Глава 4. Мне не кажется.
- Так что это было?- прозвучало вместо приветствия. Лука не успел войти в кабинет, как один за одним из юноши посыпались вопросы.- Не знаешь, Фёдор?
Светло-серые глаза выцепили из полумрака сгорбленную фигуру мужчины.
- Пожар,- был ответ. Мужчина не в первый раз он слышит об этом от Луки, поэтому не было смысла уточнять, о чём он.- Несчастный случай.- Фёдор осторожно закрыл один журнал и тут же взял второй, теперь неторопливо заполняя его.
- Несчастный случай?- повторил Лука, не сдержав издевательских ноток.- Каждый месяц в один и тот же день, в одно и то же время одна и та же картина – несчастный случай. Так и запишу.
Фёдор наконец поднял взгляд на Луку, спрятав сияющую лысину. Сухие губы его дрогнули и растянулись в снисходительной полуулыбке.
- Почему? Что? Откуда? Когда? Вот он весь ты. Вся твоя основа, Лука.
Фёдор жестом пригласил Ниискрова сесть. С полминуты юноша колебался, но всё же сел на край табурета, не спуская с психолога глаз.
- Как эти слова должны повлиять на меня?- с лёгким вызовом спросил Лука, проигнорировав лёгкий кивок психолога в сторону удобного кресла прямо у стола.
- Это скорее констатация факта.- Фёдор наконец отложил макулатуру.- Принятие проблемы.
На юношу уставились ярко-голубые глаза. У Фёдора глаза были, как реки, у Луки походили на два илистых озера.
- То есть, ты снова не ответишь на мой вопрос? Мог бы так и сказать. Я не глупый – думаю, понял бы...
Фёдор тихо засмеялся, и от такой реакции Лука едва не подавился своими словами.
- Не глупый. Конечно, не глупый, Лука. Поэтому и поймёшь, что нельзя ответить на вопрос, на который не знаешь ответа.
- Знаешь!- Лука подскочил на месте. Фёдор не изменился в лице и лениво подпёр ладонью отяжелевшую голову.- Я вижу, что знаешь. Поэтому ты спокойный такой – потому что сам знаешь, а не говоришь ничего.
Лука замолчал, наблюдая, как Фёдор вышел из-за стола и подошёл к кулеру. Мужчина набрал немного воды в жалкого вида стаканчик и протянул его Луке. Протянул вместе с маленькой белой таблеткой. П-2, скромно красовалось на ней вдавленными символами.
- А если я не выпью её?- юноша скрестил руки на груди. Фёдор хмыкнул, отложив вещи на стол.
- Это кончится...дай ка подумать. Да. Это кончится тем, что мальчик по имени Лука сэкономит мне одну таблетку.- Лука молча встал и выпил пилюлю, затем смял несчастный стаканчик и выбросил его в открытое окно.
- Видимо, мальчик Лука не только не сэкономит мне таблетку, но и заработает штраф за разбрасывание мусора.
- Это школа моего отца. Нам ничего не будет.- тихо сказал Лука, продолжив пялиться в раскрытое окно. Зачем на нём установлена решётка?- Во всяком случае, тебе – точно.
Последние слова юноша буквально проглотил, невольно уронив голову на грудь. «Он и так убьёт меня. За то, что не явился домой, за всё убьёт.»
- Лука,- голос Фёдора заставил юношу вздрогнуть.- Бери листок, ручку и садись напротив меня.
Он говорил осторожно, словно крался. Говорил так медленно, как слёзы текли по щекам Луки, а потом падали на ноги, на ворсистый ковёр, и даже колени задевали. Костлявая, но тёплая рука легла на плечо юноши и осторожно потянула в сторону кресел. Они говорили долго, и разговор их был похож на штурм крепости. Да, в ней было много зазубрин и до появления новых, но они не брали и половины её толщины. Словно для вида и существовали. На ватных ногах Лука вышел из кабинета. Дверь за спиной юноши закрылась, оставив его наедине с тишиной тёмного коридора. В этот раз на лестницу идти не хотелось – одиночество субботы веяло холодом – и юноша направился к лифту. На углу, у окна мелькнула знакомая фигура. Рыжие волосы казались особенно яркими на фоне чернеющего в окне неба, мерцали мелкими кострами зелёные глаза.
- Привет, Василинка,- девушка молчала. Кнопка лифта снова запала внутрь. Казалось, её не коснулся недавний ремонт.- Как дела?
- Нельзя,- тихий шёпот прозвучал у самого уха. По спине юноши пошли мурашки.- Нельзя...
И пелена полумрака спала. Юноша вздрогнул всем телом, вскинул голову и понял, что на углу никого не было, что в коридорах горел яркий свет, а кнопка лифта была, как новая. Сглотнув, Ниискров вошёл в просторную кабину и опёрся о холодную стену. Он поднял взгляд и ощутил, как лоб прошиб холодный пот – перед ним, на этаже, держа в руках охапку журналов, стоял Фёдор.
«Мальчик-несчастье», произнёс он одними губами и двери лифта медленно закрылись. Лука не помнил, как дошёл до дома, как прислуга отворила ему дверь, как ватные ноги донесли его до кабинета отца, и как холодные блики его очков стали последним, что юноша увидел в тот день.