Хозяин моей свободы [VLAD KUERTOV]

Чувство, когда тебе с утра объявляют, что сегодня день «покупай всё, что хочешь», — сродни удару тока. Или очень щедрому подкупу. Особенно если говорит это Влад. Особенно если при этом хмурит бровь, как будто за этим скрыто нечто большее, чем просто платье и каблуки.

Короче, я знала — он что-то замышляет. И, судя по выражениям лиц девочек, они в курсе.

— Так, Соня, — Каролина ловит мою руку, как только мы оказываемся внутри бутика, в котором, кажется, продаются не вещи, а воплощённые мечты. — Ты расслабляешься и доверяешь нам.
— Слова, после которых обычно всё идёт не по плану, — фыркаю. — Особенно в романах, где героиня в итоге оказывается в латексе и с фатой.

— Ну-у-у... — Аня делает невинное лицо. — Латекс — не наш формат. А вот фата... — и подмигивает.

Я останавливаюсь.

— Вы что-то знаете.

— Мы знаем всё, — парирует Кая и уже толкает меня в сторону зеркала. — А теперь вон туда, в примерочную. У нас миссия.

— Какая ещё миссия?

— Сделать тебя божественной, — вклинивается Кира, уже копаясь в рейле с платьями. — Как будто ты и так не богиня, но... сегодня надо максимум.

— Девочки. Вы пугаете меня.

— Зато как красиво пугаем, — Каролина подмигивает. — Примеряй вот это.

Я принимаю платье и тащу его в примерочную. Чёрное. Бархатное. Плотно обтягивает фигуру. Спина — полностью открыта. Глубокий вырез. В нём не то чтобы дышать — думать сложно.

— Ну ты как там? — раздаётся голос Ани.

— Как будто сейчас выйду и увижу Кутузова. Или Влада с кольцом.

— Ничего не знаю про кольцо, — бормочет Кира.

Выбираем ещё платья. Я меняю одно за другим. Всё сидит так, будто сшито под меня. И всё слишком... торжественно.

Через полтора часа у нас уже есть финалист — то самое чёрное. К нему — серебристые тонкие лодочки от Jimmy Choo, сумка с металлическим блеском и какие-то космические серёжки, которые Каролина буквально вырывает у консультанта из рук.

— Это то, что надо, — говорит она с выражением лица профессионального стилиста на премии «Оскар».

— Вы уверены, что я не иду на вручение Нобелевки?

— В твоём случае — за выносливость, — ухмыляется Аня. — С Владом жить — это подвиг.

Я смеюсь, но внутри — всё больше чувство, что я правда к чему-то готовлюсь.
Причём не я одна.
Они все что-то знают.
Даже консультант из бутика смотрит на меня, как на невесту, которую ещё не предупредили, что сегодня её свадьба.

— Ладно, — говорю, складываясь на кресло в примерочной. — Признавайтесь.

— В чем? — тянет Кая.

— Он что-то придумал?

— А вот это — не твоего ума дело, — Каролина улыбается как лиса. — Твоя задача — быть офигенной. И быть дома к семи. Влад будет не просто ждать. Он будет гореть.

Я поднимаю бровь.
— Слово «гореть» звучит тревожно.

— А ты не переживай. Ты в этом платье — пожар.

Мы смеёмся, и, честно, это лучший шопинг в моей жизни. В этих девочках нет фальши. Они как банда подружек невесты, только никто не говорит напрямую, что сегодня мне предстоит выйти замуж.

А может, и не выйду.
Может, это просто вечер. Просто Влад, у которого слишком много денег и вкуса.
И всё-таки... я не могу не думать о его вчерашних словах. О фамилии. О взгляде.

И о том, как сильно всё внутри меня дрожит.
Не от страха. От... предвкушения?

***

Никогда не думала, что скажу это, но у меня впервые в жизни настоящая женская сборка. Знаешь, вот та самая, с которой начинаются фильмы: утро, музыка, девочки с бокалами, куча косметики, смех, полуголые торсы визажистов (ладно, это я уже фантазирую). Но в целом — да, как будто я главная героиня, а они — мои феи-крёстные с хайлайтерами вместо волшебных палочек.

— Так, не двигайся, — Каролина держит в руке кисточку как скальпель. — Ещё раз дёрнешься — будешь с бровями от Angry Birds.

— Мне кажется, я уже и так как Angry Birds. Просто потому что никто ничего не говорит, а я сижу как марионетка.

— Ну, ты знаешь, Влад строг, — Аня делает невинное лицо. — Он запретил всё рассказывать.

— Да я вас умоляю. Влад может быть строг только с киллерами. С вами он, скорее всего, поделился всем до запятой.

— Не всем, — шепчет Кира, но Каролина её быстро пинает коленом.

Я поднимаю бровь.

— Так. Что это было?

— Ничего, — хором отвечают три лица в стиле «Мы тут ни при чём, мы просто принесли шампанское».

Шампанское, кстати, они действительно принесли. И не одно. Я уже отпила три глотка и чувствую, как в голове начинает включаться режим тревожной невесты, только я как бы и не невеста. Официально.

Хотя, если судить по происходящему — я сегодня или выхожу замуж, или попадаю в фильм «Красотка», только без Ричарда Гира. Хотя стоп... у меня же есть Влад. Серьёзно. Богат, опасен, красив и... куда-то исчез с утра.

— А Влад где? — спрашиваю между делом, пока Каролина шпильками колдует надо мной.

— Говорил, что вернётся к вечеру, — Кира делает глоток и протягивает мне бокал. — Он... типа, очень занят.

— Он всегда занят, когда что-то планирует, — бормочу. — Особенно, если это что-то грандиозное и невозможное.

— И романтичное, — добавляет Аня.

— Что?

— Ничего!

Я сужаю глаза.

— Вы меня пугаете.

— Ты сама себя пугаешь, — отмахивается Каролина. — Ты выглядишь как богиня, платье — огонь, волосы — арт-объект. Макияж... я не хочу хвастаться, но в Дубае за это платят по пятьсот баксов.

— Я уже чувствую, как на мне вырос ценник.

И правда. Я смотрю в зеркало и почти не узнаю себя. У меня волосы, как будто я сошла с подиума в Париже. Макияж — идеальный баланс между «фатальная женщина» и «невеста, но не классическая». Платье висит рядом, и даже оно как будто шепчет: «ты не готова к тому, что будет вечером».

Я правда не готова.

Внутри всё начинает зудеть. Это как в детстве перед выступлением: знаешь, что выходишь на сцену — а сердце где-то в пятках.

— Он же не... — начинаю.

— Что?

— Не собирается устроить мне сюрприз на всю страну?

— Нет, — хором отвечают все. И слишком быстро.

— Ага, конечно.

Я хватаю бокал. Шампанское — мой новый психолог.

— Ладно, девочки. Если вдруг меня сегодня похитят, вы, пожалуйста, отомстите.

— Мы сначала попросим Влада вернуть платье, — фыркает Кира. — Оно нереальное.

— А потом отомстим, — добавляет Каролина.

Мы смеёмся, но где-то под этим смехом лежит очень настоящая дрожь. Я боюсь. Я правда боюсь. Потому что я впервые в жизни так выгляжу, так чувствую и так сильно не знаю, что будет дальше.

И я уверена — к семи всё начнётся.

А я к этому совсем не готова.