рыжий ворон

Семен лежал на диване и смотрел в одну точку на потолке.

Боня свернулся клубком в ногах. За окном — мокрая питерская ночь, фонари расплываются желтыми пятнами, где-то лает собака. Одиннадцатый час. Суббота. Еще один бесконечный день, которых было уже семь.

Семь дней без неё.

Семь дней он делал вид, что всё нормально. Вел пары, проверял работы, отвечал на вопросы — и умирал внутри каждую секунду.

Телефон пиликнул.

Он лениво потянулся, глянул на экран — и вскочил, сбросив кота.

Варя: «Сёма пртди ко мге»

Сердце пропустило удар. Он смотрел на эти корявые буквы, внутри всё оборвалось.

Варя: «Он ущел но я боюс что вергеться»

Второе сообщение. Пальцы у неё дрожали, когда писала. Он знал это. Чувствовал кожей.

Он уже не читал — бежал.

Босые ноги влетели в кроссовки, дверь распахнулась, коридор — три шага до её двери. Кулак грохнул по косяку.

— Варя! Открой!

Тишина.

Секунда. Две. Три.

— Варя! Это я! Открой!

Щелчок замка.

Дверь приоткрылась.

---

Она стояла в проеме.

Белая как мел. Глаза огромные, расширенные, в них плещется ужас. Губы дрожат, руки трясутся, в одной зажат телефон. Волосы растрепаны, на щеке — красное пятно, будто от удара.

Семен смотрел на неё и чувствовал, как внутри всё схлопывается.

— Варя... — выдохнул он.

Она открыла рот — и не смогла произнести ни звука. Только смотрела на него, и в глазах стояли слезы, которые она изо всех сил сдерживала.

А потом шагнула вперед и вцепилась в него.

Вцепилась так, будто он был последним живым существом на земле. Пальцы впились в его футболку, лицо уткнулось в грудь, плечи затряслись.

Он обнял. Крепко. Прижал к себе, закрывая от всего мира.

— Тише, — шептал он в её макушку. — Тише. Я здесь. Я пришел. Я с тобой.

Она не плакала. Просто тряслась в его руках, и от этой дрожи у него сердце разрывалось на куски.

— Что случилось? — спросил он тихо. — Кто тебя тронул? Илья?

Она кивнула в его грудь.

— Он... — голос сорвался, пришлось начинать заново. — Он сегодня пришел. С вином. Сначала нормально был, а потом...

Она замолчала. Семен чувствовал, как её пальцы сжимают ткань его футболки.

— Потом полез, — выдохнула она. — Руками... везде. Я сказала убрать — он не убрал. Зажал на диване, сверху навалился...

Семен замер. Внутри всё превратилось в лед, а потом в раскаленный металл.

— Я укусила его за руку, — продолжала она, не поднимая головы. — Сильно. Он заорал, отскочил. Сказал, что я пожалею. Что вернется. И ушел.

— Когда?

— Час назад. Может, полтора. Я сидела, боялась пошевелиться. Потом написала тебе.

Она подняла голову. Посмотрела на него. Глаза красные, мокрые, но она держалась.

— Ты пришел, — прошептала она. — Ты правда пришел.

— Я всегда приду.

— Даже после всего, что было?

— Особенно после всего, что было.

Она снова уткнулась ему в грудь. Он гладил её по голове, по растрепанным рыжим волосам, чувствовал, как постепенно утихает дрожь.

— Идем в комнату, — сказал он. — Посидим.

---

Они сидели на диване.

Варя поджала ноги, закуталась в плед. Семен сидел рядом — близко, но не вплотную. Чтобы она знала: он здесь, но не давит.

— Расскажи про него, — попросил он. — Всё. С самого начала.

Она рассказывала. Про то, как Илья появился, как ухаживал, как она думала — может, переключиться, забыть, начать новую жизнь. Про то, как он сначала был нормальным, а потом начал позволять себе лишнее.

— Я думала, мне кажется, — говорила она тихо. — Думала, я выдумываю. Он же просто руку на плечо кладет. Просто близко садится. Просто смотрит так...

— Ты не выдумывала.

— Я знаю. Теперь знаю.

Она замолчала. Смотрела в стену.
— Сём

— М?

— А если он вернется?

— Я его встречу

— Он сильный. Злой. Пьяный может быть.

— Мне плевать.

Она посмотрела на него. В глаза.

— Ты не боишься?

— Боюсь. За тебя, за себя — нет.

Она хотела что-то сказать, но в этот момент раздался звук.

Шаги на лестнице.

Тяжелые. Неровные. Пьяные.

Они замерли оба. Смотрели на дверь.

Шаги приближались. Остановились у её двери.

Грохот кулака по дереву.

— Варька! Открывай! — пьяный, наглый голос Ильи. — Я знаю, ты там! Открывай, поговорим!

Варя побелела. Вцепилась в плед. Смотрела на дверь расширенными глазами.

Семен встал.

— Сиди здесь, — сказал он тихо. — И не выходи.

— Семен...

— Сиди.

Он пошел в прихожую.

---

Семен подошел к двери. Посмотрел в глазок.

Илья стоял на площадке. Красный, взмыленный, в руке бутылка. Пьяный в стельку, но агрессивный. Стучал кулаком по косяку, матерясь.

Семен открыл дверь.

Илья замер. Уставился на него. Пару секунд соображал, кто это.

— Ты... — протянул он. — А, препод. Ты тут чего забыл?

— Уходи.

— Чего?

— Уходи. Пока с тобой по хорошему разговариваю

Илья осклабился. Шагнул ближе, нависая — он был выше, шире, казалось, сильнее. От него разило перегаром.

— Ты мне указывать будешь? Ты кто вообще? Варькин хахаль? Куда ты бля лезешь?

— Я сказал: уходи.

— Варька! — заорал Илья в коридор. — Выходи, поговорим! Чего ты там с этим придурком спряталась? Пусть он идёт к себе, у нас разговор не закончен!

Тишина.

— Не выйдет, — сказал Семен спокойным серьезным голосом, но внутри всё закипало. — Она с тобой разговаривать не будет.

— Ах не будет? — Илья шагнул вперед, ткнул пальцем Семену в грудь. — А ты ей не указывай! Слышишь, умник? Вали отсюда, пока цел. Это наше дело, не лезь.

Семен перехватил его руку.

— Руку убрал.

— А то что?

Илья рванулся, высвободился. Глаза налились кровью. Он явно искал повода.

— Ты кто такой, чтобы мне указывать? — заорал он. — Она моя! Понял? Моя! Я с ней что хочу, то и делаю!

— Она не вещь.

— Ах ты...

Илья размахнулся — хотел ударить, но слишком пьян, слишком медленно. Семен ушел в сторону, и кулак просвистел мимо.

Илья потерял равновесие, качнулся вперед.

И Семен ударил.

Коротко. Жестко. Точно в челюсть.

Удар вышел злым — вся накопившаяся за эти дни боль, весь страх за неё, вся ненависть к этому ублюдку вложились в один единственный удар.

Илья рухнул как подкошенный. Грохнулся спиной на лестничную площадку, бутылка покатилась вниз по ступенькам, разбилась. Он замычал, схватился за лицо, попытался встать — не смог.

Семен стоял над ним. Кулак саднило, дыхание сбилось.

— Полежи, — сказал он. Голос чужой, незнакомый. — Лежи и слушай.

Илья смотрел на него снизу вверх. В глазах — боль, злость, непонимание.

— Ты подошел к моей девушке. Ты её тронул. Ты её напугал. Ты вообще представляешь, что с такими делают?

— Да пошел ты...

Семен присел рядом. Посмотрел в глаза.

— Если ты еще раз появишься рядом с ней — я тебя убью. Просто приду и сделаю так, что ты уже не встанешь. Понял?

Илья молчал. Только смотрел.

— Я спросил: понял?

— Понял, — выдавил Илья.

— Чтобы я тебя больше рядом с ней не видел. Ни в универе, ни рядом. Если увижу — даже разговаривать не буду.
Семен встал.
— Вали отсюда

Илья поднялся, пошатываясь. Потрогал челюсть — цела, но завтра будет синяк. Посмотрел на Семена с ненавистью, но спорить не рискнул.

— Еще встретимся, — прохрипел он, пятясь к лестнице.

— Жду.

Шаги загремели вниз. Потом стихли.

Семен стоял, смотрел на пустую лестницу. Руки дрожали. Кулак болел. Адреналин зашкаливал.

Он закрыл дверь. Повернулся.

Варя стояла в дверях комнаты. Белая. Смотрела на него огромными глазами.

---

Они смотрели друг на друга.

Секунду. Две. Пять.

Она молчала. Смотрела на него, на его руку, на разбитый костяшку.

— Больно? — спросила тихо.

— Нормально.

А потом она сорвалась с места и влетела в него. Обхватила руками за шею, прижалась изо всех сил.

— Ты живой, — шептала она. — Ты живой, господи...Я думала, он тебя убьет. Он же огромный, а ты...

— Я злой.

Она рассмеялась сквозь слезы. И тут же разрыдалась.

В голос. В первый раз за долгое время. Спрятала лицо у него на груди и плакала так, что плечи тряслись.

Он обнял. Крепко. Гладил по голове, целовал в макушку, шептал что-то бессвязное.

— Тише, маленькая. Всё закончилось. Он не вернется. Я здесь. Я с тобой. Всё хорошо.

— Я испугалась, — всхлипывала она. — Так испугалась за тебя...

— За меня не надо. Я сильный.

— Ты дурак.

Она отстранилась. Посмотрела на него — красная, заплаканная, нос распух, глаза мокрые. Потом взяла его руку, посмотрела на разбитую костяшку.
— Болит?

— Уже нет.

— Врёшь.

— Вру.

Она поднесла его руку к губам, поцеловала осторожно, будто боясь сделать больно.Она шмыгнула носом. Потом улыбнулась — слабо, сквозь слезы.

— Ты невыносим.

— Знаю.

Они стояли в прихожей, обнявшись. За окном — ночь. За дверью — тишина. Внутри — тепло.

— Семен, — сказала она тихо.

— М?

— Ты сказал ему... что я твоя девушка.

— Сказал.

— Это правда?

Он посмотрел на неё. В глаза. Долго.
— Не знаю. Но сегодня — просто будем рядом. Ладно?

— Ладно.

Они прошли в комнату. Семен сел на диван, Варя рядом, прижалась к нему, уткнулась носом в плечо.
— Семен.

— М?

— Ты останешься?

— Да.

— На всю ночь?

— на всю ночь.

Варя кивнула и закрыла глаза. Дыхание постепенно выравнивалось. Он сидел, гладил её по голове, смотрел в стену.

Варя уснула через полчаса.

Семен не спал. Смотрел на неё, на её лицо во сне — спокойное, расслабленное, без страха. Потом перевел взгляд на свою руку. Костяшки распухли, кожа содрана.

Улыбнулся.

Оно того стоило.

Завтра будет новый день. Новые проблемы. Новые решения. Завтра придется думать, что делать дальше, как быть, как не потерять её снова.

А сегодня — просто ночь. Ночь, когда он был рядом.

И это главное.

___
Тт: bitva_xxensow
Тгк: https://t.me/bitva_xxensow