29 глава
Я действительно не знаю, как объяснить логику моего мозга, но когда я вышла из офиса, то сразу же направилась к библиотеке. Здесь моя бабушка Тереза проработала всю жизнь. Здесь я провела большую часть своего детства, бабуля забирала меня из школы и вела к себе, потому что мама была слишком занята на работе.
Я знаю каждый уголок этой библиотеки и, как только открываю тяжелую стеклянную дверь, чувствую запах книг. Он вызывает много воспоминаний, и я улыбаюсь, потому что большинство из них хорошие.
– Лина? – слышу я голос и нахожу взглядом женщину, сидящую за стойкой регистрации. Это Марта. Она всегда работала здесь, в библиотеке. Они с бабушкой были очень близки. Марта приветствует меня с теплой улыбкой, и я понимаю, как сильно скучала по ней и даже не подозревала об этом.
– Привет, Марта! Как здорово снова вас видеть, – здороваюсь я, прислонившись к стойке.
– О, моя девочка. Я всегда здесь. Мои дети все хотят отправить меня на пенсию, но я не могу бросить книги. А ты? Как твои дела? Ты больше не заходишь в гости. – Она говорит это в шутку, но я чувствую укол вины.
Я не приходила с тех пор, как умерла бабушка.
– Верно, я была так занята, со школой и всем остальным , но сейчас у нас каникулы. Я пришла, чтобы наверстать упущенное и поискать важную книгу. Она точно здесь.
Марта сразу же начинает шутливо закатывать рукава, готовясь помочь мне в моих поисках.
– Хорошо, какая книга тебе нужна? Это для школы? Наверное, по истории, не так ли? Девочки твоего возраста приходят только в том случае, если ищут что-нибудь историческое. Как будто в интернет еще не все выложили.
– Нет-нет. Это не для школы. Думаю, я сама найду. Конечно, если все по-прежнему на том же месте.
Здесь все по-прежнему, ничего не изменилось. – Старушка бросает на меня взгляд и, кажется, вспоминает, что теперь иначе, моей бабушки здесь больше нет. – Ну, почти ничего.
Марта похлопывает меня по плечу, и это сигнал приступать к поискам. Я иду по главному залу и останавливаюсь в конце, слева, у отдела детских книг.
Провожу пальцами по корешкам на верхней полке, перебирая их один за другим. Мне не требуется много времени, чтобы найти старое пожелтевшее издание «Волшебника страны Оз», и когда я беру его с полки, то чувствую, как воспоминания постепенно возвращаются.
В тот день мне было десять или одиннадцать. Ребята из моего класса уже начали смеяться над моей худобой. Бабушка рано забрала меня из школы. Я не помню, был ли это День коренных народов или Пасха, но вырядили меня как-то странно. То ли в ужасный головной убор из бумаги, то ли в чуть менее ужасные кроличьи уши соответственно. Выберите на свой вкус, чтобы представить себе историю с этого момента.
Так или иначе, мы как раз шли через площадь по пути в библиотеку, когда увидели на детской площадке группу школьниц. Аттракционы только что отремонтировали, и выстроилась целая очередь из детей, желающих прокатиться на новой металлической горке, о которую в жаркий день можно задницу спалить.
– Хочешь немного поиграть с девочками? – спросила бабушка, указывая на группу ребят из моего класса. Девочки в то время уже придумали для меня список прозвищ и использовали его постоянно, даже не задумываясь. Потому что, когда тебе десять или одиннадцать, думать еще нечем.
– Нет. Пойдем в библиотеку, – ответила я, потянув бабушку в обратном направлении.
– Может, хочешь пойти поиграть с мальчиками? – спросила она, и я тогда не поняла, что бабуля имела в виду. Теперь же знаю.
– Я не хочу, бабушка. Пойдем отсюда, – захныкала я, чтобы посмотреть, сработает ли это. Она взяла меня за руку, и мы продолжили путь.
– Тебе нужно завести больше друзей, Ли. Я просто хотела помочь. Прости бабушку – сказала она.
Не думаю, что хочу с ними дружить.
– Могу я узнать почему?
– Не знаю, бабушка. Мне с ними плохо. Вот и все.
– Что именно ты чувствуешь? – спросила бабушка, и думаю, что это был мой самый первый сеанс.
– Страх, – не задумываясь ответила я, а бабушка замолчала, не зная, что сказать. Я тоже не знаю, что сказала бы десяти- или одиннадцатилетней девочке, которая боится одноклассников. Может, позвонила бы в полицию.
Помню лишь, как в тот день мы пришли в библиотеку и бабушка вручила мне это издание «Волшебника страны Оз».
– В этой книге есть Трусливый Лев. Он учится быть храбрым. Может быть, ты тоже сможешь, – сказала бабушка Тереза, поглаживая меня по голове, пока я просматривала иллюстрации на страницах, ища быстрый ответ, чтобы не пришлось читать всю книгу.
Бабушка всегда была такой. У нее неизменно была нужная книга для подходящего случая. И я, просто не зная, чем еще заняться, села в кресло и начала читать. Я читала, пока у меня не заболела голова, но к концу рабочего дня так и не закончила. Забрала книгу домой, где добила до конца.
В конце Лев убивает гигантского паука, пугавшего всех животных. Затем сам становится новым королем леса.
Сразу после расправы с пауком он гордо говорит: «Тебе больше не нужно бояться своего врага».
Эта фраза навсегда застряла в моей голове. Я читала и перечитывала ее, пытаясь поставить себя на место Льва. Пытаясь найти способ победить собственного гигантского паука и стать королевой школы. Несколько дней я ходила в класс, полный решимости сразиться с пауками, но всякий раз опускала голову и молча слушала, как мои одноклассники скандируют: «доска, палка ,поешь!»
Шесть или семь лет спустя проблема никуда не делась. И сегодня на сеансе, услышав эти слова Оливии, я подумала, что могу найти ответ здесь.
– Я возьму эту, – говорю я Марте, протягивая книгу через стойку.
«Волшебник страны Оз»? Одна из моих любимых. У нас есть издание поновее. Переработанное, красивое, все в иллюстрациях. Хочешь, принесу его?
– Нет, Марта, не надо. Я возьму это. Оно особенное.
Марта на секунду задумывается, а затем подходит ко мне, словно собирается рассказать мне секрет. Как будто кроме нас в библиотеке есть кто-то еще.
– Если эта книга такая особенная, можешь оставить ее себе. Но не говори никому, что я разрешила.
И пусть речь о старой пожелтевшей книге с выпадающими страницами, это один из лучших подарков, которые я когда-либо получала. Так что я не играю в скромность и сразу принимаю его.
– Большое спасибо, Марта. Клянусь, я еще загляну в гости. Даже если мне не нужно ее возвращать, – говорю я, помахивая книгой в воздухе.
– Да, приходи. Если заскочишь в три часа, я могу даже предложить тебе чашку кофе, – ласково говорит Марта.
Мы прощаемся, и я ухожу.
Странно прийти домой с психотерапии и обнаружить там Виолетту. Пусть она пробыла у нас уже больше десяти дней, я никогда не привыкну открывать дверь и видеть, что соседка здесь, ждет меня.
Ну, технически не ждет, но позвольте мне помечтать.
Виолетта лежит на диване и читает, и по тишине я понимаю, что мамы дома нет.
– Я так рада, что ты вернулась! Я тут извелась вся! – кричит Виолетта, едва я вхожу в дверь. – Твоя мама ушла еще утром, и я сидела здесь одна. Думала умру от скуки, если такое вообще возможно.
Возможно.
Я точно знаю, потому что гуглила «можно ли умереть от скуки?» и обнаружила, что да такое реально. Ага, моя история поиска в интернете странная.
– Как сеанс? – спрашивает Виолетта, отвлекая меня от мыслей.
– А, хорошо, Оливия гордится тем, как все прошло на этой неделе.
– Например?..
– Например, как я послала Хорхе и Бруно на хрен, – отвечаю я без запинки.
Виолетта , похоже, в шоке.
– Она гордится? Мне нужно встретиться с этой твоей Оливией!
– А еще я выполнила задание! Ну, то, где мне следовало поговорить с тобой.
– И? Награду получила? – взволнованно спрашивает Виолетта.
– Да, но она ерундовая. Тем не менее я приберегла часть и для тебя. – Я вынимаю из кармана йогуртовую конфету и кидаю ей.
Все еще взбудораженная, Виолетта ловит ее и освобождает мне место на диване.
– Я не заслужила – говорит она.
– Но ты мне помогла, и я обещала, что ты получишь приз.
– Твоя задача заключалась в том, чтобы поговорить со мной при свете дня, верно? – спрашивает она, и я чувствую себя нелепо. Кому нужен психотерапевт, чтобы вести себя как нормальный человек?
Судя по всему, мне.
– Ага, так и было – отвечаю я.
– Значит, моя роль заключалась только в том, чтобы существовать. И слушать, ты проделала большую часть работы! – заявляет Виолетта , разворачивая обертку и откусывая половину конфеты.
– А тебе пришлось довериться мне и стараться не думать, что я псих – говорю я.
– Ты не псих, во всяком случае, не поэтому.
– Значит, шансы все же есть? – смеюсь я.
– Точно, взять хотя бы то, что ты решила поделиться со мной этим восхитительным призом – говорит Виолетта, протягивая вторую половину конфеты и поигрывая бровями, что одновременно забавно и не знаю, соблазнительно.
– Ладно, возьму я свою долю, – говорю я, закатывая глаза и протягивая руку.
А потом происходит самое странное.
Потому что Виолетта не отдает мне конфету.
А кладет мне ее прямо в рот.
И я рефлекторно просто открываю его.
И на секунду кончики пальцев Виолетты оказываются у меня во рту.
И это самый странный, самый замечательный опыт, который у меня случался за последние несколько лет.
Но, конечно именно в этот момент приходит мама, и звук ключа в замке заставляет меня подпрыгивать, отчего конфета проваливается прямо мне в глотку. Я начинаю кашлять и еле дышу. Когда дверь открывается, мама видит, что Виолетта держит меня за руку и хлопает по спине, а я красная от натуги, пытаюсь выплюнуть карамельку.
Несмотря на удушье, думаю мама пришла вовремя. Не представляю, как бы я справилась с непосредственными последствиями того, что Виолетта засунула мне в рот конфету.
Что обычно делают люди в такой ситуации? Облизывают палец другого человека? Может, немного покусывают? У меня наверняка бы случился нервный срыв, так что да. Спасибо, мама.