Глава 29. Кома
Я старалась не закрывать глаз, но заставляя себя расслабиться, я просто не смогла этого не сделать. Резко набрав в лёгкие воздуха, я задержала дыхание, пытаясь успокоить бешеное пульсирование крови по стенкам вен под моей кожей.
Почувствовав, что мне становится лишь хуже, я начинаю все больше сожалеть о сделанном. Возможно, я умру, но только сейчас я понимаю, как сильно я этого не хочу. Я и не хочу думать о том, что даже если я останусь жива, Коннор никогда не простит мне этого, Дебби не будет моей подругой, Дэна убьют, Кристиан не простит... Все это из-за меня. И как с этим жить дальше? Плакать надоело вовсе.
Моя кожа начала синеть. Я заметила это ещё с кончиков пальцев, но постаралась продолжать внушать себе, что это очередные галлюцинации. Началась паника: возможно, это уже было не просто самовнушение. Мне было даже более, чем просто страшно. Может это и звучит глупо, но в тот момент я действительно понимала, что единственное, что я могла сделать - это молиться. Молиться, надеясь, что свыше меня услышат. Я сжала пальцы, но они жутко опухли. Безумно расслабленное состояние и в то же время быстрый сердечный ритм. Я пыталась вспомнить какую-нибудь молитву, чтобы продержаться на этом свете хотя бы ещё пару минут. Может я и хотела умирать, но я боялась. В такие мгновения начинаешь жалеть ещё больше, понимая, что вряд ли останешься жива.
Меня тянуло ко сну, хотя я была уверенна в том, что засыпать было самой глупой вещью в ту секунду. Нужно было держаться, ну, по крайней мере, я так предполагала. Левой рукой я попыталась дотянуться до блокнота со стихами, когда ощутила, что встать у меня сил не было. Но ручка... Упала в реку. Писать было нечем. Да и вряд ли я бы смогла провести хотя бы слово, когда я не чувствовала конечностей.
Я захотела прочесть свои старые стихи, но буквы "разбегались" со стороны в сторону, и я не могла ничего разобрать. И я начала считать. Да, глупо и странно, но начала. Один... Два... Три... Каждую секунду, словно ожидая чего-то особенного. А в голове так и крутились мысли и воспоминания, будто напоминая, почему я это сделала. Я снова заплакала, со страхом и облегчением надеясь, что это в последний раз.
И да, так и случилось: я действительно перестала желать смерти, вот-вот ощущая то, как она наступает мне на пятки.
Бессмысленно внушая себе, что я была спокойна, я закрыла глаза, переставая бороться. Почему перестала? Звуки и голоса. Я услышала громкую сирену кареты скорой помощи, кучу людей вокруг, но даже все это было не важно. Мама. Вот, что заставило меня заплакать сильнее и попытаться глубоко вздохнуть. Она рядом. Я слышала, как она бежала ко мне на помощь. Я люблю её. Мой ангел-хранитель.
Я отключилась. Так мне казалось, что моё тело будто ждало того, как я почувствую тепло, собственную защиту, заполню пустоту.
Мне безумно хотелось ждать, что ожидало меня дальше. Смогу ли я когда-нибудь снова очнуться, увидеть свет, сказать хоть слово? Я могла быть полностью уверена, что сейчас все зависело от моих сил. Находясь, казалось бы, в другом мире, в пространстве между землёй и небом, настоящим днём и завтрашним, я вышла из себя. Ну, по крайне мере, мне хотелось этого. Я хотела посмотреть на себя со стороны, оказаться в ином теле, совершить что-то необычное, но я ведь не Бог. Что я могла, лёжа без сознания? Лишь тратить время собственного существования. Моя жизнь - не сказка, и я не волшебница, чтобы сейчас изменить все, что я хотела. Я только наедине со своими мыслями, как и несколько месяцев назад, буквально по той же причине. Но в этот день все хуже. Я неконтролируема. В любую секунду может произойти что угодно. Я на грани. На грани новой жизни.
И время всё шло. Бесконечное время. Я полна мыслей, чувств, выводов, но эмоции до сих берут верх над всем. Возможно, это уже от меня не зависит. Мне страшно за маму, за Кристиана, за Дебби... За Коннора. Даже странно как-то, что я не могла кричать, шептать, плакать. Только думать. Но если я ещё слышу себя, значит, я жива? Вокруг темнота. Словно пропасть. Я бегу в разные стороны, но везде одно и тоже. Я ничего не вижу, не слышу, не чувствую вокруг. Пытаюсь издать хоть малейший звук, но я по-прежнему слышу лишь себя. Я снова чего-то остерегаюсь, постоянно всё подозреваю. Но не знаю, что делать одновременно. Понимая, что я уже в безвыходном туннеле, я сажусь, поджав колени к груди, как представляю самой себе. Голову кладу на руки, пытаюсь все переосмыслить, будет ли так теперь навсегда. На ум ничего не приходит. И я сижу так все время, боясь принять то, что всему этому не было конца.
Свет. Я увидела его, и в глазах резко все расплылось. Мне показалось сначала, что это было лишь собственное воображение, но едва слышимый голос мамы дал мне понять, что явно что-то происходило. Я не знала, что нужно было делать, чтобы пойти навстречу этому яркому лучу.
Вокруг стало видно много разных красок, но я по-прежнему не могла слышать нормально. Глаза жутко болели, постоянно вызывая слёзы, но всё же я попыталась их открыть. И пожалела...
Рядом со мной сидела мама, вся в слезах, умоляя о помощи врачей. Помню всё отрывками, стараясь самой не углубляться в воспоминания того ужасного момента. Суета, страх, куча людей - паника. Это именно то, что меня пугало ещё больше. Я снова закрываю глаза, мечтая принять это за сон, но нет. Хирурги, анестезиолог, медсёстры... Каждый из них стоял надо мной, умоляя снова проснуться. И самое страшное то, что я почти ничего не слышу. А цвета никак не складываются в картинку.
Я не могла контролировать тот факт, что меня опять клонило ко сну. Не было сил противостоять этому, поэтому даже просто заметить то, что я засыпаю, я не смогла.
Более суток я лежала абсолютно без движения. Дыша через трубочку, не открывая глаз, я лежала на больничной койке, а время шло, никогда не оглядываясь назад.
- Нелли? Нелли! - слышу я совсем тихий знакомый голос. - Ты слышишь меня?
Я пыталась ответить "да", но не знала, слышат ли меня в ответ. Стараясь сложить из большой кучи цветов и разных оттенков что-то явное, я увидела маму, сидящую рядом со мной. Держа маленький платочек в руках и смотря на меня своими большими стеклянными глазами, она лишь молвит:
- Девочка моя...
Меня саму затягивает волна печали. Понимая, что безумно её люблю, я хочу закричать об этом, обнять, но всё тело безумно болит, и мне тяжело даже дотянуться до её руки. Она сама кладёт мне свою ладонь, и я чувствую её тепло. Губами едва могу прошептать: "Ма-ма".
Ей так больно, я чувствую. Она сейчас сидит и смотрит на меня, а мне всё равно кажется, словно что-то не так. "Где Коннор?" - спрашиваю я в своей голове. Но его нет. Я медленно глазами осматриваю всю палату, стараясь где-либо найти его образ. И так холодно. Холодно мне, понимая, что сейчас он не рядом. Главное, мама. Главное, что хотя бы в её тепле мне не так страшно.
Куча всяких непонятных медицинских вещей вокруг меня. Странная штука, какую я видела только в фильмах, издаёт быстро прерывающийся раздражающий меня визг, обозначая моё жуткое сердцебиение. Мои хилые тонкие волосы лежат на подушке. Сейчас они казались длиннее. Прядь волос неприятно покрывала незначительную часть лица. Я осматриваю свою кожу. Она такая бледная, нити вен были почти полностью видны сквозь прозрачное тело. Иголка от капельницы была больно вставлена, поэтому чувствовалось неприятное ощущение.
Я уже могла соображать.
Меня спрашивали вопросы, но я почти ни на что не отвечала. Когда попросили привстать, я попыталась сделать это, указывая на подушку, что хотела слегка приподняться. Трубочки с кислородом из носа мне сильно мешали. Его высокая доза никак не давала мне перестать желать уснуть. Всем телом я ощущала то, как сильно билось моё сердце.
Хотя больше всего болели ноги. Я едва могла пошевелить пальцами на руках, а вот ногами - никак. Стоило мне посмотреть в сторону моих нижних конечностей, как мама ещё больше заплакала, словив мой взгляд. Только через пару секунд я поняла, что она имела ввиду.