Я буду рядом. Всегда.

Узнав всю подноготную об Айле Айви Райт, Венс не спал трое суток. Досье, которое Дерек положил ему на стол к вечеру следующего дня, было пухлым, но, по сути, пустым. Двадцать один год. Студентка колледжа, факультет кулинарии. Сирота. Живет одна в крошечной квартирке на окраине, доставшейся от бабушки. Парня нет. Подруг — мало. Денег — кот наплакал. Она была одна во всем мире. Совершенно одна. И эта мысль будила в нем одновременно и дикую, животную нежность, и ледяную ярость. Ее некому защитить. Кроме него.
Ночи превратились в пытку. Он лежал в своей огромной пустой кровати, смотрел в высокий потолок пентхауса и видел только ее. Как она заправляет прядь за ухо. Как кусает губы, заполняя чек. Как трет уставшие глаза. Он чувствовал запах ванили, хотя в комнате пахло только дорогим виски и кожей. В какой-то момент он поймал себя на том, что улыбается, просто вспоминая, как она сказала ему: «Я сейчас занята». Дерзкая. Маленькая. Его.
На четвертую ночь он снова сидел в прокуренном зале «Big Boy». В том же углу, спиной к стене. На нем была простая темная водолазка и куртка, дешевле его обычных часов, но взгляд остался прежним — тяжелым, гипнотизирующим. Он не прятался. Он хотел, чтобы она его увидела. Привыкала.
Айла вышла из кухни с подносом и замерла. Узнала мгновенно. Кровь отлила от ее лица, сделав кожу почти прозрачной, отчего веснушки на носу проступили еще ярче. Она не подошла. Вместо этого она метнулась за стойку и послала к нему ту самую вторую официантку, грузную женщину лет пятидесяти.
— Что будете? — спросила та, устало глядя на него.
В меню он даже не взглянул. Смотрел поверх ее плеча на Айлу, которая делала вид, что яростно протирает кофемашину.
— Передай Айле, что если она не подойдет, я закрою это гребаное кафе завтра же к обеду, — спокойно сказал Венс. — И уволю каждого, кто здесь работает.
Женщина опешила, хотела что-то возразить, но наткнулась на его взгляд и, побледнев, попятилась к стойке.
Айла слушала, не веря своим ушам. Она хотела послать его, выгнать, вызвать полицию, но ноги сами понесли ее к его столику. Она подошла, встав так, чтобы между ними оставался спасительный метр.
— Чего вы хотите? — спросила она тихо, но в голосе звенела сталь, которую Венс уже однажды в ней разглядел. — Зачем вы пришли?
— Садись, — кивнул он на стул напротив.
— Я работаю.
— У тебя есть две минуты, пока я не передумал и не начал действовать мягко.
Она вздрогнула, но села. Руки сложила на коленях, сжав их в кулаки, чтобы он не видел, как они дрожат. Вблизи он казался еще крупнее. Плечи, расправленные, словно он готовился к бою, заполняли собой все пространство. Но сейчас, в тусклом свете дешевой лампы, она впервые заметила тени у него под глазами. Он действительно не спал. Из-за нее? Эта мысль показалась абсурдной.
— Чего я хочу? — Венс наклонился вперед, сокращая тот самый метр, который она так старательно выдерживала. — Я хочу, чтобы ты перестала трястись рядом со мной. Я не кусаюсь. Пока.
Айла сглотнула. От него пахло дорогим парфюмом, свежестью и чем-то еще — металлическим, опасным. Этот запах она уже уловила в их первую встречу.
— Вы мне угрожаете?
— Я тебя предупреждаю, — поправил он. — Есть разница. Угроза подразумевает выбор. У тебя его нет.
Она дернулась, чтобы встать, но его рука молниеносно легла на стол, преграждая путь. Не касаясь ее, но четко обозначая границу.
— Я не договорил.
— А я не нанималась вас слушать, —выдохнула она, и в голосе прорезались слезы. От страха, от бессилия, от абсурдности ситуации. — Вы кто вообще такой? Врываетесь в мою жизнь, пугаете людей, угрожаете... Я вас не знаю! Оставьте меня в покое!
Она все-таки вскочила, отшатнувшись от столика так, будто он был раскаленным. Несколько посетителей обернулись. Айла уже не думала о работе, о чаевых, ни о чем. Она хотела бежать.
Венс медленно поднялся. Этого никто не ожидал — ни Айла, ни редкие посетители, ни повар, выглянувший из кухни на шум. Он достал из кармана куртки визитку и положил ее на стол.
— Здесь мой номер, — сказал он тихо, но в наступившей тишине его голос прозвучал отчетливо. — Ты позвонишь. Не сегодня, не завтра. Может, через неделю. Но ты позвонишь.
Она смотрела на черный прямоугольник картона, как на бомбу.
— Ни за что, — прошептала она одними губами.
— Позвонишь, — повторил он с пугающей уверенностью. — Когда у тебя закончатся деньги на еду. Когда придет счет за учебу, который тебе нечем будет оплатить. Когда ты снова останешься одна в своей пустой квартире и поймешь, что во всем мире у тебя нет никого, кто бы о тебе позаботился. Кроме меня.
Каждое слово попадало в цель. Айла побелела еще сильнее. Откуда он знает про счет? Про то, что она одна? Про квартиру? Она не заметила, как по щеке скатилась слеза, и разозлилась на себя за эту слабость.
Венс шагнул к ней. Медленно, осторожно, как к дикому зверьку. Поднял руку и, прежде чем она успела отпрянуть, кончиками пальцев стер слезу с ее щеки. Кожа под его подушечками была горячей, нежной, живой. У него перехватило дыхание.
— Не плачь, маленькая, — хрипло сказал он. — Я сделаю так, что ты никогда больше не будешь плакать. Только от счастья. Обещаю.
Он развернулся и вышел, оставив после себя звонкую тишину и запах опасности.
Айла стояла посреди зала, не в силах пошевелиться. Вторая официантка, тетя Зоя, подскочила к ней, обняла за плечи, что-то причитая. Посетители перешептывались. Айла смотрела на визитку на столе. «Алон Венс» — было вытиснено золотом. И номер. Больше ничего.
Домой она шла пешком, хотя обычно экономила силы и ездила на автобусе. Ноги несли сами, голова была пустой, а в груди разрастался холодный ком. Он знает, где она живет. Он знает всё. Эта мысль билась где-то на периферии, но главное было другим — глубоко внутри, под слоем страха и отчаяния, предательски теплилось крошечное, абсурдное чувство. Его «ты не одна» — это было то, чего она не слышала много лет. С тех пор, как бабушка умерла.
Дома, в своей каморке с ободранными обоями, она села на продавленный диван и закрыла лицо руками. На столе лежало письмо из колледжа — напоминание об оплате следующего семестра. В холодильнике — пусто. Стипендия закончилась, смена в кафе приносила копейки, а долги росли.
Айла подняла голову и посмотрела на телефон. Темный экран молчал.
             Она не позвонит. Ни за что.

Написала главу т.к. было вдохновение
Она конечно меньше, но тоже ничего.