Снежная королева

 А что же Эмма? Не могла же она не заметить, что Джек пропал? Конечно, она заметила это. Эмма спрашивала у других парней, у соседей, просто у прохожих на улице, но никто не знал, куда ушел Джек и когда вернется. Некоторые даже говорили, что было бы хорошо, если бы он не вернулся.

 Последней, кто видел Джека, оказалась группа мальчишек, что в тот день катались с горки. Они сказали, что Джек говорил с богатой Леди, а после сел в её сани и уехал.

 Эмма долго горевала. Все вокруг были уверены, что Джек никогда больше не вернется в город. Поговаривали даже, что та Леди убила Джека - скинула его в реку, когда он ей надоел. Удивительно, но вскоре город поверил в эти россказни и успокоился. Больше ни у кого не было мыслей искать Джека.

 Только Эмма не оставляла надежду и ждала. Всю зиму ждала, когда Джек переступит порог её дома, улыбнется и скажет, что скучал. Расскажет о своих приключениях, о местах, где побывал за это время, о людях, которых повстречал. Но время шло, а Джек так и не пришел к ней.

 За ожиданием прошла зима, и её сменила весна. Эмма решила узнать правду, и в один из особо теплых весенних дней, надев свои новенькие красные башмачки, отправилась в дорогу.

— Правда, что ты взяла моего названого братца? — спросила Эмма у реки. — Я подарю тебе свои красные башмачки, если ты вернешь мне его!

 И девочке почудилось, что волны как-то странно кивают ей. Тогда она сняла свои красные башмачки — самое драгоценное, что у нее было, — и бросила в реку. Но они упали у самого берега, и волны сейчас же вынесли их обратно — река словно бы не хотела брать у девочки ее драгоценность, так как не могла вернуть ей Джека.

 Эмма же подумала, что бросила башмачки недостаточно далеко, поэтому, заприметив недалеко лодку, залезла в неё и снова бросила их в воду. На этот раз река приняла дар девочки. Эмма замерла в ожидании, но ничего не происходило, тогда она решила сойти на берег и продолжить путь. Стоило девочке сделать шаг, и лодка тут же пришла в движение, неся свою пассажирку в ей одной известном направлении.

 Эмма испугалась, она стала кричать и звать на помощь, только не было сегодня никого у реки и некому было помочь ей. Единственными, кто слышал её, были птицы да рыбы, но они не могли остановить лодку, поэтому тихо следовали за ней, будто говоря Эмме:

— Не волнуйся! Всё будет хорошо!

 А лодку тем временем уносило всё дальше и дальше, знакомые места сменились незнакомыми, а день сменился ночью. Эмма уже не кричала, а смирно сидела и любовалась пейзажами, пока это было возможно. Проплывая очередную деревеньку, девочка подумала: «Может быть, река несет меня к Джеку?» С этого момента плыть в лодке стало чуточку веселее, ведь Эмму грела одна только мысль, что скоро она увидит брата.

 Но вот движение замедлилось, а после – совсем прекратилось. Девочка выглянула из лодки, чтобы посмотреть, куда же всё-таки она приплыла. Перед ней был большой вишневый сад, в котором ютился домик под соломенной крышей, с красными и синими стеклами в окошках. У дверей стояли два деревянных солдата и отдавали честь всем, кто проходил мимо.

 Эмма спустилась на берег и пошла к солдатам, она приняла их за живых и хотела спросить, где они находятся. Когда девочка приблизилась, куклы отдали честь и ей, а Эмма расстроилась, ведь ей так хотелось поговорить с людьми.

 Однако она грустила не долго. Словно почувствовав присутствие гостьи, из домика вышла молодая женщина. Эмма застыла, пораженная красотой хозяйки сада: черные локоны женщины вились, переливаясь в свете фонарей, а глаза светились сами, даря утешение взволнованной девочке. Да и сама дама излучала радушие и участие.

— Ах ты, бедный мой цветочек! — сказала женщина, поправляя свои волосы, в которых была закреплена красивая золотая заколка с рубинами в виде роз. На заколку попал луч света, и она засверкала, затмевая звезды на небе — И как это ты попала на такую большую быструю реку да забралась так далеко?

 Эмма была рада-радешенька, что встретила наконец кого-то, хоть и побаивалась незнакомки.

— Ну, пойдем, да расскажи мне, кто ты и как сюда попала, — сказала хозяйка сада.

 Эмма стала рассказывать ей обо всем, а женщина лишь покачивала головой и повторяла: "Гм! Гм!" Когда девочка кончила, она спросила женщину, не видала ли она Джека. Та ответила, что он еще не проходил тут, но, верно, пройдет, так что горевать пока не о чем, пусть Эмма лучше отведает вишен да полюбуется цветами, что растут в саду: они красивее, чем в любой книжке с картинками, и все умеют рассказывать сказки.

 Цветы действительно были красивыми и рассказывали сказки. Все, кроме одного. Тот цветок рос в самом сердце сада, куда обычно не заходят случайные посетители.

— Жемчужина моей коллекции - Солнечный цветок!

 И правда, цветок был словно маленькое солнышко – он сиял, озаряя все вокруг приятным глазу светом.

— Какой удивительный цветок! — сказала Эмма и потянулась, чтобы погладить лепестки.

 Но её рука была тут же перехвачена и мягко отведена в сторону.

— Не стоит трогать его, девочка моя. Ему это не понравиться.

— А он живой?

— Конечно живой! И живым будет всё, до чего доходят его лучи! Да, даже если его сорвать, он продолжит жить и дарить жизнь, — хвасталась женщина своим растением.

 Тут она взяла Эмму за руку, увела к себе в домик и заперла дверь на ключ.

 Окна были высоко от пола и все из разноцветных — красных, синих и желтых — стеклышек; от этого и сама комната была освещена каким-то удивительным радужным светом. На столе стояла корзинка с чудесными вишнями, и Эмма могла есть их сколько угодно. А пока она ела, женщина расчесывала ей волосы золотым гребешком. Волосы сияли словно шелк и шоколадным водопадом окружали милое, приветливое, круглое, словно роза, личико девочки.

— Давно мне хотелось иметь такую миленькую девочку! — сказала женщина. — Вот увидишь, как ладно мы с тобой заживем!

 И она продолжала расчесывать волосы девочки, и чем дольше чесала, тем больше забывала Эмма своего названого братца Джека — женщина умела колдовать. Только она была не злою колдуньей и колдовала лишь изредка, для своего удовольствия; теперь же ей очень захотелось оставить у себя Эмму. И вот она пошла в сад, дотронулась гребнем до всех розовых кустов, и те как стояли в полном цвету, так все и ушли глубоко-глубоко в землю, и следа от них не осталось. Хозяйка сада боялась, что Эмма при виде этих роз вспомнит о своих, а там и о Джеке да и убежит от нее.

 Потом она отвела Эмму в цветник. Ах, какой аромат тут был, какая красота: самые разные цветы, и на каждое время года! Во всем свете не нашлось бы книжки с картинками пестрее, красивее этого цветника. Эмма прыгала от радости и играла среди цветов, пока солнце не село за высокими вишневыми деревьями. Тогда она пошла глубже в сад, села около Солнечного цветка, что так манил её, и слушала рассказы Астры, что росла рядом. Когда же стало совсем поздно, девочку уложили в чудесную постель с красными шелковыми перинками, набитыми голубыми фиалками. Эмма заснула, и ей снились сны, какие видит разве королева в день своей свадьбы.

 На другой день Эмме опять позволили играть в чудесном цветнике. Так прошло много дней. Эмма знала теперь каждый цветок в саду, но как ни много их было, ей все же казалось, что какого-то недостает, только какого? И вот раз она сидела и рассматривала золотую заколку радушной хозяйки, украшенную цветами, и самым красивым из них была роза — женщина забыла ее стереть, когда спровадила живые розы под землю. Вот что значит рассеянность!

— Как! Тут нет роз? — сказала Эмма и сейчас же побежала в сад, искала их, искала, да так и не нашла.

 Тогда девочка опустилась на землю и заплакала. Теплые слезы падали как раз на то место, где стоял прежде один из розовых кустов, и как только они увлажнили землю, куст мгновенно вырос из нее, такой же цветущий, как прежде.

 Обвила его ручонками Эмма, принялась целовать розы и вспомнила о тех чудных розах, что цвели у нее дома, а вместе с тем и о Джеке.

— Как же я замешкалась! — сказала девочка. — Мне ведь надо искать Джека!.. Вы не знаете, где он? — спросила она у роз. — Правда ли, что он умер и не вернется больше?

— Он не умер! — отвечали розы. — Мы ведь были под землей, где лежат все умершие, но Джека меж ними не было.

— Спасибо вам! — сказала Эмма и пошла к другим цветам, заглядывала в их чашечки и спрашивала: — Вы не знаете, где Джек?

 Но каждый цветок грелся на солнышке и думал только о своей собственной сказке или истории. Много их наслушалась Эмма, но ни один не сказал ни слова о Джеке.

 Тогда Эмма пошла к самому молчаливому цветку в саду:

— Ты, маленькое ясное солнышко! — сказала ему Эмма. — Скажи, не знаешь ли ты, где мне искать моего названого братца?

 Солнечный цветок вспыхнул ярко-ярко, но так ничего и не сказал, только потянул свои лепестки в сторону девочки. Эмма поняла, что он хочет, чтобы она забрала его с собой.

— Хорошо, чтобы ни случилось с Джеком, ты – цветок, что дарует жизнь. Ты сможешь мне помочь! — воскликнула девочка и аккуратно сорвала растение, а потом также аккуратно положила в карман, — Нечего теперь и расспрашивать остальные цветы — толку от них не добьешься, они знай, твердят свое!

 И она побежала в конец сада. Дверь была заперта, но Эмма так долго шатала ржавый засов, что он поддался, дверь отворилась, и девочка так, босоножкой, и пустилась бежать по дороге. Раза три оглядывалась она назад, но никто не гнался за нею.

 Наконец она устала, присела на камень и осмотрелась: лето уже прошло, на дворе стояла поздняя осень. Только в чудесном саду женщины, где вечно сияло солнышко и цвели цветы всех времен года, этого не было заметно.

— Господи! Как же я замешкалась! Ведь уж осень на дворе! Тут не до отдыха! — сказала Эмма и опять пустилась в путь.

 Ах, как ныли ее бедные усталые ножки! Как холодно, сыро было вокруг! Длинные листья на ивах совсем пожелтели, туман оседал на них крупными каплями и стекал на землю; листья так и сыпались. Один только терновник стоял весь покрытый вяжущими, терпкими ягодами. Каким серым, унылым казался весь мир!

Эмма бежала и бежала, больше не оглядываясь, а потому не заметила, как вышла к воротам старушка:

— Вот так всегда, заботишься о них, заботишься, а они уходят и даже не прощаются. Ещё и цветы воруют! Эх, глупышка, околдовал тебя цветок, как и меня когда-то, и не успела я тебе рассказать о его коварстве. Ну-ну, сама поймет. Один цветок, один шанс, одна жизнь. Только одна.