19
Вы когда-нибудь бывали на балу? А вот мне предстояло туда пойти. На Новый год Петрович ввел традицию великого типоческого бала, главными действующими лицами которого испокон веков являлись полуфиналисты Колизяума.
Конечно, главный вопрос бала – это выбор партнерши. Меня это долго парило, хотя моя известность позволяла мне ткнуть пальцем в какую-нибудь болельщицу и пойти с ней. Дилемму разрешила Леся. Она первая пригласила меня и обещала обучить танцевать. Остается только гадать, сколько еще талантов скрыто в этой хрупкой, но боевой девушке.
Мне не очень комфортно было в смокинге, поэтому я поступил так, как поступают все украинские дизайнеры: смешал разные не сочетаемые стили одежды и выдал это все и выдал это за свое ноу-хау. В прочем, мне простительно – я же не претендую на звание законодателя мод. Ковбойская шляпа, как по мне, отлично гармонировала с рубашкой, стилизованной под кольчугу, зауженными, как у стиляг, штанами и турецкими туфлями (этот элемент я нагло спер у Аладе). Цветовая гамма, как и на двери в Тягу – серо-буро-малиновая. При этом, по сравнению с Жанной Агузаровой – полнейший минимализм.
Впервые все население страны отправилось смотреть не на то, как взрослые люди обкидываются продуктами или попадают в сказку, а на то, как они танцуют.
Леся была одета в длинное красное вечернее платье и выглядела просто изумительно. В обычной жизни я бы даже побоялся подойти к такой шикарной даме, а в этой, наоборот, у неё было больше неловкости, чем у меня. В конце концов, она меня приглашала.
Из классики на арене стояла только огромных размеров елка. Прочее, начиная от стиля Колизяума и заканчивая музыкальным сопровождением, было новомодным или, как говорят сейчас, ультрасовременным. Все пышно, ярко, роскошно и весело.
Я не мог не заметить, что Валери пришла на бал с Жаном Хрю, а Майк с какой-то милой девушкой, которую я не мог объективно оценить из-за сложного к нему отношению. Девушек с Ямайки для европейцев очень непривычны, поэтому не стану комментировать и партнершу Губы.
Открывали бал именно мы и именно вальсом, ведь Петрович сказал, что в данном случае слова бесполезны. Я, конечно, танцевал, как косолапый медведь, не ощущая ни музыку, ни Лесю, но она отдувалась за двоих, и с нас даже не смеялись. Остальные пары подготовились лучше и вызвали больше одобрение у ценителей вальса.
Затем на сцену вышли уже известные мне рокеры Довгый Панчо и задали рок-н-ролла. Вместо стандартных инструментов у них были кастрюли и тарелки, электро-веник, бас-швабра и огурец, вместо микрофона. Их музыка, как и моя одежда, смешала в себя все стили, а тексты были похожи на Bloodhound Gang.
Во время единственной балладной песни я заметил, как одиноко стоит в углу Коля Тугодум. Обыкновенно грозный и авторитетный, сейчас он был рассеян и печален, поэтому мне особенно больно было его увидеть. Как ни приятно танцевать с Лесей, я решил, что сейчас как раз тот момент, когда можно их познакомить. Леся хотела дотанцевать, но я не согласился и повел ее к Коле.
Его поразила красота Леси. Оно и понятно; если раньше я ее видел в обычной одежде, а на Колю она обрушилась в боевом раскрасе. В отличие от меня, он не привык долго смущаться.
- Вот это та самая Леся Калинова, которую я предлагаю взять в команду, - не растягивая резину, заявил я.
- Много хорошего о тебе наслышан и давно хотел познакомиться, - не краснея, врал Тугодум.
- Что ж, не буду вам мешать, - после этих слов я будто испарился, а Леся пригласила Колю на танец.
Пока голубки ворковали, на сцену вышел Петрович собственной персоной одетый по-рэперски. Ничего не говоря (видимо, вечер немого кино), он забил косяк, бросил перед собой кожуру от банана, поскользнулся на ней и... не упал, а сделал кульбит, еще один, а вслед за ним выполнил программу нижнего брейка, ну, я не знаю, уровня чемпионата России. Вначале я просто смотрел, а затем решил поучаствовать. Когда Петрович раскрыл руки для принятия порции аплодисментов, я громко заявил, что вызываю его на батл.
Петрович, молча, протянул мне косяк. Я затянулся, поскользнулся и тоже начал кружиться, как юла, и ходить на руках. От танца мы перешли к акробатике и подбрасывали друг друга, куда глаза глядят. Добрый зал признал ничью, что, безусловно, польстило больше моему самолюбию.
Затем я накурился, как паровоз и, если верить людям, заснул под елочкой.
С Новым годом!