31 глава
И наконец, номер три. Совет действительно важный, так что обрати на него внимание. Не влюбляйся в того, с кем не чувствуешь себя красивой. Нет, твоя партнерша не обязана с утра до ночи твердить, как ты прекрасна. Нисколько. Но когда ты чувствуешь себя красивой, просто находясь рядом с ней, тогда дочь моя, все намного проще. Ты просыпаешься с гнездом на голове, с помятым лицом, но все равно чувствуешь себя прекрасной. Потому что ты с человеком, который не указывает тебе на твои недостатки. Кто не делает хуже. Не тычет на шрам на ягодице, который ты даже не замечала. Потому что человек, который не видит ничего, видит в тебе лучшее, – заключает она, гордясь своей мудростью.
Я думаю о том, какой себя чувствую, когда нахожусь с Виолеттой. Определенно, не красивой, но приятной, забавной и немного беспокойной.
Беспокойной как в хорошем, так и в плохом смысле. Но красивой… Не могу сказать, чтобы я себя так чувствовала.
– Этот совет основан на фактах? – любопытствую я.
– Конечно! Каждые неудачные отношения всегда задают нам урок. На данный момент я выучила три. Андрей, Луис Антонио и твой отец. В этой последовательности.
Я в шоке.
– Луис Антонио… мой учитель физкультуры?
– Заткнись и пойдем завтракать, – говорит мама, вскакивая с постели.
Я мою посуду после обеда, Ви ее сушит, а мама сидит на стуле и пилит ногти, как баронесса.
– Сегодня среда! Какой фильм будет у нас на Музыкальную среду? – взволнованно спрашивает Виолетта, убирая тарелку в шкаф.
– Ви, пожалуйста, не давай маме поверить, что тематические вечера по будням – это круто, – прошу я. – Ты создаешь монстра, а потом уйдешь, я останусь одна, и мне придется с ней разбираться!
– Не обращай на неё внимания, Виолетт – говорит мама, вставая и убирая пилку для ногтей. – Даже после того, как твои родители вернутся из поездки, ты можешь приходить сюда каждую среду, чтобы отдать дань уважения нашей любви к мюзиклам. Если хочешь, конечно!
Я невольно начинаю придумывать темы на всю неделю, чтобы заставить Виолетту приходить каждый день.
Конечно, непременно. Я больше не могу жить без Музыкальных сред! – заверяет сосед.
– Но сегодня я разочарую вас обеих, – надувая губы, говорит мама. – Слишком много работы, сжатые сроки. Я не могу смотреть фильм. Но знаете что? У меня сейчас родилась идея.
– Мама, пожалуйста, не пытайся снова повторить Подиумные пятницы, – молю я.
Виолетта громко смеется.
– Неплохая идея. Но сегодня я хочу, чтобы вы двое повеселились без меня, далеко отсюда. Пошли в кино вдвоем. Все за мой счет, – объявляет она, вынимая деньги из лифчика и кладя несколько купюр мне в задний карман.
– Ой, спасибо Рита! – взволнованно произносит Виолетта.
Спасибо, мама – вторю я, дрожа от беспокойства.
– Не надо меня благодарить, девочки – говорит она, подмигивая мне. Вовсе не таясь, отчего я нервничаю еще больше.
– Что ж, я не против глянуть «Роботы-зомби: Атака-2», – говорит Виолетта, глядя на рекламный щит со всеми сеансами.
Можно было и догадаться, что Музыкальная среда окажется не такой уж и музыкальной. В кинотеатрах нашего города мюзиклы не показывают. Не думаю, что местные жители их ценят. Да и субтитры, похоже, тоже. «Роботы-зомби: Атака-2» – единственный фильм с субтитрами, доступный сегодня, и другие варианты ненамного лучше.
– Я никогда не смотрела «Роботы-зомби: Атака-1», но тоже не против. – Мои руки вспотели. Потому что, по идее, это свидание. Наше первое свидание. Все может пойти не так, но я почему-то считаю, что вдруг этой ночью…
– Начало – говорит Виолетта.
– Что?
– Первый фильм называется «Роботы-зомби: Начало».
– У Голливуда нет логики – решаю я и встаю в очередь.
– Давай возьмем попкорн? – предлагает Ви, когда я возвращаюсь с двумя билетами.
– Давай! Какой ты хочешь?
– Может, поделить большой с маслом? О нет! Не бери в голову. Тебе не нравится масло. Так что купи средний только для меня.
Надо же, я и не помню, когда говорила ей, что не люблю масло в попкорне.
Мы стоим в очереди, которая длиннее, чем можно было ожидать в среду днем. Вокруг нас бегают и кричат дети, разыгрывая свою версию «Голодных игр». Нетерпеливые родители закатывают глаза на чужих отпрысков и стараются держать своих рядом. Вероятно, школьников привели на «Дикий лес!».
Когда наконец подходит моя очередь, я заказываю два попкорна, и хотя они оба среднего размера, кассир недовольно на меня зыркает.
Я стараюсь пока не обращать внимания на взгляды. В конце концов, это не так уж сложно, потому что Виолетта так взволнована тем, что проведет следующую пару часов, наблюдая за роботами-зомби на огромном экране, что её восторг передается и мне.
Когда мы входим, кинотеатр почти пуст. Несколько пар, разбросанных по залу, пожилой мужчина, пришедший в кино один, и группа истерически смеющихся друзей. Мы идем прямо в заднюю часть кинотеатра и я тихо проклинаю конструктора кресел этого кинотеатра.
Я неловко сажусь, мои ноги зажаты передним рядом, а руки просто некуда деть. Я выгляжу как тираннозавр с ведром попкорна. Виолетта устраивается справа от меня и кажется вполне расслабленной. Я думаю пожаловаться ей на размер сидений просто для того, чтобы выпустить пар, но когда открываю рот, свет гаснет и начинаются трейлеры.
Мои руки автоматически потеют, и я ем попкорн, чтобы успокоиться. Фильм начинается, и через полчаса я понимаю, что так и не вникла в сюжет. Моя нога трясется, и я пытаюсь согласовать ее ритм со взрывами на экране.
Группа друзей громко разговаривает во время фильма, но кажется, никто не против. Некоторые парочки целуются, причем очень интимно. А одинокий пожилой мужчина, вероятно, не в восторге от низкого качества спецэффектов.
Через час я понимаю, что закончила с попкорном и не выпила ни глотка газировки. У меня пересохло во рту, и я протягиваю руку, чтобы взять лежащую в подстаканнике рядом со мной бутылку. Кока-кола водянистая, лед растаял, но все же освежает.
А когда я наконец выпускаю бутылку и собираюсь вернуться в исходную позу тираннозавра, сложить руки на животе.
Виолетта прислоняется ближе, скользит пальцами по моей руке и сжимает ее. Я сдерживаю тревожный вдох, не совсем понимая, что происходит. Мы держимся за руки, и с этого момента мне уж точно не до роботов-зомби, уничтожающих человечество. Потому что мы с Виолеттой держимся за руки. Потому что моя рука покрыта потом. И все же она не отпускает.
Я хочу повернуть голову и посмотреть, с каким лицом Ви держит меня за руку. Но я не могу заставить себя это сделать. Вместо этого я смотрю на киноэкран и наблюдаю, как мелькают изображения, но меня они не волнуют.
Время летит, и я чувствую, что фильм вот-вот закончится. Герой спас планету от зомби, а заодно и свою девушку. Они встречаются после боя на поле. Он – весь грязный и мужественный, она – без единой царапины, с макияжем и в коротких шортах, несмотря на апокалипсис. Они целуются, и тогда Виолетта сжимает мою руку немного сильнее. Нет, не совсем так. Больше похоже на легкое давление. Но я считаю, что это знак. Знак того, что я вспотевшая героиня, которую Виолетта хотела бы поцеловать. Или знак того, что фильм вот-вот закончится и соседка хочет отпустить мою руку.
Я слегка разжимаю пальцы, давая ей возможность высвободиться. Но Виолетта этого не делает.
Фильм заканчивается, начинаются титры. Но свет не включается, потому что, по всей видимости, теперь нельзя создавать фильмы без сцен после титров. Так что никто не трогается с места. Вся публика просто сидит и слушает песню. Мое сердце бьется в ритме быстрой и тяжелой музыки, но когда Виолетта скользит пальцем по тыльной стороной ладони, оно замирает.
Трудно сосредоточиться на чем-то, кроме прикосновения руки Виолетты. Я чувствую, что время идет и мне нужно действовать быстро. Я смотрю на экран, а сама вижу
Дай понять, что она тебе тоже нравится.
Я глубоко вздыхаю. Очень сильно сжимаю руку Виолетты, не заботясь о том, причиняю ли я ей боль и смотрю на неё.
Она уже смотрит на меня. Не знаю, как долго. Она ждет меня, припев песни из титров идет уже в третий раз. У меня мало времени.
Я закусываю губу.
Закрываю глаза.
И целую Виолетту.
Она целует меня в ответ, и я стараюсь верно управиться с языком и слюной. Это не идеальный поцелуй, как те, которые я всегда вижу в фильмах. Но я никогда не думала, что поцелуй будет таким. Приятным и скользким. Губы Виолетты мягкие, но не дряблые. Они похожи на мармеладных мишек. И судя по тому, как она меня целует, мне кажется, что я тоже не так уж и плоха.
Не знаю, сколько длится наш поцелуй, но когда мы отрываемся друг от друга, то оба смотрим на экран. Сцена после титров почти закончилась. У нас еще есть немного времени.
И мы снова целуем друг друга.
Мы машины для поцелуев.
Целующиеся зомби-роботы.