Я Там, Где Ты

Густая и плотная тишина обволакивала, поглощая перед собой всё, до чего только возможно дотянуться. Место было совсем незнакомым, но одновременно полным всяких мыслей и событий. Воздуха, как и света, тут не было, абсолютная темнота, но это не мешало ощущать себя живым.

«…»

«Чьи это мысли исходят отовсюду?»

.

.

.

– Мама, а кто такие Аранары? Они ведь гномы, прямо как те, что из твоих сказок? – русые волосы маленькой девочки, красиво переливались на солнце, казалось, будто те имели рыжий оттенок, но это лишь игра света. Глубокие и пронзительные глаза для столь юного возраста, бросали в пот, будто эта малышка могла прочесть мысли. У её матушки глаза были более ласковыми, видимо такой колкий взгляд ей достался от отца. Но волосы были такими же мягкими и светлыми на вид. Взор её всегда будто затуманенный, и лишь при виде дочери, свет в глаза возвращается вновь, одаривая этот мир, прелестной улыбкой.

«И ведь совсем не скажешь, что это прелестное создание способно на убийство»

Мама девочки усмехнулась, смотря на лежащую дочку в траве, та никак не могла насмотреться на своё маленькое чудо, и даже неважно, что рождение было совсем незапланированным и её кровный отец даже не знает об этом, но это не мешает им быть счастливыми.

Не будь у них бабушки, как называет её Айна, всё было бы иначе. Да и сама девочка считает, что это мама её матушки и говорит об этом всем, кому не лень . Но теперь женщина способна прокормить себя и дочь, а милая старушка, что приютила однажды бездомную даму с ребенком на руках, теперь считается членом семьи.

– Айна, дорогая, я же рассказывала, Аранары – это не гномы, они являются хранителями лесов и не позволяют путникам заблудиться. – женщина, как большой любитель цветов, высаживала  ростки в новые горшки, руки её были в земле, скрывая глубокие резцы, которые теперь лишь напоминали об ужасном прошлом. На её левой руке даже не хватало фалангов пальца, что она скрывала за перчатками.– Так же я слышала, что Аранарами покровительствует «наш» Архонт, благодаря этому Властительница Кусанали способна следить за нами и… Тебе совсем не интересно?

«У нас иной бог, не властительница Кусанали…»

Айна всё зевала без остановки, пока её мама пыталась просветить её юное сознание новыми знаниями. Но даже так, девочке было интереснее послушать про обычных садовых гномов, чем про странных существ из леса, что казались такими далёкими и отстранёнными от человеческой жизни. Всё таки Айна для своих юных лет, была слишком серьезной. И даже тут черты её отца, проскакивали в маленьких деталях.

«Не покладистая. С таким характером ей не выжить в пустыне. Нужно хитрить и юлить.»

Матушка Айны любила свою дочь даже такой, пускай та и была похожа на Аниша. Он был тем ещё орешком со своеобразным характером, который передался его единственной дочери, но даже расколов его скорлупу лишь на дюйм, женщине так и не удалось полюбить его в полной мере. Но она верила, что однажды он найдёт ту самую.

Любящая мать действительно верила в счастливое будущее подле своего дитя, но она знала, что ей предстоит покинуть новый дом, чтобы вернуться на родину и расставить точки над «и».

Пустынные земли. Место, где без особой подготовки тебя ожидает неминуемая смерть. Днём – дикие животные и палящее солнце. Ночью – безудержные холода и пустота на ближайшие километры, из-за плохой видимости.

Но матушка Айны была той, кто с рождения была подготовлена ко всем тяготам жизни. Умения выживать и ориентироваться в пространстве ей передал отец. Добрый, но в меру строгий человек обучил старшую дочь всему, что умел сам. А юная девушка впитывала как губка, ведь знала, пустынные дети не живут долго. Особенно в дали от людей, как они с семьей. Опасность могла подстерегать за любым кустом и требовались любые навыки, чтобы прожить ещё один день.

Со временем отец слёг, болезнь быстро забрала его, потому старшей из сестёр и братьев, пришлось взять всё в свои руки. Кажется она была готова к этому с рождения. Девушка была рождена для того, чтобы заботиться о родных.

Девушка не раз думала, что будь они в обычной деревне или… В городе, как Сумеру, может быть им и удалось бы выжить. И она правда делала все возможное, что бы осуществить это. Но судьба имела свои планы.

Не долго думая, смерть начала поочередно забирать почти каждого члена семьи из их небольшого племени. Никто уже точно не скажет, что стало конечной причиной для их мирной жизни, но когда пришли наемники, надежда растаяла окончательно. Не понятно, как тем удалось отыскать их, но факт остаётся фактом.

.

.

.

Удалось выжить лишь старшей дочери, матушке Айны. Девушка долго держала оборону, давая шанс спастись младшим. Но пустынники для своей потехи избавились от них быстрее, чем те смогли бы спрятаться… Их безжизненные тела лежали перед старшей и уже единственной сестрой. Подобие этих людей, пытались окончательно сломить девушку, но разве она могла…?

«Эти ребята ненавидят не покладистых»

У неё получилось скрыться и остаться живой, но имел ли смысл после всего случившегося? Что или кто теперь будет её смыслом жизни? Ради чего ей жить?

Долго юной деве томиться в ожиданиях не пришлось.

Девушка была ранена и истекала кровью. И лишь благодаря мужчине, такому же пустыннику, ей удалось выжить. Тот грубой силой скрутил руки девушке, пытаясь второй рукой обработать рану. Уже спустя мгновение, ей удалось выкрутиться, принимая помощь и ожидая того момента, когда можно всадить нож в горло этому ублюдку.

.

.

.

– Не буравь взглядом, я тоже не в восторге от происходящего. – пустынник ел обжаренное на костре мясо недавно словленного лиса, сухо и без специй, но сойдёт. Девушка была уверенна, что убьёт его, но почему-то не смогла этого сделать. Смотря в его глаза, невольно ощущаешь схожесть между вами, от того руки на рукояти ножа, так и не двинулись с места.  – Сама знаешь нашу природу. Не имело смысла бороться, просто стоило согласиться на условия и пойти с нами.

Девушку переполняли эмоции, хотелось порвать его на части. Да как он смеет произносить нечто подобное?! Как он может считаться человеком, когда люди губят людей, для собственной наживы и удовольствия?! Кто в здравом уме пойдет в сексуальное рабство?!

– Издеваешься надо мной?! – не подумав, девушка сделала резкий выпад вперёд, но схватилась за перебинтованную рану, смерив убийцу своей семьи обжигающим взглядом. – Предлагаешь… Отдаться в руки рабства и ложиться под кого попало…?

Последние силы уходили на то, чтобы оставаться в сознании. Кажется последнее мгновение перед смертью, она проведёт за беседой с этим ублюдком и в сожалении за прошлое.

Её душе не будет покоя до скончания веков. Единственное, что даст ей упокоение перед смертью, так это его имя, которое она проклянёт с особым рвением. И даже тот факт, что образования у девушки никакого нет, а читать её не учили. Но всё же сказать самые грязные и похабные слова, ей под силу.

– Не ты первая, не ты последняя. – пустынник с безразличным лицом откинул кость уже мертвого существа, смотря на свою собеседницу. – Если так дорожила своими братьями и сестрами, так почему продолжала биться? Неужели верила в свои силы…? Идиотка. Теперь не видать им загробной жизни.

Одолевшие мысли привели девушку в чувства, плакать не хотелось, для них это нормально терять кого-то под горами песка. Но хотелось теперь лишь одного: убить чертовых нелюдей, что посмели лишить жизни невинных созданий. Дети – не заслужили подобной участи, самому младшему было 2 года… Разве так можно поступать?

Отголоски криков и зова о помощи в мыслях девушки были перекрыты строгим, но таким уставшим от всего голоса.

– Если хочешь мстить – мсти. Но не в одиночку. Так тебя ждёт лишь смерть. – собирая свои вещи, пустынник оставил припасы для девушки, давая той шанс выжить и прийти за «долгом» равной жизни. – Захочешь меня найти, буду в поселении недалеко от сюда, пойдешь к гробнице, а от туда по левой стороне. Патрулирую по ночам, не ошибись. Больше я не смогу тебе помочь, даю лишь выжить, а дальше сама решай, как тебе быть.

Мужчина явно дал понять, что он готов мстить за пролитую кровь невинных жертв, он против всего этого, и даже долгие годы «работая» в подобное сфере, он так и не смог привыкнуть. Этот пустынник не раз пытался уговорить людей, помочь ему устроить переворот, но все как один бежали прочь, забыв о своей мести. Но может сейчас выйдет…?

Внутри него что-то кричало при виде этой девушки, её пронзающий взгляд полный боли говорил о многом – решимость. И это давало ему надежду на то, что возможно им удастся прекратить эту тиранию.

– Кстати, как прозвали тебя родители? – девушка молчала, явно не хотела быть ненароком проклята, потому ей осталось смотреть из подлобья, намекая на нежелание говорить о подобном в слух. – Понятно, тогда увидимся, если выживешь.

Пустынник сделал смелый шаг вперёд из укрытия, стараясь стереть из памяти ужас от увиденного недавно. Но его прервал надрывистый голос, больше похожий на всхлип, где звучали нотки мольбы о помощи и желании мстить. 

Больше раненная девушка молчать не могла, теперь она поняла, что этот человек был такими же, как и она. Только наоборот.

Он убивал, потому что от него это требовал долг пустыни, он не желал этого. У него тоже была семья, которую ему надо защищать. Но пока он пустынник, никто его не тронет, а помочь кому-то сбежать из лап смерти, ему под силу.

– Ма..риам. Мариам! Так назвал меня отец… – по щеке девушки скользнула одинокая слеза, но это максимум, который она смогла выдавить из себя. Пустынники слишком «холодные» для этих теплых земель.  – Я.. вернусь. И обещаю, что убью каждого, кто сотворил это с моей семьёй!

– Вот оно как, тогда жду не дождусь, когда ты окрепнешь и вернёшься в бой. – мужчина не успел сделать и шага вперёд, вспомнив что-то своё. – Точно. Меня можешь звать Ибрагим. Я обычно не возвращаюсь к подобным тебе, ведь чаще всего они убегали в страхе. Но… Обещаю, что не позволю твоей мести сгореть, как пламя солнца в конце дня.

Мариам смотрела на Ибрагима уже иным взглядом, почему-то она могла понять его без слов. Его взгляд… Взгляд человека, который хранит в себе свет, помог девушке осознать, что он не враг, а друг.

Ночной пост для Ибрагима принёс свои трудности. Его «товарищи» привели новых людей, которые скорее всего пошли бы в расход, в их низменных желаниях. Мужчина никогда не участвовал в подобном, он никогда не решал: кому жить, а кому умереть.

Его смелости хватало лишь на быстрый сожалеющий взгляд, после чего, мужчина пошёл на обход территории уже ожидая того момента, когда он вернётся к своей любимой. Сейчас она наверняка спит видя сладкие сны.

Мужчина на протяжении пяти месяцев помогает Мариам встать на ноги, рана была действительно глубокой и опасной, но общими усилиями, Ибрагим смог дать девушке второй шанс на жизнь. Им даже удалось стать неплохими друзьями, и теперь девушка знает, что Ибрагим редко прибегает к убийству.

Он являет негласным командиром, потому никто не задается вопросами о его нежелании работать в подобных условиях. Возможно это из-за его больших и крупных размеров, даже в таком возрасте. Он выше и крепче многих главарей, что уж говорить о подчинённых. Многие бояться подходить к нему, уже не говоря о том, чтобы спорить или указывать.

Иронично то, что его возлюбленная совсем миниатюрная, от чего многие любят пошутить про пустынного тигра и маленького лисёнка. Ибрагим совсем не против таких шуток, ведь ему нравится ласково называть свою любимую «мой лисенок ».

Мужчина немного задумавшись не сразу заметил, как в него летели маленькие камушки. Ночью может подняться ветер, потому он лишь почесал место зуда.

Мариам, что сидела за камнями, молила всех божеств, чтобы этот тупоголовый заметил её. Она всё кидает в него камнями и зовет без остановки, а ему хоть бы хны… Хотя он и сам как глыба.

Прицелившись камнем побольше, ей удалось попасть в мужчину. То ли Мариам меткая, то ли глаз косой, но камень влетел прямо в ягодицу Ибрагима. Пустынник обернулся, не понимаю происходящего, но это помогло ему заметить подругу, что прикрывала рот от смеха.

– Так вот что это за ветер… – осмотрев горизонт на наличие лишних ушей, Ибрагим подошёл к Мариам так, чтобы закрыть её, и слушать одновременно присев на камень. – Не боишься, что найдут? Разве не говорила, что завтра придёшь? 

– Планы поменялись, лучше забирай своих и уводи их от сюда, скоро всё вспыхнет…

Весёлая атмосфера быстро сменилась на гнетущую. Взгляд синих и проницательных  глаз, смотрели прямо на мужчину. В них не было сомнениях или страха, неужели решила идти на верную смерть…?

– … Даже не думай, что справишься одна. Я же предупреждал: надо найти людей, которые смогут помочь, а не пускать всё на самотёк. – Ибрагим еле сдерживался от того, чтобы не сорваться на ругать и злой тон. Он ни раз говорил Мариам, что сам найдёт людей в помощь, и только тогда они смогли бы составить план действий. Но эта девчонка… Совсем обнаглела!

– Не бойся папаша, мой план был готов давным давно, просто пришла попрощаться и предупредить, чтобы спасался пока есть шанс… – мужчина даже подскочил от подобных слов. Как она могла действовать за его спиной?! Неужели не доверяла? Он вскрыл все тайны пустынников и не жалел бы об этом, даже если бы его убили. Но он планировал вместе напасть на извергов и насильников. Тогда почему она просто отталкивает его? – Ты всегда слишком чувствительный и эмоциональный, навряд ли смог бы убить тех упырей. Я не хочу, чтобы ты пачкал свои руки в крови, лишь бы мирно жил со своей любимой.

Ибрагим не мог поверить своим ушам, совсем недавно, Мариам описывала как они вместе будут кромсать пустынников. Мужчина был совсем не против взяться за оружие, но тогда почему всё повернулось так… Неужели ей и вправду известно о слабости Ибрагима.

– Подожди, но мы планировали иначе…

– Ты… Ты же понимаешь, что не сможешь убить их. Да даже навредить не сможешь. – девушка встала, больше не боясь того, что её могут увидеть. – Ибрагим, ты слишком добрый. Добрый до мозгов костей. Тебе бы в грядках копаться и детей растить. Ты не создан для насилия.

– Но… Я хочу помочь.

– Нет! Я не позволю тебе идти по этой тропе. Сколько бы ты не пытался всех убедить в своей жестокости, но в глазах всё написано… Прошу, уходи. Я хочу, чтобы ты жил. Это не твоя судьба, пусть мстят те, кого это действительно касается.

Девушка опустила голову, больше не желая смотреть в глаза нового друга, боялась, что не сможет отказать, если он вновь попросит. Её сердце почти не билось, видимо после прошлых событий это не возможно. Но чувство боли, преследует по сей день и Мариам готова заглушить его кровью.

– Хорошо. Но при одном условии:  мы пересечём пустыню и направимся в Сумеру. Вместе.

Мариам с некоторой тоской посмотрела на Ибрагима. Она до глубины своей почерневшей души, хотела бы вместе с другом отправится в Сумеру и начать там новую жизнь. Но девушка знала наверняка, этому точно не бывать.

– Конечно, Ибрагим.

*

*

*

Как и просила Мариам, Ибрагим вывел свою любимую из этого проклятого места. Он верил Мариам, и действительно надеялся на то, что всё получится, как она и задумала. Мужчину настораживало то, что девушка умудрилась за его спиной провернуть махинации подобного масштаба. Его сдирали сомнения и неуверенность в плане Мариам. Здесь явно было что-то не так.

Как только Мариам увидела то, что Ибрагим покинул территорию пустынников с любимой, со спокойной душой села на камень и просмотрела на ночное небо. Не было у неё никакого плана, придумала всё это на ходу. Мариам так устала ждать, что решила действовать кардинально резко и жестоко. Не должно было быть никакого пожара в начале, если только в конце, когда девушка убила бы всех… Насильников и убийц своими собственными руками.

Мариам страшно не было от слова совсем, ею двигало желание мстить. Её ненависть прорастала медленно и безотказно. Было нестрашно испачкать руки, погрязнуть в грехах и отдаться в пучину жестокости.

Не спешим шагом, она заходила в дома поочерёдно.

Не спешим шагом, Мариам заходила в дома поочерёдно. На глаза попадались истерзанные тела девушек и молодых мужчин, страшно думать о том, что делали с ними на протяжении долгого времени. Мариам перерезала глотку первому ублюдку. Это было таким заветным желанием, что даже руки тряслись. Его кровь стекала по его телу прямо на пол, тот лишь успел открыть глаза перед смертью и узнать в Мариам ту самую, что Ибрагим должен был добить. Даже не думая о том, чтобы задерживаться на одном месте, девушка попыталась помочь изнасилованным и избитым жертвам ублюдка. К сожалению… было поздно. Руки что должны были быть связаны, таковыми не были и лишь покраснения на шеи, запястьях и ногах говорили об этом.

Девушка не сразу это поняла, но в доме был ужасный запах, по всей видимости запах исходил от бывших «игрушек».

Не долго думая, Мариам покинула хижину. С одной стороны она чувствовала радость от одной смерти, но лечение заняло слишком много времени. Почему Ибрагим ничего не делал? Он был добр, это факт, но неужели он не знал о подобных пристрастиях своих «коллег».

Верно и без колебаний, из жизни уходили один за другим. К сожалению, пропажа Ибрагима была замечена, он обычно один патрулировал на большой территории, пока другие веселились и пили. Каждый день был как праздник.

Быстро подняли шум, казалось, что должно было быть много ублюдков, и всё же… Мариам позаботилась о том, чтобы большинство оказались по ту сторону этого мира. Понимание того, что близится второе сражение, та и не думала бежать, хотелось завершить начатое. И пусть она выступит против десятерых, но она убьет каждого, как однажды её близких.

Тому было суждено это случится, жестокое сражение не на жизнь, а на смерть. Одна конечность летела за другой. Крови было так много, что она покрывала всё лицо девушки. Та была от природы сильна, даже очень. Мариам не боялась этой силы, наоборот, чтила и взращивала её. Но даже так, ей не удалось спасти близких. Сейчас же она уничтожала сорняки, такие, что глубоко проросли в почву и вырвать было их очень не легко. Потому когда получалось это сделать, сердце трепетало от полного счастья, будто табун лошадей вырвался на волю.

Как девушка и рассчитывала, сорняков было более чем достаточно, но даже так, Мариам не думала отступать. Она не знала, были ли на её теле раны, преследовала ли её усталость? Неизвестно, но она знала точно, что постепенно руки перестают слушаться, а ноги застревают в песке всё глубже. Кажется в её плече была стрела, а пару пальцев или фалангов на левой руке и вовсе отсутствуют. Мозг давно перестал нормально обрабатывать информацию, Мариам выживала за счёт своих шестых чувств и адреналина в крови.

В один момент наступила тишина. Казалось, что прошло пару мгновений, все тело ломило от неописуемой боли. Всё кружилось, даже с закрытыми глазами, так плохо девушке ещё не было.

Как только Мариам открыла глаза она схватила приблизившегося человека. Не было возможности рассмотреть кто это, и девушка чуть не направила на него кулак, прямо в лицо.  Девушку остановила крепкая рука Ибрагима.

– Достаточно, Мариам. Ты хорошо поработала, всё кончено. – Как оказалось, девушка чуть не убила ударом в лицо возлюбленную Ибрагима, она старалась обработать раны девушки и была ужасно испугана, увидев кулак перед собой.

Мариам опустила руку, её глаза были стеклянными. Единственное, что поддерживало её жизнь, так это адреналин, сила воли и божье благословение. А теперь уже возлюбленная её друга. Мариам легла обратно на какие-то вещи, видимо ей подложили их, чтобы было мягче лежать. Всё же лучше, чем бескрайний песок, безжизненных и такой далёкий от человеческих чувств.

Не так далеко от себя, девушка заметила пламя. Там, где раньше долгие годы стояло место полное безграничной похоти и греха, теперь горело пламя, выпуская черный дым далеко в небо заслоняя  собой  звёзды, что горели сегодня ярче, чем обычно. На фоне всего этого, стояла высокая и крепкая фигура Ибрагима....
Его тень падала на Мариам, и та могла видеть, как он вытирает руки какой-то тряпкой. Та была грязной и пропитанная кровью. И что-то подсказывало Мариам, что кровь была не его и не её.

*
*
*

Время шло незамедлительно быстро. Ибрагим его суженная и Мариам перебрались в город. Трудно было свыкнуться с новыми устоями и понятиями, но самое главное, что они были вместе и давали ту самую поддержку которой так не хватало. Мариам для себя решила, что забудет прошлое и найдёт для себя дело жизни, где постарается нести хоть капельку счастья.  А после появления её малышки – Айны, та и вовсе окончательно прижилась в тропической части Сумеру.

Вимара. Небольшая деревня, где казалось счастье длиться будет вечно. Но зов пустыни непреклонен. Мариам противостояла ему из-за всех сил, но всё же рискнула. После этого момента Айна не видела свою мать…