Глава 8 - Цветы
Тихий ветер качнул ландыши у согнутых девичьих колен. Тонкие руки осторожно выбирали нужный цвет средь огромного их многообразия. С большой любовью и осторожностью они переносили их в плетённое лукошко, бутонами вверх. Пальцы бережно касались каждого стебля гладя его словно дорогого человека. Нежное прикосновение заставляло заливаться светом каждое растение, источать дивные ароматы. Девица осторожно склонилась над белыми, нежными цветами ландыша, заслонив их черными как ночь волосами, вдохнула его дурманящие флюиды и тихо ахнула. «Этот ландыш для тебя.» - пропела Саха срывая маленький цветочек. Сложив его на свои ладони кротко улыбнулась перенося его в корзинку. Лёгким движением собрала красную как кровь гвоздику, склонила голову на бок: « Красиво...» - подумала сложив в ту же корзину. «Этот цвет для тебя.». Под тонкими кистями оказался георгин, задетый бутон странно хихикнул но замолчал, стоило взгляду упасть на него. От той же руки качнулся растущий пурпурный гиацинт. Любопытствующий взор окружил их. Саха не могла понять что её настораживало в обилии прекрасных растений. Держась за стебельки она растерянно глядела то на них, то на корзину. Они оказались там же... Едва Таёжная принцесса собралась уйти, как вдруг очи на окраине зацепились за удивительной прелести ирисы переплетающиеся с астильбой. Свившись телами крепче двух любовников раскачивались от ветра, заливаемые благим светом росли бок о бок выдерживая натиск всего мира. Осторожно подкравшись к ним, будто пытаясь не потревожить уединившуюся пару, попыталась сорвать, но цветы стойко выдержали рвущее движение. Ирис будто сильнее свился с соседом не желая отпускать его. Она не отступилась. Решившись сорвать назойливый фиолетовый цвет выудила из под подола ножницы. Щёлк! Мощный, тугой стебель не заметил ни единой попытки нарушить его целостность и лишь качнулся насмехаясь над сломавшимися ножницами. Подымаясь с земли Куннэй фыркнула признавая свою неспособность взять их.
Внезапно воздух начал тяжелеть, а пространство темнеть как при ночи. Что-то черное поползло по поляне, клубясь поедая каждую травинку попавшуюся на пути. Что это? Дым! Он повсюду! Заполняя собой местность, вытеснял воздух и жизнь вместе с ним. «Нет. Не к добру это. Нет дыма без огня!» – охала девица озираясь по сторонам в поисках очага. Ничего. Только сгущающаяся тьма подступающая, казалось бы, со всех сторон! Послышались вой, стоны, животные крики. Она туда! На встречу ей неслась полчища испуганных зверей, спасающихся кто как мог. Быстрое осветление говорило только об одном – очаг слишком большой. Мечущийся взгляд не мог найти огня, как вдруг, перед самым носом, вздыбилась стена адского пламени! От самого низа и выше острых макушек сосен поднялась его уничтожающая сила испепеляя всё и вся. Осознание происходящего заставило броситься прочь, как можно дальше. Будто всё на свете было куда быстрее неё, а идущий пал, как живой, юлил, нырял прям под ноги преграждая путь. Неистовый жар обжигал спину, а девица всё бежит, спотыкаясь, падая но бежит. Жжение подступало всё ближе и ближе. Ну всё. Пропала! Из под ног ушла земля и глазам открылась зияющая чёрная бездна разинувшая свою пасть.
Куннэй с визгом вскочила с постели в ужасе оглядываясь по сторонам. Воспалённый разум искал всякие признаки огня. Испуганным зверем металась по комнатушке отражающей тяжёлое, сбитое дыхание. Закатывающаяся луна с недоумением посмотрела на юную оборотнцу. Стоя посередь спальни, взъерошенная Нэй выдохнула поняв, что это был всего-лишь кошмар. Взявшись за полу савана побрела к печи попутно теребя его. Ни кто ещё даже не думал просыпаться в этом тихом и уютном жилище. Всё продолжало сладко дремать в тепле протопленного помещения, ходики тоже казались спящими, так тихо и размеренно качался их маятник. Пожалуй, единственный кто не спал сейчас - это озверевшая за окном стихия, нещадно бившаяся о стеклышко маленького оконца. Вьюга выла почти как убитая горем вдова, на секунду у пробуждённой сложилось ощущение, якобы где-то есть пробоина раз её так слышно. Стабильно тёплая атмосфера развеяла это ощущение. По-старчески вздохнув таёжная принцесса заглянула в раскрывшуюся пасть печи, заметив догорающие угли вздохнула ещё громче. Мельком оглядев место возле генератора уюта выследила ведро с поленьями, принялась закидывать одно за другим в топку разжигая ручной огонь. Ручным тот являлся не потому что исполнял команды своей хозяйки, а потому что своих никогда не обжигал, дарил им только тепло, радость ну и еду ещё готовил. Убедившись в том, что главный зимний помощник разгулялся, отошла в сторону затворяя его лёгким движением рук. Немного потупив на трубный заслон маленькая хозяйка принялась за другие дела.
Сама того не заметив, она выпила три кружки воды, зажгла лучину, побрела на цыпочках к себе, оделась в сарафан. Так же тихо вышла, накинула шубу Сибы и побрела к дровенику.
Едва спрыгнув с крыльца девчушка с визгом залетела обратно. Тело затрусило от жуткого холода, коснувшегося самого тёплого места. Взявшись за юбку тряхнула что есть сил. Из под подола высыпалось огромная, как ей показалось, количество снега. В целом, было не далёко от правды ибо ночка выдалась нелегкой, осадков ожидалось много но, сейчас погодка превзошла все ожидания. Зыркнув на оставленную ею яму Саха фыркнула. Придётся расчищать. Снега под самую чмоню... Смиренно раскидывая снег, она мысленно ругала погоду хоть и понимала что её гнев ни капли не разжалобит стихию. Внутренний гневный монолог позволил выпустить пар и равновесие начало возвращаться как вдруг... хрусь. «Наледь?!» - подумала Нэй уставившись на белое полотно перед собой. « Ну диво! Тротуар ещё и промерз... Потребно посыпать золой пока ни кто не распластался. Расчищу только.» Едва успела подумать об этом вынимая инструмент из снега как тут же заскрипела обидой. Железная лопата предстала в самом непотребном виде, в самом неподобающем для инструмента виде — сломанной. Половины инструмента попросту не оказалось на месте. Неожиданно для самой Нэй, где-то в жилах закипела кровь и гнев стремительно заполнил тело. Мордашка раскраснелась скорченная самой страшной гримасой, волосы зашевелились, зубы заскрипели. Замахнулась выкинуть ненавистный предмет вздыбившись как вона, зависла в таком положении стоя на цыпочках. Обратив прелестный лик к небу старалась как можно глубже вдохнуть, пытаясь успокоиться. Лютый холод обжёг трахею пока бегал туда-сюда. Это впервые, когда самообладание Якутии начало рушится. Вот уже третий месяц она не может найти себе покою, от этого кошмара не было спасу. Когда мелочи начали только пытаться вывести её из себе, та стойко держала удар расправив грудь и смело смотря в лицо своему противнику, сейчас же дела ухудшились. Обращённая к ещё не прозревшему небу она тщетно пыталась привести себя в гармоничное расположение духа, то же всё не приходило.
Поняв, что напрасно пытается сдержать пламя откинула инструмент на крыльцо, разбежалась и нырнула в сугроб. Из под толщи белой пелены донёсся приглушённый, почти что звериный крик. Выпрямившись огляделась по сторонам как бы спрашивая, не увидел ли кто как она тут сдает позиции. Никого не было, отрадно. Спустя минуты она уже рылась по избе в поисках ещё одной лопаты. Все попытки напрасны. Их семейный инструментарий, большая его часть если быть точным, успешно был переломан ещё осенью Бааем и Россом. В доме нет целого инструмента для уборки снега. Нужно срочно что-то предпринять, не то не видать дров как своих ушей. Но что? Подобрала к себе юбку присаживаясь на лавку да думает: « Кто имеет достаточно сил, ума и сноровки чтобы помочь мне?» Утомлённый взгляд в самоволку пополз по стенам, исписанному природным узором полу, полочкам да корзинкам. «Подкова над дверью... нет.» - Тихо перечисляла видимые предметы Саха - «Пары маленьких валенок... тоже нет. Топор, точило, хомут, мотыги — всё не то! Вёдра, обод от бочки, мешки с крупой, деревянный таз, серп да молот в нём...» Внутри головы что-то щёлкнуло подобно рубильнику. Таёжная принцесса вскочила будто ужаленная почти закричав: «Серп и молот! Ну конечно! Как же я сразу не догадалась то?!»
Маленькая комнатка содрогнулась от чудовищного храпа. Распластавшись на поверхности перины, мирно спал краснорожий первоисточник такого страшного звука. Стоя в дверях, словно ноги приклеились к полу, она не знала как к нему подойти. То ли страх удерживал на месте, то ли сочувствие бедолаге, которого вот-вот оторвут от чудесных снов под дрожь помещения. Валетом рядом с ним лежал абсолютно бесшумный Росс, складывалось ощущение, что ему глубоко всё равно на шум. Сила привычки. Детям Иосифа было не впервой слышать подобное. За все свои годы они уже успели научиться отключаться быстрее чем батька, ибо тот кто не успеет уснуть раньше — обречён на мучительно бессонную ночь.
Взявшись за подол Нэй осторожно пошла вперёд стараясь как можно тише подойти к кровати. С каждым шагом храп становился всё невыносимей. И как только его дети смогли спать?! Борясь с сильнейшим желанием кинуть в спящего тапком, продолжала подбираться крадущимся шагом. Когда же ей удалось дойти, ценой собственного слуха, толкнула соню в плечо.
– Иосиф... Иосиф... – Никакой реакции. – Ио-о-о-о-сиф... – Продолжила тормошить его якутка. – Иосив!
– А?!
Союз едва не подпрыгнул от резкого поднятия тона. Цель достигнута – «дракон» разбужен.
– Ты... ты... что случилось?
– Снег.
– Снег? Что с ним не так. – Растерянно отвечал ей СССР.
– Расчисти пожалуйста дорогу к дровеннику.
– Чего?...
– Дорожку расчисти. Не то завтрака не видать никому из вас.
Маленькая держава тяжело вздохнула отрываясь от постели.
– Добро... сейчас сделаю. – тихо бормотал собирая внимательность в кучу.
– Спасибо, Союз. Ах! Чтобы я без тебя делала? – Тепло, но сдержанно прозвучал её колдовской голос.
– Пожалуйста... пожалуйста...
Когда глаза сфокусировались и выцепили, наконец, образ говорящей, их хозяин, сам того не осознавая, заметно прибавил темпу сборам. Впрыгнув в свою одежду, он снова уцепился за её чарующий взгляд. И в этот раз она наградила его небольшой томной улыбкой. Комуняга напрочь забыл о прерванном сне, он лишь ждал что прикажут чёрные как ночь глаза.
– Славно. – Начала Саха. – А теперь за мной.
– Иду-иду!...
Спустя каких-то пять минут Союз стоял у дровяного хранилища с деревянным тазом в руках. В процессе учащённого дыхания выходило много клубящегося пара растворяющегося в светлеющем небе. Солнце ещё только собиралось вылезать из-за края видимой земли однако, этого света хватало чтобы увидеть хоть что-то. На фоне белого снега виднее были дрова и в целом, на контрасте легче что-либо видеть.
– Принимай работу, хозяйка! – гордо поднял голову Союз.
– О-о. Ты управился в два счёта.
– Так точно, хозяйка!
– Ну что ж .– улыбнулась ему принцесса. – А теперь поди, растопи печь. Вижу у тебя проблем с этим не будет, Иосиф. – Напоследок пригладила ему торчащие из под шапки красные волосы и скрылась за домом.
В ту же минуту он, будто заколдованный, взялся исполнить её волю. Не в силах оказался устоять перед чарами той, к чьим ногам, когда-то, готов был бросить головы всех держав. И казалось бы время лечит, но разгоревшийся пожар в сердце не получилось загасить. Конечно СССР знал, что Таёжная принцесса никогда не ответит взаимностью, и всё же надежда изменить события не покидала его. На плечо легла тяжёлая связка дров заставляя юношу вздохнуть. «А ведь она и тогда будила меня чтоб дров принёс» - думал комуняга. «Да. она потом заставляла нас с Бааем с вечера натаскивать. Приятнее ж просыпаться в тёплой хате, а не в леднике.» Как тонко подмечено. Ледник – точное описание Куннэй. Снаружи она жива и даже цветёт, но капни глубже как все инструменты сломаются под непоколебимой прочностью вечного льда. Сейчас она казалась ему тёплой, не такой как обычно, не такой как в ПРОШЛЫЙ раз. Быть может, удалось повлиять на неё и наконец, она примет его предложение.
Мечты с болью разбились о дощатый тротуар. Плывя в пучине мыслей Союз запнулся за доски забыв поднять ноги достаточно высоко над поверхностью. Потеря равновесия, незамедлительно привела к падению. Левая рука справилась с нагрузкой и задержала падение, как тут же всё плечо прошила новая волна боли. Свалив с себя охапку поленьев осторожно опустился на колени. Рука заныла и даже малейшее прикосновение отдавалось сильной болью. «Кажется растяжение» - подумал Иосиф поднимаясь – «дома посмотрю насколько всё плохо». Завязанное «топливо» донёс правой, левая не горела желанием слушаться и не особо то делала это. Заходя в сени столкнулся с Удмуртом вышедшим ему на встречу в одной сорочке.
– Э! Ты чего не спишь?
– Я несу просо...
– Чего? – Дохнул недоверчиво Союз. – Какое к чёрту просо?
– Ну это... на кашу. – Сонно мямлил Баай. А ты что в снегу весь?
– За дровами ходил.
– В тайгу что ли?
– Не. В дровенник. Ну там снегопад небольшой.
– Да... По тебе не скажешь. – Неуверенно оглядел его Удмо будто не верил своим глазам.
– Дак ты выйди во двор, да погляди на снежок белый.
– Не. Я темноты боюсь. – отмахнулся парнишка уходя к мешкам.
Продолжать диалог они не стали.
С общими усилиями завтрак приготовился быстрее в несколько раз. Когда на каждого было возложено по одной ступени процесса, дело пошло завидно резвым темпом и вот, за час, а не за три, готова еда на всю их семью.
Дом наполнился благим запахом готовой каши и у присутствующих потекли слюнки. Укутанный, как дитё, горшочек опустился на стол. Молодая хозяюшка гордо посмотрела на голодные глаза и сказала:
– Готово, ребятишки.
– Выглядит съедобным. Ну, помолимся чтобы не потравиться. – Хихикнул Росс доставая из-за пазухи крестик.
– Руся! – Рыкнул Иосиф. – Ну никакого уважения!
– Ну что? Они же любят всяких там ферментированных оленей, засоленную рыбу... Ну и прочую экзотику.
– Руслан...
– Цыц, Удмуртия! – Отрезал Росс. – Республику не спрашивали.
Парниша лишь кротко улыбнулся переглянувшись с Нэй. Они чуть вздрогнули сдерживая рвущийся на волю смех. Заметив их реакцию Союз заметно смягчился. Что взять с идиота?
– Дать бы тебе по шее, Руся, да боюсь проку никакого.
– Да уж. – Отозвался хриплый голос. – Ведь если во башне пустотень, то что ты бей, что ты не бей.
Рядом с СССР на лавку уселся еще сонный Сибирь. Последнее время он мало активен и большую часть дня спит. Вот уже как четыре месяца обязанности Сибы лежат на его преемнице и это не могло остаться незамеченным. Взглянув в вечно усталые глаза Союз насторожился. Полузакрытые слезящиеся глаза, общая усталость, раскачивание — похоже он сильно болеет.
– Как ты?
– Терпимо, Иосиф. Терпимо.
– Дядюшка, покушать надо. – хлопотала рядом Нэюшка. - Вот. Я кашу сварила твою любимую. Покушай покушай.
Сиба ласково улыбнулся и принял протянутую тарелку с кашей в исхудавшие руки. В душе зародилась смутная тревога едва взгляд остальных детей выловил эти кисти. Виновник начал догадываться, волку ещё с того случая не становится легче — он чахнет. Общая картина не внушала никакой надежды. Его блеклый вид, страшная худоба, трясущиеся конечности и будто все сотни, отжитые им, отразившиеся на измученном лице с грохотом рушили его старания казаться выздоравливающим. Удмурт и другие, еле держали свои «маски», знали чем аукнется излишнее волнение их опекуна.
– Спасибо, моя хорошая. Выглядит просто чудно я голоден как волк!
– Ну наконец то! Ешь. Вон какой худой!
– Да. Надо наедать обратно.
Колючий страх понемногу начал отпускать ребятню уставившихся на своего «дядюшку». В кое-то веки он не отказался от пищи и принялся есть маленькими порциями. Союз еле слышно выдохнул, будто пытался скрыть своё присутствие от сидящих. Отпустило его не надолго ибо очень скоро он поймал злобный взор Сахи. В этих глазах, как пленник в клетке, горел гнев страшной мощи, запертый в оковах замёрзших зрачков. При абсолютно каменном, пустом и безэмоциональном лице, аки парализованном, сидели абсолютно злые как два демона глаза. На мгновение ему почудилось, что через неё в его глотку желает вгрызться рассвирепевшая держава. Захотелось отступить, сдать назад но окоченевшее тело отказалось выполнять всё, что приказывал мозг. Взгляд забегал по комнате, а по спине заскребли когти подкравшейся паники и сердце ускорило ритм. Новая волна страха вцепилась всеми зубами в маленькую душонку сжимая и терзая плоть. Лишь зацепился тот за черноту очей не смог более от неё оторваться точно в капкан угодил! Подумать можно, что выпали они из мирского бытия в своеобразный иной мир где их не могли видеть, таким казалось безучастие присутствующих в комнате. Чем дольше тьма всматривалась в Иосифа, тем злее и кровожаднее казался её взгляд. Вот уж раскалилась решётка сдерживающая его смерть. Жуткий узник ухватился когтистыми руками и металл закапал яркими белыми звёздами. Из разрушаемой клетки вот-вот выйдет свирепый ужас как вдруг...
...
Испустив утомлённый вздох, Таёжная принцесса медленно закрыла очи. Осознал себя комуняга, как бы проснувшись ото сна, лишь спустя некоторое время. Все за столом вели себя как обычно, Иос даже усомнился в том что увиденное не было правдой. Никто не уловил ни малейшего напряжения в пространстве. Вон, рукой подать. И не видел ни кто. Заметив как она уводит дядю из-за стола промямлил:
– Как? Уже?
– Да, мальчик мой...
– Побудь ещё с нами... пожалуйста.
– Я бы с радостью, но я устал. Мне пора отдыхать.. – Тихо отвечал ему оборотень.
Саха непреклонно вела его в комнату бережно придерживая под локоть. Всего на голову ниже, а самостоятельности на всю державу! Заслоняя собой, она умело скрывала дрожащие коленки сибиряка и в целом создавала ощущение небольшого облегчения. Держать в неведении детей, на данный момент, было лучшим решением, однако серые глаза уже подкинули повод для дежавю. Ведь и вправду такое случалось. Единственная печаль в том, что Союз не мог вспомнить в следствии чего именно травмировался Сиб. До или после побоища на Урале? Что было после? Смутная тревога поселилась в глубине. Что-то тут явно не так. Явить уму лик той самой тревоги ни как не получалось, та ускользала будто рыба из рук.
Приняв тщетность попыток понять природу своего беспокойства Иосиф решил отвлечь себя делом. Баай бесшумно отступил выпуская того из-за стола.
– Ты идёшь? - Оглянулся комуняга как бы с надеждой об утешении.
– Давай попозже? Мне нужно убраться в избе.
– Ладно. – Удручился совсем СССР. – Ты это... Не бойся моего приобщить.
– Ой! – отмахнулся Удмо. – Его только за смертью посылать, да как на зло приволочёт.
– Знаю...
Воротилась Нэюшка довольно быстро. Впрыгнула в дядькину одёжу, шубу да шмыгнула на улицу.
– Ты далёко? – Окликнул её тонкий голосок Баая.
– Да. – Отвечала она. – Вернусь под вечер. Балбеса к работам тоже принудите, а то ишь! Барин мне тут нашёлся!
– К чему прикажешь его принудить? – Икнул Удмо надеясь что она пошутила.
– К готовке ужина.
– Батюшки... – охнул тот. – Да мы ж по-травимся аки крысы!
– Под личную ответственность Иосифа!
Грохот захлопнувшихся дверей и обескураженное лицо самого Иосифа остались в помещении.
– Ну, видимо ты никуда не идёшь.
– Похоже на то.
Молодая хозяйка тихонько ступала по расчищенным тропкам удаляясь от дома. Будто проплывая через открытую калитку, её образ стремительно растворялся в белых одеяниях природы пока не сгинул вовсе. Тихий хруст снега таял в бесконечной хвойной массе, осыпался маленькими снежинками с ветвей раскаченных тихим утренним ветром. Сегодня будет долгий день.
По мере продвижения в лес всё пристальней становился взор, разум дотошней, а движения тише. Её не должны слышать ни звери, ни уж тем более люди. Маленькие стопы с такой осторожностью наступали на белую гладь, что вскоре совсем перестали издавать всякий звук. Приблизившись к одной ели, легко взяла заготовленную палку. Длинная, во весь её рост. Побросав палку из руки в руку, оглядывала местность что-то ища. В дали ей привиделось что-то светлое, издали было похоже будто на коре дерева был след от масла. Пятно привлекло её внимание и принцесса двинулась в том направлении. С каждым шагом всё чаще вонзала перед собой палку – вынужденная мера предосторожности. Вдруг внизу, под толщей снега раздался звонкий щелчок с хрустом. Даже из под снега звук показался достаточно громким чтобы его слышал весь лес. Сомнений быть не могло — это капкан, и судя по грохоту, не на лисиц рассчитаны его челюсти. Откидав немного снега Нэюшка тут же увидела оскал огромного капкана. Зубчатые челюсти. «Какому глупцу вздумается поставить зимой медвежий капкан? Шатуна ловят?» - Подумала она оглядывая находку и обкусанный снизу дрын. Она была на достаточном расстоянии чтобы разглядеть светлое пятно на коре, оказавшимся дырой от выстрела. Кажется здесь нашёлся любитель зимней охоты. Только вот какой смельчак решил забрести так далеко?
Ответ не заставил себя ждать слишком долго. Очень скоро на пути показалось ещё тёплое кострище чей пепел уже разносило по округе. От кострища уходили следы на юг, на выход из лесу. Таёжная принцесса пошла ровно по следам попутно анализируя кто шёл. Мужчина. Лет двадцать восемь, хромает на левую ногу, видимо что-то с ладышкой. Шёл облегчённый, без добычи. Ну посмотрим на тебя, охотничек непутёвый, подумала Нэй припустив по следам. Вскоре она вышла на деревню и на человека идущего к ней. Анализ оказался верный. Охотник шёл домой с пустыми руками. Постояв немного у кромки леса она медленно отступила назад скрываясь в массивах.
За весь день она нашла около десятка таких огромных капканов и оставлять их было ни в коем случаи нельзя.
– Эй, Иосив! - окликнула Саха грохнув капканами о крыльцо. – Помоги мне.
– Мать честная! Ты зачем это всё одна тащила!
– Тебя ж со мной не было вот и тащу!
– Надо было позвать! - Возмутился комуняга. - Я ради тебя готов на всё... буквально.
– Право таки на всё? – Усмехнулась Куннэй взвалив на его плечи ношу. – И даже на мою автономию?
– Даже на это.
Железные челюсти звякали друг о дружку пока безвольно висели на крепнувших плечах. День ото дня молодая держава крепчает как и принцесса, однако она явно впереди него. Её формы округлялись, а силуэт тянулся вверх подобно ели и это уже не было возможным скрывать. Сейчас бы сватов которые б кружились около неё с возгласами « Ах! Какова невеста!» но их здесь нет. В глубине души Союз надеялся на благосклонность её, но вечная мерзлота на то и вечная, что никогда не оттает.
Поднатужившись, он поволок «богатство» в сени. Сибири, а теперь и Нэй, всегда утаскивали капканы поставленные в неправильных местах, примеру в местах обитания крайне редких зверей. В какой-то момент их должно было набраться достаточно много и этот момент настал. Ввалившись в помещение Иосиф охнул. Оно практически всё было завалено захлопнутыми капканами от мало до велика. «А делать то с этим что?» подумал он оглядываясь по сторонам. По хорошему, всё это добро надо бы переплавить но печи такой нет, да и изготовлением железных вещей занимался Урал. У него и печь, и кузница есть.
– И куда?...
– А вон туда. – Махнула изящно Якутия на огромную кучу в углу.
– Их плавить надо. – Закряхтел тот скидывая с себя груз.
– Угу. К Дэлэй Хайа пойдёшь? Или напомнить чем это кончилось в прошлый раз?
Комуняга моментально поник. Его и так мучила совесть за это, так ещё и она издевается.
– Прекрати, Нэй, умоляю... мне и так плохо от вины что гложет меня. Я знаю что виноват перед тобой.
– Не только. – промолвила она. – Не только.
Нэй отступила и удалилась не дав ему права парировать и скрылась в избе. К сожалению она снова права. Как же извернуться чтобы получить её прощения? Ответа он не нашёл и по сей день. Даже будучи взрослым, он не получил прощения за свой проступок детства не смотря на то, что сам Сиба его давно простил. Тайга помнит всё. Саха помнит всё.
Вечереет. Влетевшая в дом принцесса холодным тоном приказала всем идти с ней и никто не посмел ослушаться. Вся детвора хвостиком двинулась за ней. Она явно куда-то торопится. Шаг быстрей. Ещё быстрей. Сорвалась на бег. Удмо заметил что она без шубы и сильно удивился этому. Кому она могла отдать шубу Сибы?! Своей у неё пока нет. Вскоре в куче припорошенного снега стало видно что её одёжей кого-то накрыли. Но кого? Ответ не заставил себя долго ждать. Кто-то приподнялся уже над приличным сугробом. На подбегающих детей испугано уставился мужчина лет двадцати пяти. Иосиф сразу заметил светлые волосы с мундиром и красную грудь.
– Гвардеец! - Завопил Удмурт.
– Вижу.
– Эй! Нэй! Зачем ты нас притащила,а? - Задыхался от бега Росс. – Скрутила бы ему шею да и всё.
– Я не держава чтоб зверствовать.
– Эй!!!
Дети окружили сильно побитого гвардейца половина его лица была в уже свернувшейся крови, оно говорило о сильной боли. СССР начал догадываться о том, что он ранен и что ему помощь нежна, а не подзатыльники. Но как он тут оказался, да ещё один? В шубе Сибы он ещё сможет ответить на некоторые их вопросы прежде чем его убьют.
– Что ты здесь делаешь? – Растерянно спросил Иосиф оглядывая лежачего.
– Д-д-д-д Держава... П-притащила.
– Всё о державе какой-то твердит. – Рыкнула принцесса смотря на пострадавшего – Может лжёт?
– Я думал об этом, но тогда бы мы что-то почувствовали. Так? Так.
– Но даже я ничего не почувствовал. – Встрял Росс.
– Ты зародыш ещё.
– Да что тут происходит?... – Совсем трухнул мужчина перед толпой.
Он уже был готов бежать если бы не пара сломанных рёбер, и нога в ладышке, то непременно пустился в галоп. Кстати о галопе. Где его конь? И вправду. Коли сам бы пришёл, была бы лошадь или как минимум её следы, ни того, ни другого нет. Вправду что ли папка чудит?
– Что, да что. Знакомится значит будем. – хихикал Росс.
– Меня Зовут Саха, это Иосиф — будущая держава, это Руся, а это Баай — наша булочка и хозяюшка. Раз уж мы все здесь, то давай мы по задаём тебе вопросы. Можешь перестать трястись, убивать тебя мы не будем. Подлечим и закинем в ближайший населённый пункт. Понял? – Мужчина тихонько кивнул. - Отлично! Кто ты?
– Моё имя Константин. Я служитель лейб-гвардии Российской империи.
– Костя значит. – дохнул Союз. – Послушай меня, Костя, как ты оказался посередь тайги на ночь глядя?
– Меня притащил сюда Николай. Держава что у нас во дворце всегда под замком сидит. Александр Михайлович иногда выпускает его на обход. На смене караула этот... демон вырвался и на меня кинулся. Убьёт думал но нет. Эта тварь взмыла со мной в небо и я моргнуть не успел как тут оказался. Потом... эта юная леди – Бросил взгляд на Нэй. – нашла меня.
– Взмыла?...
– Да! Мы стараемся не попадаться ему на глаза, в противном случаи мы... гибнем, при чём самыми страшными смертями. И за что оно нас так ненавидит?! – Константин едва не рыдал было видно его отчаяние. – Ответьте мне, Иосиф Александрович, чем мы, ваши верные слуги, заслужили такую участь? Чем?
– Мне не было известно о таком положении во дворце. Что вы ещё знаете об этой державе?
– Оно детей боится. Не ведомо мне как это работает, но когда наши дети при нас, атак не происходило.
– Детей?
– Да...
В этот момент в мозгу что-то щёлкнуло. Иосиф понял о ком говорил побитый мужчина. Крылатая держава что сторонится детей.
– Николь...
– Что? – Шире распахнула очи Нэй.
– Я знаю кто это сделал. Николь — моя тётка.
– Страшное чудовище эта держава... ни кто из нас не знает что произойдёт на этот раз. Губит нас она! Губит!!! – В истерике кричал Константин содрогаясь от мороза.
Дети в ужасе наблюдали за тем как слаб тот, кто служит признаком прихода Дьявола во плоти. Кажется ни кто из них не знает что делать. Удмо и Нэй лишь растеряно переглядывались, Союз стоял как статуя смотря на него не менее испуганно как вдруг к Косте опустился Руся. Он сел напротив, взял за плечи и решительно сказал:
– Костя. Константин! Назови мне пять предметов!
– П-Пять?! Пять... пять...
– Молодец... давай. Пять предметов. Первое что приходит в голову.
– Стремя... Герб... – дрожь начала стихать. – Икона, серп, саван.
– Отлично. Четыре чувства?
Гвардеец замлся.
– Чувства?
– Да.
– Страх... отчаяние, отчуждение, цукцванг...
– Хорошо. Три ощущения?
– Холод... – В глазах начала появляться ясность. Он пришел в себя. – Боль... каченение.
– Молодец. – Резюмировал Росс. – А теперь пойдём домой, тебя нужно согреть.
Гвардеец согнулся всхлипнув. Слёзы хлынули сами собой и растворялись в белой пелене снега пока тело содрогалось в плаче.
– Ну всё, всё. – Обнял того Руся как родного. – Ты в безопасности. Всё позади. Ребзя, помогите мне.
– Тащить домой?! – Взбеленилась Саха. – А меня ты не забыл спросить?!– А то, что этот «бедняга» притащит сюда державу, которая сделает из наз себе ужин! – Росс и ухом не повёл.
– Руся, ты не можешь решать такие вопросы. – Вмешался Иосиф. – Она хозяйка и это она будет решать его участь.
– Я такого же мнения. Это явно добром не кончится. Что если этот... Николай сейчас сидит в засаде и наблюдает? Что если он выйдет на нашу тропку?
– Э! Картох, я понимаю твоё трусливое нутро сжалось в кучку, но если мы что-то не сделаем он замёрзнет насмерть. Лицемерно с вашей стороны, лешие. Ходите такие важные « Мы не держава чтобы так зверствовать!», а сами что? Оставите его умирать страшной смертью?
Куннэй прикусила губу сдерживая желание дать ему по шее. Этот маленький засранец ничего не знает ни о месте, ни о мире в котором находится ещё и диктует свои правила! Наглец!
– Ты не прав... Любой не верный шаг может поставить под угрозу наше выживание. Ты понимаешь это?
– Да. – Кивнул парниша. – Но людям свойственно быть благодарными за спасение, к тому же я думаю он точно сможет нам что-то рассказать.
– Тоже верно. – Задумался Союз глядя на дрожащее тело Кости. – Кто как не латы расскажут где щель?
Скрипя зубами как старыми петлями, принцесса нервно заходила из стороны в сторону не зная как ей поступить. С одной стороны наличие человека в логове точно не пойдёт им на пользу, но с другой, этот кавалер может рассказать о слабостях Ри и помочь таким образом выстроить оборону.
– Не знаю.– Цыкнул Баай. – Меня в целом вся эта заворушка не устраивает. Но... Если это поможет нам спастись, то почему бы нет? Что думаешь, Иос?
– Тащим домой. Там отогреем и расспросим подробнее. Саха?
Оглянувшись на остальных, заметила с каким ожиданием на неё смотрят присутствующие. Внутреннее беспокойство за безопасность домочадцев металось в груди не в силах найти успокоения. И тот, и тот вариант одинаково подставлял и спасал их, но как всё же правильно? Заметив на себе взгляд мужчины полный немой мольбы сердце её йокнуло. Чистые, голубые как небо глаза взирали на неё как на божество снизошедшее спасти его душу от вечной агонии. До селе не ведомое чувство зародилось в сердце оно не позволяло отвести взгляда от сидящего в снегу. Оно постепенно заполнило всё внутри и говорило, тихо но так настойчиво: «Сжалься...». Не в силах более противостоять этому чувству и глазам таёжная принцесса сдалась.
– Ладно. – Фыркнула Якутка. – Не знаю как на это отреагирует дядя, но в случаи чего я просто сниму ему башку. Помогите мне.
Дети подошли к мужчине, взяли под руки, принялись раскачивать. Раз, два, взяли! Константин со страшным трудом поднялся на ноги едва не свалившись вновь. Его руки согнуты у груди в тщетных попытках согреться. Саха обежала кругом группу, трижды хлопнула в ладоши, трижды шлепнула по коленям, дважды крутилась вокруг своей оси сопровождая всё действо каким-то бубнежом. В этот момент местность начала меняться, лес сжимал свои когти и будто каждое дерево наступало. Гвардеец сильнее вжался в землю озираясь по сторонам. Кое-кто не привык к таким фокусам.
Дома Союз принялся спасать мужчину. Конечности сильно пострадали от холода и стали буквально синими. Принёс тёплый вязаный шарфик и укутал в него кисти рук. Так же поступили со стопами. Иосиф не успел и пару метров ступить как поймал на себе осуждающий взгляд Сахи.
– Что?
– Это из-за твоего спиногрыза... – Шипела она прожигая его глазами.
– Что?
– Тут была держава! Везде разит ею!
– Господи... оно нашло меня... – едва не заплакал Костя.
– Да тихо ты! Больно ты ей нужен.
– Подожди. Если бы она хотела его убить, то она не стала бы затягивать... я знаю это. Да и к тому же, раз пахнет ею в доме, значит ей зачем-то нужен был пустой дом.
– Сиба!! – Взвизгнула Нэй и рванула в комнату. – Дядюшка!!!
Спотыкаясь, едва не падая сгинула в темноте. К счастью она застала его мирно спящим на спине.
– Дядюшка!
Подпрыгнув от резкого звука тот испугано уставился на свою подопечную придерживаясь за бок.
– Дядюшка, как ты? – опустилась к нему принцесса
– В полном порядке. Что-то произошло? Ты выглядишь очень взволнованной.
На лице пожилого оборотня виднелось умиротворение и спокойствие, будто не было никакой проблемы.
– Что случилось, радость моя?
– В доме пахнет державой. Она тут была?
– Держава? – Приподнялся Сиба над своим местом пытаясь сесть. – Может это из-за того, что я собрал много этих красивых белых перьев? – сказал это вынимая из под подушки три ослепительно белых, гигантских маховых пера.
– Где ты их взял, дядь Сиб?
– Вышел немного погулять на поляне, там и собрал. А что ?
– Ты меня напугал!!!
– Извини. Мне тоже начать переживать учитывая то, что от тебя пахнет человеком? – Тихо смеялся Сибиряк смотря на Нэй.
– Кстати о человеке...
– Вы привели его в дом? – Вздохнул удручённо оборотень.
– Да.
– Я надеюсь что на это была веская причина.
– Да, дядя. – Выдохнула Саха. – Мы нашли его покалеченным среди тайги. У него сильное обморожение и пара переломов.
– Окажите ему помощь, после, с помощью чар заведи его в близь любого населённого людьми места. Хорошо?
– Хорошо. Я всё сделаю.
– И помни, Нэй, хоть природа и отбирает сильнейших иногда нужно помогать попавшему в беду.
– Знаю, дядюшка, но он гвардеец и мне очень боязно. Вдруг он приведёт сюда Кух'аан Уота, что нам тогда делать?
– Мне ведам твой страх, дитя. Ты хорошо справляешься со своими новыми обязанностями и у меня ни разу не было повода сомневаться в тебе и в правильности твоих действий. Если верить моим ощущениям, вы привели его сюда волчьей тропой. Так? – Саха кивнула. – Тогда нам не о чем беспокоиться. Он ни за что в жизни не найдёт сюда пути. Сгинет быстрее чем следов каких найдёт.
Девица нервно помялась на краю кровати выражая беспокойство. Однако слову вожака не перечат и ежели Сиба сказал бояться нечего, может оно и вправду так? В последнее время ей действительно трудно действовать трезво. Внутренняя убеждённость во всеобщей опасности не хило так ударила по нервной системе. Единственное что сейчас держало её от взрыва — рука Сибири заботливо гладящая тонкую кисть по пястью.
– Всё будет хорошо.
– Да, дядя.
– Ступай. Тебе нужно отдохнуть.
– Можно я ещё немного посижу с тобой? Мне так редко удаётся по быть рядом из-за всего что происходит.
– Ну останься коли так хочется. – Оборотень слегка откинул руку в сторону приглашая в объятия. – Иди сюда.
– Твой бок. Разве тебе не нужно его беречь?
– Левый, а не правый, Нэюшка. – Рассмеялся тот. – Смелей.
Принцесса пододвинулась ближе и осторожно положила голову на грудь держа часть веса на локтях не прилагая особого давления на грудную клетку. Жилистая рука со всей заботой погладила по черноволосой макушке как бы успокаивая. Такая взрослая, но при том такая маленькая. Ему было жаль что она вскоре перестанет быть таковой, рано или поздно она, как и все в этом мире, вырастет прекратив быть той самой милой маленькой Нэй. Когда-нибудь это случится, но не сейчас пока она в его родительских руках, хоть и не на долго.
Между тем Иосиф уставился стальным взглядом на гостя. Ладышку вправили, грудь перетянули, благо он знал как оказывать медицинскую помощь в таких случаях. Гость казался спокойным не смотря на своё положение и события произошедшие с ним. И всё же лицо его казалось очень уж знакомым но воспоминания змеёй ускользали не открывая сути. Где-то он уже видел этот профиль и эти глаза. Но где? Из омута раздумий вынул тонкий голос Баая прозвеневший колокольчиком в комнате:
– Константин, верно?
– А? Так точно.
– Чай будешь, залётный? – Гвардеец неуверенно кивнул. – Здорово! Он как раз заварился.
– Благодарю за гостеприимство. Теперь я, полагаю, в долгу перед вами, детишки?
– Пустяк. – Отозвался Йос. – Не звери же мы какие, что бы оставить на такую смерть человека. Вроде как даже ни в чём не повинного. Кстати об этом...
– Я внимательно тебя слушаю... Иосиф.
Тем временем Удмо плеснул в вырезанные деревянные чашечки душистого чаю.
– Иосиф, – Обратился Баай Тыа. – У нас есть что-нибудь к чаю?
– Припасённый мёд. А что?
– Можем ли мы сейчас попить с ним чаю? Самое то для зимы.
– Картох, руководи. В доме ты ответственен на пайки. Если тебе так угодно, доставай.
Паренёк кивнул, метнулся к погребу, полез вниз.
– Так вот. – Вернулся к разговору Союз. – Можешь мне подробнее рассказать что у вас там происходит?
– Конечно. – Выдохнул Костя.
– Для начала. Ты упоминал, что есть вторая держава которая сидит под замком. Расскажи мне о ней.
– О нём? – Помялся гвардеец. – Страшное существо. Личиком вроде бы ничего, но взгляд ужас просто... абсолютно пустой и как будто не живой. Ещё обладает это существо необыкновенной жестокостью, при чём только к нам, слуг он не трогает. Из-за этого сидит взаперти в одном из корпусов дворца куда ни кто из нас не осмеливается соваться. Как правило, Николай предпочитает утаскивать туда перед тем как начать расправляться с несчастным.
– Почему ОН это делает?
– Откуда мне знать, малыш? Когда я только пришёл с академии уже существовали особые правила поведения. Например, если так происходило, что его выпустили нам следует отходить как можно дальше, освободить как можно больше места.
– А... Александр... Он разве не защищает вас? – В ту же секунду на лице мужчины отобразилась сильная грусть. – Нет?
– Нет. Более того, сильно провинившихся сам закидывает к этому зверю, а Савелий Борисович бежит спасать. Только вот мало кого удаётся вытащить. Они гибнут на месте, либо в госпитале, а иногда этот демон приходит за выжившим чтобы закончить начатое. Нас заманивают большим жалованием, статусом и почётом в высшем свете, но стоит оказаться перед императором, как клетка захлопывается. Никого не отпускают в отставку, а тех кто пытался дезертировать к НЕМУ. Исход один.
– А вот и я! – Воскликнул Удмурт ставя на стол запечатанную банку с мёдом. – Пейте и не болейте!
– Спасибо, Картох. – Улыбнулся СССР. – Присядешь с нами?
– Само собой! – Радостно пискнул парень усаживаясь на лавку к Иосифу. – И так. Один исход. Что дальше?
– Как ты думаешь, почему она тебя не убила?
– Стало быть играется как всегда. – Шмыгнул Константин вынимая из шарфа синюю руку. – Что что, а в истязаниях он весьма изобретателен. Позвольте полюбопытствовать, почему вы говорите об этом демоне в женском роде? Кроме лица в нем нет ничего более от этих прекрасных созданий.
Сидящий в уголочке Росс еле сдержал смех заткнув рот рукой. Порой невозможно понять что так веселит этого маленького балбеса. Данная ситуация не исключение.
– В женском? – Хмыкнул комуняга. – Ну. Потому что женщина это на самом деле... Если хорошо присмотреться можно увидеть абсолютно все вторичные женские половые признаки. Всё что должно быть круглым... круглое.
– Если ты об округлых силуэтах, мягких формах и прочем, то вынужден немного расстроить. У нас и такие юноши есть. Посмотришь, послушаешь — барышня барышней, а оказывается парень. Один такой служит в нашем полку. Выглядит ну как самая худенькая леди из всех на белом свете, только волосы короткие. Ей Богу! Только в бане узнали что это мальчишка.
– Мальчишка?
– Ох... Поясню. Дело в том, что большая часть из нас уже достаточно взрослые. У нас есть семьи, дети, лет нам уже далеко за двадцать, а он совсем ещё... ребёнок. От силы лет семнадцать ему. Как такого малого занесло к нам — загадка.
– Семёновцы как всегда... – Вздохнул СССР облокотившись на стол. – Только вы попадаете под удар?
– Нет. Преображенцам ещё достаётся. По меньше чем нам, но от этого не легче. Меньше всех страдают кавалергарды с Измайловцами. До них труднее всего добраться. Мы к императору и державам ближе всех.
Слушают Баай с Русей глазками хлопают, да ножками болтают. В этот раз РФ не стал встревать в «допрос» и лишь внимательно наблюдал за Константином. Пронзительный взгляд ловил малейшее движение мышц едва способных двигаться от сильнейшего переохлаждения. Ему не было что-то нужно от него, просто наблюдал. Расспросить даже не о чем. С одой стороны он столько мог знать о его дедушке и том «мире» в котором он живёт, с другой же стороны не было понятно с какого вопроса начать да и отцу не хотелось мешать. Столько всего непонятного и неизвестного нервировало, даже слишком. Очень много вопросов на которые ни кто не хотел отвечать. По-хорошему, дети не должны сталкиваться с ними и жить в любви, а тут самая настоящая война. Они почти что год здесь и ещё не было ни одного дня когда бы он чувствовал прежнюю безопасность. Сейчас тот кто мог закрыть его своей грудью сам нуждается в защите но продолжает самоотверженно защищать своё дитя. Росс задумался, смог бы он так же защищать кого-то как Иосиф? Скорее всего нет, а может просто ему ещё не встретился такой человек. Отпив ароматного чаю с мёдом отвёл взгляд к маленькому обледеневшему окошку. «Почему деда делает это?» - думал мальчик - «Папа всегда был не очень дружелюбен с ним, но неужели они никогда не были в мире?».
Не ясно почему всё так. Неужели родитель может не любить своего ребёнка? Но так же не бывает! Тигрица любит тигрят, птичка любит своих птенцов, медведица любит своих медвежат, папа любит меня и моих братьев разве деда не любил папу?! Так думал бедный мой Россия в силу юных своих суждений. К сожалению, детям не свойственно понимать, что родитель может ненавидеть их просто из-за явления в мир. И знает свет наш миллионы случаев когда мать убивала невинную душу едва та успела сделать свой первый и последний вдох. Знает сколько томится в приютах никому ненужных малышей, обречённых никогда не почувствовать тёплые объятия любви и лишь с чернеющей тоской смотреть в окошко где какой-нибудь дитёнок вприпрыжку идёт рядом со своими родителями облизывая сахарного петушка. Ведомо ещё этому свету как эти ненужные души в поисках того тепла попадают в когтистые лапы человека с сердцем сочащимся гнилью, что первое время манит приятным сладким запахом который окажется смрадом разложения всего человечного и правого. И Константин как раз служил существу с таким сладко истлевающим нутром. Кто как не он приоткроет завесу тайн тирана, в чьих жилах течёт раскалённое золото?
– Мы боимся всего. – Эхом донёсся голос мужчины. – Нас не может защитить ни Бог, ни император. Если спасение и есть от тех ужасов что соседствуют с нами, то явно не в мире живых.
– Что ты имеешь ввиду?
– А что тут говорить? Тебя либо Александр к петле подведёт, либо Николай... Либо бывшие сослуживцы...
– А разве отслужившим есть доступ? – Гвардеец прикусил губу поняв что взболтнул лишнего. – Даю слово во дворце не узнают о том, что ты рассказал нам.
– Ничего не бойся. – приободрил того Удмурт взяв за плечо. – Ты в безопасности.
Костя нервно потёр кадык и после непродолжительных сборов решился ответить.
– Это покажется странным, но во дворце ещё ходят те, кто не смог покинуть свою службу. Как сказал Савелий Борисович, из-за Николая гвардейцы начали массово подавать в отставки и чтобы хоть как-то задержать отток людей держава надоумила царя не подписывать документ. Желание жить оказалось сильнее жажды денег и начались побеги, кто-то даже умышленно калечил себя чтобы получить списание по негодности к службе. Ни державе, ни Его Величеству не было нужно чтобы о такой смертности и оттоку кадров узнала общественность и убитых... – С дрожащей рукой он потянулся к чашке. Такое сильное сотрясение конечностей Союз видел только у людей с сильнейшими нарушениями нервной системы. С трудом взявшись за чашку мужчина еле принял горячего, после продолжил. – Тех кого не стало, начали хоронить в саду. Если случалось так, что о тех кто должен был вернуться начали беспокоиться родные и требовали своих назад, выдавали какую-нибудь нелепицу. Что-то в духе: «Взбунтовался и был сослан на Кавказ.» хотя парень мог быть абсолютной паинькой. Ежели совпадало с войной, говорили что пропал без вести.
– Понятно. А как ходят те, кто покинул?
– Да мёртвые у нас по дворцу ходят, Иосиф! По ночам вообще казармы покидать строго запрещено. Такого смельчака, как правило, находят разорванным в клочья. Выжившие радуются не долго. Те кого успели тронуть - гибнут от страшных болезней. Твари не успокаиваются даже когда ловят свою добычу — сразу ищут другую.
– Ты сейчас серьёзно? – Поднял брови Иосиф.
– Тише, Костя. – Тихонечко лепетал Руся. – Похоже ты был сильно потрясён гибелью своих сослуживцев. Это похоже на посттравматическое-стрессовое расстройство — тебе нужна психотерапия... И колёсики. Много.
– У тебя явно какие-то проблемы с головой...
– Да вот тебе крест! – Разразился мужчина яростно перекрестившись. – Я не блажной! Богом клянусь!
– На слово поверить? В условиях постоянной опасности со стороны Коляна у тебя явно крыша потекла.
– Он не врёт. – Холодно прервал Баай смотря в чашку гвардейца.
В помещении повисла липкая тишина удушая своей тягучестью. Ветер за окном словно в одночасье лишился своего голоса. В доме заглохло всё что только могло издавать хоть какой-то звук. Отвратительно глухое пространство давило всё своею массивной тушей едва не перекрывая дыхание присутствующим. Прервать её решился Союз.
– Ась?
– Не врёт он. – так же холодно отреагировал он по-прежнему глядя в его чай.
Заметив взгляд гвардеец понервничал и тоже посмотрел в напиток.
– Что вы видите, малыш?...
– Картох?...
– Доверься мне, Йос. – отрезал тот. – Константин, скажи, пожалуйста, что ты видишь в чаинках?
– Кажется весы... Право перевешивает.
Удмуртия довольно хмыкнул бросив гордый взгляд на остальных.
– Он в своём уме... пока что. Поболтай чай. – Он выполнил просьбу. – Хм...
– Что?
– Покинь службу как можно скорее не то тебя больше ни кто не увидит. Завтра или после завтра мы постараемся завести тебя в круга твоего дома. Не возвращайся во дворец. По прошествии сорока дней мужчина с вечной печалью в сердце объявит тебя погибшим и держава прекратит преследовать твой род.
Наблюдая за тем, как картох на иван-чае предсказывает судьбу начал потихоньку вспоминать всё произошедшее. Да, они действительно встречали этого мужчину и они так же сидели вечером, событие пока что вписывается в те рамки в которых изначально было. СССР был уверен в том, что Косте хватит ума прислушаться к словам и отказаться от орденов в обмен на свою жизнь. Всё же смутное беспокойство не торопилось покидать его от чего тот начать тщательнее проверять сходства. Всё как и раньше. Даже положение предметов на столе ни капли не изменилось.
В конце концов было решено отходить ко сну. Удмо предложил разместить гвардейца у себя ссылаясь на занятость комнаты Иосифа, а к Куннэй нельзя — она девочка. Неожиданно он оказался очень настойчив и пришлось уступить. Может они хотели о чём-то побеседовать без лишних глаз? «Шов» сошёлся, а значит беспокоиться уже не о чем. Отклонения быть не может. Обойдя помещение в последний раз и окончательно убедившись в отсутствии аномалий с чистой совестью удалился к себе. Едва тот завернул в проём как вдруг кто-то взял его за локоть. Последовав за давлением заметил Саху что выжидающе смотрела прямо в глаза. Без лишних вопросов он продолжил следовать за ней пока не оказался в противоположном углу дома.
– Что такое?
– О чём переговорили?
– Ну. У бати явно большие проблемы с гвардией ибо Николай истребляет их как крыс.
– А Николай это кто?
– Это хозяин огромных белоснежных перьев что валяются у нас по всей избе. – Глаза Нэйки неестественно округлились от удивления. – Да... Державы две. Одна правит, вторая периодически осматривает владения.
– Теперь понятно как Кух'аан Уот узнаёт где мы. Нас просто находят с неба. Теперь ты понимаешь меня? Скорее всего именно летун и закинул гвардейца к нам. Всё сходится!
– Да. Только есть маленькое «но». Если Николай истребляет охрану моего отца, значит, скорее всего, он и сам точит на него зубы.
– Полагаешь во дворце раздор?
– Да. Их буквально удерживают силой. – Саха подавила подступивший смешок. Какая ирония. – Единственное, Костик кажется умом тронуться успел от зверств.
– С чего ты взял?
– Богом клялся что у них ВО ДВОРЦЕ мертвецы ходят! – Взорвался от смеха СССР. – Ну ты представляешь какая бредятина. Мертвецы не гуляют! Ещё говорит мол жрут живых.
– Это очень страшно... Боюсь представить какой ужас они переживают каждый день.
– Ты думаешь он говорит правду? Нэй, я думал ты не веришь в такое.
– Ты живёшь в доме оборотня являясь сыном существа олицетворяющего страну, ко всему прочему ты находишься во временной ловушке, что твой взрослый разум вместе с твоим малым сыном переместились в твоё прошлое. Тебе не кажется, что гуляющий покойник — не самая большая проблема в нашем положении?
– Побрейте меня на лысо и поставьте клеймо имперского орла на задницу если это окажется правдой!
– Не разбрасывайся словами, Иосиф. – Коварно улыбнулась Саха глядя прямиком в глаза. – Лес всё помнит. Тебе ли не знать?
– Хоть убей, в это я не верю.
– Я уверена, настанет момент когда ты сам всё увидишь и поймёшь. Не знаю когда, но он точно будет.
На мгновение Союзу и вправду стало не по себе от её слов. В его атеистический взгляд не укладывалась мысль будто такое в мире вообще возможно. И всё же, как бы ни было прискорбно, принцесса права. Их существование тоже не подлежит законам логики и науки, но они есть может и сказанное гвардейцем тоже явь...
– В любом случаи утро вечера мудренее. – Успокаивала его якутка. – Ложись. Завтра нам нужно решить эту проблему.