его попытки приблизиться к сестре, выглядели жалкими, но наемник лишь нависал над их маленькими телами, показывая своё превосходство. Наемник держал в руках острый кинжал, что блестел от восходящего солнца, Лоран уже знал, как ему следует поступить. Тело парнишки ныло от боли, но он всё же сумел добраться до сестры, закрывая её своим телом.

- Прости, Луиза... Обещаю, что больше буду плакать. Теперь моя очередь защищать тебя!

Кандакия, видя всё это, крикнула бригадиру пятой бригады:

- Аниш! Чёрт возьми, помоги Лорану и Луизе! Прошу! - Девушка была сильна, но против трёх крепких наёмников ей было трудно выстоять. Её сбивали с ног. Падая и вновь вставая, девушка хваталась за копьё с новой силой. Даже когда костяшки ныли от боли и когда воздух пропадал из лёгкий, а кровь неумолимо текла из колотых ран. - Аниш, опомнись! Не дай этой твари управлять тобой!

Аль-Хайтам попытался броситься на помощь, но был так же сбит с ног. Без рук сражаться было почти невозможно, но годы вылазок в пустыню и не редких стычек, закалило его тело.

- Чёрт, сделай хоть что-нибудь полезное за сегодня! - в моменте, в голосе Аль-Хайтама проскочило отчаяние. То, что услышать было невозможно... Не от главного секретаря, уж точно.

Мужчине пришлось использовать всю силу, что он сдерживал в себе. Сияющие ромбы, отбрасывали яркий зелёный свет от одного к другому. К сожалению врагов, этот свет был опасен. Эта атака сбила наемников с ног, большинство лишило сознания, но Аль-Хайтам не успел совсем чуть-чуть...

Аниш прижимал Айну к груди, не в силах даже поднять голову. Слова товарищей доходили до его слуха - он пытался встать, но тщетно. Глядя на дочь, он чувствовал, как сердце сжимается. Такая маленькая, беззащитная... Аниш знал, что если не встанет, то свою дочку, уже вряд ли увидит живой. А ведь совсем недавно, он только обрёл её, и потерять это маленькое чудо... Ни за что. Даже думать о таком нет сил.

- Айна... - Она приоткрыла глаза, смотря на отца, о котором когда-то раньше так мечтала. Пусть строгий и грубый, но зато такой настоящий.

- Папочка... Мне холодно. -Маленькая ручка потянулась к нему, дрожа. В пустыне уже было тепло, но Айна тряслась, будто была в Снежной. - Очень холодно...

Где-то вдали раздавались крики - Лоран закричал, когда кинжал пронзил его спину.

- Аниш! - Аль-Хайтам и Кандакия кричали в унисон, отчаянно пытаясь до него достучаться.

«Так не может больше продолжаться, всё зашло слишком далеко. Я не могу потерять Айну, когда только обрёл её. Не могу позволить умереть невиновным. Из-за меня слишком многие пострадали...»

Пересилив себя и всё то, что сдерживало Аниша до этого, тот встал. Внутри всё клокотало, будто рвалось и уничтожалось изнутри, было больно, даже дышать стало труднее. Но разве отец может беспокоиться о себе, когда его дочь на грани жизни и смерти? Пусть сами Боги будут тянуть его вниз, но ради Айны он подниматься из самой бездны прямиком на небо.

Лилавати наслаждалась солнечным светом, пока первые лучи озаряли пески кровавым оттенком. Она взглянула в бездну, где простиралась лестница вниз. Старой даме не терпелось оказаться там... Снова в родном доме, где ей и место. Её зовут, шепчут истинное имя, но Лилавати терпит, ждёт и выжидает. Осталось немного.

На секунду старая дева ощутила странное чувство внутри, что-то изменилось...

Но мысль её прервалась - сильный удар в спину отправил её вниз по ступеням. Всё было будто в замедленной съемке, бездна принимала тело старухи, желая поглотить её до самого основания.

«Как же это могло случиться? Что пошло не так?»

В полёте она развернулась, не в силах контролировать своё падение и увидела «сына», стоящего наверху. Аниш смотрел на «мать» безразличным взглядом, ведь теперь он знал точно:

«Моя мать давно мертва, ты не она.»

Кажется контроль дал сбой... Этого Лилавати точно не ожидала.