-Солнечный шум.
За порогом сороковой квартиры воздух казался разреженным.
Вертинская захлопнула свою дверь, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в районе горла - глухо, неритмично, совершенно не по-биологически. Она всё еще чувствовала на своем подбородке тепло его пальцев и видела ту самую вымученную улыбку, которая была честнее любых его «мистических» откровений в кадре.
- Соберись, Рори, - прошептала она, отлепляясь от двери. - Это просто прогулка, просто Дэн, по которому ты соскучилась.
*По ту сторону стены.*
В это же самое время Семён не шелохнулся. Он продолжал стоять в прихожей, глядя на закрытую дверь, за которой только что исчезла кудрявая. В его мире тишина всегда была инструментом, силой, но сейчас она стала врагом. Она была слишком громкой, слишком пустой.
Мужчина медленно вернулся на кухню. Солнце всё так же заливало стол, но теперь этот свет казался ему искусственным, слепящим. Семён опустился на тот самый стул, где сидела она, на деревянной поверхности осталась едва заметная влажная отметина от её кружки. Он коснулся её кончиками пальцев.
Внутри него ворочалось что-то тяжелое, темное и совершенно непривычное. Ревность? Слишком простое слово. Это было чувство обостренной потери, тот знал, что Дэн - её прошлое, её безопасность, её «нормальность». И именно эта нормальность сейчас выигрывала у него, у человека, который мог предложить ей только бессонные ночи, кошмары и странную, ломаную близость.
Лесков взял её недопитую кружку, в котором кофе уже остыл. Семён смотрел на сахарную крошку, оставшуюся на столе, и чувствовал, как внутри него растет глухое раздражение на самого себя. За то, что отпустил и за то, что не нашел слов, чтобы перевесить этот звонок. Он привык контролировать реальность, но Аврора не была реальностью - она была стихией, и сейчас эта стихия уходила смеяться над чужими шутками в лучах весеннего солнца.
Аврора в своей квартире металась между шкафом и зеркалом. Она скинула помятую рубашку, ту самую, в которой проснулась у него, и на мгновение замерла, глядя на свои плечи. Ей казалось, что его взгляд всё еще физически ощущается на её коже.
Девушка выбрала легкий весенний лонгслив песочного цвета и широкие джинсы. Максимально нейтрально. Максимально «для прогулки с другом», но когда она начала наносить макияж, руки дрожали. Консилер плохо скрывал следы бессонной ночи, а щеки горели таким неестественным румянцем, что никакая пудра не помогала.
- Ты ведешь себя как дура, - бросила она своему отражению. - Тебе двадцать четыре, ты биолог, ты не можешь зависеть от соседа-экстрасенса настолько сильно.
Но стоило ей бросить взгляд на лилии, стоящие в вазе, как перед глазами всплыло его лицо в полумраке кухни. Его фраза: «Заходи завтра на ужин, если Дэн тебя вернет». В этом «если» было столько скрытой мольбы и боли, что у Авроры защемило в груди. Она понимала, что обидела его своей поспешностью, своим «хорошо, через час». Та выбрала легкий путь, сбежав от того напряжения, которое искрило между ними за завтраком.
Выйдя из подъезда, Аврора вдохнула полной грудью. Чистые пруды шумели: крики детей, лай собак, звон трамваев. Москва жила своей обычной, суетливой жизнью. Но для Вертинской этот шум казался фоновым.
Дэн уже ждал её у фонтана, лучший друг выглядел как всегда идеально: стильные очки, стаканчик латте в руке, широкая улыбка.
- Рори! Наконец-то! Ты выглядишь... - он осекся, внимательно вглядываясь в её лицо, когда она подошла ближе. - Ты выглядишь так, будто тебя только что ударило током, но в хорошем смысле.
- Просто не выспалась, Дэн, - она попыталась улыбнуться, но уголки губ предательски дрогнули.
Они пошли вдоль пруда, Дэн что-то увлеченно рассказывал, размахивал руками, смеялся над своими же шутками. Аврора кивала, вставляла какие-то реплики, но её мозг работал автономно. Одна её часть была здесь, на солнце, а другая - всё еще там, в сороковой квартире.
Она представляла, как Семён сейчас убирает со стола их общую посуду, как он заваривает себе новый кофе, уак он садится в кресло со своей книгой, но не может прочесть ни строчки, потому что тишина в квартире стала колючей.
- Эй, прием? Земля вызывает Аврору! - Дэн щелкнул пальцами перед её носом. - Ты меня вообще слышишь? Я говорю, что мы могли бы зайти в тот новый итальянский ресторанчик...
- Прости, Дэн... - она остановилась, глядя на блики на воде. - Я просто... я, кажется, оставила включенным утюг. Или что-то в этом роде, в голове такой кавардак.
Дэн замолчал, его веселое лицо вдруг стало серьезным. Парень поправил очки и внимательно посмотрел на подругу.
- Утюг, значит? Рори, ты не пользуешься утюгом, у тебя всё «само расправляется». Скажи честно: ты хочешь вернуться, да? К нему?
Кареглазая почувствовала, как горло перехватило. Ей было стыдно перед Дэном, стыдно за свою слабость, но ложь больше не лезла наружу.
- Я просто чувствую, что я не здесь, Дэн. Мне ужасно жаль, я соскучилась, честно, но...
- Иди, - Дэн мягко улыбнулся, хотя в его глазах проскользнула тень разочарования. - Иди, пока окончательно не превратилась в соляной столп. Только пообещай, что если он тебя обидит, я первый узнаю об этом и приду с монтировкой.
Аврора порывисто обняла друга, чмокнула его в щеку и, не оборачиваясь, почти бегом направилась обратно к дому.
Она влетела в подъезд, игнорируя лифт, и взбежала на свой этаж. Остановилась перед дверью номер сорок, тяжело дыша. Сердце колотилось в ритме «я здесь, я вернулась». Она не знала, что скажет, как и не знала, примет ли он её обратно в этот солнечный выходной.
Она постучала негромко, но уверенно.
Дверь открылась не сразу, когда Семён показался на пороге, он был без футболки, в одних домашних штанах, с полотенцем на шее - видимо, пытался смыть свое состояние под холодным душем. Его глаза расширились, когда он увидел взъерошенную, запыхавшуюся Аврору.
- Забыла что-то? - спросил он, и его голос был сухим, надломленным.
- Да, - выдохнула Аврора, делая шаг в его пространство, не дожидаясь приглашения. - Забыла сказать, что мне плевать на итальянские рестораны и прогулки, и что я не хочу быть нигде, кроме как здесь.
Семён замер. Полотенце соскользнуло с его плеча на пол, в следующую секунду он просто протянул руку, схватил её за затылок и притянул к себе, утыкаясь лицом в её волосы.
- Я думал, ты не вернешься до вечера, - прошептал он, и она почувствовала, как его руки дрожат от облегчения.
(Я очень извиняюсь за то, что так мало выкладываю продолжение. Просто помимо этого у меня есть личная жизнь, друзья, клуб романтики, учеба, практика и все остальное, поэтому стараюсь хоть какое либо время оставить для истории.)