5.Теория Невероятностей vol.5 - Закон Мёрфи

Трек: ВИА ГРА - Перемирие

Через портал Регина вышла в библиотеку — настоящее сердце Замка. Осмотрелась: Страйф устроил пленника на стуле, вокруг расставлены несколько передвижных столиков с серебряными инструментами, чашей, пучками сухих корешков, склянками и парочкой увесистых томов. Подготовились...

Рена скривилась, отошла в сторону и отдала приказ Замку. Когда на невысоком столике перед ней очутилось пушистое белое полотенце, Регина положила Карáда и аккуратно завернула, словно в детский конверт.

— Вот так, дружок! Отдохни пока... — всхлипнула она, глотая незваные слезы. — Прости меня, мой хороший! Я этого не хотела!

— Я его восстановлю, Риш! — Страйф бесшумно подошёл к ней, обнял за плечи. — В любом случае он делал то, что должен был.

— Я не хочу, чтобы из-за меня умирали!

— Но так будет. Невозможно уберечь всех подряд, придётся выбирать, чья жертва оправдана!

Регина метнула на него злой взгляд, но промолчала, лишь покачала головой. Погладив ворона, она посмотрела на Кхамера — и сжалась. Его лицо и плечи были исполосованы когтями Карáда, раны воспалились. Шея и грудь покрыты запёкшейся кровью, а одежда прогорела от её чар, обнажая язвы и ожоги.

Словно почувствовав её взгляд, Кхамер поднял голову. Глаза злые, в них не было ничего, кроме ненависти и презрения.

«Как мы до такого докатились?!» — Регина отодвинула стул к стене, села, обхватив себя руками и укутавшись в тяжёлый плащ.

— Может, тебе принять душ, переодеться? — вкрадчиво предложил Страйф, касаясь её плеча.

— Я останусь здесь, — упрямо мотнула головой Рена.

— Ладно... Как знаешь!

На несколько минут Замок затих. Страйф углубился в книгу, Кхамер закрыл глаза, погрузившись в медитацию, а Регина... просто застыла, едва дыша и не зная, что делать дальше.

С лёгким треском заискрился портал, и в библиотеку вошла ведьма.

— Ваш гном уполз в свою нору зализывать раны! — доложила она, окидывая присутствующих насмешливым взглядом. — У вас тут прямо безудержное веселье! Кого хороним?

Регина гневно посмотрела на ведьму, но та и бровью не повела. Развернувшись на каблучках, пододвинула к Кхамеру столик с инструментами.

— Сколько экспрессии, ух! — воскликнула Ровена, передернув плечами от его взгляда. — Впрочем, ты всегда был грубияном! Somnum mentiri!

Её глаза вспыхнули фиолетовым свечением, и Кхамер беспомощно осел на стуле, потеряв сознание.

— Так-то лучше! — Ведьма звонко хлопнула в ладоши. — Медицина совершила прорыв, когда врачи научились усыплять пациентов! А то вечно мешают — глазёнками сверкают, руками машут.

— Ты же не врач? — язвительно заметила Рена.

— Сейчас я практически хирург, моя, дорогая! — Ровена вскинула подбородок, ткнув в неё указательным пальцем. — Между прочим, который твоего чертёнка в порядок приведёт! Что у вас за семейка? Ни капли благодарности!

Фыркнув, она поправила выбившийся локон и принялась замешивать в серебряной пиале порошки с сухими кореньями, бормоча заклинания. Затем взяла ритуальный кинжал, сделала надрез на ладони Кхамера и добавила несколько капель его крови в смесь:
— Ostende!

Содержимое пиалы ослепительно вспыхнуло. Регина зажмурилась, но яркий свет бил сквозь сомкнутые веки. Воздух затрещал, а когда она открыла глаза, белый дым уже опутывал Кхамера. Причудливые спирали, извиваясь, втягивались в его рот, ноздри и глаза. Пахло сырым миндалём... и кровью? Регина закашлялась.

Когда дым полностью исчез, сначала ничего не происходило, а потом...

— Ну вот. Наша порча-паразит! — Ровена ловко схватила со столика стеклянную колбу, покрытую серебряными рунами, выдернула пробку и поднесла к Кхамеру.

Рена невольно подалась вперёд, уцепившись за край стола, наблюдала, как из тела Кхамера выползают фиолетовые искры. Они извивались, как живые, не желая покидать насиженное место. Одна зацепилась за его воротник — и Ровена резко щёлкнула пальцами, заставляя оторваться. Регина потянулась к искре, но ведьма тут же шлёпнула её по руке:

— А ну, не трожь! Хочешь, чтобы и в тебя проросло?!

— Что это? — дрогнувшим голосом спросила Рена, потирая кисть.

— То, чем травили твоего мужа, дорогая! Вы всё думаете, что магия — это только молнии да руны! — фыркнула Ровена, ловко поймав очередную искру в колбу. — А настоящая отрава тихая, как плесень в погребе. Не увидишь, пока не прорастёт.

— Но... почему он позволил? Почему не увидел?

— А ты заметишь песчинку, что зацепится за подол твоего плаща? — Ровена бросила на неё снисходительный взгляд. — Вот и он не заметил. Их подсаживали по одной, потом больше — и бум! Вы получили семейную драму! Кто-то очень хотел, чтобы твой милый возненавидел вас. Особенно тебя, дорогуша!

— Ничего не понимаю...

— Давай я объясню, а Ровена закончит. Не будем её отвлекать. — Страйф встал рядом с Реной. — Искажение эмоций. Через прикосновение та ведьмочка могла менять чувства. Она отравила его разум при... тесном контакте, раздувая ревность ко мне и переворачивая все чувства к тебе.

— Она про незаметные песчинки, ты про тесный контакт! — Регина схватилась за голову. Мысли путались, будто в тумане.

Ровена наставительно подняла палец вверх:
— Изучу порчу подробнее и дам точный ответ. Началось с малого — его заставили снять кольцо для первой дозы.

— Какое кольцо?! Кто «они»?!

— Его кольцо. Обручальное! — по слогам произнесла ведьма, глядя на Рену, как на неразумного ребёнка. — Ваши кольца, деточка, как обереги. Думаешь, почему я на них связь плела, перед твоим путешествием по Хаосу?

Рена резко подняла голову:
— Кто помогал ведьме?

— Сообщники, — спокойно сказал Страйф. — Д'Ругар и...

— Стой... гном? — Рука Регины задрожала в воздухе. — Тот, кто защищал меня — участвовал в этом? Но какого?!..

— Он позже нашёл меня и всё рассказал, — прервал её Страйф. — Увидев Карáда, узнал... и вышел на меня.

— Зашибись! — Рена сгорбилась, уткнувшись лбом в колени. — Но я всё равно не понимаю, неужели так просто можно взять и перевернуть все чувства?

— Так это и не было просто! Для такой...

— Ровена! — резко оборвал её Страйф.

— Хватит нежничать, сир! Она должна знать! — Ведьма повернулась к Рене. — Такие эмоции не возникают из ниоткуда, дорогая! Нужна зацепка — старая злость или обида. Когда он ослаб — ведьма направила в это порчу.

— Но как она...

— Дорогая! — Ровена язвительно улыбнулась, снова щёлкнула пальцами — и очередная искра с шипением втянулась в стекло. — Когда у нас мужчины уязвимее всего? Секс, милая! Они ж тёпленькие в этот момент, как щеночки! Он с ней спал и...

— Спасибо, я и так догадалась, — сквозь зубы процедила Регина, скрестив руки. — Ценю твою деликатность!

— Деликатность — не ко мне, Реджина! — Ведьма сверкнула ослепительной улыбкой. Глупая девчонка не понимала, носилась со своим злобным чертёнком как с писаной торбой! — Зато эффективность — это ко мне! Готово!

Она звонко хлопнула в ладоши и запечатала колбу, в которой изящными спиралями переливались светящиеся фиолетовые нити.

Рена мгновенно встрепенулась:
— И что теперь?!

— Ну... он чист. Скорее всего, будет помнить всё как дурной сон. Или не помнить вовсе!

— Его память будет кристально чиста, — мрачно пообещал Страйф. — Я в наручники руну памяти вписал!

— Сами разберётесь дальше, — фыркнула Ровена, пряча склянку в неизменную походную сумку. — Очнётся минут через десять, так что мне пора! Семейные драмы — не моё!

Ведьма собрала все инструменты и подошла к Регине.
— Дорогая, я говорила: я тоже женщина. — Она осторожно коснулась синяка на щеке. — Захочешь за это отомстить — приходи. Обмозгуем!

Регина усмехнулась:
— Ходили слухи, что ты сделала Бонапарта коротышкой, когда он отшил тебя?

— Не совсем! — Ведьма кокетливо поправила локон. — Я сварила зелье, помогающее принять верное решение, одному русскому вельможе. Он носил такую сексуальную повязку на глазу!

— Михаил Илларионович Кутузов?! — Регина поперхнулась. — Я в восхищении!

— Я звала его Майки... — Ведьма прикрыла веки, расплываясь в улыбке. На мгновение её глаза подернулись дымкой былых воспоминаний. — Он жаловался, что я слишком горяча. Настоящий пожар!

Плечи Рены покрылись мурашками. Историкам пришлось бы нелегко, существуй такая Ровена в XIX веке на её родной Земле.

— Сир, проводишь? — Ведьма игриво взмахнула ресницами.

Страйф заколебался:
— Я бы...

— Иди, — неожиданно поддержала Регина. — Я хочу поговорить с ним наедине, когда он придёт в себя.

— Нет! — нахмурился Чёрный Лорд. — Я против!

— То есть, когда он был в состоянии порвать на британский флаг, ты с чистой совестью меня отправил. А теперь против?! — Рена саркастично подняла брови. — Ты ничего не напутал, мой Повелитель? Это так не работает!

— Но меня тоже касается! — настаивал он.

— Частично, милый! Но в первую очередь это касается меня! И сними с него эту дрянь с рук. Видеть их не могу!

— Без вариантов! Даже не обсуждаю!

— Я в Замке, Страйф! Если что-то пойдёт не так — Замок будет на моей стороне!

— Риша! — Лицо Лорда ожесточилось. — Наручники остаются. Тем более, там руна памяти! Если он не вспомнит сам.

— Как удобно. Гад ты, Чёрный, каких мало. Ладно, кандалы остаются, но говорю с ним наедине. Компромисс?

— Сначала оскорбляешь, потом предлагаешь компромисс?

— Может, продолжите ваши семейные разборки позже? — Ровена скорчила страдальческую мину и решительно взяла Страйфа под руку. — Пойдем уже!

— Подожди минуту! — окликнула её Регина. — Можешь дать что-нибудь, чтобы он ещё полчаса не очнулся? Хочу смыть весь этот кошмар. — Она неопределённо обвела руками вокруг себя.

Ведьма прищурилась и выудила мешочек из необъятной сумки.
— Положи под ноги — хватит как раз на полчаса. Если понадобится разбудить раньше — сожги. Только не трогай после активации, а то и сама уснёшь!

— Спасибо. — Регина повертела в руках комок грубой холщовой ткани и кинула под ноги бесчувственного Кхамера.

Когда Страйф и ведьма ушли, Рена с трудом поднялась и медленно направилась в покои Лорда, которые уже давно считала своими. В нише за кроватью скрывался проход в ванную. Регина сбросила на пол плащ, безнадёжно испорченное платье и убитые туфельки.

Горячие струи обожгли измученное тело. Регина прислонилась к мраморной стене и опустила голову под напором воды.

Сосредоточенно намылила волосы, тщательно промывая каждую прядь. Обычно это успокаивало, но сейчас перед ней стояли его глаза — полные ненависти. То, как легко он свернул шею защитнику-Карáду. С каким наслаждением ударил её. Как решительно был готов переступить за грань допустимого.

«Лучше бы ты не возвращалась... Сдохла там...»

Резкая боль заставила очнуться. Регина так яростно тёрла кожу жёсткой мочалкой, что на бедре выступила кровь. Смыв остатки пены, Рена накинула банное полотенце и подошла к зеркалу.

Отражение оказалось не таким уж и ужасным: тёмные отпечатки пальцев на бедрах и шее, синяки на груди и спине. Хуже всего выглядело лицо — распухшая скула, рассечённая губа, багровый след от удара на подбородке.

«В любом случае мне лучше, чем Карáду!» — подумала Регина и болезненно поморщилась, кутаясь в полотенце.

Из ванной вела потайная лестница в её гардеробную. Первым желанием было надеть что-то тёмное, наглухо закрытое. Но подумав, она решила иначе — пусть видит, что сделал! В итоге — мягкие штаны и футболка без рукавов.

Глубоко вздохнув, Рена собралась с духом и вернулась в библиотеку. Пододвинув стул поближе, она опустилась напротив Кхамера и сложила руки в молитвенном жесте.

— Родной, что же ты натворил? Что мы оба натворили? — прошептала она, изучая его исполосованное лицо.

Раны требовали внимания. Регина понимала — их надо промыть и продезинфицировать. Можно было использовать магию, но... Сейчас ей хотелось простых, понятных действий.

Приказав Замку организовать антисептик и бинты, она подошла вплотную. Кхамер не двигался, дыхание слабое. На ближайшем столике Замок расположил перевязочные средства.

— Ещё бинтов! — бросила Рена, схватив флакон с дезинфицирующим раствором. Прежде чем начать, она отшвырнула сонный мешочек подальше и подожгла его. Затем обильно полила раны на лице. Жидкость зашипела, вспениваясь на запёкшейся крови.

Поглощённая обработкой ран, Регина не заметила момента, когда Кхамер пришёл в себя. И вздрогнула всем телом, когда услышала срывающийся шёпот:
— Джин? Что... что ты делаешь?

— А на что похоже? — отрезала она. Вышло грубее, чем рассчитывала. И флакон с антисептиком нервно плясал в её руках. — Надо раны промыть.

— Откуда? Не понимаю... — Кхамер застонал сквозь зубы, пошевелив повреждённым плечом. — Я не... помню.

— А что ты вообще помнишь? — Рена продолжила перевязку, но... движения стали осторожнее.

Он зажмурился, пытаясь пробиться сквозь пелену в сознании:
— Кажется, был с Кретом... А потом...

— Постой! — Регина выпрямилась. — Это же после... Бена? А что дальше?

— Я... Голова в тумане. — Кхамер попытался подняться и застыл, уставившись на сковывающие запястья наручники. — Что за... Джин?!

Его взгляд скользнул по её лицу — и зрачки расширились.
— Что с тобой?! — Он дёрнулся, цепи зловеще звякнули, удерживая его.

— Что ты помнишь, Кхамер?! — Рена сделала шаг назад, напряженная, как натянутая струна.

Руны на наручниках вспыхнули тусклым светом. Кхамер застыл, судорожно сквозь зубы выдыхая. Его черты исказились, с лица схлынули все краски. Обычно медного оттенка кожа стала болезненно-серой.

— Это... я сделал. — Не вопрос, признание.

— Что ещё?! — Она впилась в него взглядом.

— Джин, прошу...

— Что ты сделал?! — Крик Регины эхом отозвался в высоких сводах. — Сегодня? А четыре года назад?!

— Я помню. — Кхамер опустил голову, голос стал глухим. — Как оставил тебя и... Был вне себя от ярости. Не понимал...

— Зато прекрасно понимал, как использовать силу против меня! — с горечью процедила Регина сквозь зубы.

Кхамер взглядом скользил по её шее, плечам — останавливался на каждом синяке, отпечатке пальцев. И с каждой такой остановкой глаза тускнели всё больше.

— Я... не знаю, что сказать.

— Ты и так сегодня достаточно наговорил! — Рена швырнула окровавленный бинт в оставленную ведьмой чашу. — Что ненавидишь меня. Потом ещё пару раз повторил, для надёжности!

— Джин... — Это было больше похоже на мольбу.

— Пытался задушить! Пообещал превратить в фарш! — Её истерический смех резал уши. — Нет, я не спорю, за двадцать лет семейной жизни мы разное творили, но ты всегда беспокоился о моем согласии!

— Перестань!

— А самое прикольное — что лучше бы я не возвращалась и сдохла! — Её фраза повисла в воздухе, перекрытая его криком:

— Хватит! Я всё помню!

Оба замолчали. Было слышно только тяжёлое дыхание и лязг цепей.

— Это?.. — Кхамер с трудом приподнял руки. Регина невольно поморщилась — затошнило от одного взгляда на кандалы. Но она понимала, зачем Страйф их хранил.

— Чтобы не мешал вытащить из тебя заклятье, — сухо пояснила Рена, усаживаясь напротив.

— Заклятье?

— В тебе была порча. Ты не знал?

Кхамер едва заметно покачал головой, избегая её взгляда.
— Для меня прошло всего полгода... — начал он, но Регина не дала договорить:

— Неважно! — Каждое её слово било, как хлыст. — Ты просто исчез. Без повода. Без объяснений.

Его лицо окаменело, но глаза... Если раньше в них пылала ненависть, то теперь там отражалась бездонная пропасть. Регина с трудом проглотила подкативший к горлу ком — жалко его. Жалко обоих.

— Я не знаю, что делать, — прошептала она. — Когда ты ушёл, у меня будто выбили почву из-под ног. А сейчас... Я снова не понимаю, как быть!

— Где Страйф? — неожиданно спросил Кхамер.

— Провожает Ровену. Я попросила дать нам время.

— Амин?

Его взгляд заметался — в нём отразился страх: неприкрытый, глубинный. Кхамер вынужден смотреть в глаза ей. Но мечом над его шеей висел суровый вердикт, что имел право вынести сын.

— Он не знает, — поспешно сказала Рена. — То есть знает о наших разногласиях, но... не о сегодняшнем. И не узнает, Кхамер! Это я обещаю.

Запрокинув голову, Кхамер прикрыл глаза и сдавленно прохрипел:
— Спасибо.

— Это между нами. Мы можем грызться сколько угодно. Но он — твой сын. Мне когда-то сказали, что я не должна перед ним оправдываться за свою жизнь. То же касается и его отца! — Рена замолчала, громко вздохнула. — Но почему ты оставил его? Он-то чем провинился?!

— Мне казалось... так будет лучше. Вы оба от крови Хаоса.

— И это оправдание? — ядовито прошипела Регина. Её глаза превратились в узкие щёлочки. — Высший маг Порядка решил, спустя энное количество лет, что жить с адептом Хаоса ему не положено?!

— Я не знаю! — сорвался на крик Кхамер. — Это безумие, ты права! Но тогда казалось... Что я не должен быть там!

— А сейчас ты прямо на своем месте, да? — Она с горькой усмешкой кивнула на наручники. — И браслеты по размеру?!

— Вряд ли ты сможешь подколоть меня больнее, чем я сам себя корю!

— У тебя преимущество в силе, — выпалила Рена. — Мне остаётся сарказм! — Она тут же прикусила язык.

Кхамер не ответил. Только посмотрел так, что она потупила взгляд.

— Почему так? — Регина наклонилась вперёд, сцепив пальцы в замок. — Ты ненавидел меня сегодня. За что? В чём моя вина?

— Хочешь, скажу, в чем его вина, Риш? — раздался голос Страйфа. Он стоял в дверном проёме, непринуждённо облокотившись на косяк. — Он слишком боялся тебя потерять, не уберечь. И, как ни печально, но именно в это вцепилась порча! Раздула из угольков пламя, в котором его разум и сгорел.

Оба повернулись к нему. Чёрный Лорд неторопливо подошёл ближе:

— Он не хотел этого — но стал причиной того, чего боялся. И я понимаю его страхи. Вот такая эпидерсия*7! — добавил Страйф, усмехнувшись. — С возвращением! Рад тебя видеть в здравом уме и трезвой памяти! — И он покосился на Кхамера.
--
*7. Разговорное, часто сленговое слово, обозначающее непонятное, странное, запутанное дело, событие, вещь или ситуацию, часто с оттенком неприятного или нежелательного.
--

— Издеваешься?

— С тобой приятнее общаться, когда ты не пытаешься вонзить в меня клинок. Или в неё. — Лорд многозначительно посмотрел в сторону Рены.

Глаза Кхамера зло вспыхнули, но... возразить он не смог.

— Не надо, — вмешалась Регина, бросив на Лорда суровый взгляд. Устраивать пляски на костях Кхамера, и без того подавленного осознанием произошедшего, она не собиралась. По крайней мере, не в режиме двое на одного. — Пойдёмте вниз. Поговорим нормально, раз уж все собрались!

Поднявшись, она обхватила себя руками и бросила Страйфу:
— Сними с него эту дрянь. Умоляю! Ненавижу их!

Пройдя мимо неподвижного Карáда, Регина на мгновение задержалась, погладила кончиками пальцев голову птицы.

— Всё можно починить, Риша. — Страйф не смотрел на неё, но точно знал, что она делала. — И поломанного ворона. И подбитого дракона. И подпаленного ассасина. По крайней мере, попытаться.

— Почему же ты младшего брата не попытался спасти, Повелитель?

— А тебе конкретно сейчас не хватает Ариоха? Мало драмы? — Страйф едва заметно нахмурился.

— Мне с лихвой хватает смертей и неразрешимых конфликтов. Я хочу перемирия!

Регина остановилась, на миг прижав ладонь к стене.

«А если бы он действительно...»

Камень обжёг кожу — но эта боль не заглушила другую.

Тряхнув головой, Рена вышла, неторопливо спустилась по лестнице.

В мыслях назойливо крутилась строчка из старой песни:
«Виноватых и безвинных среди нас нет».

Кхамер и Страйф остались наедине.

— Ты был прав, — первым нарушил молчание Кхамер. — Память осталась. И это... тяжело!

— Мы себе самые суровые судьи, — мягко ответил Страйф, касаясь наручников. Холодный щелчок — и массивные браслеты исчезли, отправленные в недра тайников. — Поверь, я знаю это лучше многих.