Глава 3
— «Твой дядя?» — глаза Линь Цюцзу на мгновение загорелись. Он быстро соскочил с кровати, не заботясь о том, что на нем нет ни нитки, и бесцеремонно уселся на край. — Ты имеешь в виду Ли Сыпэя?
Ли Янь натягивал худи, искоса поглядывая на необычайно воодушевленного Линь Цюцзу.
— Ты знаешь моего дядю?
— Лично — нет, — ответил Линь Цюцзу. — Но я слышал, как мой отец говорил о нем.
Ли Янь мгновенно все понял, и в его глазах промелькнула насмешка.
Хех.
Стоило кому-то узнать, кто его дядя, как они реагировали в точности как Линь Цюцзу. На самом деле, Линь Цюцзу еще сдерживался. Были люди, которые, ни разу не видев дядю в глаза, умоляли Ли Яня их представить, отбрасывая всякое достоинство, лишь бы подобраться к нему поближе.
Однако сам Ли Янь с дядей почти не общался. Мало того, что тот редко посещал семейные встречи, так даже если и приходил, молодежь его поколения не смела к нему приблизиться — дядю тут же плотным кольцом окружали старейшины рода.
Тем не менее, неприкрытая реакция Линь Цюцзу все равно вызвала у Ли Яня раздражение. Он быстро надел штаны, повернулся и потянулся за телефоном на кофейном столике.
Внезапно Линь Цюцзу обнял его со спины, притираясь лицом к лопаткам, и кокетливо протянул:
— Возьми меня с собой. Так скучно проводить ночь в отеле одному.
— Ты с ума сошел? — Ли Янь оторвал руки Линь Цюцзу от себя и гневно обернулся. — Я еду домой, а не обратно в университет!
Линь Цюцзу моргнул:
— Я знаю.
— Тогда зачем тебе туда переться?!
— Мне скучно. К тому же, я уже был у тебя дома. В начале этого года я заезжал с родителями поздравить вашу семью с Новым годом. Твоя мама знает, что мы друзья.
Ли Янь хмыкнул:
— Ага, «друзья», которые несколько раз переспали.
— Я просто не хочу куковать в отеле в одиночестве, — Линь Цюцзу обвился вокруг руки Ли Яня, продолжая говорить этим приторно-тягучим тоном. — Либо ты берешь меня с собой, либо...
Он сделал паузу и оскалился в улыбке:
— Либо сегодня же вечером я поеду на курорт «Жичжао» к Ми Чжао и покажу ему все засосы, которые ты на мне оставил. А заодно расскажу, как ты не удержался и затащил меня в постель, пока вымаливал у него прощение.
Ли Янь застыл. Шока хватило лишь на секунду, после чего в нем вспыхнула ярость.
— Линь Цюцзу! Ты смерти ищешь?!
Линь Цюцзу не только не испугался, но и насмешливо склонил голову набок:
— Смелости сделать хватило, а признаться — нет? Ты так отчаянно пытаешься разузнать о Ми Чжао... неужели хочешь, чтобы я тебя опередил?
Лицо Ли Яня посерело от злости. Его всё дико раздражало.
Всё из-за Линь Цюцзу. Даже после отказа тот находил способы соблазнить его. Ли Янь прекрасно знал о вражде между Линь Цюцзу и Ми Чжао. Знал он и то, что Линь Цюцзу спит с ним только ради того, чтобы насолить бывшему...
Надо было просто перетерпеть.
Теперь, когда страсть улеглась, Ли Янь смотрел при свете ламп на нежное, но какое-то женственное лицо Линь Цюцзу. Без макияжа все его недостатки стали очевидны.
Глаза не такие ясные, как у Ми Чжао, нос не такой точеный, кожа хуже.
Он и в подметки не годился Ми Чжао.
Если бы не это выражение лица, этот взгляд...
У Ми Чжао за всю жизнь не появилось бы такого порочного, манящего взгляда.
Вспомнив о Ми Чжао, Ли Янь странным образом успокоился. Уголок его рта дернулся вверх, а тон стал безразличным:
— Ладно. Хочешь ехать? Поехали.
Посмотрим, захочет ли дядя вообще на него смотреть.
На следующее утро к вилле в курортной зоне «Жичжао» подали представительский автомобиль.
Уже одетый Ли Сыпэй сидел в своем инвалидном кресле напротив панорамного окна, занимавшего почти всю стену гостиной. Он задумчиво смотрел на зелень снаружи, погруженный в свои мысли. Позади него суетилось несколько человек, заканчивая сборы.
Хотя Ли Сыпэй провел здесь всего одну ночь, его окружение не смело допускать оплошностей. Любая промашка обернулась бы крупными неприятностями со стороны старой госпожи.
Жуань Синь, работавшая на Ли Сыпэя со времен выпуска из университета, всегда была предельно осторожна и дотошна. Трижды перепроверив упакованные вещи, она тихо подошла к нему.
— Третий господин, всё готово.
— М-м, — рассеянно отозвался Ли Сыпэй, не подавая знаков, что готов трогаться.
Видя это, Жуань Синь не решилась настаивать. Она украдкой взглянула на него и поняла, что Ли Сыпэй смотрит вовсе не на сад. Его взгляд был прикован к зданию вдали, едва различимому сквозь качающиеся кроны деревьев.
«Он смотрит на соседнюю виллу?» — озадачилась Жуань Синь.
В этот момент Ли Сыпэй внезапно позвал:
— Госпожа Гуй.
— Да? — отозвалась экономка.
Госпожа Гуй была прикреплена к вилле самим курортом и отвечала за уборку, поэтому она не уезжала вместе с ними.
— Сегодня вечером, часов в семь-восемь, выйди на улицу и посмотри. Если тот юноша все еще будет ждать меня на прежнем месте, скажи ему... — тут Ли Сыпэй запнулся, будто что-то вспомнил, и его голос затих.
Спустя мгновение он добавил:
— Впрочем, забудь.
Госпожа Гуй растерялась:
— Вы хотите, чтобы я что-то передала этому молодому человеку?
— Нет, — отрезал Ли Сыпэй. — Ничего не говори.
Он не был уверен, что тот вообще придет его ждать, так что проявлять излишнюю самонадеянность было ни к чему. Ли Сыпэй отвел взгляд и сказал Жуань Синь:
— Едем.
Курорт «Жичжао» располагался на склоне горы. Чтобы попасть в город А, нужно было сначала доехать до города Туаньсян. Весь путь составлял около 170 километров и занимал два-три часа.
Когда машина въехала в район элитных вилл Ванцзян в южной части города, был уже полдень. Обычно в это время семья Ли уже сидела за длинным обеденным столом, но сегодня всё было иначе. Еда томилась на кухне, а в столовой никого не было.
Старая госпожа Ли, Пэй Юй, специально вернувшаяся на два часа раньше, лично вышла встречать сына. Она была в темно-синем ципао, её иссиня-черные волосы были аккуратно уложены в высокую прическу. Ухоженное лицо всё еще хранило следы былой красоты.
За ней следовала целая толпа домочадцев — старые и молодые, мужчины и женщины, у каждого на лице была своя маска.
Ли Янь стоял с краю, засунув руки в карманы. Глядя на сияющую мадам Ли впереди, он раздраженно почесал затылок и проверил телефон. 12:05. Ехать до «Жичжао» еще часа три, к тому времени как раз стемнеет. Он не был уверен, застанет ли там Ми Чжао.
— Братец? — прошептал стоявший рядом двоюродный брат. — Чего ты всё в телефон пялишься? Что-то случилось?
— Ничего, — буркнул Ли Янь.
Даже если бы и случилось, что он мог сделать? Просто развернуться и уйти? Отец бы ему ноги переломал.
Ли Янь сунул телефон обратно в карман, раздумывая, не свалить ли куда-нибудь подальше, как вдруг Линь Цюцзу ткнул его локтем в бок. Его голос дрожал от возбуждения:
— Машина едет!
Толпа оживилась. Пэй Юй сразу узнала автомобиль и поспешила вниз по лестнице. Остальные старейшины с дежурными улыбками двинулись следом. Машина еще не успела остановиться, как её уже облепили люди.
Линь Цюцзу тоже хотел податься вперед, но Ли Янь мертвой хваткой вцепился ему в руку.
— Ты куда собрался? — процедил он сквозь зубы.
— Просто посмотреть. Пусти! — Линь Цюцзу попытался вырваться, но, увидев перекошенное лицо Ли Яня, сдался.
Однако вскоре его беспокойное нутро снова дало о себе знать:
— Ты же ради дяди приехал. Неужели даже не глянешь?
Ли Янь видел его насквозь. Он криво усмехнулся:
— Думаешь, ты там к месту?
Линь Цюцзу замолчал. Даже если бы и так, это было бы крайне неуместно.
Ли Янь оказался прав. Поскольку Третий Господин Ли возвращался редко, у младшего поколения не было ни единого шанса вставить хоть слово. Их всех усадили в самом конце длинного стола, подальше от почетного гостя.
Линь Цюцзу впервые видел Третьего Господина вблизи, и с того момента его взгляд был прикован только к нему. За столом сидело больше двадцати человек — немало, но и не настолько много, чтобы кого-то проигнорировать. Однако за весь обед взгляд Ли Сыпэя ни разу не скользнул в их сторону.
Пока Ли Янь бесился от вынужденного сидения, Ли Сыпэй тоже чувствовал себя не в своей тарелке. Спустя годы он вернулся домой, и казалось, у всех его кузенов и их жен выросли вторые языки — они тараторили без умолку с того самого момента, как он вышел из машины. Ли Сыпэй не хотел вступать в пустые разговоры, поэтому молча сосредоточился на еде.
Сегодня была годовщина смерти Второго Господина Ли [1], который был похоронен на частном кладбище за городом. Именно ради этого собралась вся семья. После обеда им предстояло поехать туда, чтобы почтить память.
Хотя семья Ли казалась огромной и процветающей, их внутренние связи были довольно простыми. Изначально в роду было два брата: Старший Господин и Второй Господин.
Второй Господин, отец Ли Сыпэя, был женат на дочери владельца «Zuo Yue Group» — Пэй Юй. Долгое время у пары не было детей, и только когда им перевалило за тридцать, с помощью ЭКО родился Ли Сыпэй. Он был недоношенным, со слабым здоровьем, а позже, из-за несчастного случая, стал вести затворнический образ жизни.
Все остальные многочисленные наследники и наследницы семьи Ли были детьми Старшего Господина от двух его жен. Однако, поскольку Пэй Юй де-факто была главой семьи, годовщина смерти её мужа стала важнейшим событием для всего клана. Даже если бы она и сын не приехали, семья обязана была собраться.
После церемонии Ли Сыпэй сидел в тени дерева, спасаясь от жары. Его холодный взгляд следил за родственниками, которые суетились вокруг. Он вспомнил, что в годовщину смерти Старшего Господина эти же самые кузены пальцем о палец не ударили, свалив всё на помощников.
— Ты отпустил Си Цзюня? — раздался голос Пэй Юй позади.
Ли Сыпэй не обернулся, лишь коротко хмыкнул.
— Неудивительно, что он вдруг пришел ко мне с повинной и попросил перевода в провинцию Z. — Пэй Юй подошла к сыну, и ассистент тут же разложил для неё кресло. Присев, она вздохнула: — Ты по-прежнему не терпишь сора в глазу.
Ли Сыпэй молчал, глядя прямо перед собой. Пэй Юй посмотрела на единственного сына, и сердце её сжалось от горечи:
— Раз уж ты вернулся, почему бы не остаться подольше? Мама сто лет с тобой нормально не разговаривала.
— Я уезжаю завтра утром, — сухо ответил сын.
— Так скоро? Ты ведь только приехал! — Пэй Юй была поражена. Затем, что-то вспомнив, она взглянула на надгробие мужа, и голос её дрогнул: — Ты всё еще думаешь о том, что случилось с отцом...
— Мама.
Пэй Юй осеклась и посмотрела на него. Лицо Ли Сыпэя стало еще холоднее:
— Я не хочу больше это обсуждать.
— ... — Пэй Юй помолчала, затем выдавила улыбку: — Хорошо, хорошо, не будем. Давай о чем-нибудь другом.
Было кое-что, о чем она давно хотела поговорить. У правнуков Старшего Господина уже дети скоро пойдут, а у неё с покойным мужем не то что внуков — даже тени невестки на горизонте не видно. Ли Сыпэю уже тридцать два, пора бы подумать о личном.
Но не успела она начать, как перед ними внезапно возникли две фигуры, пихающие друг друга.