-Роковая ошибка.
Вечер опустился на Москву тяжелым свинцовым одеялом. Смена затянулась до полуночи: бесконечные пересъемки дублей, капризы экстрасенсов и вечно шипящая рация выжали из Вертинской все соки. Когда она наконец переступила порог своей квартиры, единственным её желанием было раствориться в горячей ванне и больше никогда не слышать собственного имени.
Сил на готовку не было физически. Мысль о чистке овощей казалась пыткой, ткнув пальцем в приложение доставки, девушка заказала горячий том ям и спринг-роллы - то, что могло согреть её изнутри. Пока курьер пробирался через столичные пробки, Рори успела скинуть рабочую одежду. Девушка облачилась в любимую домашнюю пижаму из нежного черного шёлка: свободная майка на тонких лямках и экстремально короткие шорты, которые едва прикрывали бедра, открывая вид на её стройные, худые ноги. Волосы она небрежно собрала в высокий пучок, из которого тут же выбилось несколько непослушных прядей.
Телефон пискнул: «Курьер у подъезда».
- Иду-иду, - пробормотала девушка, накидывая на плечи легкий кардиган, который всё равно не спасал от ощущения наготы.
Вертинская выскочила в коридор, оставив дверь приоткрытой на пару сантиметров. «Всего на минуту, - пронеслось в голове. - Ключи на тумбочке, зачем их брать?». Но она забыла о коварстве старого дома на Чистых прудах. Сквозняк из открытого окна в подъезде сделал свое дело - стоило ей спуститься на первый этаж, как сверху донесся глухой, окончательный щелчок.
Аврора замерла у домофона с бумажным пакетом, от которого исходил божественный аромат пряностей.
- Нет... Пожалуйста, нет, - прошептала она, взбегая по лестнице обратно.
Кудрявая дернула ручку - заперто намертво. Вертинская прислонилась лбом к холодному дереву двери, чувствуя, как паника ледяными пальцами сжимает горло. Она стояла в пустом ночном подъезде: в одних тонких домашних тапочках, в коротких шортах, с пакетом еды и стремительно садящимся телефоном.
Судорожный звонок мастеру по замкам принес только разочарование.
- Девушка, два часа ночи! - прохрипел сонный мужской голос. - Дежурный мастер будет только в восемь утра, ждите. Это ваши проблемы, что вы дверь не поменяли.
Трубка запищала отбоем, и Рори медленно сползла по стенке, обнимая пакет с едой. Ей хотелось расплакаться от бессилия и усталости. Холод подъездного кафеля начал пробираться сквозь шёлк пижамы.
Она посмотрела на дверь напротив. Сороковая квартира,та самая где живёт Семён.
Сердце пустилось вскачь, ей было безумно неловко - появиться перед ним в таком виде, ночью, с просьбой о помощи, но перспектива провести шесть часов на лестничной клетке пугала больше.
Она поднялась и, дрожа всем телом - то ли от холода, то ли от волнения - тихонько постучала несколько раз и этот звук казался оглушительным.
Дверь открылась почти сразу. Семён, видимо, тоже не спал - он был в домашних штанах и в свободной футболке черного цвета, с книгой в руке. Увидев Аврору, он замер, его взгляд медленно скользнул по её лицу, по тонким лямкам майки, по голым ногам и остановился на пакете с едой.
- Рори? - в его голосе смешались тревога и странное, густое напряжение. - Что случилось?
- Семён... я... - она всхлипнула, сама не ожидая от себя такой реакции. - Я вышла за доставкой и дверь захлопнулась, а ключи внутри. Мастер будет только утром, я не знаю, что мне делать...
Помощница сейчас выглядела такой маленькой, хрупкой и беззащитной в этом ночном полумраке, что Семён, не говоря ни слова, отложил книгу и шагнул вперед. Он взял её за локоть и осторожно втянул внутрь своей квартиры.
- Тш-ш, успокойся. Заходи, - он закрыл дверь, отсекая холод подъезда. - Ты вся ледяная.
В квартире Семёна пахло книжной пылью, кофе и его ароматом, который уже невозможно было вытравить из головы девушки. Аврора стояла в прихожей, отчаянно пытаясь одернуть короткие шорты, чувствуя, как его взгляд буквально обжигает её кожу.
- Переночуешь у меня, - твердо сказал он, забирая у неё пакет с едой. - У меня есть свободная комната, правда, там только матрас на полу, но это лучше, чем бетон в подъезде.
- Мне так неудобно, Семён... - пролепетала она, кутаясь в кардиган. - Я не хотела тебя обременять.
- Перестань, - он подошел ближе, и она почувствовала его тепло. - Ты не обременение, ты - гостья. Иди на кухню, ешь свой суп, пока он не остыл, а я сейчас принесу тебе что-нибудь потеплее.
Через минуту он вернулся, протягивая ей огромную черную толстовку.
- Надень. Мои штаны тебе будут велики, а это хоть немного согреет.
Аврора натянула толстовку прямо поверх пижамы. Она пахла Семёном - густо, пряно, надежно, вещь доходила ей почти до колен, скрывая шорты, и Рори наконец-то смогла выдохнуть.
Они сидели на его кухне в два часа ночи. Семён заварил чай, а она ела свой том ям, чувствуя, как жизнь возвращается в тело. Они разговаривали - тихо, боясь спугнуть тишину ночи. Семён рассказывал какие-то нелепые истории со съемок, заставляя её улыбаться сквозь сонливость. Вертинская ловила себя на мысли, что эта нелепая ситуация стала самым лучшим моментом за всю неделю.
- Спасибо тебе, Сёма, - тихо сказала она, глядя в его глаза, которые в свете кухонной лампы казались золотистыми. - Не знаю, что бы я делала без тебя.
Мужчина накрыл её ладонь своей, его пальцы были сухими и горячими.
- Наверное, это судьба, Вертинская. Твоя старая дверь просто знала, что нам нужно еще немного времени вместе.
Когда пришло время ложиться, он проводил её до комнаты.
- Если что-то понадобится - я в соседней. Дверь не закрывай, если боишься темноты, - он улыбнулся, и эта улыбка была такой искренней, что у Рори защемило в груди.
Она легла на матрас, укрывшись его пледом, и еще долго слушала его размеренные шаги в соседней комнате. Ей не было страшно, впервые за долгое время она чувствовала, что находится именно там, где должна быть.