6
Продолжаем.
---
На следующий день, когда класс с грехом пополам пытался изображать нормальность, дверь снова открылась. На этот раз вместе с директором и бледной, взволнованной детектив Танака вошел другой человек. Высокий, худощавый, с пронзительными серо-стальными глазами, в которых читалась нечеловеческая концентрация. Он не носил униформу, лишь простой темный костюм, но его аура власти была куда ощутимее.
«Это детектив Цукачи, — голос Танака звучал официально, но в нем слышались нотки триумфа. — Из центрального управления. У него есть несколько дополнительных вопросов».
Цукачи не стал тратить время на вступления. Его взгляд, тяжелый и невесомый одновременно, медленно прополз по лицам учеников, и каждый чувствовал, будто его душу выставляют на всеобщее обозрение.
«Вчера здесь лгали, — произнес он тихо, но так, что слова достигли каждого угла. — Сегодня я это докажу».
Он не спускал глаз с класса. Его «причуда» — детектор лжи — была не прибором, а его внутренней способностью. Он буквально чувствовал фальшь, слышал малейшие изменения в ритме сердца, видел микровыражения, которые длились доли секунды. Он был живым полиграфом.
«Танака-сан считает, что здесь присутствует скрытая угроза, — продолжил Цукачи. — И мой внутренний компас согласен с ней. Страх в этой комнате... он густой, как смола. И он исходит от вас ко мне, но его источник...» Его взгляд наконец остановился на Изуку. «...здесь».
Изуку встретил его взгляд с тем же наивным, немного испуганным выражением. Но на сей раз в его зрачках, глубоко внутри, что-то шевельнулось. Острый, холодный интерес. Наконец-то достойный противник.
Цукачи подошел к первой партии.
«Меня похищали?»— спросил он у того самого парня со шрамом.
Парень, бледнея, покачал головой.
«Н-нет».
Цукачи поморщился, будто почувствовал неприятный запах.
«Ложь.Следующий. Вам угрожали?»
Девушка, которую он спросил, затрясла головой, не в силах вымолвить и слова.
«Ложь, — отрезал Цукачи, даже не дожидаясь вербального ответа. Он двигался по классу, как сканер, выявляя аномалии. — Вы боитесь кого-то в этой комнате?»
Молчание. Но Цукачи лишь кивнул.
«Правда.Глубочайший, парализующий страх».
Он подошел к Бакуго.
«Ты знаешь,кто стоит за этим».
Бакуго, сжав зубы, выдохнул:
«Никого».
Цукачи нахмурился.
«Интересно...Полуправда. Ты знаешь, но отрицаешь это даже перед самим собой. Подавляешь информацию из страха».
Атмосфера накалялась. Изуку наблюдал за этим, как ученый за экспериментом. Он видел, как рушатся стены его выстроенной иллюзии под напором этого человека. Это было... неприятно. Но пока не критично.
И тогда Цукачи остановился прямо перед Изуку Мидория.
«Встань».
Изуку послушно поднялся. Он казался таким хрупким на фоне высокого детектива.
«Как тебя зовут?»
«Изуку Мидория».
Правда.
«Ты учишься в этом классе?»
«Да».
Правда.
Цукачи слегка наклонил голову. Он чувствовал нечто странное. От этого парня исходила абсолютная, неестественная уверенность.
«Ты знаешь о похищениях твоих одноклассников?»
Изуку посмотрел ему прямо в глаза. Его взгляд был чистым и ясным.
«Только то,что вчера сказала полиция».
Технически... правда.Он узнал о «похищениях» только вчера, от полиции. До этого для него это была не более чем «логистика».
Цукачи почувствовал подвох. Его дар улавливал не ложь, а уклонение. Хитрой, юридически выверенное уклонение.
«Ты причастен к тому,что с ними случилось?»
Изуку улыбнулся своей самой безобидной, солнечной улыбкой.
«Я всего лишь студент,детектив. Я учусь на геройском курсе. Я хочу помогать людям».
Ложь.
Цукачи аж отшатнулся. Ложь была настолько громкой, настолько вопиющей в своей наглости, что он физически почувствовал тошноту. Этот парень... он не просто лгал. Он издевался. Он говорил заведомую ложь, зная, что его раскусят, и бросая вызов.
«Ты лжешь, — прошипел Цукачи. — Ты не хочешь помогать людям. Ты... ты что-то с ними сделал. Что?»
Изуку сделал свои глаза еще шире, изображая шок и непонимание.
«Я?Я не знаю, о чем вы... Я бы никогда...»
Ложь. Ложь. Ложь.
Цукачи схватился за голову. Его дар кричал ему, что перед ним — источник всего зла в этой комнате. Паутина лжи расходилась от этого тихого мальчика, опутывая всех вокруг. Но он не мог его арестовать. «Он лжет» — не было доказательством. Ему нужны были факты. Признания. А их не было.
«Я тебя достану, мальчик, — тихо сказал Цукачи, так, что слышал только Изуку. — Я вижу тебя насквозь. Ты — яд в этой школе».
Изуку наклонился вперед, как бы чтобы поднять упавшую ручку, и его шепот был холодным, как сталь.
«Удачи,детектив. Но чтобы поймать монстра... нужно самому стать монстром. А вы на это способны?»
Цукачи замер. Это не была ложь. Это была... угроза. И обещание.
Он выпрямился и обвел взглядом класс. Стена страха все еще стояла, но теперь он знал, кто ее архитектор.
«Дело не закрыто,— громко объявил он. — Мы будем следить за этой школой. За каждым из вас».
Когда полиция ушла, в классе воцарилась мертвая тишина. Изуку сел на свое место и уткнулся в учебник. Но каждый в комнате чувствовал: равновесие нарушено. Появился кто-то, кто увидел истинное лицо монстра. Игра вступила в новую, куда более опасную фазу. И теперь Изуку Мидория знал, что за ним охотятся по-настоящему. А охота на монстра — всегда заканчивается кровью.