Владычица тьмы

Зал совета клана Ночи не сильно отличался от зала совета клана Луны. Это было просторное, скромно украшенное помещение на третьем этаже главного дома с окнами, выходящими на оазис. Посередине стоял овальный лакированный стол на двадцать мест – восемнадцать советников по бокам, во главе владыка клана, напротив – главный советник. Сейчас рядом с местом, отведённым для владыки, стоял ещё один стул, который Авалон галантно отодвинул, чтобы серебряная дева могла присесть.

Аврора не сдержала ехидства:

— Ты сегодня подозрительно учтив.

Авалон склонился к уху несносной жены:

— Радуйся пока можешь.

Мун в ответ махнула ручкой, по-владычески усаживаясь на стул с высокой резной спинкой.

Справа от неё сели Айзек и Юви, напротив них – Даниэль и Теодор, рядом с которыми через пару минут оказались Адриан и Луи.

Авалон откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу, поставил локти на подлокотники, а пальцы сцепил в замок. Он собрался открыть рот и произнести надменное приветствие, вот только вякнуть так и не дали.

В зал ворвался советник. Он спешно подошёл к тёмному господину и протянул ему корону, напомнив, что тот, как владыка, обязан носить её постоянно, а уж тем более надевать на совет. Так как Авалон впервые за время правления собрал совет и вылез в люди – он столкнулся с этой обязаловкой только сейчас.

Тёмный господин хмыкнул:

— Я не надену её.

— Ваше владычество, вы должны. Это традиция, не нарушайте её.

Авалон с секунду смотрел в лицо пожилого магистра, анализируя сложившуюся ситуацию. Если он будет препираться с этим человеком старой закалки и закостенелых нравов, то выставит себя идиотом перед двумя принцами, принцессой, своей пропитанной ядом женой и владыкой клана Луны.

Авалон натянул на губы приторную улыбочку, принимая корону из рук советника. Эта надеваемая на голову игрушка поражала красотой и пугала одновременно. Корона была из чёрного металла, у основания украшена алмазами и в целом походила на скрепленные между собою кинжалы, направленные остриём вверх.

Советник низко поклонился, наблюдая за тем, как его юный владыка послушно распустил волосы, призвав Ло на своё запястье, а после водрузил на голову корону.

Авалон с недоброй ухмылкой обратился ко всем, кто сидел за столом:

— Знаете, почему я не люблю эту шапку? Она имеет уникальное свойство, – Найт коснулся указательным пальцем холодного металла и перенаправил в него духовную силу, – трансформироваться в шестнадцать кинжалов, которыми мой отец сильно ранил меня в битве. — Тёмный господин глянул вслед уходящему советнику, который уже подошёл к двери. — Я не потерплю, чтобы кто-то указывал мне на то, что я должен делать! – рявкнул Авалон.

В тот же миг корона обратилась шестнадцатью повисшими в воздухе кинжалами. Они полетели в спину оторопевшего советника и вонзились в дверь, которую тот не успел открыть, ровно очертив контур людской фигуры.

Авалон с улыбочкой уточнил:

— Достопочтенный советник всё понял?

Старик задрожал:

— Д-да...

Найт брезгливо фыркнул, принявшись заплетать волосы в высокий хвост:

— Свободен.

Сидящие за столом переглянулись. Пусть выходка тёмного господина выглядела пугающей и неадекватной – у всех возникло странное чувство одобрения.

Авалон быстро повязал волосы лентой и обратился к присутствующим:

— Я собрал вас, чтобы обсудить нависшую над моим кланом угрозу. Я знаю, что вас это не особо касается, учитывая, что беда пришла в мои земли, а не в ваши, но это может быть связано с недавним нападением сознательных мертвецов на клан Луны, потому выслушать информацию, которую собираются озвучить молодой господин Скай и молодой господин Сан, стоит всем.

Адриан отодвинул стул, поднимаясь с места, когда Луи остался сидеть; вид у принца был крайне отстранённый, будто в этом мире существовала только его телесная оболочка, а разум давно был не здесь.

— Пожалуй, я обойду стороной вежливые вступительные речи и приступлю к сути. Всё началось с обнаружения проклятого леса, в котором кто-то поселил духа элементаля земли – лешего... – Адриан начал монолог, в котором озвучил лаконичный рассказ о пережитых в солнечных землях событиях. Пусть он вырезал многие подробности, но то, что оставил – напрямую относилось к делу, имело значимость и было достойно чужих ушей. Никто из присутствующих не перебивал, а все вопросы, которые хотели задать, откладывали в памяти.

По мере развития монолога слушатели мрачнели. Под конец светлых лиц ни у кого не осталось: Юви обеспокоенно сжимала под столом руку Айзека, играющего в гляделки с Даниэлем и Теодором; Аврора внимательно впитывала каждое слово Адриана, насилу сдерживая тьму в душе; Луи вообще будто не существовал, а Авалон казался самым незаинтересованным: он лениво подпёр щёку ладонью, будто скучал (но на деле внимательно слушал и чем спокойнее казался, тем больше волновался).

Адриан рассказал не только о том, что произошло в солнечных землях, но и об их с Луи разведывательной операции в тёмных глубинах, во время которой они собственными глазами видели процесс обращения в мертвецов: пойманных магов заключали в рунические круги и начинали обращать ещё при жизни, чтобы закупорить часть духовных сил и привязать душу к телу, даруя сознание. После этого людей убивали и заканчивали обращение с использованием какой-то жидкости.

Аврора спросила, когда Адриан закончил:

— Что за жидкость они использовали? Не было никаких тёмных реликвий, только она?

— Мы не видели реликвий, но точно сказать об их наличии не могу. Не знаю, всегда ли Видор использовал жидкость, потому что мне показалось, что она похожа на кровь; сложно представить у кого найдётся столько крови на такую армию.

Аврора смолкла в попытке вспомнить хоть что-то про кровь. В воспоминаниях её души никакой крови не было.

Авалон лениво протянул:

— Думаю эта кровь выступает вместо тёмной реликвии. Мы тут не так давно столкнулись с Богом Ветров, который отравил Аврору своей кровью. Могу сказать, что она имеет недюжинную магическую силу и способна выступить в роли того же проклятого оружия.

Адриан посмотрел на брата:

— Хочешь сказать, что Видор раздобыл божественную кровь?

Даниэль буркнул себе под нос:

— Боги? Чего? — В отличие от Адриана, Луи и Айзека Даниэль, Теодор и Юви не осведомлены о пережитых приключениях Авроры и Авалона, потому сейчас при слове "бог" впали в ступор.

Авалон ответил Адриану:

— Я просто предположил, что это могла быть за кровь, если это вообще была кровь. Пусть ты видел детали, но не трогал и не нюхал, так что точно знать мы не можем.

Теодор подал голос:

— То есть Анхель Найт и Видор Сан изначально были заодно, создавая мертвецов? И нашего прошлого владыку и серебряную деву убили именно они? А также разрушили клан Луны?

Адриан кивнул.

— У нас есть их личная переписка, имея подозрения можно найти в ней подтверждение. — Он вытащил из поясного мешочка несколько бумаг и положил на стол.

Присутствующие оперативно разобрали письма и погрузились в чтение. Это заняло какое-то время, по прошествии которого Даниэль с усмешкой сказал:

— Как всё завуалированно, так и не скажешь, что переписка ведётся с владыкой Солнца. – Он посмотрел на Адриана. – Почему сейчас Видор решил атаковать клан Ночи, а не закончить с кланом Луны?

Адриан пожал плечами:

— Возможно владыка Солнца добьёт раненого медведя после того, как разберётся с его здоровым соседом по пещере.

— А где сейчас Анхель Найт? — Теодор обратился к Авалону. — Почему бы не спросить обо всём у него?

Тёмный господин ответил со смешком:

— Отец убит, я думал вы заметили это, ведь я сижу на троне. – Он посмотрел на Айзека. – Кстати тебя мы пригласили как раз по этой...

Несколько голосов в унисон перебили:

— Анхель Найт убит?!

Даниэль спросил, вытаращив глаза на Авалона и Аврору:

— Кто его убил?

Авалон отмахнулся:

— Поверьте, это не имеет значения.

— Как не имеет значения?! Это дело особой важности!

Авалон хитро протянул:

— Да ла-адно??? — Он зловеще сверкнул янтарными радужками.

Аврора дёрнула его за рукав и предусмотрительно сообщила на ухо:

— Мы уже смотрели воспоминания твоего отца.

Найт приподнял бровь. И она ему не сказала?! Могла бы хоть намекнуть, пока они шли в эту залу!

Он обернулся и тихо спросил:

— И что?

— О планах Видора на клан Ночи Анхель не знал, мастера в его воспоминаниях мы не увидели.

Авалон мрачно пробормотал:

— Возможно, мой отец не был изначальным зачинщиком бойни, а наш мастер связан не с ним, а с Видором?

— Многовероятно...

Айзек хмурился, пока слушал Аврору и Авалона. Остальные не обратили на их шепотки внимания, потому что зависли на новости о смерти Анхеля Найта. Даниэль во всю обсуждал эту тему с Теодором, не в силах переварить.

Айзек констатировал, прерывая всеобщие размышления:

— Армия Видора велика и судя по скорости они доберутся сюда быстрее, чем за неделю. Стоит послать разведчиков и готовиться к войне здесь.

Аврора переспросила:

— Готовиться здесь?

Авалон с интересом посмотрел на серебряного господина, ожидая пояснений.

Айзек кивнул.

— Долоре́м – неприступная крепость, но по численности находящихся внутри адептов мы проигрываем врагу, так что идти Видору навстречу бессмысленно. Мы дрались с сознательными мертвецами, один из них сойдёт за пятерых заклинателей, посему биться нужно на горе, там, где у нас есть время на передышку, защита и запас снаряжения. Выставим магические ловушки снаружи, составим стратегию и тогда сможем победить даже такого врага.

— Подождите-подождите. — Теодор вскинул раскрытую ладонь. — Почему мы сразу перешли к обсуждению военных действий? Почему бы не попытаться устроить переговоры?

— С кем? — Авалон усмехнулся. — С Видором? Ты же слышал речь Адриана – этот ублюдок обращает в мертвецов всех магов и заклинателей, которых встречает на пути. Очевидно, никакие переговоры тут не помогут – человек явно хочет войны. К тому же мой клан не сможет простить подобное злодеяние – мы покараем его как только увидим. И кого ты видишь в качестве посла? Кого из нас Видор станет слушать?

Теодор махнул рукой в сторону молчаливого солнечного принца.

Адриан и Юви хором ответили:

— Нет.

Юви добавила:

— Только не он.

— Он не пойдёт к нему, — Адриан покачал головой.

Теодор заинтересованно посмотрел сначала на Юви, а после нагнулся к столу и глянул на сидящего поодаль Адриана:

— Почему? Я знаю, что владыка Солнца всегда берёг жизнь собственного сына. Он его не убьёт.

— И поэтому мы можем послать молодого господина Сана в логово врага?

Юви добавила:

— Вы не знаете как строились отношения владыки Солнца и Луи. Видор не убьёт его, возможно, даже выслушает, но не передумает и после разговора не отпустит. Видор для Луи как нож, которым ковыряют рану и вносят заразу. Он поймает моего брата, если тот попадётся ему в лапы, но так как Луи не любит быть пойманным, то станет драться. Если начнётся битва – кто-то из них умрёт, а учитывая масштабы армии Видора и его количество "охраны", я могу предположить кто.

Адриан поддержал:

— Юви права, пусть владыка не убьёт собственного сына, зато генералы независимой армии вполне могут. Их с Луи связывают не самые хорошие воспоминания, некоторые из золотых доспехов могут иметь желание поквитаться с ним.

Теодор нахмурился, анализируя услышанную информацию. Он чуть помолчал, а после изрёк:

— Ладно, я понял, идея с переговорами отпадает. — Тео откинулся на спинку стула, а после продолжил: — В таком случае я согласен, что воевать возле горы кажется самым разумным решением. Собрать армию и пойти навстречу мы не можем из-за численного превосходства врага, а ещё того, что он подготовлен для битвы на открытом пространстве. Учитывая, что у нас есть несколько дней, мы успеем поставить сдерживающий круг поля битвы, чтобы враг не смог выйти и навредить смертным, а также ловушки и защитные купола. Плюс на горных скалах можно разместить несколько сотен лучников, что даст нам неплохое преимущество, но этого всё равно мало для победы. Воинов у Видора куда больше, чем людей внутри горы, и даже перебив половину из них мы не выиграем.

Авалон произнёс:

— Кто сказал, что внутри горы слишком мало людей для победы? Численность жителей Долорем невелика не потому что мы не любим войны и не хотим увеличивать армию за счёт рождаемости, а потому что во время боя мы призываем мертвецов. Под оазисом огромный некрополь, там тысячи трупов заклинателей, я думаю мы поднимем их всех и тогда сил у нас прибавится.

Все присутствующие, кроме Луи, посмотрели на Авалона, не зная как реагировать на то, что он собирается проявить ТАКОЕ неуважение к почившим соклановцам.

Найт равнодушно хмыкнул:

— Вы не в сказку попали. Радуйтесь, что я не предложил разворошить соседние деревенские кладбища, подняв трупы тех, кто явно не желал такого будущего для своего тела.

Даниэль поинтересовался:

— Владыка Ночи хочет сказать, что посмертно в вашем клане разрешено использовать тело почившего адепта для пробуждения мертвеца?

Авалон кивнул.

— Но если кто-то не согласен – мы их не трогаем. Хотя таких мало, потому что всем всё равно, что станет с их телом после того, как душа покинет его. Плюс – верный клану адепт будет рад стать полезным после смерти.

Даниэль насилу сдержался, чтобы не скривиться. Культура и правила клана Ночи пришлись ему не по вкусу.

Авалон перевёл внимательный взгляд на Адриана:

— Ты сказал, что Луи послал кого-то мобилизовать армию клана Солнца перед отъездом, как думаешь, они успеют?

Адриан покачал головой:

— Определённо не успеют. Прибудут как минимум с опозданием на неделю.

Авалон откинулся на спинку стула, мрачно подытожив:

— В таком случае даже с мертвецами нашей численности не хватит для победы.

Аврора предложила:

— А если использовать тёмных тварей, которых я могу призвать?

Авалон обратил на неё задумчивый взгляд и сухо напомнил:

— Твой призыв покрывает только близлежащие территории. От него не будет толку, потому что вокруг горы водится слишком мало существ – мы многих убили, да и местность непригодна для жизни. Если вдвоём покинем гору и займёмся разъездами по соседствующим лесам, то даже так не успеем собрать достаточно тварей, зато утомимся донельзя. – Авалон чуть подумал и добавил: – Даже при помощи Адриана нам не удастся осуществить задуманное. Он истощён и провести в небе несколько следующих дней будет не в силах, а перемещаться по воздуху, как ты, я не умею.

Аврора выслушала не лишённые смысла доводы мужа, а после задумалась.

Решение пришло быстро.

— Используем Айзека.

Брат недоуменно уставился на сестру, выражая немое "что?".

Авалон оживился, словно понял суть идеи.

— Точно. – Он глянул на Айзека. – Владыка Луны же вряд ли пожелает сбежать, не прижав того, кто причастен к разрушению его клана?

Серебряный господин ответил со снисходительной улыбкой:

— Вы не заинтересуете меня местью, владыка Ночи, но позвольте поинтересоваться, как вы собираетесь использовать мои способности и о каких конкретно способностях идёт речь? – Айзек закосил под дурачка.

Авалон выпрямился, поудобнее усаживаясь на стуле:

— О тёмных, конечно. – Он окинул взглядом присутствующих. – Я думаю все здесь осведомлены о реальных сущностях серебряного господина и серебряной девы, потому объяснять что к чему я не буду. Пока мы с Авророй путешествовали, то наткнулись на сознательных мертвецов, выживших после битвы в клане Луны. Моя жена имеет уникальную способность подчинять себе тёмных тварей и, как мы выяснили, эти сознательные мертвецы её слушают. (Заранее хочу разочаровать – мертвецов Видора она подчинить не может – они подчиняются Видору, объяснять подробно не буду, верьте на слово). Благодаря силе Авроры мы можем призвать на помощь сознательных мертвецов, а также тёмных тварей, тогда шанс на победу возрастет. Загвоздка этой идеи в том, что Аврора не способна распространять призыв на дальние расстояния, но она подозревает, что, работая в паре с владыкой Луны, сможет преодолеть этот барьер.

Айзек выпал в осадок:

— Когда ты успел стать настолько сведущ о моих способностях?

Авалон лукаво улыбнулся:

— У нас с Авророй была куча времени, отведённого на поболтать.

И это правда. За две недели они обсудили чуть ли не жизни друг друга. Авалон рассказал Авроре про свою боль, которую он пережил после её потери, про то, как он тайком прокрался на её похороны, воспользовавшись помощью Адриана и Луи, про прошлое, настоящее, семью... Естественно была затронута тема Айзека, который однажды разворошил мозги Найта как какую-то невкусную кашу. Тогда Аврора поделилась всей правдой о способностях брата и своими домыслами насчёт его возможностей и их использования. В основном она была в восторге, восхищаясь могуществом Айзека, но Авалон смотрел на это как на дамку в шашечной игре.

Тёмный господин добавил:

— И раз уж заговорили о способностях серебряного господина... Айзек, ты можешь взять контроль над человеческой армией Видора? Про мертвецов я не спрашиваю, потому что если ваш клан разгромили, значит над ними ты не властен.

Владыка Луны совсем помрачнел, видимо возмущённый всезнайством Авалона и болтливостью собственной сестры, но ругаться не стал – не то время и место.

Он вздохнул и решил пояснить:

— На войне заклинатели зачаровывают себя, даруя разуму устойчивость к манипулирующим и иллюзорным заклятиям. Если чужие разумы будут защищены, то я смогу взять под контроль около сотни людей из армии Видора, а там их больше тысячи. Конечно сестра может усилить моё влияние при помощи своей тьмы, но в таком случае подпитку придётся осуществлять в ходе всей битвы. Я сомневаюсь, что Аврора будет стоять на месте, также сомневаюсь, что её собственная магия безгранична, потому этот вариант отпадает. Насчёт сознательных мертвецов – ты прав, у них есть разум, но я не могу его контролировать. Почему? Не знаю. Возможно роль играет исключительное подчинение создателю.

Аврора дополнила слова брата:

— Моя сила почти безгранична, если я буду поглощать её из других существ и вещей. Но это невозможно организовать, так как в клане Ночи не найдётся столько магических предметов и людей, в которых будет достаточное количество тьмы для поглощения и восполнения моих резервов. Ещё стоит учесть, что от поглощённой магии я могу измениться не в самую лучшую сторону, а также, ты прав, я не останусь стоять и работать в качестве источника питания, пока остальные будут рисковать жизнью.

Теодор, слушая обсуждение способностей своего владыки, потрясённо произнёс:

— Вы сейчас серьёзно рассматриваете идею возвращения тёмного воплощения Айзека?! – Он осуждающе посмотрел на друга. – После всего, что мы пережили, ты опять хочешь окунуться во тьму?!

Айзек хотел ответить, но не успел, потому что обвинения со стороны друзей повалились одно за другим.

Юви поддержала Теодора:

— Я тоже не согласна использовать тёмное воплощение владыки Луны. Это опасно не только для него, но и для всех.

— Согласен, – подал голос Даниэль. – Я не понимаю, почему вы вообще начали обсуждать это после всего, что было с нами и с Айзеком? – Он посмотрел на Аврору и Авалона. – Вы наверное не знаете, но после смерти серебряной девы он лишился...

Авалон перебил:

— Мы знаем. Не повторяйте.

Аврора поджала губы и опустила взгляд. Авалон немного приврал – она не знала всех подробностей о том, что произошло с Айзеком после её смерти, но Адриан как-то сообщил, что всё было очень плохо. Тогда у Мун не было чувств и к предупреждению Скайя она отнеслась халатно, потому сейчас даже не могла вспомнить о чём он тогда рассказывал.

Если бы Аврора знала о всех муках, которые перенёс её брат после утраты сестры, она бы никогда не попросила его использовать тёмную сторону. Но так как Мун не знала, да и Авалон за две недели мастерски переменил её мнение на этот счёт – продолжала предлагать подобные идеи и дальше.

Теодор огрызнулся на Авалона:

— Раз вы всё знаете, зачем тогда предлагаете совершить подобное? – Он зыркнул на Айзека. – А ты почему молчишь? Уже забыл свои страдания?

Серебряный господин наконец получил шанс ответить. Он поднял похолодевший взгляд серых глаз и сказал:

— Я ничего не забыл и не забуду, но призыв тёмных тварей, способных противостоять армии Видора – это козырной туз, а не шестёрка. Имел я право хотя бы подумать над этим и обсудить? Я ничего не решил, просто рассуждал, а вы уже восприняли всё в штыки.

Теодор, Даниэль и Юви обиженно надулись. Они и впрямь слегка поспешили с истерикой.

Авалон сухо напомнил для друзей Айзека:

— Я понимаю ваше беспокойство, но вы слышали молодого господина Скайя – численность армии владыки Солнца в разы превышает количество адептов Ночи. Даже с некрополем мы истощим себя раньше, чем добьёмся победы, и если не умрём, то окажемся заперты и умрём уже после. Пусть Айзек всего лишь рассуждал, но я считаю, что его сила и участие необходимы. Без этого у нас не будет достаточно большого войска, – он перевёл красноречивый взгляд на Айзека.

Юви покачала головой. Она с новой силой продолжила выражать несогласие:

— Я против. Нет. Я не позволю ему обратиться ещё раз.

Теодор и Даниэль, несмотря на здравые доводы Авалона, угрюмо кивнули в поддержку девы солнца.

Найт раздражённо бросил:

— Мы здесь не голосуем. От ваших "нет" ничего не зависит. – Он всё ещё смотрел на серебряного господина. – Если ты согласен, то мы учтём эту идею как возможный план действий.

Айзек уставился на Авалона в ответ, не зная, что сказать. Тёмная часть его души определённо была рада вернуться в мир, когда светлая разрывалась, не в силах решить, как будет лучше. Айзек понимал, что его сила колоссальна и с её помощью он поможет остальным растоптать Видора, но чем это может обернуться? Его тёмное воплощение безумное и зловещее. Айзек ненавидит его за боль, которую причинил своим близким.

Но...

Несмотря на ненависть он уже дважды позволял Авроре пробудить его тьму и ничего ужасного не случалось.

Брат перевёл взгляд на сестру, чтобы заглянуть ей в глаза. Он словно пытался узреть в них истину. Понять, правда ли она хочет подвергнуть его риску? Правда ли знает о том, что он пережил? Остановит ли его Аврора в опасный момент?

Мун почувствовала на себе чужой взгляд и подняла свой, столкнувшись с серыми озёрами брата. Она задумалась, пытаясь придумать иной выход из сложившейся ситуации и пришла к выводу, что: переговоры невозможны; отправиться к Видору в одиночку она не может из-за связи с Авалоном и необходимости в его близости; армия Луи не успеет прибыть вовремя и даже клан Неба не успеет прилететь, если они отошлют письмо прямо сейчас; куча мертвецов из некрополя не помогут превзойти врага. Получалось, что призыв Авроры – последний козырь, который они могут использовать, чтобы сравнять силы. И сделать этот козырь жирным Мун способна лишь с помощью брата.

Аврора подумала: «Что бы не произошло с Айзеком после моей смерти, он уже дважды позволял мне обратить себя. Даже если он ненавидит свою тёмную сторону, то рядом со мной не боится призвать её. Я контролирую его и могу спасти. Он знает это».

— Всё будет в порядке. — Мун посмотрела на брата. — Я изгоню негативную энергию и верну тебе свет, как и в прошлые разы.

Юви, Теодор и Даниэль опешили:

— В прошлые РАЗЫ?!

Даниэль уточнил:

— Какие ещё прошлые разы?!

Айзек посмотрел на друга и без обиняков сообщил:

— Мы использовали моё тёмное воплощение уже трижды, чтобы выяснить детали дела о сознательных мертвецах.

Даниэль ушам не поверил.

Теодор вспылил:

— И ты нам не сказал?! Какого демона мы тогда как дураки здесь переживаем, если ты за нашими спинами с тёмным воплощением развлекаешься?! – Этот взрыв эмоций был поразителен для такого холодного спесивого человека как Теодор. Видимо его ужасно потрясли и вывели из себя эти новости.

Юви, наоборот, притихла и плотно поджала губы. Настолько, что они побелели. Было ясно: она не знала, как реагировать на то, что Айзек скрыл подобный факт от неё.

Серебряный господин вздохнул. Его снедала вина перед теми, кому его тёмное воплощение принесло боль, но параллельно он трезво оценивал, что загадочный призыв Авроры способен обеспечить им шанс на победу. Тёмные твари и собственная армия сознательных мертвецов значительно усилят их оборону.

Когда грядёт война – нужно идти на крайности. Клан Луны уже почти уничтожен, если сейчас они пожертвуют кланом Ночи, то это вопрос времени, когда Видор подомнёт под себя весь заклинательский мир. Если этот человек не поскупился сотворить мертвецов из собственных людей, то он может сделать это со всеми населяющими планету людьми. При таком раскладе тёмное воплощение Айзека кажется чем-то совсем не страшным.

Серебряный господин ответил Авроре и Авалону:

— Давайте попробуем.

Юви скрипнула зубами и резко оттолкнула от себя его руку, которую всё это время сжимала под столом. Пусть на своём лице дева солнца сохранила каменную маску, все всё равно почувствовали, как внутри неё извергается вулкан. Айзек не знал, что ему нужно сделать – не сюсюкаться же с ней прямо здесь? – потому сохранил равнодушие, решив поговорить с Юви позже.

Теодор закатил глаза, гневаясь на нерадивого брата, которого, кажется, даже могила не научит.

Даниэль язвительно спросил:

— Раз уж мы допустили подобную тему к обсуждению и Айзек не прочь вновь ткнуть меня ножом в сердце, позвольте спросить? Если Аврора и Айзек такие невообразимо сильные, то зачем нам всем утруждаться? Почему бы не отправить на войну только вас? – Хотя тон Даниэля звучал немного грубо и с издёвкой, всё же он озвучил вопрос, о котором некоторые успели задуматься. – Пусть Айзек возьмёт под контроль Видора, который контролирует мертвецов, а тёмные твари и мертвецы Авроры в этот момент будут биться с членами независимой армии.

Айзек начал, восприняв слова Даниэля серьёзно:

— Во-первых, мы не невообразимо сильные.

Аврора продолжила:

— А во-вторых, я не могу отправиться туда без Авалона. Моё возрождение действует так, что мы с ним не можем отдаляться друг от друга на большие расстояния и в целом моя жизнь зависит от него. Если его засунуть в подобную мясорубку он может быть ранен. Пострадает Авалон – пострадаю я.

Айзек добавил:

— Я сильный, но не бессмертный, а с таким количеством врагов, чтобы выжить нужно иметь глаза на затылке, которых у меня нет. Взять всех под контроль за секунду мы с Авророй не сможем, в этом временном промежутке меня могут убить.

Авалон склонился к серебряной деве и тихо поинтересовался:

— Обычно ты уверена в своей несокрушимости. Куча мертвецов меня конечно вымотают, но я быстро бегаю и хорошо обороняюсь, так что выжить в этой бойне смогу. Может не стоит совсем отметать вариант?

Мун ответила еле слышно:

— Не переоценивай себя. С таким количеством врагов ты должен бегать как ветер, чтобы не быть раненым. Я несокрушима, пока несокрушим ты.

— Как мило. — Авалон сладко улыбнулся.

Аврора фыркнула.

Пока все конфликтовали по поводу использования тёмного воплощения Айзека и обсуждали иные варианты борьбы, Адриан был обеспокоен погруженным в размышления Луи, потому только слушал, но ничего не говорил.

Сейчас же Скай подал голос:

— Значит можно сделать вывод, что если мы мобилизуем тёмных магов, поднимем некрополь и призовём тварей, то у нас будет превосходство над Видором?

Несколько пар глаз уставились на него.

Авалон немного подумал, прикидывая возможные цифры. Он точно не знал насколько широким будет призыв, осуществлённый Айзеком и Авророй, но если всё сложится удачно, то даже минимального количества тварей будет достаточно – не числом, так хотя бы силой превзойдут.

— Я думаю да. — Найт кивнул. — В таком случае у нас будет преимущество.

Адриан задал новый вопрос, словно ощупывал подводные камни:

— А вы не думаете, что Видор осведомлён о том, что клан Ночи может поднять некрополь, и подготовиться к атаке?

Авалон задал встречный вопрос:

— А к тёмным тварям, призванным Авророй и Айзеком, он будет готов?

Адриан ответил: «Не думаю», но после не преминул уточнить:

— Но уверенными в том, что план с призывом тварей пройдёт успешно мы быть не можем.

Айзек подал голос:

— Значит нужно исполнить его как можно скорее, чтобы в случае неудачи придумать новый ход.

— Сегодня ночью? — Аврора посмотрела на брата.

Айзек с секунду подумал, будто решался, но в итоге кивнул, соглашаясь: в таком случае к завтрашнему утру они уже будут знать, что делать дальше.

Авалон обратился к Адриану:

— Кстати, что за девушку в золотой мантии с капюшоном вы видели подле Видора? Есть предположения, кем она может быть? Я так понял, что даже генералы независимой армии держались рядом с ним меньше, чем эта особа.

Аврора напряглась, чувствуя, что Авалон вспомнил об этом не просто так. Сама она не обратила внимания на подобный факт во время рассказа Адриана, потому что рядом с Видором было много людей – то солдаты, то генералы. Возможно он, как правитель, взял с собой стража или слугу в лице той девушки.

Адриан ответил бесцветно:

— Предположений о её личности нет (по крайней мере у меня). Я даже не уверен, что это была девушка, так как фигура и лицо были скрыты под мантией. Я просто предположил половую принадлежность, исходя из невысокого роста, приблизительной стройности и мягкой походки.

— А молодой господин Сан что скажет по этому поводу? — Авалон перевёл взгляд на принца. — Мы так много обсудили, а от вас не услышали ни слова. Уверен с вашими знаниями о собственном клане вы должны иметь подозреваемых, подходящих на роль той загадочной спутницы владыки Солнца.

Луи неизменно молчал. Он сидел на стуле, поставив локоть на стол и всё это время задумчиво поглаживал большим пальцем нижнюю губу, размышляя. Взгляд его из синего превратился в чёрный, замерев и уставившись в стенку. Принц вообще не обратил внимания на вопрос.

Авалон раздражённо сжал длинными пальцами подлокотник своего стула. Пусть всё это время Найт казался расслабленным и спокойным, словно обсуждал партию в шашки, на деле в его душе бушевало волнение, которого невозможно избежать, продумывая то, как защитить родной клан от несколько тысячной армии! То что ребята обсуждали всё без истерик и повышенных тонов не значило, что им было всё равно на грядущие события. Мозг каждого в этой зале работал в таком бешеном ритме, генерируя планы, пути отступления и возможные повороты событий, что даже представить страшно.

— Луи! — рыкнул Авалон. Ло вылетала из его волос, мгновенно обвилась вокруг запястья солнечного принца и с силой прижала руку к столу. Вышло так, что Луи стукнул кулаком.

Солнечный принц оторопел, но, казалось, очнулся. Он сверкнул глазами на тёмного господина, когда Ло уже вернулась к хозяину.

Авалон, скрипя зубами, продолжил:

— Хватит строить из себя невесть какого страдальца, растерянного и не знающего, что делать с нерадивым отцом. Все здесь пережили кошмары. Мой отец натворил куда больше дел, чем твой. Он не только создал мертвецов и разрушил другой клан, но ещё и убил собственную жену, а также серебряную деву и прошлого владыку Луны, но я, как видишь, не раскисаю и не раскисал. Так что будь добр, возьми себя в руки и дай ответ на вопрос: ты знаешь, кем может являться та девушка?

Луи ощетинился, планируя, каким способом быстрее свернуть Авалону шею. Он уставился на Найта так, словно пытался прожечь в нём дыру.

Авалон ответил на этот взгляд холодным равнодушием, из-за чего Луи не выдержал, фыркнул, и отвернулся. Он выдохнул, осознавая, что злиться на союзников глупо, потому попытался собрать мозги в кучу и отвлечься от жажды убийства. Адриан, положивший ладонь ему на колено – успокоил прикосновением.

Кое-как обуздав крутой нрав, Луи вернул внимание к тёмному господину и сказал:

— Софи. Эта девушка – Софи.