Хозяин моей свободы [VLAD KUERTOV]

Я всю дорогу не говорила ни слова.

Не потому что была зла. Или обижена. Нет.

Я просто впервые за много месяцев... нервничала.
По-настоящему.
Как девочка перед первой встречей с родителями парня.
Хотя, по сути, это и было что-то в этом духе — только куда страшнее.
Потому что Влад вёл меня к своей настоящей семье.
К тем, кто знал его до крови, до власти, до боли.
К тем, кто видел, как он становится тем, кем он стал.
И если им не понравлюсь я — возможно, меня больше не будет в его жизни.
А может, и вовсе.

— Ты такая тихая, — произнёс Влад, не отрывая взгляда от дороги. — Всё хорошо?

— Просто думаю.

— О чём?

— А если я им не понравлюсь?

Он фыркнул и бросил в мою сторону взгляд — ленивый, насмешливый, но в нём, как всегда, был металл.

— Соня. Они мои люди. А ты — тоже моя. Ты им уже нравишься.

— Влад...

— Если хоть кто-то косо посмотрит на тебя — дом опустеет к полуночи. Обещаю.

Я рассмеялась. Не потому что было смешно. А потому что он сказал это так буднично — как будто речь шла о доставке еды или отмене планов.

Дом был большим. Но не таким, как у Влада.
Не стерильно-роскошным.
А... живым.

Он светился изнутри. Не только от гирлянд, которые висели в каждом окне, по перилам, на деревьях и даже на заборе.
А от смеха. От запахов — ваниль, хвоя, жаркое, шоколад.
От шума шагов, голосов, музыки из глубины дома.

Когда мы вышли из машины, мне на секунду показалось, что я попала в кино.

Открылась дверь.

— Влад! — первым вылетел парень с очень доброй улыбкой и светлыми, как пшеница, волосами.
— Ты прикинь, он приехал! — крикнул он куда-то вглубь дома.
А потом повернулся ко мне и тепло, искренне улыбнулся. — Привет! Ты, наверное, Соня. Я — Илья.

Я едва успела кивнуть, как рядом появилась она.

— Соня?! — звонкий, хрипловатый голос. Каре, идеально уложенные тёмные волосы. Чёрное платье. Яркая помада.
И такая дикая, настоящая энергия, что мне захотелось спрятаться под пальто.
— Боже, да ты красавица! — Каролина без предупреждения обняла меня. — Добро пожаловать в наш цирк!

— Они будут тебя любить, — тихо прошептал Влад мне на ухо. — Но не так, как я.

И повёл меня внутрь.

— Смотри, кого принесло! — на ходу вынырнул парень в чёрной рубашке.
— Принц мрачности собственной персоной. И не один! — Он подмигнул мне.
— Саша Ермолаев, — представился он, взъерошивая волосы. — Не волнуйся, у нас тут не едят людей. Если только они не приносят с собой оливье без майонеза.

— И я — Кира, — рядом с ним появилась тоненькая, как стрела, девушка с самыми длинными русыми волосами, какие я когда-либо видела.
Она не обнимала. Просто взяла меня за руку и сжала пальцы.
— Привет. Всё будет хорошо.

Я кивнула. Горло сдавило.
Они были... настоящими.
Тепло, до невозможности.

Парень с бородой и неаккуратной шевелюрой поднял бокал:
— Лёша Деревяшкин. Главный по шуткам, алкогольному этикету и ловле тараканов в доме Яцкевичей.

— Не слушай его, — прокомментировала с барной стойки девушка с идеальной укладкой и почти белыми волосами. — Я Аня. Если что — защищу. Я умею бить с размаху.

Я рассмеялась.

— Они правда все такие? — шепнула я Владу.

— Ты ещё Парадеевых не видела, — хмыкнул он.

И точно — в следующее мгновение в гостиную вбежал кудрявый парень, весело картавя:

— Влад!

С ним шла девушка с распущенными русыми волосами, в блестящем топе и в хорошем смысле бешеной энергией. Она махнула мне рукой, как будто мы давно знакомы.

— Кая. Я теперь твоя подруга. Не сопротивляйся — бесполезно!

Последним подошёл тот, кто не говорил ничего.

Высокий. Накаченный. Лицо — как у вышибалы, а глаза — как у святого.

— Данила, — просто сказал он и кивнул.
Но в этом кивке было столько спокойной силы, что я поняла — этот человек разнесёт мир, если Влад попросит.
И заодно подаст тебе чай и укроет пледом.

— Ну что, мафия в сборе? — раздался голос Каролины. — Все за стол! У нас гости! А значит — повод не просто нажраться, а нажраться красиво!

Я оглянулась.

И впервые поняла: Влад не просто привёл меня в этот дом.
Он открыл мне дверь в свой настоящий мир.
Где можно смеяться. Где можно быть собой.
Где можно — жить.

Я села за большой деревянный стол и с удивлением заметила, что никакой пафосной скованности, какого я боялась, здесь нет.
Только живой смех, искренние взгляды и тепло. Настоящее, настоящее тепло.

— Соня, ты где? — раздался голос Ильи, и он, не дожидаясь ответа, подал мне бокал с вином. — Это для тебя.

— Спасибо, — я улыбнулась, взяла бокал и сделала маленький глоток.

— Ну что, — Илья повернулся к остальным, — знакомство официально объявляю открытым. С вас теперь истории про Владислава. Чтобы знать, с кем имеем дело.

Все засмеялись. Я почувствовала себя в центре тепла, хотя сердце ещё колотилось чуть быстрее обычного.

В комнате зазвучала музыка — легкая и ненавязчивая. Я смотрела на этих людей, и в душе становилось теплее. Каждый из них был частью большой, сложной, но крепкой семьи.
И я — теперь тоже часть этого мира.

— Давайте поднимем бокалы, — сказал Влад, голос стал серьёзнее. — За то, чтобы мы были вместе. Чтобы никто и никогда не разрушил того, что мы построили.

Все подняли бокалы, и я подумала: «Да, это и есть настоящее чудо — семья, которую выбираешь сам».

Все сидели за длинным деревянным столом, накрытым так, будто мы празднуем не Новый год, а, прости Господи, победу в Третьей мировой. Вино, шампанское, мясо, рыба, какие-то сложносочинённые закуски с названиями, которые я даже не пыталась запомнить. С одной стороны — гламур, с другой — явный перебор.

Я сидела рядом с Владом. Он наливал мне шампанское и держал руку на спинке моего стула. Очень спокойно. Но я-то знала, что он всё видит. И слышит. А главное — чувствует, что я чувствую.

А я чувствовала себя, как загонная дичь, которую только что представили стае хищников. Не потому что они злые — нет. Они просто свои. А я пока что — вопрос без ответа.

— Соня, да? — первой заговорила Каролина. — Красивое имя. А ты всегда такая тихая?

Я усмехнулась.
— Обычно — нет. Просто жду, когда пойму, кого можно перебивать, а кого ещё рано.

Все засмеялись. Влад сдержанно улыбнулся.

— Вот это мне нравится, — одобрил Саша Ермолаев. — Девушка с мозгами. Редкость в наше время.

— И с юмором, — добавила Кира. — Ты давно с Владом?

Укол. Мягкий, но укол. Я сделала глоток шампанского.
— Ну... Достаточно, чтобы начать спать спокойно. Впервые за долгое время.

Тишина на пару секунд. Кто-то кашлянул. А потом Лёша влез с типичным:

— А ты знаешь, что раньше Влад вообще женщин на эти сборища не звал? Никогда. Мы даже думали, что у него монахом кто-то в роду был.

— А потом, видимо, случилась я, — сказала я, склонив голову. — И вы все теперь в шоке.

— В приятном, — тут же вставила Аня, прищурившись. — Просто не ожидали. Он же всегда такой... холодный.

— Спасибо, что подчеркнули, — усмехнулся Влад. — А я-то думал, вы меня любите.

— Мы любим тебя, Влад, но мы ещё не уверены насчёт неё, — неожиданно прямолинейно заявил Данила. — У нас свои причины быть осторожными.

Я повернулась к нему и чуть наклонила голову.

— Всё честно, — сказала я. — Я бы тоже себя не доверяла. Особенно в этом платье и с бокалом в руке.

Опять смех. Но он уже был другой. Не натянутый — живой. Как будто проверку я частично прошла.

— Так, — Каролина подняла бокал. — За то, что у нас тут наконец появилась женщина, которая может нас всех переехать словом. Соня, ты нам нравишься. А если кто-то не согласен — пусть сам готовит на утро похмельный борщ.

— Ужас какой, — фыркнула Кая. — А мне казалось, мы интеллигентные. А тут — борщ, похмелье, резкие тосты...

— Ну мы же не в монастыре, — буркнул Саша Парадеев, закатив глаза. — Кстати, Соня, ты откуда сама?

Я моргнула. Этот вопрос был ожидаемым. Но, чёрт побери, я всё равно не приготовилась.

— Из Новосибирска, — пожала плечами. — Из самого нормального спального района, где за стенкой живёт семья с восьмью детьми и одна вечно орущая собака.

— Ну и как ты оказалась... тут? — продолжал Саша.

Я сделала ещё один глоток. Бокал почти пуст.

— Долгая история, — мягко сказала я. — Но если коротко — как-то так получилось. Не всегда же быть на правильной стороне дороги. Иногда надо свернуть.

Влад коснулся моей руки под столом. Это был не просто жест. Это было «молодец».

— Я люблю её, — вдруг сказал он. Спокойно. Тихо. Но отчётливо.

И всё. Как будто стол накрыло тишиной.

Я выдохнула. И впервые за весь вечер не чувствовала себя на допросе. Они всё поняли. Им не нужно было знать, как именно мы познакомились, через какие адские коридоры прошли. Достаточно было услышать его слова.

Лёша фыркнул.

— Ну всё, теперь точно никто не сомневается. Раз он это сказал при всех — можно снимать ставки.

— Да не ори ты, — бросила Аня. — Дай людям просто быть людьми.

Все засмеялись. Я — тоже. Без страха, без мыслей, что я — чужая. Я не была своей. Но я была его. А значит — уже половина пути пройдена.