Глава 3
Сантьяго смотрел на меня выжидающим взглядом, явно размышляя над тем, какой я дам ответ. Последний раз я виделась с ним на его собственной свадьбе, а половину жизни мы даже не пересеклись, хоть и были кузенами. Почему? Потому что мой дядя был абсолютно неадекватным человеком, который растил сыновей в изоляции и тирании. В точности такой же была и его сестра. Моя мать была женским воплощением Джузеппе Моретти и я была безмерно счастлива, что мне не передались их гены . Единственным родным для меня человеком был мой папа, которого два года назад убил человек по имени Пётр Васильевски. И именно за его сына мне прямо сейчас предлагали выйти замуж Моретти. Я была наслышана о нем, но никогда не видела.
— Мы не заставляем, Иветта. Ты вправе выбрать любое решение, которое захочешь, — ровно произнес Адам, не сводя глаз с моей матери, которая сидела на кресле, поджав губы. Адам на дух не переносил ее и я абсолютно разделяла его чувства. Холодная, жестокая и расчетливая женщина, которая была готова пойти на все ради своих амбиций . Я часто удивлялась, что тетушка Роуз была абсолютно не похожа на своего брата и сестру. Я села напротив братьев, размышляя над их предложением. В этой комнате никто не «заставлял» меня напрямую. Здесь просто расставляли фигуры так, чтобы у тебя не осталось ходов.Я перевела взгляд с Адама на Сантьяго. Он всё ещё смотрел на меня, даже не скрывая того, что хочет услышать положительный ответ.
— Вы предлагает мне выйти замуж за сына человека, который убил моего отца. Я правильно все поняла?
— Дети не в ответе за проступки родителей. Будь это так, нам с Сантьяго пришлось бы всю жизнь расплачиваться за грехи отца.
— Ваша мать тоже не была святой, — ядовито добавила моя мама. Адам спокойной перевел на нее взгляд и по моему телу прошлись мурашки. Холодные, серые глаза, которые выражали непоколебимую угрозу.
— По сравнению с тобой и твоим братом, она была святой, — ответил Адам. лицо моей матери тут же побелело и окаменело. Она явно не ожидала грубости со стороны племянников, которые при жизни отца не имели привычку проявлять к ней неуважение.
— Жизель, мне плевать, что ты сестра моего папаши. Если я услышу хоть одно лишнее слово в сторону моей матери — я уничтожу тебя. Ты должна целовать нам ноги за то, что после смерти Джузеппе мы не стали лишать тебя денег и статуса, — добавил Сантьяго. Я громко сглотнула, явно не ожидая того, что все выльется в такой разговор. Сантьяго, заметив мое замешательство, повернулся ко мне и подмигнул, — не волнуйся, маленькая куколка. К тебе это не относится, — я заморгала, не ожидая подобного. Между мной и Сантьяго была давольно заметная разница в возрасте. Мне исполнилось двадцать один пару месяцев назад, а Сантьяго был старше меня около семи или восьми лет.
— Итак, вернемся к разговору. Иветта, — Адам посмотрел на меня, пытаясь смягчить свой взгляд, но у него это плохо выходило. — если ты даже не хочешь рассматривать возможность этого брака, то скажи об этом прямо сейчас. У нас нет времени на то, чтобы...
— Я согласна, — спокойной сказала я, перебивая своего кузена, на лице которого было написано «Я точно не ослышался?». Братья переглянулись, а затем посмотрели на мою мать, которая была в шоке не меньше, чем они.
— Ты заставила ее согласиться, кривоногая карга? — крикнул Сантьяго, обращаясь к моей матери. Я тут же прикрыла лицо рукой, чтобы скрыть смех, но Адам тут же заметил его. Моя мать резко поднялась с кресла.
— Это уже переходит все границы, — крикнула она в ответ. Адам медленно повернул голову в её сторону и цокнул языком.
— На место, Жизель, — четко выговорил он и моя мать остановилась. Она была в бешенстве, но прекрасно знала, что не имеет права высказывать неуважение Дону и его брату, несмотря на то, что оба были ее племянниками. — Я хочу поговорить с тобой наедине, Иветта. — обратился ко мне Адам. Я кивнула. Мы вышли из комнаты, и дверь за нами закрылась, отрезая очередные провокационные фразы Сантьяго в сторону моей матери. Адам остановился только когда мы отошли достаточно далеко. — тебе нечего бояться, Иветта. Скажи, заставила ли она тебя согласиться на это?
— Моя мать редкостная тварь, но она не настаивала на этом браке, Мистер Моретти, — ответила я, не решаясь посмотреть на него.
— Ты можешь звать меня Адам, Иветта. Я твой брат, —Я медленно подняла на него взгляд и слабо улыбнулась. — по всей видимости, у тебя непростые отношения с Жизель. С отцом у тебя было так же?
— С чего вы... то есть, ты взял?
— А есть еще причины, по которым ты соглашаешься выйти замуж за сына человека, который убил твоего отца?—Я подняла взгляд чуть выше, но всё ещё не смотрела прямо на Адама.
— Я любила его, но не была слепой, Адам. Мой отец явно был замешан в убийстве мужчин, которые так же были чьими-то отцами. Это круговорот в мире, к которому мы принадлежим. Было бы глупо, если бы я винила сына Петра в том, чего он не совершал.
— И все же это не причина для твоего согласия, Иветта. Ты можешь выйти замуж и за другого человека. Не пытайся меня одурачить.
— Я и не пытаюсь тебя одурачить, — спокойно ответила я.Адам не отвёл глаз.
— Тогда скажи правду.
— Правда в том, что у меня её нет выбора, который вы пытаетесь мне навязать, — произнесла я. Он чуть напрягся.Я сделала шаг в сторону, медленно, словно собираясь с мыслями.
— Вы говорите "ты можешь выйти за другого", — продолжила я. — Но кого? Человека, которого выберет моя мать? Или кого-то из других ваших врагов, чтобы потом заключить мир? Я ведь ваша кузина и многие потребуют женщину, что в родстве с Доном.
— Иветта, я повторю, что мы не заставляем тебя.
— Знаешь, мой отец до мозга костей был верен Коза-Ностре, в отличии от матери. Тем более сейчас, когда ею правите вы, а не ее любимый брат, которого вы убили, она не упустит возможности навредить вам. Ей принесет удовольствие мой отказ, потому что данный брак несет союзный и выгодный для Коза-ностры характер. Поэтому мой отказ будет не моим выбором, — продолжила я тише. — А её победой. — Адам улыбнулся и в его глазах что-то изменилось. Как будто он впервые перестал видеть во мне просто "девочку, которую нужно защитить или направить".Я сглотнула и добавила уже ровнее:— И не думай, что я делаю это ради красивой жертвы или великой любви к системе, в которой мы живём. Я просто ненавижу свою мать и не хочу выйти за того, кто ей будет по душе.
— Ты слишком быстро взрослеешь для этой игры, Иветта. Если тебе станет легче,то он ненавидит своего отца.
— Сколько ему лет?
— Томиславу? Думаю, около двадцати пяти.
— Ну хотя бы на старик, — рассмеялась я. — почему именно я? Неужели не нашлось другой претендентки? У тети Роуз тоже есть две дочери подходящего возраста.
—Да, ты права. Но ни у одной из них нет того, что есть у тебя.
— Скажу открыто, что не блистаю умом и талантами, — ответила я мигом, вызвав улыбку Адама.
— У него слабость к рыжеволосым девушкам. Это было его критерием.
— Какой кошмар! И только в этом причина? Я уж думала, что вы предложили ему меня, он услышал мою историю жизни и ему захотелось как-то искупить грех отца. Знаешь, как в фильмах , — воодушевлено начала я, но не стала договаривать, чтобы Адам не понял мой истинный характер. Я была наивной и зеленой, хоть и умела производить впечатление «осознанной» девушки. Боже, я до сих пор переодически смотрела мультфильмы и мечтала о большой любви, как в книгах.
— А чего ты ждала, — усмехнулся Адам, качнув головой, — мужчины, в первую очередь, любят глазами.
—Он опасный человек? — задала я уже другой вопрос.
— Да, — без колебаний ответил Адам.
— Ну, в принципе глупо было бы ожидать другого ответа.
— И все же я не верю в твое оправдание, Иветта. Ты что-то не договариваешь, — недоверчиво протянул Адам, давя на меня своим взглядом. И он был прав. Самой главной причиной моего согласия было то, что я ненавидела свою мать и хотела поскорее избавиться от нее. Томислав был главой Румынской мафиозной организации, который смог бы обеспечить мне возможность находится вдалеке от этой коварной женщины и ее интриг, которые она плела против моих кузенов. Рано или поздно, я могла угодить из-за нее в могилу. Я бы не удивилась, если бы она выдала меня за старика. Я отвела взгляд в сторону, будто рассматривая узор на стене, хотя на самом деле просто пыталась выиграть себе пару секунд.
— Ты прав, — тихо сказала я. — Я не договариваю.
— Тогда договори.
— Я лучше буду жить с сыном убийцы моего отца, чем с собственной матерью.
— Я могу обеспечить тебе изоляцию от Жизель, Иветта. Не обязательно выходить замуж.
— Почему ты пытаешься отговорить меня? Вам ведь выгодно поскорее избавиться от проблемы с браком, чтобы наконец скрепить перемирие.
— Потому что я твой брат, Иветта, и не хочу, чтобы, ты страдала.
— Вы с Сантьяго видели меня за всю жизнь пару раз. О чем ты говоришь? Мне очень приятно, Адам, но я правда он могу поверить в то, что я вам дорога.
— Это не меняет того факта, что ты наша сестра и находишься под влиянием женской версии Джузеппе, Иветта. И более того, я еще и твой Дон. Я несу ответственность за каждого члена Коза-Ностры.
— Ты в первую очередь мой Дон, Адам. Только потом брат.
— Каково твое решение, Иветта?
— Я согласна, — уверенно ответила я, выпрямив спину. — я хочу построить счастливую семью и стать хорошей матерью. Если бы детей судили по их родителям, то я, пожалуй, производила на людей дурное впечатление. Точно так же, как и вы.
— Мы с Сантьяго итак производим на людей дурное впечатление, — улыбнулся Адам. Я рассмеялась.
— Хорошо. Томислав будет в Вегасе через пару дней и у вас будет время узнать друг-друга до брака.