21
Вчерашний вечер не отпустил меня даже с рассветом.
Проснулась я без будильника, в странной тишине — такой плотной, как будто воздух тоже уснул. Комната была полупритемнённой, солнечные полосы едва проникали сквозь плотные шторы. Простыня сбилась у ног, волосы растрепались. Я лежала пару минут, разглядывая узоры на потолке и прислушиваясь к себе. Было ли легче? Нет. Но и не хуже.
Потянулась. Кости хрустнули лениво, как будто тело говорило: "Ну, давай, вставай, хватит лежать."
На прикроватной тумбочке осталась вчерашняя чашка с ромашковым чаем. Остывший, забытый. Провела пальцем по её ободку, задержала взгляд. Простая, обычная вещь, но почему-то именно в ней был уют — остаточный, призрачный.
Я босиком спустилась вниз. Пол скрипнул подо мной. Хлопнула дверь душевой — Аня уже проснулась. Из кухни доносился шелест пакетов и лёгкий щелчок зажигалки — кто-то пытался приготовить кофе.
Когда я вышла на веранду, солнце уже приподнялось над линией деревьев, обрисовывая всё вокруг мягким янтарным светом. Воздух был тёплый, чуть влажный. Где-то вдали крикнула чайка.
Аня стояла у перил, в своей чёрной пижамной майке и шортах, завязанная полотенцем на голове. Щурилась на входную тропу.
— Что там? — спросила я, подходя к ней.
Но ответа не понадобилось.
По тропинке к вилле шла девушка. Тонкая, высокая, прямая как струна. Прямые белокурые волосы блестели на солнце. Очки на голове, обтягивающая белая майка, джинсовые шорты и крошечный чемодан на колёсиках.
И ни следа растерянности. Шла уверенно, медленно, с таким видом, будто вот-вот попросит виноград в бокале.
Аня медленно выдохнула.
— Ну, началось.
Из-за угла появился Влад. В чёрной футболке, кепке, с телефоном в руке. Он шёл быстро, целенаправленно. Когда подошёл к девушке, приобнял её за плечи. Та легко склонила голову к нему, будто уже была в этом жесте раньше.
— Это Диана, — сказал он, глядя на нас, как будто речь шла о банальной посылке. — Она осталась без жилья. Временная ситуация. Поживёт тут немного.
Угу. Временная. Конечно.
Я молчала.
— Привет, — сказала Диана, оглядев нас с головы до пят. Её голос был гладким, чуть тягучим, как у дикторши с радио. — Так ты и есть та самая... Лиза?
Я склонила голову.
— А ты — та самая Диана?
Да я в душе не чаю, кто ты такая. Но ты явно хочешь, чтобы я почувствовала себя лишней.
Она чуть усмехнулась, но не ответила.
— Не переживай, я тут надолго не задержусь, — добавила, будто из вежливости, которой не чувствовалось.
— Это хорошо, — так же нейтрально ответила я.
И тут Влад, будто между делом, бросил:
— Я пока поселил её в своей комнате. Моя побольше, удобнее, и рядом с кухней.
Я почувствовала, как пальцы автоматически сжались в перила.
В его комнате. Ты поселил её в своей комнате.
Аня рядом издала короткий смешок, но прикрыла рот.
Я не ответила. Просто развернулась и ушла в дом, стараясь, чтобы шаги были ровными. Внутри всё сжималось в тугой комок.
Ближе к полудню на вилле стало заметно оживлённее. Охрана куда-то отъехала на багги, мальчики таскали что-то от генератора — кто-то включал музыку, кто-то кричал из кухни, спрашивая, где специи. Обычный день на острове.
Я стояла у кофемашины, нажимая на кнопку, когда за окном пронеслась тень. Диана. В белом купальнике, как и положено новым героиням в сериалах. Она медленно прошлась вдоль бассейна, задерживая взгляд то на цветах, то на лежаках, то на домике Влада.
Как будто примерялась. К месту, К людям, К роли.
— Влад, у тебя такие интересные друзья, — услышала я чуть позже её голос в гостиной. Я стояла в тени у двери, просто слушала.
— Все разные, — отозвался Влад. Спокойно, сдержанно.
— А та рыжая, как её, Лиза... — голос у неё стал тише, игривей. — Это твоя бывшая?
Молчание. Даже вентилятор будто притих.
— Мы просто... знакомы давно, — произнёс он.
— М-м. "Знакомы давно", — с лёгким ядом повторила она.
Я вошла в комнату. Не громко. Просто чтобы они знали, что я слышала. Прошла мимо, взяла бутылку воды с тумбы, и ушла. Не оборачиваясь.
Ближе к четырём дня солнце слегка прикрылось облаками. Наступила легкая прохлада — та, что всегда приходит перед вечерним спадом. Но вечер это ещё не был.
Я сидела на краю террасы, где деревянные ступени выходили к песчаной тропинке. Листала телефон, без интереса. Снизу доносился плеск воды — кто-то прыгнул в бассейн.
Послышались шаги. Я подняла взгляд — Влад стоял у перил, смотрел вниз.
— Пойдём, — сказал он.
— Куда?
— Просто... пройдёмся. К воде.
Я чуть нахмурилась, но встала. Надела лёгкую рубашку поверх майки, шлёпки. Мы вышли боком, через задние кусты, где не стояли камеры.
Берег был чуть влажным, песок пружинил под ногами. Волны накатывали, тихо дыша, почти не трогая нас.
— Ты ведь не должен выходить за пределы, — пробормотала я, оглядываясь.
— Я и так каждый день нарушаю, — ответил он и шёл дальше.
Мы не говорили минут пять. Только звук шагов, воды, ветер. Как будто больше и не нужно.
— Скоро всё закончится, — тихо сказал он, не глядя.
— Твоё "скоро" звучит как "никогда".
Он остановился. Обернулся. Его глаза были чуть усталыми, но спокойными.
— Я не хочу, чтобы ты здесь мучилась.
— А я не хочу, чтобы ты делал вид, будто ничего не происходит.
— Я не делаю вид. Я просто не готов всё сломать, чтобы всё починить.
Он протянул руку. Осторожно, не уверенно. Его пальцы коснулись моих, как будто пробовали — можно ли.
Я не отдёрнулась.
— Скажи это своей подруге Диане.
— Диане я уже всё сказал.
— Ага, подружка-одиночка со сгоревшей жизнью, что случайно оказалась здесь в белом купальнике.
Он усмехнулся. Легко.
— Ты саркастичная.
— Ты — странный.
— Мы оба не подарок.
— Но зато с характером, — бросила я, и он улыбнулся, впервые по-настоящему за день.
Он хмыкает, легко касается плеча — не хватая, не навязываясь, просто... будто проверяя, здесь ли я.
— Ты замёрзла?
— Нет. Просто думаю, — говорю, хотя руки уже покрываются мурашками.
Мы молча поднимаемся по тропе обратно. Воздух уже не горячий, но ещё не прохладный. Ветер мягко щекочет кожу, волосы прилипают к щеке. Я ловлю себя на мысли, что впервые за долгое время не раздражаюсь от ветра.
У входа на виллу он придерживает для меня калитку. Мы проходим внутрь почти одновременно — и тут она появляется.
Диана. В белом топе, коротких велюровых шортах и с мокрыми, идеально расчёсаными волосами.
— А вы где были? — голос с подтекстом, как будто мы что-то должны ей объяснить.
Я не отвечаю. Снимаю сандалии и прохожу мимо, не глядя.
— Ага, молчание — знак согласия, — бросает она себе под нос, но достаточно громко, чтобы я услышала.
Значит, решила играть. Хорошо. Поиграем.
Аня встречает меня в холле. На ней футболка с надписью "Do not disturb" и усталый взгляд.
— Ну как? — шепчет, вглядываясь в меня. — Он сказал что-то?
— Гуляли, — пожимаю плечами. — Без охраны. Без слов. Без обещаний.
— Это звучит как очень напряжённая прогулка.
— Это и была она.
Мы идём к себе, и я краем глаза вижу, как Диана смеётся в голос с Данилой. Смеётся так, будто они лучшие друзья с детства. Он кивает ей в ответ, но уже не с тем увлечением, как утром.
Она устала притворяться, он — слушать.
В своей комнате я закрываю дверь. Скидываю с себя платье, захожу в душ. Горячая вода обжигает плечи, а в голове — застрявшие фразы, взгляды, прикосновения. Его голос. Её смех.
Когда выхожу — в коридоре снова слышен шёпот. Как будто кто-то специально говорит громче, чтобы донеслось до моей двери:
— Ну, я бы не позволила, чтобы моя девушка вот так уходила одна куда-то. Особенно ночью...
Серьёзно, Диана?
Я открываю дверь — она стоит у кухни, повернувшись ко мне боком. В руке — бокал с чем-то розовым. Увидев меня, делает вид, будто только что заметила:
— Ой, ты не спишь?
— А ты всё ещё живёшь в чужой комнате?
Она улыбается. Улыбка красивая, но глаза — колючие.
— Я думаю, Влад сам решит, кто и где живёт. Он взрослый мальчик.
— Надеюсь, и сам потом всё отмоет.
Я прошла мимо неё намеренно медленно.
Не специально — просто шаг был вольный, уверенный, как будто я дома. Как будто ничего не изменилось.
Плечом слегка, почти невесомо, задела её. Не грубо. Просто ткань к ткани, как бывает в узком коридоре или в очереди.
Но взгляд, который она кинула мне в спину —
будто я с размаху опрокинула бокал красного прямо на её платье.
На белое. Дорогое. Из бутика на Кутузовском.
Я не обернулась. Даже дыхания не сбила. Пусть смотрит.
Это мой воздух здесь. Мои шаги, мои утренние маршруты к чайнику, к солнцу, к себе.
А она пока — гость. Хоть и с претензией.
— Она на тебя смотрит, как будто ты ей долг не отдала, — шепнула Аня, появившись сзади с двумя чашками.
— Или как будто я её место заняла.
— А может, так и есть?
Мы оба знали: в этой игре не было честных ставок.
Диана всё ещё стояла у веранды. Не шелохнулась, но и не пыталась скрыть, что следит.
Словно ждала: оступлюсь — поймает. Скажу — перекрутит.
— Знаешь, — добавила Аня, передавая мне чай, — у неё всё лицо говорит: «я раньше знала Влада».
— Возможно, так и есть, — отпиваю. Горький зелёный.
— Только ты его знаешь теперь.
Мы замолчали.
Каждая — в своих мыслях.
Погода вдруг будто натянулась, как струна. Липкий воздух, замирающий между облаками, и лёгкий толчок в груди. Как перед бурей. Только вместо дождя — очередная сцена.
Мы сидели в патио — я, Аня, Лёша и Саша.
Лёша настраивал плейлист, проклиная Bluetooth, Миша пытался поймать сеть, а я...
Я просто сидела. Ноги на бортик, чайник пустой, волосы влажные после душа.
И тут — шаги.
На мягкой подошве.
Резкие, с оттяжкой, как у тех, кто не просто идёт, а идёт куда-то к тебе.
Диана подошла сбоку, будто мимо.
Но не прошла.
Остановилась прямо за моей спиной, слегка склонив голову.
— Слушай, — голос тёплый, как сливочное мороженое, — ты не видела зарядку от iPhone?
Я обернулась.
— А ты у кого её оставляла?
— У Влада в комнате. Но он, видимо, не знает. Ты наверняка там раньше спала, наверное, знаешь, где он кладёт вещи?
Ах, вот мы и начинаем.
— Влад не кладёт. Влад всё разбрасывает, — я встала, оборачиваясь к ней в полный рост. — Но ты можешь сама поискать. Он не запрещает.
— Просто не хотелось без спроса... — она кокетливо поджала губы.
— Тогда спроси у него. Он у бассейна.
Я кивнула в сторону, где Влад в это время разговаривал с кем-то из охраны, и вернулась на диван.
Диана постояла секунду, потом ушла — и с каждым её шагом я чувствовала, как у меня под кожей скапливается тепло. Не злость. Даже не ревность.
Что-то другое.
Как будто ты поранился, но ещё не посмотрел на рану. Только чувствуешь: будет синяк. Большой.
— Она специально так говорит, — тихо сказала Аня. — Типа ласково, но с намёком. Про "ты же раньше там спала".
— Я заметила.
— И Влад заметил.
Я краем глаза посмотрела в сторону бассейна. Он не обернулся. Но рука с сигаретой застыла в воздухе.
Заметил.
Минут через двадцать я вышла к бару взять лимон, и снова столкнулась с Дианой. Она сидела на высоком стуле, облокотившись на стойку, будто она тут жила всегда. Волосы идеально ровные, футболка спущена с одного плеча, в руке бокал.
— Всё-таки странно, — сказала она ни к кому. — Как быстро меняется атмосфера в доме, когда появляются женщины.
Я молчала.
— Особенно если раньше тут была одна, а теперь — другая.
Пауза. Прямая. Длинная.
— А ты считаешь себя новой? — я взяла лимон, бросила в воду, не глядя на неё.
Она усмехнулась:
— Нет. Я — как напоминание.
— О чём?
— О том, что у Влада всегда был вкус.
Я развернулась. Медленно.
— Это ты так сама себя похвалила?
Она ничего не ответила. Только улыбнулась. И этот её взгляд...
Он был не злобный. Нет. Он был уверенный. Такой, каким бывают взгляды тех, кто уверен, что успеет сжечь до того, как начнётся пожар.
Я сидела в кресле, в глубине тени. Влад, как всегда, появился внезапно — не шумно, но точно.
— Что она тебе сказала? — спросил он сразу, будто знал.
Я подняла голову:
— А ты что ей говорил?
Он закатил глаза, сел рядом.
— Мы не виделись год. Слишком давно, чтобы что-то значить.
— Тогда зачем она здесь?
— Потому что некуда было ехать.
— Ага. Совпадение. Именно сейчас. Именно сюда. Именно ты предложил.
Он промолчал.
— Влад.
Он посмотрел на меня. Спокойно.
— Если хочешь, чтобы я осталась, — говорю, не дыша, — скажи.
Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, будто переваривал мои слова. Я чувствовала, как его пальцы на подлокотниках чуть сжались — будто он борется с чем-то внутри. С желанием что-то сказать — или с желанием промолчать.
Молчание тянулось. Я смотрела на него, будто пытаясь прочесть — что сейчас в его голове? Усталость? Отстранённость? Или просто попытка выстроить правильную реакцию?
— Ладно, — выдохнула я и, приподняв подбородок, отошла к выходу на террасу.
Шаги по кафелю отдались под сводами. Сердце билось быстро, но я делала всё, чтобы не показать этого.
Он не остановил меня. Не окликнул. Не произнёс ни слова.
И, может, именно из-за этого — я и не ушла далеко. Просто вышла, остановилась за углом, у стеклянной перегородки, где открывался вид на бассейн, и осталась стоять. Воздух был тёплым, влажным. Пахло солью, пальмами, горьковатым табаком от чьей-то затушенной сигареты.
Изнутри послышались голоса. Узнала Костю — его хрипловатый смех, чуть позже голос Саши П. Кто-то хлопнул холодильником — возможно, Данила.
Обычные разговоры. Всё продолжалось, как будто ничего не произошло. Как будто мы с Владом не рвали друг другу нервы в этой комнате.
Я прислонилась плечом к холодному стеклу. Лоб — к ладони. Всё внутри стягивалось: раздражение, горечь, невыговоренное. Мне хотелось кричать, но вместо этого я просто стояла, слушала и дышала.
__________________________________________________
У меня собаке 5 лет сегодня<3