5.Теория Невероятностей vol.5 - Закон Мёрфи

Трек:
Lewis Capaldi - Someone you loved
Uma2rman - Ночной Дозор

Четыре с половиной года назад.
«А ведь он действительно притупляет боль...» — думала Регина, украдкой взглянув на Страйфа.

Картина казалась идиллической: красивая песня, лёгкий бриз нёс запах Эгейского моря сквозь настежь открытые окна. Регина, кутаясь в тонкий плед, устроилась в углу дивана с чашкой душистого чая — мята и ромашка с мёдом. Рядом погрузился в изучение пыльного фолианта Страйф.

«Фу, гадость! Испачкает же мне обивку!» — скривилась Рена.

Одной рукой Лорд перелистывал пожелтевшие страницы и что-то помечал на полях, другой — лениво массировал её ногу.

Все могло бы быть идеально... Если бы не бесконечная вереница событий, что привела сюда. Не будь их — Чёрный оставался бы пленником прошлого. А её сердце не обливалось бы кровью от мыслей о Кхамере.

«Если бы... Да только История сослагательного наклонения не терпит...»

— Сколько уже прошло? Я совсем потеряла счёт времени.

— Около двух недель.

— М-м-м... — Регина прижала чашку к груди, поёжилась, зарываясь глубже в плед. — Мне послышался вчера голос Дона?

— Да, он заходил. — Страйф отложил книгу и обхватил её ступни ладонями. От его прикосновений шло тепло. — Сейчас согреешься. Решили тебя не тревожить.

— Он что-то знает о?.. — Имя царапало горло — Рена не смогла произнести. Но всё было ясно и так.

Лорд молча покачал головой, виновато улыбаясь.

— Ясно. — Рена откинулась на спинку, прикрыла глаза, но предательские слёзы всё же вырвались. — Ай! — Она вздрогнула, когда Страйф щипнул её за мизинец. Открыла глаза и невольно улыбнулась.

— I guess I kinda liked the way you helped me escape *2, — пробормотала она.
—
*2. перевод (англ. яз.): кажется, мне нравится то, как ты помогаешь мне сбежать от всего; автор Lewis Capaldi, песня «Someone you loved»
—

— Который раз уже эта песня повторяется? — подмигнул Страйф.

— Мне нравится! — буркнула Регина, отпивая чай. — Знаешь, за что люблю Землю?

— За всё?

— За режим случайного выбора песен. Никогда не ошибается! — Она сделала вид, что не заметила его язвительности. — Когда я была молодой, читала книгу... Так вот, главный герой тоже обожал случайный режим на плеере, особенно перед оперативным дежурством.

Лорд прикрыл веки, задумавшись на мгновение:

— И треснул мир напополам, дымит разлом! И льётся кровь, идёт война добра со злом!*3 — нараспев продекламировал он. — Угадал? Знаешь, почему вам так нравится находить общее в песнях, книгах? Вам кажется, если кто-то пережил подобное — значит, будет легче. Люди чувствуют одинаково. Плачут от горя. Смеются от счастья.
--
*3. Источник — Uma2rman, песня «Ночной Дозор»
--

— Ты забыл, милорд, — Рена вздохнула, — что от счастья тоже плачут? А горю иногда смеются в лицо. Не обобщай. Так, что за дрянь пыльную ты притащил на мой идеальный бежевый диван? — резко сменила она тему, пытаясь смахнуть паутину и грязные следы с обивки.

— Повежливее! — возмутился Чёрный. — Этой книге больше тысячи лет! Писал монах при осаде Сиракуз сарацинами.

— Увлёкся земной историей?

— В церкви Спасителя, где укрывались последние защитники, по легенде хранился артефакт, который весьма любопытным образом оказался там. Я обещал Ровене помочь в поисках. Он ей нужен.

— М-м-м... Твоя ненаглядная Ровена. Давненько её не видно, кстати!

— Ревнуешь? — тут же спросил Страйф, хитро улыбаясь.

— Прости, милый. Но нет!

— Эх! — он разочарованно цокнул языком. — А мне было бы приятно, если бы ты ревновала!

— Знаешь, мне бы тоже! Но... — Рена приподнялась и поправила прядь, упавшую ему на лицо. — Не сейчас. Я не могу.

— Знаю. — Лорд поймал её руку, нежно поцеловал ладонь и прижал к щеке. — Но тебя это тормошит, так что...

И он так ослепительно улыбнулся, что Регина рассмеялась.

— Давай-ка, милая, прими ванну, а я быстро вернусь! — Страйф легко поднялся с дивана, грациозно потянувшись.

— И даже не попросишься составить мне компанию и потереть спинку? — язвительно заметила Рена, наблюдая за ним. — Это что-то новенькое!

— Устал от твоих отказов! — Чёрный состроил разочарованную гримасу. — Сама позовёшь — и вот тогда!..

— Ты далеко собрался? — Она намеренно проигнорировала его реплику, но одарила тёплой улыбкой. Его подколы, шутки — всё это заставляло её чувствовать, реагировать, хоть на мгновение отвлекая от тяжких раздумий.

— Недалеко и быстро, — уклончиво ответил он. — Загляну в твою любимую пекарню по пути.

— Раскормишь плюшками! — Регина жалобно заныла, складывая бровки домиком.

— Ты — маг и адепт Хаоса. А волнуешься об объёме талии?! — засмеялся Страйф.

— Я девочка, в первую очередь!

— Ладно, убедила. Сделаю из тебя мумию. Набор веса им не грозит. — На лице Лорда не было и тени улыбки.

Регина фыркнула и закашлялась от смеха:
— Дурак ты, боцман, и шутки у тебя дурацкие!

— Вам не угодишь! — Страйф развёл руками и исчез, оставив быстроисчезающее облако мерцающих тёмных искорок.

— Вообще-то, для этого придуманы двери! — заворчала Рена. Встала и потянулась во весь рост.

Ванна не привлекала, куда больше хотелось на воздух — смотреть на море и горизонт. Это успокаивало и ободряло.

Немного постояв на террасе, Регина вернулась на кухню и неторопливо принялась готовить кофе в песочной кофеварке.

Но насладиться ароматным напитком не удалось. Едва Регина собралась вынимать турку из песка, как входная дверь с грохотом распахнулась, заставив вздрогнуть. Она успела лишь мельком подумать, что охранные чары не сработали, значит...

— Мать! Ты здесь?! — Хриплый голос раскатился по прихожей.

— Амин! — Рена мгновенно забыла о кофе, бросившись на шею сына. — Ты стал ещё выше, что ли?! — счастливо всхлипнула она, отстранившись, чтобы жадно рассмотреть его.

Больше года Амин жил самостоятельно. Он посвятил себя изучению всех доступных видов медицины — от травничества и народных снадобий до передовых исследований сознания. За это время сын нечасто появлялся у родителей. В последний раз Регина видела его без малого полгода назад.

Он стал на целую голову выше матери, а захват с лёгкостью бы сдавил ей грудную клетку! Но те же мягкие серебристые волосы, смеющиеся янтарные глаза, чёткий овал лица. Так похож на Кхамера!

— Где отец?! — Поцеловав мать в щеку, Амин шагнул к лестнице. Регина застыла изваянием.

— Батя, ты там? — по-русски заорал он в сторону второго этажа. — Куда он запропастился?! — Амин развернулся к матери, требуя ответа. — Ма-ам?

Она закусила губу — никто не рассказывал сыну, что происходило между ней и Кхамером последний год. И, конечно, он не знал, что... Чёрт побери!

Лицо Амина потемнело. Он шагнул к ней:
— Мам, что-то случилось?

— Сын, я... не знаю, где он! — Рена не решалась поднять взгляд, не могла посмотреть в эти глаза — так похожие одновременно на её собственные и его отца. Пальцы нервно теребили край салфетки. — Он ушёл и... считай, что подал на развод. Но ты большой мальчик, так что...

Последние слова она выпалила, но попытка сохранить саркастичный тон провалилась — голос сорвался, глаза на мокром месте. Не желая рыдать при сыне, она бросилась на кухню к позабытой турке, из которой сбежал почти весь кофе.

Амин настиг, развернул к себе, крепко держа мать за плечи:
— Что? Какой, черт побери, развод?! Что происходит! Где отец?

— Да не знаю я, где! — в сердцах крикнула Рена, швырнув турку в раковину. — Ушёл он, ясно?! Ушёл и все! Чёрт!

Она глубоко дышала, чтоб не заплакать. Амин не отпускал, взгляд мрачнел с каждой секундой.

— Мам, что случилось? Вы поссорились? Он тебя обидел? Говори же! — Его пальцы стальной хваткой впивались в её плечи.

— Нет, сынок... Честно. Не знаю... — Регина тяжело вздохнула, опустилась на стул и обхватила себя руками. — Просто... вот так случилось.

Амин сел рядом, молча разглядывая мать.
— Так, я найду его, приведу! Поговорите — нормально все будет! — заявил он и шлепнул себя по бедрам, вставая.

Регина криво усмехнулась:

— Родной, не надо...

— Что не надо?

— Не вмешивайся. — Её взгляд стал жёстким. — Если бы твой отец хотел что-то сказать, он бы это сделал.

Амин невнятно выругался:
— Ты хоть его видела? Вдруг с ним что-то случилось? — не сдавался он.

— Сынок, — сжала Регина его ладонь, — он твой отец, всегда им будет. Но то, что между нами — к тебе не относится.

— Ой, только не начинай «родители тебя любят!» — фыркнул Амин. — Не маленький!

— Тогда и не веди себя, как ребёнок, — мягко пожурила Рена. — Если захочет — сам меня найдёт. А если нет, то... — Уголки губ дрогнули в неуверенной улыбке. Слова резали по живому, но перекладывать это на сына она не имела права.

— Всё равно найду и навтыкаю! — буркнул Амин. — Мать, а ты-то как? С тобой остаться?

Рена мысленно поблагодарила судьбу — несмотря ни на что, они вырастили неплохого парня.

— Да я... — начала было она, но в этот момент мягко хлопнула входная дверь.

Амин поднял голову.

— Привет, малец! — мелодично пропел Страйф, подходя к ним. В руках у него была подставка с двумя стаканчиками кофе и один — с чаем, и увесистый крафтовый пакет, от которого пахло выпечкой. — Так и знал, что чай пригодится и вкусняхи брать с запасом!

Несколько секунд парень ошалевшими глазами смотрел то на мать, то на Страйфа. Затем вскочил, опрокидывая стул. Ноздри раздувались, а янтарные глаза вспыхнули кроваво-красной каёмкой.

— Ах ты, гад! Добился своего?! Из-за тебя же они разругались! — прошипел Амин сквозь зубы, едва сдерживая ярость. — Чем ты матери голову задурил, что они разошлись?! Какой херни ей на уши навесил?! А ты, совсем дура, его слушать, мать?! Мозги твои где, б***ь?!

— Амин! — У Регины перехватило дыхание от возмущения.

— Ну что же... — Страйф вздохнул, аккуратно расставляя на столе стаканчики и пакет. По кухне тут же поплыл аромат миндальных круассанов и корицы. — Риша, прогуляйся немного, — тихо сказал он, подвигая к ней кофе.

Рена нахмурилась, сдавив стаканчик так, что толстый картон прогнулся:

— Я не позволю...

— Пожалуйста, — перебил Лорд, и в его глазах мелькнуло выражение, которое заставило её замолчать.

— Мам, иди, — неожиданно сказал Амин, и в его голосе она услышала ту же непреклонность.

Регина взглянула на сына — сведённые плечи, горящие багрянцем глаза.

«Ничем хорошим это не закончится!» — хмуро подумала она. Разум кричал, что уходить нельзя, надо оставаться и не допустить столкновения между ними, но чутьё...

— Ладно. Дом не разнесите! — Развернувшись, Рена вышла и хлопнула дверью.

На мгновение стало тихо.

— Забрал её у отца, а теперь строишь из себя святошу? — нарушил молчание Амин. Он подался вперёд, нервно сжимая кулаки, а голос звенел стальными нотами от сдерживаемой ярости.

Глаза Страйфа заволокло, как ночное небо тучами перед грозой. Он усмехнулся, в мгновение ока приблизился и выхватил кинжал, который висел на поясе у Амина. Тот самый, который Кхамер подарил сыну на совершеннолетие, с рукоятью из красного дерева и гравировкой на клинке: руны стихий Огня и Воды.

— Я ведь учил тебя не зря? — Голос Лорда звучал ровно. — Магия крови покажет, если я лгу. Режь! — И он протянул кинжал рукоятью вперёд.

Несколько секунд Амин не двигался, буравя его пылающим взглядом. Затем молниеносно схватил клинок и прижал острие к шее Страйфа. Тот даже не шелохнулся.

— Ты... Не помешаешь мне? — с вызовом спросил Амин.

— Нет, — тихо ответил Страйф, по-прежнему не двигаясь. — Ты борешься за отца. Это правильно! За своих нужно биться до последнего.

— Но ты... — Амин сдавленно хрипел. — Почему не сопротивляешься?

Он смотрел в залитые тьмой глаза Лорда, и там не было гнева, только... сожаление?

Затем в бездонной пропасти, испещрённой молниями, он увидел тень того, кому предрекли разрушать всё живое. Пылающие огнём рубины в эфесах двух мечей, тянущийся за ними бесконечный кровавый след. Жестокую улыбку на лице по-царски надменного Лорда Хаоса, когда-то своими руками разрывающего на части Сферу ещё живого Мира... Цепи, разрезающие на куски разум уже поверженного Лорда... Мать, преклонившую колени перед развалинами Замка... Рассыпающегося пеплом Ариоха...

— Я против своих больше не выступлю, — Страйф говорил спокойно, не отводя взгляда. — Если моя кровь тебя убедит — не стану защищаться.

Кинжал дрогнул в руке. Амин зарычал от бессильной злобы и отпрянул, чувствуя неприятный металлический привкус во рту. Он тяжело дышал, а плечи мелко тряслись от напряжения.

— Я не верю тебе! — процедил Амин сквозь зубы.

— Имеешь право! Но сейчас важно другое — твоя мать. Давай договоримся: ей сердце не рвём.

Парень отвернулся, шумно выдыхая. Молчал. Постучал костяшками по столешнице. А затем...

— Если я узнаю, что ты врёшь. Или обидишь маму! — Он бросил взгляд через плечо — всё ещё хмурый, полный негодования и сомнений. Его пальцы сжимались вокруг рукояти. Но — резкий выдох, и кинжал со звоном встал в ножны.

— То ты придёшь за мной, — закончил за него Страйф. — Тогда скажу то же, что и твоему отцу: сначала выясни, куда следует бить! Одну подсказу дам: меть в затылок, не в шею.

Амин повернулся, расправил плечи и с вызовом посмотрел на Лорда:
— Не думай, что всё так просто! Я ещё выясню, что тут произошло!

— Будут вопросы — приходи, мы поговорим! — Страйф неторопливо подошёл к столу, взял стаканчик с чаем, о котором все уже забыли. — Только держи в голове: мать для тебя как жена Цезаря — вне подозрений! Ты её от всех отбиваешь, что бы она ни делала. И даже если не права!

— Без тебя разберусь, — недовольно буркнул Амин, дёрнув плечом.

— А оскорбишь мать ещё раз — я тебе вырву сердце! — Чёрный замолчал. На лице появилась холодная, жёсткая улыбка. — И заставлю его сожрать, — добавил он, протягивая чай.

На мгновение глаза Амина вновь вспыхнули алым.
— Попробуй! — усмехнулся он, гордо приподняв подбородок. — Разве не ты твердил, что когда-нибудь я смогу даже тебя одолеть?

Несколько секунд они не двигались, так и скрестив взгляды, будто шпаги. Наконец, губы Амина дрогнули, и он взял протянутый стаканчик.

***
За домом раскинулась просторная терраса с мангальной зоной и беседкой. Плетёный столик, который облюбовали для настольных игр Страйф и Дон, стоял чуть в стороне. Регина устроилась на мягких качелях в тени фигового дерева, наблюдая, как свинцовое море сливается с горизонтом. Погода портилась — было пасмурно, поднявшийся ветер шумел в листьях.

— Мы же были тут счастливы, родной... — прошептала Регина, смахивая слёзы. — Что же пошло не так? Кхамер... Хотя бы поговори со мной!

Тишина. Только шум ветра и прибоя в ответ.

Обернувшись, она бросила взгляд на дом. Защитные чары Страйфа скрывали происходящее внутри. Вздохнула с досадой, лениво покачиваясь.

Мысли кружились, возвращаясь к горько-сладким воспоминаниям о том времени, что они провели с Кхамером. Пригубив кофе, Рена поморщилась — напиток успел остыть.

— Ничего нет гаже холодного капучино, — недовольно пробормотала она.

Поглядывая в сторону дома, Рена с нетерпением ждала, когда позовут. Спустя ещё минут десять, её мягко коснулся мысленный зов. Она поспешила обратно, готовясь к худшему, — слишком остро среагировал Амин!

Но в доме царило спокойствие. Страйф пил кофе, что-то напевая под нос, Амин уткнулся в стакан с чаем и, судя по крошкам на тарелке перед ним, расправлялся уже не с первым круассаном. Сын был чуть взъерошен, хмурился, бросая косые взгляды в сторону Страйфа, но явно взял себя в руки.

Регина подошла к столу и села между ними. Амин вскочил и немного неуклюже обнял её за плечи.

— Мать, прости! Но если он тебя обидит... — Он с вызовом посмотрел на Страйфа, хмуря брови точь-в-точь как делал его отец. Но истиной ярости уже не было. Лишь предупреждение. — Я убью его. Даже если ты будешь ненавидеть меня за это!

— Задушишь, увалень! — Рена демонстративно ворчала, пытаясь ослабить железную хватку. А материнское сердце таяло. — Защитник ты мой!

Амин выпрямился, похлопал её по плечу и с шумом опустился на стул, хватая очередной круассан.

— Надеюсь, с подружками ты более галантен и красноречив! — Регина не удержалась от колкости в его адрес.

— У тебя прекрасный сын, Риша, — мягко произнёс молчавший до этого Страйф. — А девочки ещё со средней школы ему не отказывали ни в чем!

Амин самодовольно фыркнул:
— А ты не завидуй! — отбрил он, сверкнув в сторону Лорда глазами. — Если бы ты в школе не был занудой и заучкой, за тобой бы тоже девчонки бегали!

— У меня были другие приоритеты, — лишь улыбнулся в ответ Страйф.

Расправившись с третьим круассаном, Амин засобирался уходить.

— Ты так скоро? — огорчилась Регина. Присутствие сына действовало на неё успокаивающе.

— Я ненадолго, — засуетился он, заметив поникший взгляд матери. Он дёрнулся, едва не перевернул стакан с остатками чая. — Ма, я скоро! Сделаю себе выходные, приеду, ладно? Мне сейчас кое-что нужно уладить.

— Ладно... Иди, мой взрослый сын! — она заставила себя улыбнуться, но сердце сжалось от тоски. И где её янтарноглазый малыш, который любил сказки?

Амин вскочил, быстро поцеловал мать в макушку:
— Скоро увидимся, мам. Обещаю.

— Да иди уже! — вымучено засмеялась Рена. — Не заставляй меня чувствовать себя старой, сентиментальной мамашей, которая цепляется за сына!

Едва за парнем закрылась дверь, она обрушилась с вопросами на Страйфа:
— О чём вы говорили?!

— О тебе, — невозмутимо ответил он.

— Неправильно это! — Регина заёрзала на стуле. — Я же его мать, мне следовало...

— Именно, ты — мать! Ты не должна перед ним оправдываться, просить разрешения или тем более прощения! А я лишь объяснил ему, в чём он неправ.

— И?

— И... он понял. У тебя хороший парнишка, Риша!

— В нём не только я... — вздохнула она. — Он копия Кхамера... Так! — осадила она себя, хлопнув по бедру. — Ныть я собираюсь, конечно, но позже! А пока...

Поднявшись, Рена схватила с большого блюда последний миндальный круассан, до которого Амин не успел добраться.

— Знаешь, я тут подумала, пока вас ждала... — начала она, неспешно жуя хрусткое тесто. — Ты же как меня с Земли забрал, я толком одна и не жила. Сначала Замок, там ты и Кхамер. Потом я на его шее повисла. Потом Амин и вот я — мама. Потом ты, и я уже мама двоих детей.

— К чему это?

— Думаю, мне нужно побыть одной, Страйф! — Увидев его иронично приподнятую бровь, она поспешно добавила: — Пойми правильно! Я благодарна за всё! Но... сначала я зависела от тебя, потом от Кхамера. Пора найти себя. У меня должна быть я — и этого хватит, чтобы пережить беду!

— И когда ты собираешься уйти в отшельники? — Страйф не сводил с неё глаз, но лицо оставалось невозмутимым.

— Не сегодня! — усмехнулась Регина и сбросила крошки с пальцев. — Сегодня я планирую порыдать. Посмотреть с тобой какую-нибудь кинодрянь и... собираюсь напиться!

— Обстоятельно! — одобрительно кивнул Лорд. — И что изволит употребить моя госпожа?

Рена приблизилась:
— Не буду оригинальна, розовое сухое!

— Начнёшь клевать носом после второго бокала, спорим? — поддел Страйф.

— О, сегодня я настроена даже на четыре бокала! Но пока я ещё трезва... — Регина закусила губу, пальцы впились в край столешницы. — Если мне удастся напиться, возможно... начну к тебе приставать.

— Ох ты ж, клянусь глазом старины Одина! — Лорд издал короткий смешок, откинув голову назад и сцепив пальцы на затылке. — Неужели я дождусь этого?

— Так вот, если это случится... Останови меня. И сдержись сам. — Регина сжала губы, ожидая его реакции.

Страйф хищно улыбнулся, провёл кончиком языка по кромке зубов:
— Ты серьёзно? Мне остановить тебя? — насмешливо спросил он, не меняя позы.

— Да. Потому что, если перейдём эту грань... — Рена сделала паузу, — потом, когда протрезвеем, станет хуже.

— Я смогу быстро исцелить твои раны. Тебе понравится, сама знаешь! Не хочешь разве ощутить себя живой? — Страйф выпрямился, скрестил руки на груди. Его взгляд стал пронзительным.

— Секс — хорошее лекарство от несчастной любви, не спорю! — Регина не дрогнула, не отвела глаз, хотя сердце рухнуло куда-то в пятки. — Но не с тем, кто когда-то держал мою душу в руках! Нет, Страйф, это неправильно! Подло по отношению к тебе, и ко мне. И... к нему. Никто из нас такого не заслуживает!

— А тебе не кажется, что ты просто оттягиваешь неизбежное?

— Хочешь сказать, куда бы я ни пошла, приду к тебе? Что ж... — Рена вздохнула. Ей хотелось снова почувствовать трепет, волнение, хоть что-то! Но боль, сковавшая её грудь, оттягивала на себя все силы. — Может быть, ты прав, и я приду, умоляя о том, чтобы стать твоей. Но не так! Не в нелепой попытке в пьяном угаре забыть кого-то другого! Тебе разве этого достаточно?

Страйф тихо рассмеялся, после оскалился, с силой сжав переносицу пальцами:
— Мне иногда кажется, что где-то там, — он похлопал себя по плечу, — под моим плащом ты видишь белые ангельские перья! А я не ангел, милая, совсем не ангел! — Лорд встал, приблизился вплотную. Глаза заливала тьма, пронизанная молниями.

— Да мне, видишь ли, кто ты — ангел или бес — неважно! Я давно приняла тебя со всем прошлым, настоящим и будущим! — Ладонь Регины легла на его грудь, где билось сердце. Сердце, за существование которого заплатили непомерную цену все — даже вовеки приговорённый к неупокоению Ариох. — Дело не в цвете перьев, да и вообще не в их наличии! А в том, что ты хочешь большего, чем просто физическая близость со мной.

— Мы связаны, пусть и не так, как было раньше. — Страйф сжал её руку. Затем развернул ладонь вверх, проводя пальцами по едва видимым шрамам.

— Они давно уже не видны, — тихо произнесла Рена.

— Шрам — лишь отпечаток на коже, он ничего не значит. Они исчезли, а кровь осталась. — Злая чернота ушла из его глаз, но лицо напоминало восковую маску.

Пауза затягивалась. Регина ждала... Ведь сейчас она просила от него гораздо больше, чем готова была отдать!

Спустя ещё минуту Страйф усмехнулся, поцеловал её ладонь. Черты лица смягчились, взгляд стал тёплым, почти человеческим.

— Будет тебе твоё розовое сухое, Риш, — произнёс он. — А я, пожалуй, запасусь лимонным соком! И пусть моя кислая мина испортит тебе всё удовольствие!