Этапы (стадии) знакомства.

 Абрам медленно зашёл в кабинет. Его взгляд почти сразу же упал на парту, за которой он когда-то посмотрел на Эндрю под другим углом, до этого уверенный, что судьба больше никогда не сведёт их друг с другом. Не сказать, что он верил в судьбу, но новой встречи определенно не ожидал, как и того, что после всего, что произошло с ними, Эндрю мог просто исчезнуть из его поля зрения. До сегодняшнего дня Абрам был почти уверен, что он намеренно избегал встречи и пересечений и скрывался где-то в кабинетах, но сейчас, находясь в их кабинете немецкого, был почти уверен, что всё на самом деле не так просто. Эндрю, скорее всего, вовсе не появлялся в школе последние два дня.

Абрам подошёл к парте и уронил рюкзак рядом с ней, а сам упал на стул и положил голову на руки, прикрыв глаза. Он не знал, чего именно хотел, может, он даже ожидал, что сейчас из-за слишком громких мыслей он вновь потеряет бдительность, не заметит тихие осторожные шаги, а потом чудом не вздрогнет, когда услышит уже знакомый голос. Эндрю достаточно предсказуем, если его знать, по крайней мере, так казалось Абраму.

Но до самой перемены никто к нему не подошёл и не заговорил. Урок прошёл скучно, ему пришлось покинуть кабинет ни с чем, не выскочив из помещения быстрее других только из-за болей в перебинтованной ноге. Абрам остановился рядом со своим шкафчиком, который открывал только уроком ранее, когда пришёл в школу, и почти никогда ничего там не оставлял, но сейчас там лежали кофта и штаны, которые принадлежали Эндрю. Ему не хотелось оставаться в школе.

На улице было тепло. Учитывая, что он всё равно уедет сразу же, как заживёт лодыжка, то можно было уже не ходить в школу. Даже если они и позвонят его родителям, то ни до кого не дозвонятся, потому что мама не успела доехать до Калифорнии. Так какая разница, верно? А вот одежду стоило вернуть.

Абрам старался не анализировать свои действия, чтобы не попасть впросак и не захлебнуться в собственном негодовании на себя. Он хотел защитить Эндрю, поэтому сказал жестокие слова, в которых и сам не был уверен, решил уехать, а теперь чувствовал себя идиотом, пока двигался к дому Спиров, прихрамывая на каждом шагу, с рюкзаком с тетрадками внутри, полупустой сумкой, чтобы её точно не нашли в том доме, если всё же кто-то захочет заявиться, а также пакетом в руке.

«Я просто оставлю вещи Эндрю и заберу свою кофту, и всё на этом», — говорил он себе, понимая лишь то, что пытается заглушить свою совесть. Может и вовсе пришло его время сойти с ума, раз он возвращается к этому дому. Он даже не поблагодарил Эндрю за помощь, просто ушёл, как ни в чём не бывало.

Первым, что заметил Абрам, когда подошёл к нужному дому, так это открытые двери в гараж, которые раньше были закрыты. Ему не доводилось спрашивать у Эндрю, есть ли у них машина, но знал, что Ричард Спир именно на ней почти каждый день уезжает на работу, поэтому они почти ни разу не пересекались. Это было на руку.

Остановившись перед нужной дверью, Абрам позвонил в звонок, стараясь игнорировать закостеневшие от нервов пальцы. Ричард был дома, но не это его напрягало, а возможные причины, по которым он мог взять выходной. В конце концов, Абрам помнил, когда этот человек был дома, чтобы никогда с ним не пересекаться.

Он невольно дёрнулся, когда дверь открылась, а за порогом на него смотрел парень лет восемнадцати, выше примерно на 40 см. Он был одет в шорты, а на крупных округленных плечах весела футболка, которая была, очевидно, мала, облегая каждую мышцу на теле. Парень улыбнулся и нагнул голову в сторону. Абрам чувствовал угрозу от него только из-за того, что был этому человеку лишь по плечо и даже на цыпочках не смог бы стать с ним одного роста.

— Ну и ну, и кто это у нас?

Абрам замялся, ему хотелось отойти. Казалось, если бы кулак такого размера прилетел ему в лицо, то он отлетел бы минимум на пару метров, и сломанный нос был бы обеспечен. Хотя, учитывая, что он и так выглядел как обычный хулиган из-за разбитого лица, то хуже уже было некуда.

— Не с тобой ли подрался Эй-Джей пару дней назад?

Абрам не сразу отреагировал и уже хотел начать защищаться, якобы всё было не так, и у них с Эндрю не было никаких причин затевать драку, но тело застыло в нерешительности раньше, чем голова успела понять почему. Рот закрылся почти сразу же, как открылся, крутя инициалы в голове: «Эй-Джей».

— Нет, мы с Эндрю...

— Алекс, — неожиданный голос из-за спины заставил Абрама резко обернуться. Последние дни его так редко называли этим именем, что он и не обернулся бы, будь ситуация немного другой.

Кэсс стояла с пакетами, набитыми продуктами, сзади неё из машины вылезал Ричард без особой радости и какой бы на то не была реакции.

— Ты так неожиданно ушёл, что я даже немного разочаровалась.

Абрам знал, что это было не обвинение, но почему-то ему стало неловко перед этой женщиной, что так добродушно приняла его в свой дом. Учитывая, с каким гостеприимством к нему отнеслись, в то время как он говорил неприятные вещи за её спиной, его совесть в очередной раз особенно агрессивно посылала раздражающие сигналы о стыде, который стал его спутником по дорогам Сан-Хасе.

— Извините, отец вернулся, и я сразу же побежал домой, позабыв поблагодарить Вас.

— Ну что ты, я только ра... О, спасибо, — муж забрал пакеты из её рук, из-за чего она приостановилась на середине фразы. — Ты, скорее всего, говорил, я просто так заработалась, что совсем обо всём позабыла. Извини за это.

Абрам уже и сам хотел расплыться в извинениях, настолько ему стало неловко за то, что произошло, учитывая, что он сам далеко не хрустальный и не такой хороший, как о нём думала Кэсс. Только он слишком долго раздумывал над словами, хотя и казалось, что он замолк лишь на секунду.

— Так ты и есть тот самый друг? — парень расплылся в улыбке, стоило только Абраму обратно обернуться к нему. — Эй-Джей так много о тебе рассказывал!

Абраму даже не нужно было задумываться, чтобы понять, насколько это была наглая ложь. Кэсс подошла ближе и неловко рассмеялась, пока Ричард уже успел тихо проскочить внутрь, несильно заинтересованный разговором.

— Эндрю не сильно разговорчивый, но, видимо, только со мной, — она встала рядом, но невольно Абрам почувствовал какое-никакое, но всё же плечо на своей стороне, словно Кэсс могла защитить его от этого человека. — Я рада, что вы стали прямо настоящими братьями.

Абрам замер.

Он поднял взгляд на высокого парня, который вполне мог бы повалить на кровать и одним своим весом придавить так, что и дышать было бы нечем, ни то, что кричать. Он был выше Роджера, казалось, что он полностью состоял из мышц. Крупные ладони. Толстые пальцы. Сильные руки. Накаченные ноги.

Сильнее, выше, ловче. Старше и с хорошей репутацией.

У Эндрю ни шанса, и он прав, насильники редко спят по ночам.

— Ты пришёл как раз к обеду, — Кэсс положила руку ему на плечо, из-за чего он невольно дёрнулся, хотя и постарался скрыть это, состроив неловкую и вымученную улыбку. А Дрейк...

«Ох. Конечно, он заметил», — панически промелькнуло в голове с громким красным знаком, кричащим, что ему стоит уходить. — «Скорее всего, уже догадался, что мне всё известно».

— Думаю, Эндрю будет рад тебя видеть, он был очень грустным, когда вернулся в тот раз без тебя, — она не говорила о ссадинах на его лице, но определенно намекала именно на них, иначе не стала бы останавливать на этом такого внимания. Да и то, каким голосом Кэсс упоминала тот день, явно подтверждало его мысль: она уверена, что они в ссоре и желает, чтобы они помирились, какой бы не была причина.

— Да, с моим приездом он сразу приболел, я ему точно уже надоел, — Дрейк продолжал вести себя как ни в чём не бывало, но Абрам слышал между слов противный смех, который поглощал его мозг.

— Не говори так, — Кэсс положила руку ему на плечо, также как другая продолжала лежать у Абрама, из-за чего его чудом не передёрнуло во второй раз, только на этот раз от отвращения. — В любом случае, Алекс, так что ты думаешь?

Было ли это сумасшествием или помутнением, когда он шёл сюда, его уже не волновало, его волновало другое: Эндрю не в порядке, а если болеет, то ещё и ослаблен. Абрам желал, чтобы Дрейк прямо сейчас перед ним испепелился в щепки, как это было с костями Роджера.

Если бы только ни Кэсс...

— Да, я бы хотел встретиться с Эндрю и отдать домашку по немецкому, — это была наглая ложь. У него было с собой всё, чтобы прямо сейчас побежать в лес и, поднявшись повыше, через полчаса уже быть у рельс, по которым не сложно дойти до станции и платформы, с которой отправляют торговые поезда. — Я могу пока что подняться к нему?

Абрам не смотрел на Дрейка, словно интересовался только тем, что скажет Кэсс, а не тем, какая эмоция исказила ложно дружелюбное лицо. Его больше всего пугало то, что с первого взгляда он не смог почувствовать ничего опасного от натуры человека, открывшего ему дверь. Сейчас Абрам был уверен, что в этих глазах вертятся черти, бесконечно посмеивающиеся над всеми в этом доме, где для Эндрю весь мир начинался и заканчивался четырьмя стенами комнаты, в которой до этого им приходилось спать вместе.

Теперь он наконец-то понимал, что главной причиной того, что почти каждую ночь Эндрю не спал, был факт того, что он знал и помнил об ещё одном человеке, дышащем в этой комнате, хотя и на полу.

— Конечно, надеюсь, ты ещё не забыл дорогу, — она дружелюбно улыбнулась, видимо, не заметив подвоха. Абрам хотел бы поверить ей, но не мог, слишком уж много ему уже пришлось узнать.

Он сымитировал смех, чтобы не вызвать подозрений у Дрейка, после чего не слишком быстро и не совсем медленно двинулся к лестнице.

— Нет, спасибо вам большое за заботу, — Абрам краем глаза ухватился за силуэт Дрейка, но не смог приметить ничего кардинально нового в его поведении. Он вёл себя также, будто и не заметил, что его взгляда старались всеми силами избегать.

— Если что я всегда здесь, спускайтесь минут через 30 мальчики.

Абрам уверенно двинулся к комнате, пока не услышал шаги за своей спиной и уже был готов обернуться и начать защищаться, если Дрейк решит распустить руки, хотя и понимал, насколько мал этот шанс, учитывая, что все сейчас находятся в доме. Он прошёл ещё пару ступенек, пока быстрые шаги за ним продолжали приближаться. Ноги становились ватными, готовые поддаться инстинктам и сбежать прямо на глазах у всей семьи Спиров.

— Дорогой, постой, можешь спуститься ненадолго?

Шаги позади остановились, когда Абрам полностью пересёк лестницу. Казалось, что настоящее чудище отцепилось от хвоста, в который оно уже было готово вгрызться своими острыми зубами.

— Конечно, мам! — голос за его спиной начал отдаляться с каждым шагом Абрама, который всё это время не останавливался и уже подошёл к двери в комнату Эндрю, когда Дрейк, видимо, вовсе покинул коридор второго этажа.

Лишь на секунду он замер с рукой, поднятой над дверью, не готовый постучать. Абрам вслушивался и считал ступеньки, по которым спускался Дрейк, ожидая более подходящего момента, и только когда он перестал слышать шаги, дверь перед ним открылась сама, и его агрессивно втащили внутрь, почти сразу же припечатав к стене.

— Какого хуя, ты здесь забыл? — лицо исказилось. Эндрю стоял в домашней одежде, только на его плечах продолжала висеть уличная кофта. Его глаза были красные, можно было бы подумать, что от слёз. Но Абрам знал, что это не так, скорее уж это от недосыпа. — Мы разорвали сделку, ты собирался бежать – конец истории!

— Я пришёл отдать вещи.

Он усмехнулся и даже закатил глаза, только сильнее придавив из последних сил к стене. Абрам чувствовал, что может оттолкнуть его, хотя и сам неидеально спал этой ночью. Все силы Эндрю, которые были прочувствованы на себе только пару дней назад, остались на той улице, унесённые ветром и погребенные в тишине.

— Ты врёшь, врёшь и врёшь, всё время, даже когда вроде говоришь правду.

— Не всегда, — это было правдой, да и какой ему прок от вранья сейчас? Он изначально собирался просто сдаться, как он мог бежать без матери? Поезда, автобусы? А дальше? Именно Эндрю показал ему насколько важна ещё одна попытка. — Мне нет смысла тебе врать.

Эндрю отпустил его свитер и сделал ровно два шага назад.

— Тогда скажи почему? Зачем ты вернулся? Удиви меня.

Он стоял и смотрел, не отводя взгляда, раздраженный, хотя и непонятно чем конкретно: тем, что его комната вновь оказалась занята кем-то ещё, или конкретно присутствием Абрама в доме Спиров?

— Я чувствую, что не хочу подвергать тебя опасности, поэтому мне надо уйти, чтобы отец тебя не нашёл, но... — Абрам вновь прокрутил все свои мысли в голове, отгоняя самую простую про его появившееся сумасшествие. — Мне не всё равно. И если ты будешь в опасности и после того, как я уйду, то в этом нет смысла.

Эндрю продолжал смотреть ещё пару секунд, потом отошёл к противоположной стороне комнаты.

— Бессмысленная затея, просто уходи и всё, чёртов бегунок, — он остановился спиной к окну.

«— Бегунок?» — невольно обратил внимание Абрам. — Может, я и бегун, но я больше не хочу бежать.

— Тогда ты просто несёшь бред.

Абрам остановился, готовясь уже снова начать отстаивать свою позицию, но вовремя спохватился, когда понял, откуда у Эндрю такие выводы.

— Не бред, я не хочу бежать, я хочу защитить тебя.

— Мне не нужна твоя херова защита, — Эндрю сомкнул руки на груди. Каждая часть его тела, казалось, говорила о несогласии и протесте, готовности защищаться от человека, возомнившего себя глупым героем мелодрам. — Если решил поиграть в героя, то помог бы кому-нибудь другому.

— Это вышло случайно, как и то, что я узнал о Дрейке.

— А вот этого вот не надо, — Эндрю отреагировал на одно только имя быстрее, чем на любую из других вещей, которую можно было сказать до этого.

— Эндрю.

— Нет.

Абрам замолчал, лишь поднял глаза, надеясь, что Эндрю поймёт, что отказываться от своих слов он не планирует, чего бы в голове собеседника не крутилось.

— Не смей связываться с ним и прекрати лезть туда, куда не следует, — он продолжал стоять на месте, проговаривая каждое слово, словно чтобы Абрам не просто услышал эти слова, но и запомнил каждое. — Я и сам справлюсь. Твоя помощь – последнее, что мне нужно.

Был ли это спусковой крючок или просто так сказался разговор, но Абрам и сам понял, что не замолкнет. Как минимум, ни раньше, чем выскажет всё.

— Справишься? — глаза сами упали на рукава, которые точно закрывали синяки. Абрам был в этом уверен, иначе зачем в такую температуру носить в доме кофту? — Как получается сейчас?

— А это не твоё дело, что происходит.

— Я и сам всё вижу, всё-таки невозможно скрыть всё, как бы не хотелось.

На этот раз он не подразумевал ничего того, что могло бы нарочно вывести Эндрю из себя, однако не прошло и секунды, как он двинулся на Абрама и пригвоздил его к той же стене с характерным ударом.

— Прекрати вмешивать её в это, — он со всех сил сжал ткань кофты и немного приподнял её, хотя и недостаточно, чтобы оторвать от земли. Эндрю был явно недоволен, что в его словах вновь прозвучала косвенная мысль о причастии Кэсс к действиям Дрейка. Абрам поспешил оправдаться, чтобы не посеять недопонимание прямо перед обедом.

— Я не имел ввиду Кэсс, — не стал он уклоняться, чем сразу вызвал подозрение Эндрю, которое можно было прочитать по его глазам. — Ты ничего не рассказал, но я всё равно узнал. — чужая ладонь немного припустила кофту, а лицо с негодования начало переходить к ранее стабильному равнодушию, которое уже не вводило в замешательство. — Я не говорю, что она знает, я просто...

Абрам закусил язык. Это не то, что он хотел сказать.

— Не говоришь? Именно это ты и сказал, — Эндрю не сводил взгляда, только приподнял одну бровь, — Или что это было?

— Эндрю...

— И не смей мне врать, Аб-рам, — проговорил он имя по слогам, очевидно, желая скорее оскорбить, нежели сделать акцент на имени, которое не значилось ни в каких документах. Эндрю ещё раз толкнул его в дверь и отошёл на шаг, видимо, ожидая полноценного ответа, который Абрам просто не хотел говорить, настолько он казался глупым.

Как сказать, что он хотел, чтобы его выгнали, и ему не пришлось уходить самому?

— Если бы ты выгнал меня, — медленно проговорил Абрам, чтобы это звучало не настолько глупо и эгоистично, как в его голове, однако, казалось, становилось только хуже. — Я бы смог уйти.

Он не был уверен, чего ожидал, но точно не тишины. Это было больше, чем просто слова, Абрам впервые хотел не просто закончить бег, но и вовсе обосноваться здесь. Может даже без Эндрю под боком, не имело значение, но хотя бы больше никуда не бежать, знать, что хоть в одном штате у него есть дом.

Дом.

— Ты просто идиот, — прозвучало в тишине комнаты, и на этот раз Абрам не хотел с этим спорить.

Да и не успел бы.

— Эй-Джей, — Дрейк постучал в дверь, на удивление решив не входить. — Мама зовёт всех к столу. Бери своего друга и спускайтесь.

Абрам видел, как Эндрю замер стоило только постучать, но также он мог видеть реакцию «сражайся или беги», которая была для него слишком понятна, чтобы не распознать её с первых же секунд.

Они не торопились отвечать, и только когда послышались удаляющиеся шаги, через как минимум секунд десять Эндрю полушёпотом начал говорить:

— Тогда уходи.

— Чего? — Абрам сделал шаг ближе.

— Ты слышал, — Эндрю на секунду оглянулся, чтобы посмотреть окно. — Скажи, что тебе позвонили родители и тебе срочно нужно идти.

— Я тебя здесь не оставлю.

— Прекращай играть в героя, если хочешь сделать лучше, то уйди и не возвращайся, — после этих слов Абрам уже хотел поспорить, отказавшийся от всех аргументов и готовый говорить так, как оно было на самом деле, но Эндрю продолжил раньше, чем он успел. — Я тоже надолго здесь не останусь.

Абрам остановился, не совсем быстро осознавший смысл этих слов.

— Что ты имеешь ввиду?

Эндрю казался вымотанным этим разговором, может в этом и была причина, что на этот раз он просто подошёл ближе и взял Абрама за рукав, ничего больше не говоря.

— Не тормози, — он повернул его к двери и остановился, положив ладонь на ручку. — А после уходи, и не смей возвращаться.