« Тень Пандоры »

Солнце уже почти садилось, когда Джейк в очередной раз вошёл в лабораторный блок. Продвигаясь по коридору, он машинально отмечал идеальное расположение техники и рабочих зон учёных — всё было продумано до мелочей, слишком аккуратно, слишком правильно.

Светлый коридор тянулся вдоль стен, украшенных живыми растениями. Между ними стояли несколько белых стульев — простых, но удобных. Воздух здесь был насыщен влагой и запахом зелени, почти домашний. Дальше начинался главный зал: большинство учёных сидело за своими рабочими столами, окружённые экранами, приборами и всё теми же растениями, вписанными в пространство так, будто они всегда здесь были. Значительную часть зала занимали капсулы связи — те самые, в которых люди соединялись со своими аватарами. Вдоль всей стены тянулись окна в пол, наполняя помещение мягким светом и создавая ощущение простора и уюта, непривычного для лаборатории.

Пройдя через зал, Джейк наконец добрался до кабинета Норма — учёного и, по совместительству, своего лучшего друга. Возле двери, как он и ожидал, сидели его оболтусы-сыновья.

Ло'ак нервно топал ногой по полу, за что тут же получил подзатыльник от Нетеяма. Джейк устало вздохнул. Сил разбираться с этим уже не оставалось. Дети заметили его почти сразу, и младший тут же снова начал напрашиваться пойти с отцом — узнать, как она, что с ней, можно ли увидеть.

— Сидеть здесь, — коротко сказал Джейк, тяжело выдыхая. — Пока я не позову.

Он и так уже отбивался от бесконечных вопросов дочерей и Паука, который вообще ничего не знал о происходящем, но при этом волновался едва ли не больше всех. Они постоянно спрашивали о состоянии девушки, пытались уговорить пустить их к ней.

Уставший, раздражённый и выжатый, Джейк вошёл в кабинет.

Норм сидел за столом, полностью погружённый в работу. Он был явно чем-то увлечён — настолько, что даже не обратил внимания на вошедшего Джейка.

Девушка всё так же лежала на кушетке. Тонкие провода тянулись от её тела к приборам, а лицо закрывала дыхательная маска. Людским воздухом на'ви долго дышать не могли, а в лаборатории она находилась уже около четырёх часов.

Её перенесли сюда почти сразу после того, как в шатёр пришёл Норм. Он настоял на этом, сказав, что хочет провести несколько тестов — чисто из научного интереса, но Джейк знал: дело было куда серьёзнее. Удар головой не был настолько сильным, чтобы она так долго оставалась без сознания.

Время от времени на её коже вспыхивали голубые полосы — коротко, тревожно, будто напоминая о себе.
Но сейчас они полностью угасли.

И это пугало сильнее всего.

— Как она? Есть новости? — Джейк облокотился о стену, скрестив руки на груди, и смотрел на увлечённого работой друга.

— Она всё ещё без сознания, — ответил Норм, не поднимая взгляда от экранов. — И, если честно... это усложняет всё.

— В каком смысле?

Норм наконец выпрямился и потёр переносицу.

— Я почти ничего не могу считать. Система будто натыкается на глухую стену.
Все стандартные протоколы просто... не работают.

— Блокировка? — нахмурился Джейк.

— Не совсем, — Норм медленно покачал головой. — Это не выглядит как защита, которую ставят извне. Скорее так, будто её собственный мозг не пускает нас дальше.

В кабинете повисла короткая пауза.

— И ты не знаешь почему? — спросил Джейк.

— Нет, — честно ответил Норм. — Но это ненормально. Даже для на'ви.
Сознание должно хоть как-то откликаться.

Он взглянул в сторону кушетки.

— А у неё — тишина.
И это... тревожный секрет. Такой, который сам по себе не появляється.

Джейк задумался. Он не понимал, как вообще могла появиться такая девочка — откуда она взялась и почему вокруг неё всё ощущалось... неправильно. Но, видимо, именно это им и предстояло выяснить.

— Никак не разбудить? — Джейк бросил взгляд на кушетку. — Или хотя бы понять, когда она очнётся?

— Пока нет, — Норм пожал плечами. — Без её сознания мы словно разговариваем с пустотой. Я мог бы попробовать аккуратно простимулировать активность, но...

Он хмыкнул и покосился в сторону выхода.

— Мо'ат ясно дала понять, что это плохая идея. Цитирую почти дословно:
«Если ты своими... штучками полезешь в её голову — она умрёт.
А если она умрёт — я собственными зубами перегрызу тебе глотку».

Джейк медленно моргнул.

— М-да... — протянул он. — Да, с тсахик лучше не спорить.
Особенно если она твоя тёща.

Норм усмехнулся, но тут же снова стал серьёзным.

— Так что остаётся только ждать.

В кабинете воцарилась тишина. Только мягкое гудение аппаратуры и редкие вспышки данных на экранах. Джейк уже собирался что-то сказать, когда заметил движение.

Сначала — почти незаметное.
Пальцы девушки дёрнулись, будто по ним пробежал слабый электрический импульс.

— Норм... — тихо сказал Джейк.

Учёный резко поднял голову.

Полосы на её коже едва заметно вспыхнули — не ярко, не резко, а словно кто-то изнутри осторожно проверял границы. Дыхание стало неровным, под маской послышался хриплый вдох.

— Чёрт... — прошептал Норм, уже подходя ближе. — Она возвращается.

Девушка резко втянула воздух и дёрнулась всем телом, будто выныривая из глубины. Плечи напряглись, пальцы сжались в простыню. Следующий вдох был резким, судорожным — слишком человеческим.

Глаза распахнулись.

Взгляд — дикий, растерянный, мечущийся по потолку, по свету, по незнакомым лицам. Сердце билось так, будто она собиралась вскочить и бежать, даже не понимая куда.

— Тихо, — быстро сказал Джейк, подняв руки. — Спокойно. Ты в безопасности.

Но она его не слышала.

Тело напряглось ещё сильнее, будто готовясь сорвать маску или вырваться, и в этот момент Норм понял:
– Нам пизда.

—————————————————————

Я очнулась не сразу.

Сначала было что‑то не так. Не мысль — ощущение. Как будто мир был слишком близко. Слишком ярко. Слишком громко, даже в тишине.

Глаза открылись — и свет ударил в них, как пощечина. Я дернулась, не понимая зачем, не понимая куда. Тело сработало само. Резко. Грубо.

Воздух — чужой.

Лёгкие дёрнулись, будто в них залили что‑то не то. Вдох — резкий, болезненный. Паника вспыхнула мгновенно, без слов, без мыслей.

Опасно.
Не здесь.
Бежать.

Тело напряглось дугой. Пальцы скрючились,
вбились в простыню. Позвоночник сжался, плечи ушли вперёд. Я попыталась подняться — и сразу рванула, не думая, не выбирая направление.

Глаза всё ещё не привыкли к свету, голова кружилась, сознание было затуманено.

Силуэты.
Движение.

Чужие.

Глаза зацепились за них — и внутри что‑то сорвалось окончательно. Сердце забилось так быстро, что мир начал дергаться кусками. Я зашипела — звук вырвался сам, хриплый, низкий, не человеческий.

Меня держат.
Нет.
Меня загнали.

Я метнулась в сторону, ударилась плечом, развернулась, снова дёрнулась — в углу. Тупик. Стены. Свет. Запахи техники и растений, перемешанные в одно.

Ловушка.

Маска на лице — чужая. Что‑то держит, мешает дышать, не даёт вырваться. Я сорвала её руками, вслепую, с яростью, будто это пасть хищника.

Мысли не складывались. Их не было.
Были только импульсы.

Кто я?
Где я?
Почему так страшно?

Я прижалась спиной к стене, низко, напряжённо, готовая прыгнуть. Взгляд метался, цеплялся за движения, за руки, за шаги.

Если они сделают ещё один —
я ударю.

Плевать чем. Плевать как.

Мир сузился до комнаты, света и чужих тел напротив. Всё остальное — исчезло.

Я не помнила.
Я не знала.
Я не думала.

Я выживала.

Звуки обрушились сразу.

Голоса — резкие, рваные, слишком громкие. Они не складывались в слова, только в шум, в вибрацию, которая резала по голове. Я дёрнулась сильнее, прижалась к стене, будто пыталась в неё вжаться, стать меньше, исчезнуть. Дверь. Дверь открылась. Звуков стало больше.

— Ло'ак! Нетеям! Выйдите! —Кто-то кричал, но слова были как эхом, размытое, далёкое, почти чужое.

Я дернулась. В ушах гудело, сердце билось так, будто хотело вырваться. Они вошли в комнату, шумом, резким движением, и мир вокруг опять дернулся, накрыло адреналином.

Я не понимала, кто это.
Свои? Чужие?

Шум стал невыносимым.

Слишком много тел. Слишком много движений. Слишком близко.
Кто‑то крикнул ещё раз — громко, резко, прямо в пространство между мной и стеной.

Опасность.
Везде.

Что‑то внутри меня щёлкнуло. Не мысль — спусковой крючок.
Жар разлился по коже мгновенно, будто под ней вспыхнул огонь.

Я почувствовала это раньше, чем увидела.
Полосы.

Они вспыхнули красным — ярко, резко, зло. Не мягким светом, не отблеском — а как предупреждение. Как сигнал атаки.

Голоса оборвались.
Я уловила это даже сквозь гул в голове.

— Джейк... — кто‑то выдохнул.
— Чёрт... — другой.

Мне было всё равно.

Я больше не прижималась к стене — я вдавилась в неё, мышцы натянулись до предела. Зрение сузилось. Мир стал красно‑жёлтым, рваным.

Ещё шаг —
и я прыгну.

Один из новых силуэтов — ниже, резче — сделал движение вперёд.
Я зарычала. Громко. Настояще.

Красные полосы вспыхнули сильнее, пульсируя в такт сердцу. Я не знала, что они значат. Я знала только, что это — бой.

— Назад! — голос прорезал пространство, уже не крик, а приказ. — ОБА НАЗАД! СЕЙЧАС ЖЕ!

Мир дрожал. Я чувствовала его кожей. Чувствовала взгляды, страх, резкое напряжение в воздухе.

Я видела их.
Двое. Молодые. Резкие. Слишком близко.

Один сделал движение — не шаг, а всего лишь смещение веса.
Этого оказалось достаточно.

Я оскалилась.
Низко. Предупреждающе.

Красные полосы вспыхнули ярче, будто отозвались на гул в груди. Не свет — пульсация, горячая, злая.
Я качнулась вперёд, всего на полшага — достаточно, чтобы они поняли.

— Назад! — мужчина оказался между нами в одно движение.
Он толкнул их руками, жёстко, не оглядываясь. — Оба. Сзади.

Они не сразу поняли.
Я видела это по их лицам.

— Пап...
— БЫСТРО! — его голос сорвался, стал резким, опасным.

Я дёрнулась, готовая прыгнуть, и в этот момент —
другой голос.

— Джейк. Стой.

Он был спокойный. Низкий.
Не резал. Не давил.

— Она не понимает, кто мы, — мужчина говорил медленно, не глядя на меня, но так, будто обращался именно ко мне. — Это не она. Это инстинкт.

Свет над головой погас на одну ступень.
Шум приборов стих.

Воздух стал... тише.

— Тихо. Сядьте сзади, — повторил он мягче.

Они послушно отошли к стене и присели на корточки, не сводя с меня глаз.

Тишина.
Не полная — но другая.

Я всё ещё держала взгляд на них.
Не моргала. Считала движения. Дыхание.

Красные полосы на коже горели — неровно. Уже не вспышкой, а толчками, будто кто‑то внутри меня всё ещё жмал на тревогу, но связь начала сбоить. Жар не исчез — он просто перестал расти.

Опасность...
есть.

Но не наступает.

Я сглотнула. В горле саднило. Сердце всё ещё билось быстро, но уже не рвало грудь.
И между ударами вдруг появилось что‑то новое. Не мысль — ощущение.

Я жива.

Это было странно.
Я не знала, откуда это пришло, но зацепилась за него, как за выступ над пропастью.

Кто‑то опустился ниже.
Не шаг — движение вниз.

Я резко дёрнулась, снова оскалилась, но... не прыгнула.

Он сел на пол. Просто сел.
Медленно. В стороне. Не глядя прямо.

Большое тело стало меньше.
Не угрожающее.

Я следила за ним, напряжённо, готовая в любой момент сорваться.
Но он не делал ничего. Не тянулся. Не говорил громко. Просто дышал.

Красные полосы дрогнули.
Не ушли.
Но перестали кричать.

Я втянула воздух — глубже.
Он снова вошёл.
Ничего не сломалось.

Почему... я всё ещё дышу?

Мысль была рваной, слабой, но моей.
Первой.

Я замерла.
Не расслабилась — нет.
Просто перестала метаться.

Мир больше не сужался до угла.
Он был здесь. Всё ещё опасный. Всё ещё чужой.
Но уже не обрушивался на меня разом.

Я сидела, прижавшись к стене, наблюдая.
И впервые — не только как зверь.

Мужчина заговорил первым.
Тот, что сидел на полу.

Голос был тихий. Медленный. Он не лез в меня — просто существовал.
И вдруг...

На'ви.

– Txantsan lu oeru. Fpeio fya'o. Ngari nì'ul?
«Спокойно, дыши глубоко. Ты понимаешь меня?»

Я дернулась.
Слова были живые.
Я понимала их смысл. И это пугало сильнее всего.

– Значит не понимаешь? Ничего. — он принялся показывать жестами, будто объясняя без слов. — Дыши. Смотри. Спокойно.

Я не знала, зачем, но тело сработало само.
Глубокий вдох. Медленный. Резкий выброс воздуха.
Красные полосы на коже дрогнули, словно отозвались на этот ритм.

Он не торопил, не приближался. Просто показывал снова и снова: дыши. Спокойно.
И я делала. Сначала машинально. Потом чуть увереннее.

Высокий мужчина будто расслабился, он заинтересовано смотрел в мою сторону, другой что прежде смотрел зло, расслабил плечи но брови оставил сведёнными, тот что поменьше раскрыл рот, что выглядело...странно?

Я заметила, как голос мужчины стал ещё мягче.
Он больше не пытался заставить меня реагировать словами — только движения, только ритм, только дыхание.

Я следила.
И вдруг почувствовала, что полосы на руках и груди начали слегка бледнеть.
Не полностью. Но заметно.

Я медленно подняла взгляд.
На него.
На глаза того мужчины, который говорил.

Он мягко улыбнулся.

Вдруг ногу пронзила резкая боль. Рана?

Воспоминания пронеслись моментально. Склон, камень, рана. Я зажмурилась от болевых ощущений.

Голова закружилась.

– Нога? Я помогу.

Он медленно приблизился, не торопясь. Ладонь протянута, чтобы прикоснуться к ноге.
Я скалюсь. Зубы сжаты.
Но что‑то внутри подсказывает: это не угроза.

— Дыши, — тихо сказал он. Мягко, без приказа. — Спокойно.

Я сделала вдох. Жест его рук повторил его слова: мягко прижал ногу, не давя.
Красные полосы дрогнули, яркость слегка упала, но пульсация осталась — предупреждение, не ярость.

Воспоминания накатывали вновь, быстрее.
Я слышала детский голос, звук рации, шум камней, свист ветра на склоне, холодную воду, рваную одежду, утреннее солнце.
Каждый кадр — резкий, вырванный, не связанный с миссией. Только выживание, реакция, инстинкт.

И я понимала: я жива. Я смогла это пережить раньше — и могу снова.

Мужчина сел рядом но не слишком близко, он аккуратно размотал бинт на моей ноге и больно...я прошипела от чего все напряглись, кроме мужчины рядом со мной, он спокойно, будто демонстративно дышал и потянулся к столу за каким-то средством. Рана выглядела лучше чем в моих воспоминаниях. Она была зашита, но сквозь швы проступили мелкие струйки крови, наверное из-за моих резких движений.

– Может немного щипать. Не переживай.
Он аккуратно размотал бинт на моей ноге, пальцы мягко двигались, почти как будто проверяли меня.
Я медленно вдохнула. Красные полосы пульсировали слабо — едва заметно.

Дышать стало легче. Контроль возвращался.
Я чуть отпустила ногу. Пульс в груди медленно успокаивался.

Джейк заметил это и чуть поднялся с корточек, словно хотел контролировать ситуацию.
Я мгновенно напряглась, плечи вздыбились, зубы сжались.
Низкий шип сорвался из груди.

В тот же момент моя рука задела бутылку с перекисью — она перевернулась и пролилась на пол.

— Чёрт! — Джейк вздрогнул и резко сел обратно.

Норм не спеша наклонился, пальцы аккуратно держали рану.
Голос его был ровным, мягким, почти ровно на уровне дыхания:

— Это Джейк, — начал тихо, спокойно, показывая рукой мужчину у двери. — Его сыновья — Ло'ак и Нетеям. Никто здесь не хочет причинить тебе вреда.

Я моргнула, красные полосы слегка дрогнули, но не вспыхнули.
Тело напряжено, но чуть мягче.
Я слушала. Каждый его звук, каждое движение.

— Всё, что я делаю, — продолжал он, спокойно, — это чтобы помочь. Ты здесь в безопасности.

Я втянула медленный вдох, пытаясь унять остатки инстинкта.
Полосы на коже стали едва заметны.
Мир перестал крушиться вокруг меня.

Я ещё не доверяла полностью.
Я всё ещё была готова сорваться.
Но впервые за эти часы я почувствовала: можно выдохнуть хотя бы чуть-чуть.

Норм слегка отстранился, всё ещё держа мою ногу в руках, чтобы убедиться, что я не сорвусь.
Голос его был тихий, ровный:

— Как ты себя чувствуешь? — он сделал паузу, посмотрел на меня. — Как тебя зовут? Можешь ли ты говорить?

Я лишь внимательно смотрела на него. Не знала, что сказать. Не знала, могу ли.

Он кивнул, будто понял.

– Хорошо. А ты не против, если Джейк и его сыновья выйдут на минуту? — сказал он мягко. — Джейк зайдёт в соседнею комнату и подготовит её для тебя, чтоб там было уютно и тихо. А парни принесут тебе поесть. Ты ведь голодная?

Я замерла на секунду. Слова дошли, но разум ещё пытался собрать все сигналы вместе.
Медленно, почти робко, я слегка кивнула.

Джейк, всё ещё сидя неподалёку, неуклюже пробормотал:

— Ну это... ты тут успокаивайся, а мы там... ну, подготовим всё для тебя.

Я посмотрела на него. Красные полосы на коже чуть дрогнули, но не вспыхнули.
Я чувствовала, что голос и движения Норма не давят, что Джейк старается быть осторожным.
И это... немного успокаивало.

Пока я сидела, наблюдая, мир вокруг казался чуть мягче.
Не совсем безопасным, но... чуть мягче.

————————————————————————

Джейк и парни вышли в коридор. Там было тихо, но напряжение всё ещё летало в воздухе.

– Ну и дикарка. - Сказал Нетеям, который
Выходил последний.

– Эй, она просто напугана. Представь себя на её месте. - Ло'ак ткнул брата в плечо.

– Я говорил, что она принесет неприятности! Но нет, ты же у нас герой в памперсах. - развел руками и ухмыльнулся старший.

Ло'ак только хотел продолжить нападать на брата, но Джейк поднял руку, перебивая их спор. – Стоп. Оба! Перестаньте огрызаться и ищите за едой. Сейчас. - последнее он протянул.

Оба переглянулись.
– Пошли. - мрачно сказал Нетеям.

Парни развернулись и зашагали к выходу, шум их шагов постепенно стихал.

Джейк стоял в коридоре, глаза его ещё раз пробежали по комнате лаборатории. И вдруг он вспомнил.

Маска.

Она... сбросила маску.

———————————————————————
Ну как вам продолжение?) буду безумно благодарна, если вы проголосуете за эту главу и напишите свое мнение 💙🫶