Горькое «Да»
Обед в резиденции Миллеров всегда был ритуалом. Звяканье серебра о лиможский фарфор, приглушенные голоса, обсуждение котировок акций. Но сегодня воздух в столовой можно было резать ножом.
Отец Хейли, Артур, сидел во главе стола, бледный, с дергающимся веком. Напротив него, вальяжно откинувшись в кресле, сидел Джаред. Он даже не снял черную кожаную куртку, которая выглядела пощечиной на фоне накрахмаленных скатертей.
— Джаред, — начал Артур, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Семь лет назад я заплатил тебе, чтобы ты исчез. Я думал, мы договорились.
Джаред медленно разрезал сочный стейк, не глядя на «тестя».
— Те деньги пошли на мой первый ствол, Артур. Считай это удачной инвестицией в мое будущее. Но я здесь не за долгами.
Хейли сидела рядом с Джаредом, чувствуя, как его бедро прижимается к её бедру под столом. Это была не поддержка — это был капкан. Она видела Эшли, которая сидела напротив, опустив глаза в тарелку, и Маркуса, чьи костяшки пальцев побелели от того, как сильно он сжимал вилку.
— Тогда зачем ты здесь? — выплюнул Маркус. — Пришел поиздеваться? Мы вызовем охрану.
Джаред наконец поднял взгляд. Холодный. Мертвый.
— Охрана уже на моем содержании, Маркус. Проверь свои счета утром, если они еще будут существовать.
Он отложил нож и накрыл ладонь Хейли своей. Его пальцы были горячими и властными.
— Я здесь, чтобы сделать объявление. Хейли выходит за меня замуж.
В столовой повисла мертвая тишина. Слышно было только, как часы в холле отсчитывают секунды до взрыва.
— Что?! — Артур вскочил, опрокинув бокал с вином. Красная жидкость потекла по скатерти, как кровь. — Хейли, скажи, что это шутка! Он преступник! Он разрушил жизнь твоей сестры!
Хейли посмотрела на отца. На человека, который годами игнорировал синяки на руках Эшли ради «репутации» семьи. Она вспомнила Стивена на складе. Вспомнила вкус губ Джареда в машине.
— Это не шутка, папа, — её голос был на удивление твердым. — Джаред — единственный, кто говорит правду в этом доме. И единственный, кто может защитить нас от того дерьма, в которое ты втянул бизнес.
— Ты... ты сошла с ума, — прошептала Эшли, впервые подняв глаза на сестру. В её взгляде была жгучая, неприкрытая зависть, смешанная с ужасом.
Джаред сжал руку Хейли сильнее, заставляя её смотреть только на него.
— Свадьба через месяц. Малявка заслуживает пышного торжества, верно? Артур, ты оплатишь счета. Это будет твоим последним взносом за спокойную старость.
Маркус вскочил, собираясь что-то выкрикнуть, но Джаред лишь слегка повернул голову, и тот замер, вспомнив вчерашнюю встречу у ворот.
— Приятного аппетита, семья, — Джаред поднялся, потянув Хейли за собой. — Нам пора. У моей невесты еще много уроков. Я должен научить её... послушанию.
Он вывел её из дома под гробовое молчание. На пороге Хейли обернулась и увидела в окне лицо Эшли. Сестра плакала. Но Хейли не чувствовала жалости. Она чувствовала дикую, темную свободу.