Владычица тьмы

прим. автора: события этого тома идут параллельно событиям, описанным после 83 главы (там Аврора и Авалон заявились в клан Луны, чтобы найти Айзека. Перед их отъездом Адриан сообщил, что отправится в солнечные земли к Луи).
______________________________

Столы в небольшой зале были расставлены буквой П и заставлены различными кушаньями. Вдоль стен стояли цветочные вазы и тянулись бумажные украшения. В конце залы на помосте расположился скромный ансамбль, своей музыкой он создавал непринуждённую атмосферу. Стульев за столами было меньше, чем гостей, потому что изначально мероприятие не рассчитывалось как застолье.

Это были смотрины невесты для солнечного принца.

Луи выглядел великолепно. Широкий рукав свободной рубашки заканчивался манжетой возле сгиба локтя и демонстрировал выступающие на тыльной стороне предплечья вены. Лёгкая ткань выглядела небрежно, сохраняя образ принца торжественно-сдержанным. Коричневые штаны были подвязаны на талии такого же цвета поясом и заправлены в кожаные сапоги длиной до колена.

Луи улыбался и вёл праздную беседу с тремя девушками в красивых платьях. Каждая старалась понравиться и преподнести себя в лучшем свете. Юноша охотно слушал девичий щебет, но поступал так только для вида.

Брак не интересовал Луи, он забрёл на смотрины, чтобы развеять скуку и скоротать время.

Тридцать девушек в зале были красивы и образованы, а также выходили из знатных семей. Так как солнечный принц не мог уделить время всем сразу, по традиции вместе с "невестами" приглашались третьи лица, в основном родственники, приближённые или близкие друзья, на плечи которых возлагалась обязанность занять юных дев, пока до них не дойдет очередь беседы с будущим женихом.

— Молодой господин Сан, а правда, что в юности вы убили бларга в одиночку? — спросила дочь одного из генералов независимой армии.

— Да, мне было пятнадцать.

— Пятнадцать! — поразилась дочь командира отряда независимой армии. — Ваши способности поражают, — она восхищенно похлопала ресницами.

— Молодой господин, — позвала третья собеседница, — а вы не планируете пойти на охоту в этом месяце? Я бы с удовольствием составила вам компанию, думаю, мне будет чему поучиться.

Две другие девушки сверкнули глазами и тут же хором воскликнули:

— Мы тоже хотим на охоту!

Луи рассмеялся. Он одарил каждую девушку ослепительной улыбкой, а после соврал:

— Я не планирую охотиться в этом месяце.

Юные особы понурили головы, отчего на минуту воцарилась тишина. Это позволило слуге подбежать к солнечному принцу и сообщить на ухо:

— Молодой господин Скай сошёл на берег в пристани Алого города.

Луи вздёрнул бровь и взглянул на доносчика.

— Как давно?

— Двадцать минут назад.

— Понял, спасибо. – Луи обернулся к девушкам. – Был рад знакомству, но я вынужден вас покинуть.

Собеседницы растерялись.

— Вы вернётесь?

— Конечно. — Луи опять наврал.

Он невидимкой покинул залу столь быстро, что о его побеге остались осведомлены лишь три девушки и один слуга. Остальные, конечно, через десяток минут прознают об отсутствии ключевой фигуры этого дня, но юноша уже будет вне досягаемости.

Луи выскочил в коридор и летящей походкой направился к человеку, которого не видел целых полгода. Он неимоверно скучал по Адриану.

Проведя на обучении в клане Луны почти год, Луи не так давно покинул это место, чтобы разобраться с отцом и его желанием вернуть Юви, которая, на тот момент, хотела остаться с Айзеком. После отъезда солнечного принца на клан Луны было совершено нападение, в котором дева солнца пострадала, потому привезти её на родину не удалось. И хотя Видор рвал и метал, Луи с горем пополам донес отцу мысль, что Юви на роль невесты для генерала пока не годится. «Сестра чуть не умерла, получила серьёзную рану, потеряла друзей в той битве – она ослаблена. Ты поведёшь себя жестоко, если приволочешь её в замок и в таком состоянии выдашь замуж», – как-то сказал он. После этого владыка Солнца отстал от приёмной дочери, но вместо неё решил взяться за семейное счастье сына.

Из-за отъезда Луи и Адриан расстались на полгода. Принц думал, что в этом году вообще не свидится с ним, но что-то пошло не так, раз Скай всё бросил и примчался в солнечный земли. Адриан несколько месяцев помогал в восстановлении резиденции клана Луны и с места срываться не собирался, но буквально неделей ранее Луи получил письмо о его приезде. Пусть почерк казался торопливым и нервным, принц воспринял это неожиданное сообщение как радость. «Наконец-то этот камень по мне соскучился!» — подумал он и весело потопал встречать товарища.

Луи замедлил шаг, когда из-за поворота вышел мужчина, облачённый в бежевую рубашку под коричневый жилет. Бурые штаны владыки Солнца были заправлены в сапоги и украшены золотыми пряжками. Аккуратная каштановая бородка обрамляла скулы и подбородок, отчего черты лица казались острыми, но привлекательными. Густые волнистые волосы с медным отливом были зачёсаны назад, а пряди из чёлки клонились набок. Владыка Солнца выглядел статным, пышущим здоровьем мужчиной.

Луи скривился, когда отец с недобрым намерением зашагал в его сторону.

— Куда ты идёшь? — подходя, спросил Видор.

Луи завёл руки за спину и беззаботно ответил:

— Гулять.

— Разве смотрины уже закончились?

— Закончились.

Видор подозрительно сузил взгляд.

— Не прошло и двух часов, как ты успел познакомиться со всеми девушками?

Луи хохотнул:

— Я быстрый, — а после попытался обойти отца, но тот перехватил его запястье.

— Ты возвращаешься на смотрины, — процедил владыка Солнца.

Луи остановился и чуть повернул голову в сторону. Он медленно опустил взгляд на зажатое в тиски чужих пальцев запястье. Губы принца растянулись в недоброй ухмылке, а в глазах сверкнуло нечто тёмное и зловещее.

Луи, не глядя на владыку, тихо прорычал:

— Отпусти.

— Как только выберешь невесту.

Принц поднял глаза на отцовское лицо. Видор глядел на сына спокойно и властно, лик его был непроницаем. Любой человек испугается перечить владыке, но только не его родной сын.

Луи улыбнулся и приторным тоном сообщил:

— Если так хочешь посмотреть на молодых девочек, то можешь сделать это и без меня.

Видор огрызнулся:

— Да как ты смеешь дерзить? — Он сильнее сдавив чужое запястье.

Прикосновение отца начало обжигать кожу, но Луи было наплевать.

— А что? — Он понизил голос до шепота. — Не нравится? Мне тоже не нравится общаться с дочками тех, кто так или иначе связан с генералами независимых армий солнечных земель, но я же молчу. Скажи, для чего ты так страстно желаешь создать подобный союз? Ладно Юви, но ты и меня решил использовать в качестве пешки для совершения очередной политической сделки? Неужели войну планируешь провести?

— За кого ты меня принимаешь? — Видор вскинул брови. — Зачем мне война, если народ живёт в мире?

Луи повёл плечом:

— Не знаю, но если ты таким образом надеешься вернуть меня в дело, то даже не рассчитывай — я с независимой армией покончил. Отпусти, мне нужно встретить молодого господина Скайя или ты планируешь испортить отношения с небесным кланом, проигнорировав приезд их принца?

Видор с хрустом разжал пальцы, но возразил:

— Ты должен выбрать себе жену, а не опекать этого мальчишку.

Луи сделал шаг и небрежно бросил через плечо:

— Дружбу на девушек не меняют. Красавиц много, а товарищ один.

— Луи! — предупредительно рыкнул Видор. — Ты не отвертишься от своих прямых обязанностей!

Луи хохотнул, заворачивая за угол:

— Уже отвертелся, отец.

Отношения с отцом у принца складывались непростые. Видор с детства контролировал сына, пытался слепить его по своему образу и подобию, игнорируя истинные желания и мечты. Он многое запрещал Луи, а ещё больше требовал, и если маленький мальчик не мог дать отпор, то теперешний двадцатилетний юноша имел такую возможность.

Луи не собирался развязывать войну с собственным отцом — ему нравилось играть с людьми, а не мучить их, — потому он делал вид, будто подчиняется, пока это не мешало жить припеваючи. Как только вопрос касался личных интересов, Луи вставал поперёк горла и без труда опускался до угроз.

Видор знал, что сын блефовать не станет, ведь он воспитал его своей копией, но выпускать мальчишку из колючих рукавиц не собирался. Несмотря на жёсткость и строгость, с которой владыка растил наследника, он любил сына и гордился им, желал видеть на троне. Вот только Луи до этого трона было как до луны: власть не манила его, дворцовые интриги не нравились, он не хотел погружаться в пучину непроглядной тьмы, страшась потонуть в ней навечно.

Подходя к воротам Красного замка, Луи подоспел к приходу Адриана, который в сопровождении нескольких адептов ступил на территорию резиденции.

Принц замер неподалёку. Стоило взглянуть на Скайя, как сердце перестало биться, а лёгкие забыли, как дышать. Луи сглотнул застрявший в горле ком, от чего его адамово яблоко перекатилось столь медленно, словно было непомерно тяжёлым.

Адриан был облачён в светло-голубую тунику длиною чуть ниже колен; подпоясанная широкой полоской шёлковой ткани она имела два глубоких разреза по бокам. У туники отсутствовали рукава, потому плечи Адриана оказались обнажены, а предплечья закрывали нарукавники. Поднятый воротник доходил до середины горла и имел ромбовидный разрез, который спускался до впадины между ключицами. Белые свободные штаны имели узкую манжету на щиколотке, а на ногах находились туфли-лодочки на плоской подошве. Луи отметил, что у Скайя отросла чёлка; небрежно убранная набок она кончиками прядей касалась правой брови.

Принц, как скульптор, восхищенный скульптурой, разглядывал нефритовые плечи товарища, их мягко очерченные мышцы и изгибы. Он чувствовал, как от созерцания в груди растекается тепло.

Адриан остановился и завёл разговор с сопровождающими. Глаза его источали холод, а лицо – безразличие, осанка привычно оставалась ровной, а голос спокойным.

Благодаря чужой беседе Луи успел собраться с духом и усмирить бушующий в душе восторг. Когда он приблизился к заклинателям, то выглядел адекватным, а не как хозяйский пёс.

— Молодой господин Сан! — тут же поприветствовал один из слуг.

Адриан обернулся и взглянул на Луи. Его прямая линия губ изогнулась в невидимой улыбке, а холодные радужки сверкнули теплом. На всегда бесстрастном лице впервые при посторонних отразилась радость.

Как бы Адриан не старался скрыть чувства, его голос прозвучал приветливо:

— Молодой господин Сан.

— Молодой господин Скай, — со смешком ответил Луи. — Рад встречи с вами, думаю, остальные могут быть свободны. Я сам провожу гостя.

Адепты склонили головы перед принцем. Они попрощались и удалились.

Луи прошёл мимо Адриана и бросил короткое «пошли». Он не смог выдавить из себя что-то содержательнее. Казалось, если принц посмотрит на Скайя или откроет рот, то тут же отрастит собачий хвост и разлается от радости.

— Нам нужно поговорить, — сухо оповестил Адриан, поравнявшись плечом к плечу. — Я приехал не просто так.

— Правда? — Солнечный принц коротко рассмеялся. — А я думал, ты приехал ради меня.

— Луи...

— Адриан. Давай ты ничего не будешь мне говорить. Я не видел тебя полгода, у меня с минуту на минуту сердце разорвётся. Пожалуйста, сначала дойдём до замка, а после ты начнёшь грузить меня пугающими новостями, судя по твоему напряженному лицу радостных новостей ты не привёз.

— Хорошо, — Адриан вздохнул, — о таком и впрямь лучше говорить в запертой комнате...

— Ага, только не сразу.

Скай непонимающе приподнял брови в ответ на фразу Луи. Он был так загружен произошедшим в клане Луны, больше недели вынашивал мрачные домыслы, потому сейчас не смог догадаться о намерениях солнечного принца.

Путь до замка они преодолели в молчании. Адриан всё это время раздумывал, как лаконичнее и мягче всё объяснить, чтобы не ошарашить Луи словами о том, что его лучшая подруга, однажды сожжённая, вдруг возродилась демоном, жизнь которого зависит от Авалона и теперь эти горе-мстители отправились в клан Ночи, чтобы зарубить Анхеля Найта.

Луи впустил друга в свои покои, закрыл за ним дверь и наспех запечатал её.

Адриан этой манипуляции не заметил. Он с мрачным видом подошёл к кровати, уселся на край и собрался открыть рот, но чужая рука толкнула в грудь, вынуждая повалиться на покрывала.

— Луи, что ты делаешь? Мы должны поговорить. Я... м-м-м... — чужие губы заткнули Адриану рот.

Поцелуй был горячим и влажным, языки ласкали друг друга, а губы горели от соприкосновений. Какие бы мрачные думы не тяготили Адриана, после полугодовой разлуки сопротивляться такому было невозможно.

Все эти месяцы вдали от Луи Скай не чувствовал потребности в телесной близости. Когда погрузился в дела он оказался так занят, что времени подумать о непристойностях не осталось, потому сейчас, когда принц набросился на него, месяцы воздержания вспороли душу и позволили потаённым желаниям вырваться, снося всё на пути.

Адриан мгновенно позабыл о том, что хотел рассказать.

Руки Луи уже развязали пояс на чужих одеждах и забрались под голубую тунику. Они принялись исследовать крепкий торс, ощупывать подушечками пальцев рельеф. В отличии от Адриана Луи о непристойностях думал чуть ли не каждый вечер и откровенно начал сходить с ума от ежедневных весенних снов, потому сейчас, если Скай попытается взвыть и вырваться, Луи скорее всего его свяжет, чтобы довершить начатое...

Адриан резко отпрянул. Он упёр ладони в грудь принца и, прерывисто дыша, обеспокоено произнёс:

— Ты... ты горишь.

Луи взаправду горел. Во время обучения в клане Луны он развивал свои способности семимильными шагами, несмотря на проблемы с бушующим тёмным воплощением Айзека. Сила принца особенно проявлялась в моменты телесной близости, ведь тропа парного совершенствования направлена на повышение магических способностей. Однажды, шагая по ней, Луи сначала охватил жар, а после его огненные волосы обратились языками пламени, что оставило ожоги на руках Адриана.

После этого случая юноши поняли, что солнечный принц многократно увеличил свою мощь и не заметил. Они сохранили это в тайне, потому что Луи не желал рассказывать о прогрессе ни отцу, ни кому-либо. «Я хочу, чтобы у меня был козырь, потому пусть думают, что я слаб», – объяснил он.

Адриан сначала сильно беспокоился, страшась, что воспламенение является чем-то ненормальным, но Луи быстро научился сдерживаться и более не загорался, потому проблема временно позабылась.

Пока не возникла вновь.

Луи опустил лицо, нависнув над Адрианом. Он перевёл дыхание в попытке заглушить потоки магии, и сказал:

— Прости. Я слишком долго не видел тебя. Мне кажется, я взорвусь.

— Только не как взрывной талисман, пожалуйста, — усмехнулся Адриан. — Я бы не хотел, чтобы мой труп обнаружили в чужой постели.

Луи хохотнул с этих слов.

Кто бы мог предположить, что спустя два года отношений Скай будет спокойно язвить и подшучивать над ним? А особенно, кто мог предположить, что он сможет сладко стонать, целиком принимая Луи в себя?

Однажды Адриан заикнулся, что станет принимающей стороной, дабы Луи было легче привыкнуть. Скай не надеялся, что его предложение будет одобрено, да и сам сомневался, что ему подойдёт подобная роль, но, как оказалось, юноши тогда не знали кто и в чём хорош больше.

Луи всегда нравилось доминировать в постели, но когда он был с Адрианом, то в первое время вёл себя неуверенно и часто терялся. Спустя месяцы принц приноровился, а после впервые взял всё в свои руки. В тот момент Луи понял, что когда правил Адриан, он чувствовал себя неловко скорее не только из-за неопытности, а из-за неподходящей по темпераменту роли. Его спутник был нежен, но Луи хотел не этого. В таком деле не любил отдыхать, наслаждаясь чужими стараниями, а желал действовать, чтобы утопить Адриана в удовольствии. Луи хотел целовать его до дрожи в коленях, мучить ночами, чтобы на утро тот не мог встать. Он хотел, чтобы Адриану было хорошо, а для этого требовалось работать самостоятельно.

Когда они поменялись ролями, развитие их отношений заметно ускорилось. Адриан был заинтересован и послушен, а Луи горел до экспериментов — у них вышел чудный тандем.

Принцу нравилось оставлять на нефритовой коже товарища памятные следы. Нравилась чужая покладистость и то, какое лицо Адриан делал, как выдыхал его имя и тянул за волосы.

Луи крепко держал его за бёдра и наслаждался, глядя в северо-ледовитый океан радужек. Губы Адриана оставались приоткрыты, а грудь тяжело вздымалась. Он спрятал взгляд за веером ресниц, словно стеснялся смотреть партнёру в лицо.

Луи опустил голову. Проведя языком по тонкой шее, он поднялся выше и втянул ртом заалевшую мочку уха.

Адриан вздрогнул, невольно свёл лопатки и вытянулся, предоставляя совратителю больше пространства. Луи шептал непристойности, заставлял его щёки краснеть, пальцы принца впивались в кожу, даруя ей отпечатки.

— Ты не мог быть помягче? — со стоном прорычал Скай, когда Луи резко опустил его вниз.

— Я и так изо всех сил стараюсь не растерзать тебя.

— И ты считаешь это своим оправданием? — Адриан фыркнул. В позе сидя ему казалось, что его протыкают мечом.

— Всего лишь прошу сделать мне поблажку, — Луи улыбнулся и забрал чужие губы своими.

Он слишком сильно любил этого человека.

Принц хотел быть рядом с ним, дарить заботу, опекать и оставаться милым, но в то же время желал задушить в объятиях или искусать до смерти. Адриан был его морем, в котором Луи утонул. Его могилой, из которой нельзя восстать. Это была страстная любовная связь. И чувства, которые они испытывали, являлись потрясающей вещью.

Адриан пристроил голову на груди принца, ещё и ногу на него закинул, после чего спросил:

— Теперь, когда ты меня измучил, мы можем поговорить?

Пальцы Луи игрались со светлыми прядями собеседника.

— А я разве тебя мучил? Или ты просил меня не останавливаться, потому что сильно страдал?

Адриан закатил глаза. Понимая, что пытаться начать диалог издалека – без нервов остаться, он рубанул с плеча:

— Аврора возродилась.

Луи замер. Он сначала подождал, когда товарищ заявит, что это шутка, но, осознав, что тот больше ничего не скажет – потерял дар речи. Казалось, даже его сердце, биение которого слушал Адриан, остановилось.

Когда Аврора умерла это стало ударом не только для Айзека и Рейлы, но и для Луи. Принц дорожил серебряной девой, хотя знал, что она не признает его другом так, как признала Рейлу.

Было в Авроре что-то, что восхищало, а также притягивало. Она казалась сильной, волевой, была бесстрашным человеком, напролом идущим к цели. Луи ценил их дружбу. Он привязался к серебряной деве, как к сестре, и когда её не стало скорбел вместе с Айзеком и Рейлой. Справиться с тогдашней болью ему удалось лишь благодаря Адриану.

Если пережить смерть Авроры Луи помогли, то известие о смерти Рейлы пришлось переваривать в одиночестве и эта боль до сих пор скреблась на душе как тигры, когти которых заострились до такой степени, что даже на камне оставляли глубокие прорези.

И после всего пережитого Аврора возродилась?!

Спустя, казалось, целую вечность, Луи шепнул:

— К-как?

— Я не уверен, но у Авроры с Авалоном духовная связь. Мы думаем, она возродилась по причине того, что не смогла пересечь границу мира мёртвых, потому что часть её души находится внутри Авалона, а он – в мире живых.

— Она может вернуть себе эту часть?

— Думаю нет. Мне кажется, они связаны навсегда. Авалон не знает, как это произошло, но это факт.

— Она осталась собой?

— Не уверен. Когда я её увидел, от Авроры исходила только тьма, а её поведение в корне отличалось от того, что было при жизни. Луи, если мы с ней встретимся, я прошу тебя быть осторожным.

Луи не знал, что сказать. После того, как полчаса назад они предавались постельным утехам, услышать подобные новости равносильно падению с небес на землю. Неизвестно, в каком случае было бы больше боли — выслушай он Адриана сразу после встречи или после того, как они переспали? «Скорее всего одинаково...»

Луи вздохнул, отодвинул напарника от себя и, приняв сидячее положение, с жаром растёр ладонями лицо.

— Как это возможно? Не понимаю. Как. такое. возможно?! – казалось, голова лопнет от тяжести осознания сложившейся ситуации.

Адриан привстал и запечатлел короткий поцелуй на чужом плече.

— Я уверен, что Авалон со всем разберётся, – он попытался утешить.

— Так Авалон остался с ней? — Луи изумился. — И что они собираются делать? — Он уставился на Адриана.

— Хотят убить Анхеля Найта.

— Что-о?! Зачем?!

— Он убил отца Авроры, а также причастен к её смерти. Они выяснили это с помощью Айзека.

— Айзека? Хочешь сказать, что они... они как-то использовали его тёмное воплощение?!

Адриан кивнул.

Луи вспыхнул:

— Там же моя сестра!

Адриан положил руку ему на плечо и мягко сжал.

— Успокойся. Авалон сказал, что Аврора полностью контролирует Айзека. Она смогла избавить его от тьмы, потому он не навредит Юви.

Луи обалдел:

— Контролирует Айзека?!! Что за бред?! Кем она вообще стала? Как можно контролировать Айзека?! И Авалон попёрся с ней? Ему жить надоело?!

Голос Адриана внушал спокойствие:

— Авалон в безопасности рядом с ней. Аврора не может убить его из-за их связи, думаю, она даже вынуждена защищать его.

Луи выдохнул с некоторым облегчением. Не то чтобы он сильно переживал за жизнь тёмного господина. Они до сих пор не считали друг друга друзьями, но их отношения чуть смягчились, когда Луи и Адриан помогли Авалону в тайне проникнуть на похороны Авроры. В тот день, глядя в лицо Найта, солнечный принц видел там только скорбь и боль, наличие которых поразило его и вынудило смягчиться. Авалон тоже был связан с Авророй как и Луи, и он тоже страдал.

Принц схватил подушку, прижал к лицу и взвыл. Он не был восприимчивым человеком, но информация, которую вывалил Адриана, являлась тяжёлой. Пусть их мир поражал своими причудами, но возрождение Авроры не могло не повергнуть в шок. Также потрясла новость о том, что за масштабным нападением сознательных мертвецов стоял Анхель Найт! Пусть подозрения Луи давно пали на него, но одно дело подозревать, а другое – быть уверенным!

Принц пребывал в смятении. Адриан продолжил рассказывать ему то, что увидел в тот день, а после то, что Авалон сообщил ему в письме, отчего Луи ещё больше терял связь с реальностью. «КАК. ЭТО. ВОЗМОЖНО?» – реяла надпись в его рыжей головушке.

Конечно, принц был рад, что подруга вернулась к жизни, но для переваривания подобной новости требовалось время. Пусть Луи не жаловал Айзека, играющего на струнах души его сводной сестры, но в данный момент он сочувствовал серебряному господину, боясь представить, насколько ему тяжело.

Айзек был готов отдать всё ради Авроры. Он с таким трудом пережил её смерть и ради чего? Ради того, чтобы она вернулась, перестав быть собой? Это как если бы Адриан возродился хладнокровным демоном жаждущим крови. «Ужасно. – подумал Луи, краем уха слушая Скайя. – Что творится в этом проклятом мире?»

Стук в дверь отвлёк молодых людей от разговора, а последовавший за ним вопрос вынудил встрепенуться.

Голос Видора прозвучал властно и строго:

— Сын, открой дверь. Нам нужно поговорить.

Луи небрежно бросил:

— Тогда подожди пока я оденусь. – Он обернулся на Адриана, который успел вскочить и натянуть штаны.

Луи какое-то время непонятливо глядел на товарища, а после последовал примеру и тоже поднялся с постели. Грубо бросив скомканную рубашку на стул, он подобрал с пола штаны и натянул на голое тело.

Луи чувствовал растерянность. Приход отца окончательно выбил из колеи. Мысли всё ещё были с Авророй, Анхелем и намерением Найта и Мун убить его, но реальность требовала настроиться на угнетающий диалог с Видором.

Завязывая пояс, краем глаза Луи заметил странное движение сбоку. Так как он не понял, что происходит, то спросил:

— Что ты делаешь?

Адриан сообщил, заходя в шкаф:

— Я не собираюсь представать перед твоим отцом после того, что мы вытворили полчаса назад.

— Ты же почти оделся. Не прячься, я скажу, что мы пили чай и вели беседу.

Адриан фыркнул:

— Ага, а где чашки и почему пахнет развратом?

Луи не смог сдержать смешка.

Он махнул рукой:

— Ну как хочешь, если тебе интереснее подслушивать из шкафа, то я приму любое твоё пристрастие.

Адриан проворчал что-то в ответ и захлопнул за собой дверцу. Хорошо, что шкаф в покоях принца был большой и вместительный.

— С чего ты улыбаешься? — спросил Видор, проходя в комнату.

— Да так, шутку вспомнил.

Владыка завёл руки за спину и встал напротив сына.

— Встретил молодого господина Скайя?

— Да, он остановился в соседней комнате. Я предлагал ему пожить вместе со мной, но он постеснялся, — Луи игриво накрутил на палец прядь волос.

— Луи! — Видор клацнул зубами. — Прекрати играть в дурака. Я пришёл поговорить с тобой о серьёзных вещах, а не наблюдать кривляния.

— Так говори, чего топчешься? — голос принца похолодел.

Видор сощурился, подавляя желание поджечь сына.

— Ты должен выбрать невесту, – процедил он.

— Не должен.

— Завтра повторные смотрины.

— Я занят.

— Нет. Ты не занят. Завтра ты идёшь на смотрины и потом сообщишь мне имена тех, кто тебе приглянулся.

Луи глянул на отца. Он выдержал паузу и коротко хмыкнул:

— Хорошо. Как скажешь. Что-то ещё?

Видор выпрямился. Он вскинул брови, подивившись тому, как его припирающийся сын легко бросил попытки борьбы и принял поставленные условия.

Владыка не нашёл, что ещё можно сделать, потому коротко кашлянул и уточнил:

— Завтра в двенадцать гостьи будут ждать тебя в восточной зале.

— Я тебя понял, – Луи открыл дверь, провожая на выход.

Видор ещё раз внимательно посмотрел на сына, выискивая подвох, но лицо Луи выглядело именно так, как должно выглядеть лицо человека не согласного, но вынужденного делать то, что прикажут. Владыка поджал губы, смиренно переступил порог и скрылся в коридоре.

Солнечный принц небрежно захлопнул дверь при помощи лёгкого толчка, а после подошёл к шкафу и велел Адриану выбираться.

Скай выполз из укрытия как дитя, неспособное ходить, но даже это он умудрился сделать скорее красиво, чем смешно.

Адриан поднялся на ноги и поинтересовался с искренним непониманием:

— Что это было? Выбрать невесту?

— Да-а... — протянул Луи, неловко почесывая затылок. — Забыл рассказать о том, что отец взялся строить моё семейное счастье.

Адриан сжал в кулаке собственную тунику.

— И ты выберешь?

— Кого? — Луи состроил непонятливый вид. — А-а... А-ха-ха... Ты думаешь, я когда-то женюсь на ком-то, кроме тебя? Да даже если отец приставит к моему горлу лезвие сабли я скорее убью его, чем разорву наши отношения.

— Не говори так... Он твой отец и это не шутки. Наши отношения... их не одобрят. Тебя всё равно вынудят жениться.

— Пусть попытаются. Посторонние не должны решать, кого мне любить.

Прошло почти два года, а отношения юношей до сих пор оставались тайной, о которой знали немногие. Если Адриан в начале казался тем, кто без труда огласит миру свой выбор, а Луи был тем, кто предпочтёт остаться в тени, то теперь они поменялись и разболтать об их любви всем на свете больше всего желал принц. Из-за возросшего уровня своих способностей он потерял чувство страха перед кем-либо и решил, что может махнуть рукой на все существующие правила.

У Адриана всё сложилось иначе. В своё время он пытался исподтишка намекнуть родителям о происходящем и, наткнувшись на стену неодобрения, понял, что это того не стоит. Владыка Неба после того разговора попытался выудить причину, по которой сын поднял тему однополой любви, но это только показало, насколько глубока пропасти их мировоззрений. В итоге Адриан не то чтобы испугался кому-то рассказывать, он скорее подумал «раз можно молчать, то буду молчать».

Скай вздохнул и оставил Луи без ответа. Он расправил тунику, которую сам же смял, а после натянул на голое тело и подпоясал атласной тканью.

Луи, тем временем, лениво прошёлся по комнате, вытащил из-под одеяла затерявшиеся на кровати нарукавники Адриана и бросил ему.

Принц казался спокойным. Новости об Авроре на время покинули его голову и сменились насущными проблемами собственного благополучия.

Луи поправил постель, взбил подушки и, поймав недоуменный взгляд напарника, наконец, спросил:

— Что такое?

— Почему после всего ты так спокоен? Тебе ведь завтра идти на смотрины и выбирать ту, кого ты не хочешь выбирать...

— Так я никуда не пойду.

— Что ты имеешь ввиду? Ты ведь сказал отцу...

Луи отмахнулся:

— Я много чего говорю и зачастую это неправда. А отцу я вру не краснея, у нас это взаимно.

— И что ты тогда будешь делать? Зная Видора, он тебя за шкирку схватит и насильно притащит на смотрины.

— Для начала ему нужно будет нас найти.

Адриан опешил:

— Что?

Луи загадочно улыбнулся:

— Ты давно ходил на охоту?