Глава 15
В тусклом свете смутно виднелись темные взъерошенные волосы, грустные глаза и печально изогнутые губы с уныло опущенными уголками. Найл завороженно наблюдал, как девушка вглядывается в стену, на которой висит портрет женщины. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Твоя мама была очень красивая, – тихо, словно боясь быть услышанной, сказала София.
— Я знаю, – спокойно ответил парень. Комната, погруженная в тишину, будто хранила эхо только что отзвучавшего голоса. Слова навеки застыли в вечной тьме, еле разгоняемым огнем в камине. Рука у него тряслась. Парень выглядел слабым, казалось истощен?
Девушка прильнула к нему всем телом, не думая ни о чем, кроме желания защитить его. В данный момент больше ничего не имело значения.
— Найл, не бойся, я с тобой.
— Да, но надолго ли? Я меняюсь из-за тебя, становлюсь слабым, — Парень посмотрел на девушку, не слишком-то нежным взглядом. Сделал попытку встать, правда, довольно неуверенную.
Юноша встал, но не отводил от нее взгляда. Чем дольше он смотрел на нее так, тем труднее становилось Софии дышать и смотреть на него так же уверенно и твердо. На какую-то долю секунды в ней вспыхнуло прежняя неприязнь, но через миг она снова улыбнулась и взяла его за руку.
— Это не ты, Найл, тебе страшно, ты так замучился. Угасаешь прямо на моих глазах.
— Я очень устал, София. Оставь меня одного. – Он прикрыл лицо ладонью, отгораживаясь от нее. Голос его звучал
безжизненно.
— Найл?
С резким грохотом захлопнулась дверь, и девушка осталась одна. Она рухнула на колени, будто ноги отказались держать ее, и беззвучно заплакала.
***
Музыка становилась все громче и громче, дом сотрясался от толчков, и все мое внимание как на сеансе гипноза, было приковано к жуткому мерцанию огня под дверью. Музыка затихла, хотя дом продолжал вздрагивать. Толпа рычала и аплодировала. Наркотик действовал. Я дрожала от эйфории, мое зрение и слух отмечали каждую деталь. И в голове поплыл туман...
Прихожу в сознание. Я лежу на полу в спальне. Я помню, где это все началось так отчетливо. Кровь в моём сознании, убийство в воспоминаниях. Абсолютное отсутствие сил. Мгновенно нахлынули картинки из вчерашнего вечера, каково это чувствовать себя беспомощной.
— Раздевайся, — приказал он, наконец, высоким голосом, приказал и я заплакала.
С бесстрастного лица на меня уставились бездонные глаза. Он не врал. Это происходило со мной. Здесь. Сейчас. Я была всего лишь слабой девочкой. Я стала медленно расстегивать кардиган и блузку, стянула через голову нижнюю рубашку, затем присела на край кровати, чтобы снять носки с ботинками.
Заметив, что я медленно снимаю бюстгальтер, он подошел и снял его сам. Теперь я была голая. И беззащитная.
Когда он играл со мной в эту игру, его дыхание было вселенским дыханием, пронизывающим меня до косточек. Я старалась отрешиться от происходящего. Но каждую ночь, я вспоминала все это очень-очень четко, в мельчайших деталях и подробностях.
Даже в те ночи, когда его не бывало, я никогда не засыпала. Наркотик помогал отрешиться от происходящего, но, к сожалению, не могла забыться настолько, чтобы даже воспоминаний не осталось. Нет, я просто приучила себя думать о чем-то другом, например о море.
Слышала в сознании рокот медленно набегающих волн, разбивающихся о берег или ласково подползающих к самому подолу. Это помогало мне найти умиротворение и спокойствие в такие моменты. Но это не избавляло от страха, но делало его терпимым.
Я пыталась отключиться, как бы сложить всю мерзость в одну маленькую коробочку и спрятать ее где-нибудь в надежном месте. Если потренироваться, то смогу полностью блокировать свои чувства в такие моменты, говорила я себе.
Но, раздеваясь перед Лиамом, я чувствовала себя уязвимой и не могла отвлечься, не могла притвориться, что все это происходит не со мной.
– Теперь иди ко мне, – снова потребовал парень, и я повиновалась. А что еще мне оставалось? Я вижу свой закат, ясно, как никогда раньше...