9
— Я хочу, чтобы ты обращалась ко мне в любое время, Иветта, — улыбчиво произнесла Анастасия, взяв меня за руку. Да, она была потрясающе красивой девушкой: длинные светлые волосы, которые были идеально ровно подстрижены, обтягивающие платье и зеленые, такие выразительные глаза. Я смотрела на неё и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё год назад мы с Анастасией могли бы оказаться по разные стороны баррикад. Её отец убил моего отца, мой кузен украл ее и чуть не уничтожил их организацию. А теперь она жена Сантьяго, сестра моего будущего мужа и она сжимает мои руки с такой теплотой, будто мы выросли вместе. За этот короткий разговор между нами, я успела немного ближе узнать ее . Анастасия оказалась не просто красивой девушкой в дорогом платье — за её зелеными глазами скрывался острый ум и доброта. —— Ты так на меня смотришь, будто пытаешься прочитать мои мысли, — заметила она, склонив голову к плечу. Светлые волосы скользнули по её обнаженным плечам, и я поймала себя на мысли, что понимаю, почему Сантьяго украл её.
— Извини, ты просто очень красивая! — искренне сказала я, на что в ответ Анастасия тепло улыбнулась мне.
— Ты сама очень красивая и смелая, Иветта.
— Могу ли я задать тебе вопрос, Анастасия? — спросила я вдруг.
— Конечно, Иветта. Что угодно. Ты беспокоишься о брачной ночи?
— Нет-Нет! — я покраснела, подавившись вишннвым соком, который только поднесла к губам. — я бы не стала обсуждать что-то подобное с сестрой будущего мужа! — Анастасия смутилась больше меня, что покраснела. Хотя, на ее обгоревший от морского солнца коже, это было незаметно. — извини, что встреваю в такое, просто мне кажется, что у нас почти одинаковые ситуации, — я пропустила губу, но зная как начать. — я хотела спросить, как ты решилась выйти замуж за человека, который... ну...
— Который украл меня и держал взаперти, так же, как и наших отцов? — рассмеялась Анастасия, закончив за меня. Она посмотрела куда-то в сторону, и я проследила за её взглядом. Сантьяго стоял у бара, опершись локтем о стойку, и смотрел на неё. В его небесно синих глазах горело что-то первобытное и собственническое, что вдруг поняла фразу про "пожирание взглядом".
— Да. Иногда мне кажется, что я поступила глупо, согласившись на брак. Что если я начну думать о том, что произошло и это повлияет на наш брак, — я не смогла сказать ей о том, что Петр убил моего отца. Она и сама понимала, что я имею ввиду.
— Это сложно объяснить, — сказала Анастасия, возвращая взгляд ко мне. — Сначала я ненавидела его. Каждое его прикосновение, каждое слово, шутку и попытку сделать комплимент. Я молилась о том, чтобы сбежать, чтобы Томислав или отец нашли меня и чтобы весь этот кошмар закончится. А потом я увидела его настоящим, — продолжила она. — Не ужасным монстром, которого рисовало моё воображение, а просто человеком. Сломленным, злым, не умеющим любить мальчиком, которого сильно покалечили в детстве. Знаешь, есть люди, которые не знают, как быть нежными, потому что никто никогда не был нежен с ними. Сантьяго был таким, — с грустью сказала она.
— Томислав ведь тоже не умеет любить? — спросила я с горечью. Анастасия поджала губы, глядя на меня сверху вниз. Да, рост у меня был довольно невысок.
— Если ты умеешь смотреть не только на руки, которые сжимают тебя слишком сильно, но и на то, почему они дрожат, тогда ты начинаешь все понимать, Иветта, — улыбнулась она.
— Расскажи мне о Марии.
— Почему ты спрашиваешь о ней?
— Я... я не знаю, Анастасия. Мне кажется, что он все еще питает к ней чувства. Именно поэтому он выбрал меня, из-за этого дурацкого цвета волос! — Анастасия улыбнулась и внезапно обняла меня своими тонкими руками. Я удивленно застыла, не зная, как себя вести.
— Ты абсолютно не похожа на Марию, Иветта. Ее волосы были не такими яркими, как твои. И внешне ты абсолютно другая, — рассмеялась она. — это все в прошлом. Уверена, что Томиславу давно все равно. Мария давно замужем.
— Они живет здесь?
— Нет, Мария живет в Сибири. Она жена одного из членов Братвы, — сказал Анастасия. я кивнула, более не стала задавать лишних вопросов и забивать свою голову тем, что по итогу меня лишь сильнее тревожит. Все время, пока я говорила с ней, Томислав играл со мной в гляделки, беседуя при этом с Адамом. Это наводило на меня некую панику и ощущения внизу живота , которые я не могла остановить. И в конце-концов я перестала смотреть на него в ответ. Мы еще немного поговорили с Анастасией, а потом она ушла к другим гостям. Я оставалась одна, пока мое одиночество не нарушил старый знакомый. Раньеро Манчини, младший брат Майкла. Оба они были внуками консильери Сицилийской семьи.
— Прими мои поздравления, Иветта, — сказал парень, кивнув мне. С Раньеро мы были знакомы с недавних пор, пересеклись на одном из приемов. Кажется, в честь беременности Малены, если память мне не изменяет. Его темные глаза скользнули по моему лицу и задержались на глазах. Раньеро был красивым парнем, несмотря небольшой шрам от ожогов на щеке.
— Спасибо, Раньеро, — ответила я ровно, давая понять, что не намерена поддерживать долгий разговор. Я взяла со стола бокал с соком, просто чтобы занять руки. Признаюсь, после нашей первой встречи я долго думала о нем, однако со временем мне стало все равно.
— Я не ожидал, что ты так скоро выйдешь замуж. Тем более за человека, который носит фамилию Васильевски. Неужели не держишь обиду?
— Мои чувства — не твоя забота, Раньеро, — тихо сказала я. — Мы с тобой едва знакомы, чтобы обсуждать такое.
— Извини, пытаясь смириться с тем, что кто-то забрал твою руку и сердце первее, чем я. Ты же знаешь, что между нашими семьями обсуждался возможный союз.—Я замерла с бокалом у губ. Обсуждался. Да, я знала это. Пару лет назад, когда отец был еще жив, Манчини намекали на союз. Раньеро тогда был представлен мне как «хороший кандидат». Я нашла его надменным, пустым и слишком влюбленным в собственное отражение. К тому же, тогда я была слишком мала для брака. И тем не менее, после случайного разговора и встречи с Раньеро я поменяла свое мнения. Но толку? Я не получила ни одной попытки сблизиться с его стороны, поэтому, быстро забыла о нем и предложении его семьи.
— Вариантов было много, Раньеро, — ответила я, ставя бокал на стол. — Все они остались в прошлом. Я выхожу замуж за Томислава.
— Жаль, — усмехнулся тот. Раньеро открыл рот, чтобы сказать еще что-то, но не успел. Тяжелая ладонь легла на мою талию и притянула к себе. Знакомый запах и аура.
— Манчини. Не знал, что ты знаком с моей невестой, —Раньеро поднял голову и улыбнулся Томиславу, сверкнув зубами. Я несколько раз попыталась незаметно отойти от Томислава подальше, стряхнув его руку со своей талии, но тот напрочь отказался поддаваться моим манипуляциям.
— Мы старые друзья, Томислав. Мы ведь оба итальянцы, ценим семейные узы, — ответил Раньеро. Пальцы Томислава на моей талии сильно сжались и я даже громко вздохнула. Тонкий намек Манчини о происхождении Томислава и его разрыве отношений с отцом был весьма некстати. Тем более учитывая, что вытворили братья Моретти.
— У моей будущей жены не может быть друзей противоположного пола. Можешь попрощаться сейчас и при мне. Больше я не хочу видеть тебя рядом с ней, —Раньеро медленно поднял бровь. Его улыбка стала шире, но глаза остались холодными.
— Не знал, что румыны консервативные. Или это только ты такой собственник, Васильевски?
— Ты меня услышал, — повторил Томислав ледяным тоном. — Прощайся.
— Иветта, был рад встретиться. Еще раз поздравляю, — усмехнулся Раньеро. Он сделал шаг в мою сторону — и тут же рука Томислава, словно стальная пружина, метнулась вперед, останавливая его на полпути. Ладонь уперлась в грудь Раньеро, не давая приблизиться.
— Достаточно, — рыкнул Томислав. — Прощайся на расстоянии.—Раньеро посмотрел на руку, преграждающую ему путь, потом снова на меня.
— До свидания, Раньеро, — тихо сказала я, чувствуя, как пальцы Томислава впиваются в мою талию уже почти до боли. Манчини искренне улыбнулся мне, а затем развернулся и ушёл, растворившись в толпе гостей.Только когда он скрылся из виду, хватка моего жениха ослабла. Я выдохнула, сама не замечая, что задерживала дыхание.— Не нужно было так грубо обходиться с ним, — сказала я, — Он просто поздравил меня.
— Да, параллельно раздевая тебя глазами.
— Ты не можешь запретить людям смотреть на меня только потому, что у тебя разыгралось воображение, Томислав.
— Могу, — отрезал он. — И запрещу. Смотреть, разговаривать и даже дышать в твою сторону без моего разрешения. Ты поняла меня, Иветта?—Я открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент кто-то позвал его по имени. Томислав выпрямился, бросил короткий взгляд через плечо, а затем снова посмотрел на меня.
— Пора обменяться кольцами, — сказал незнакомый мне мужчины и мое сердце сильно ударилось о грудь. Я резко схватила Томислава за руку, понимая, что дороги назад отныне нет. Я стану его женой. Я чувствовала на себе десятки взглядов. Одобрительные, любопытные и даже насмешливые. Томислав взглянул на меня.
— Не смотри на них, — тихо сказал Томислав, не поворачивая головы. — Смотри на меня.—Я подняла глаза и провалилась. Он пытался унять мое волнение? В легкой синеве его глаз не было ничего от той враждебности, которой он сковывал Раньеро минуту назад. Не было и привычной надменности, с которой он смотрел на остальных и в том числе на меня. Только нечто глубокое, темное и одновременно обжигающе-нежное. Как если бы он сам не знал, что делать с тем, что чувствует, и от этого злился на самого себя. И только в момент, когда Томислав одел на мой палец кольцо с зеленым камнем, я поняла, что все это время до крови впивалась ногтями в его кожу.
И он даже не скривил лица...