ГЛАВА 35 (Илья)
Я никогда не думал, что буду бегать по общежитию с кучей подушек и пледов в руках, но Андрей умеет убеждать. Особенно когда речь идёт о том, чтобы сделать приятно нашим девушкам.
– Слушай, – сказал он в среду, когда мы шли с пар. Давай устроим им вечер? Ну, типа сюрприз. Мила вечно ноет, что мы не романтичные, а Аня...
– Аня что?
– Аня просто заслуживает, чтобы её баловали, – он сказал это так серьёзно, что я не стал смеяться.
– И что ты предлагаешь?
– Сдвинем кровати, украсим все поатмосфернее.Наконец-то испытаем наш проектор, а то что, зря что-ли его из Гродно везли? Ну и в доставке что-нибудь вкусненькое закажем.
– Ты про суши?
– А ты догадливый, – он хлопнул меня по плечу. – Короче, в пятницу у нас последняя пара – английский. Свалим после неё, пока они на второй будут. И будет время на подготовку.
– Ты предлагаешь прогулять?
– Я предлагаю не акцентировать на этом внимание, – поправил он. – Сделаем все по-тихому, по-умному.
Я вздохнул. Мила бы меня убила, если бы узнала, что я сбежал с пары ради гирлянд. Но потом бы, наверное, поцеловала. Так что риск оправданный.
– Идёт.
***
– План такой, – сказал Андрей, когда мы зашли в нашу комнату. – Сначала сдвигаем кровати. Потом я бегу за гирляндами к соседям, ты – ищешь пледы и подушки.
– Где я возьму пледы?
– У девчонок. – И Андрей протягивает мне дубликат ключей от их блока и комнаты.
– Ты предлагаешь мне украсть их пледы?
– Я предлагаю тебе отдолжить, временно, с возвратом.
Я зашёл, огляделся. Пледы – два, мягких, флисовых: один с единорогами (Анин), другой – серый, простой (Мила любит в него закутываться). Я взял оба, подушки – тоже забрал. И маленькую декоративную с надписью «Моё счастье». Мила купила её на какой-то ярмарке и говорила, что это – для поднятия настроения.
Когда я вернулся, Андрей уже сдвинул одну кровать к другой. Получилось не совсем ровно – я вздохнул и полез выравнивать.
– Симметрия, Андрей, она важна.
– Ты зануда.
– Зато девчонки потом оценят.
Я расстелил пледы поверх сдвинутых матрасов. Получилось огромное гнездо. Подушки – горкой у изголовья. Андрей притащил из соседней комнаты два ночника и поставил по бокам.
– Не хватает атмосферы, – сказал он, прищурившись.
– Гирлянды?
– Гирлянды и проектор.
Андрей подключил проектор к ноутбуку, выставил на тумбочку, навел на белую стену.
– Картинка ровная?
– Вешай вдоль стены, – командовал Андрей, стоя на стуле, пока я разматывал гирлянды – И к изголовью.
Мы провозились полчаса. Я клеил скотч, проверял, чтобы провода не болтались, Андрей в это время наводил порядок в остальной части комнаты.
– Суши во сколько?
– Сказали через час привезут. А фильм какой выбираем?
– «Человек-паук: Нет пути домой», – сказал я, вспоминая, как Мила на прошлой неделе пересматривала трейлер и всхлипывала: «Я всё равно плачу, когда Тони появляется».
– О, это она любит. Тогда скачай. Есть ещё вариант «Мстители: Финал», но там три часа.
– Давай сначала Человека-паука, а если успеем – Мстителей. Мила любит оба этих фильма.
– Ты так романтичен, что меня тошнит, – сказал Андрей, но без злости.– Так. Пледы есть, подушки есть. Проектор, гирлянды, фильм. Ах да, морской бой.
– Какой ещё морской бой?
Он ухмыльнулся во все тридцать два.
– Суши-морской бой. Я всё продумал. Каждая коробка – корабль. Соевый соус – море. Называешь координату – если у противника в той коробке есть ролл – он съедается. Если нет – ты ешь свой. Проигрывает тот, у кого роллы кончились первыми.
– Ты серьёзно?
Я посмотрел на него. В этот момент он напоминал мне не столько гения, сколько мальчишку, который очень хочет, чтобы Аня улыбнулась.
– Ладно, гений, но готовить поле буду я.
– Договорились.
Комната выглядела так, будто здесь снимают рекламу уюта. Гирлянды горели тёплым светом, проектор показывал заставку (я выбрал звёздное небо, чтобы пока девчонок не было), пледы лежали аккуратными складками. Даже пыль я протёр – впервые за все время в общаге.
Андрей глянул на часы.
– Они уже с пар вышли. Через полчаса будут.
– Тогда мы уходим.
– Куда?
– Вниз, встретим. Сделаем вид, что только пришли с прогулки.
– Хитро.
Мы вышли на улицу, сделали круг вокруг общежития и на лестнице столкнулись с ними. Мила была в своём растянутом свитере, Аня – с огромным стаканчиком с кофе.
– Вы где были? – спросила Мила, подозрительно щурясь.
– Гуляли, – ответил я, беря её за руку. – Погода хорошая.
– Погода? – она посмотрела на хмурое небо. – Ты в своём уме?
Андрей подхватил Аню под локоток.
– Пойдём, тут холодно.
Мы поднялись на этаж.
– Стой, – сказал я. – Закрой глаза.
– Что? – Мила остановилась.
– Просто закройте. Обе.
Она вздохнула, но послушалась. Я открыл дверь, завёл её за руку внутрь. Андрей сделал то же самое с Аней.
– Открывайте.
Я никогда не забуду её лицо. Глаза распахнулись, брови взлетели, и на секунду она забыла, как дышать.
Аня ахнула, Мила молчала.
– Это... – начала Мила.
– Сюрприз, – я улыбнулся.
– Вы это сами сделали?
– Сами. Весь день на это потратили.
– Вы сдвинули кровати? – Аня уже забралась на пледы и трогала гирлянды. – Боже, какие красивые!
– Симметричные, – уточнил я, глядя на Милу.
Она медленно обвела комнату взглядом: проектор, стена-экран, подушки, серый плед и её «Моё счастье» сверху. Гирлянды отражались в её невероятно красивых глазах.
– Ты взял мою подушку, – сказала она тихо.
– Твои вещи пахнут тобой, – ответил я. – Мне нужен был этот запах здесь.
Она покраснела – я видел, даже при тусклом свете. И, пользуясь тем, что Андрей с Аней уткнулись в проектор, чмокнул её в щёку.
– Эй, – сказала Аня, не оборачиваясь. – Я всё вижу через отражение в окошке.
– Не дразни их, – Андрей обнял её. – Лучше скажи, какой фильм смотреть будем?
– Человек-паук, – сказали Мила и Аня хором.
Я все-таки угадал.. На стене засияли яркие краски логотипа Marvel, заиграла знакомая музыка. Мы забрались в пледовое гнездо – я с Милой, Андрей с Аней – и прижались друг к другу.
– Кто твой любимый мститель? – спросил я у Ани, пока Питер Паркер что-то доказывал доктору Стрэнджу.
– Мне нравится Тони Старк, потому что он умный и шутит даже когда всё плохо.
– У тебя фетиш на гениев с деньгами? – заметил Андрей.
– У тебя комплекс неполноценности, – парировала Аня. – А твой?
– Локи, – сказал я. – Потому что он может быть сволочью, а может – героем. И у него отличное чувство юмора.
– Ты не Локи, – усмехнулась Мила. – Ты не Халк, – ты зелёный только от зависти, когда я с кем-то разговариваю дольше пяти минут.
– Это ревность, а не зависть.
– Одно и то же.
Она пододвинулась ближе, и я прижал её к себе. От неё пахло шоколадом и ещё чем-то родным, от чего у меня внутри всё переворачивалось.
– Смотри, сейчас будет сцена с Тони, – сказал я.
– Я знаю, – прошептала она. – Я всё равно заплачу.
Она не заплакала. Только шмыгнула носом, когда Тони Старк обнял Питера. Я поцеловал её в макушку.
В середине фильма, когда Зелёный гоблин начал крушить всё вокруг, зазвонил телефон Андрея.
– Суши! – Андрей выпрыгнул из гнезда быстрее, чем я ожидал от человека его комплекции. – Еда! Теперь самая эпичная часть вечера!
Аня подозрительно прищурилась.
– Морской бой, – констатировал Андрей, помогая мне расставлять коробки. – Суши-версия. С новыми правилами и беспощадными бомбардировками.
Мы разделились на команды: я с Милой против Андрея с Аней. Поле боя расстелили на пледах – бумажные салфетки под коробками, соевый соус в отдельных пиалах.
– Забираю себе «Филадельфия» и острые с тунцом, – объявил Андрей, наливая соевый соус.
– А у меня «Калифорния» и запечённый лосось, – добавила Аня, пододвигая васаби поближе к себе.
Я глянул на Милу. Она сосредоточенно раскладывала наши роллы – «Темпура», «Унаги», «Чука» и маленький набор с икрой.
– Ты как Питер Паркер, – сказал я тихо, чтобы не слышали другие. – Притворяешься слабым, а потом выигрываешь.
– Я больше как Валькирия, – ответила она. – Пью, дерусь и никого не боюсь.
– Тогда я – Локи, буду жульничать.
– Это ожидаемо.
Андрей прервал наш "флирт" громким покашливанием:
– Так, правила. Называете координату – А-5, Б-3, В-8. Если у противника в этой коробке есть ролл – вы съедаете его. Если нет – то съедаете свой. Проигрывает тот, у кого роллы закончились первыми. Жульничать разрешается, но если поймаете – штрафной ролл в пользу обвинителя.
– Ты только что узаконил мой стиль игры, – сказал я.
– Я знаю.
– Начинаем! – Мила подняла палочки как рапиру. – А-5!
– Промах! – Андрей победно улыбнулся. – Ешь свой.
Мила отправила в рот маленькую «Чуку». Я отметил – тактически верно: экономит главное.
– Б-3, – сказал Андрей, косясь на наши коробки.
– Убил, – холодно ответил я, отдавая ему «Темпуру».
– Г-7! – Аня сделала ход.
– Ранил, – я протянул ролл с лососем.
– Так, так, – Мила прищурилась. – Д-2.
– Промах! – Аня хихикнула. – Ешь свой!
Мила вздохнула и съела ещё одну «Чуку». Её запас таял.
– Илья, – шепнула она мне. – У нас проблема.
– Знаю, – я наклонился к ней. – Меняем стратегию.
– Какую?
– Смотри на меня и просто улыбайся.
Я пододвинул наши коробки к себе, делая вид, что поправляю салфетки. И незаметно переставил два ролла местами – те, по которым они уже стреляли, поменял с теми, которые ещё не проверяли.
– Е-4, – сказал я громко.
– Убил! – Андрей радостно выловил ролл. Он думал, что это была наша «секретная» позиция, но это была просто икра, которую я передвинул.
– Вкусная победа? – усмехнулась Мила.
– Ж-3, – сказал Андрей.
– Промах. – Я пожал плечами, и Мила съела свой ролл – но тот, который мы решили принести в жертву.
Так продолжалось ещё несколько ходов. Мы переставляли коробки каждые два раза. Они пытались угадать, где лежат наши запеченые роллы, а мы подсовывали им пустышки.
– З-1, – Мила сделала ход.
– Ранила! – голос Андрея звучал уже не так уверенно. Он съел наш «запечённый лосось», но я заметил, что у них самих осталось всего две коробки.
– Атакуем, – шепнул я. – З-2.
– Убили, – Аня вздохнула и отдала нам последнюю «Филадельфию».
– Мы выигрываем? – Мила не верила своим ушам.
– Сейчас. К-2.
Тишина. Андрей и Аня переглянулись.
– Промах, – сказал Андрей упавшим голосом. – У нас ничего нет.
– Ешь свой! – Мила подпрыгнула на месте.
Андрей, скрипя зубами, отправил в рот свой последний ролл – жалкий кусочек «Калифорнии», который они берегли на чёрный день.
– ПОБЕДА! – заорала Мила.
Я не удержался и поцеловал её – прямо при всех, не обращая внимания на то, что у неё изо рта торчала водоросль чука.
– Фу, – сказала Аня. – Вы целуетесь на костях поверженного врага.
– Я проиграл своей сестре и её придурку-парню, – простонал Андрей, падая на пледы.
– Скажи спасибо, что не Таносу, – усмехнулся я. – Ты бы уже рассыпался.
Аня засмеялась.
– Вы такие милые, когда не ругаетесь.
– Мы никогда не ругаемся, – соврали мы хором.
Я посмотрел на Милу. Она уставилась на экран, и на её лице играли блики. Она была красивая. Уставшая, с растрёпанными волосами, в её любимом свитере, в котором ходила уже третий день.
– Ты смотришь не туда, – сказала она, не поворачиваясь.
– Смотрю.
– На экран надо.
– Но интереснее мне тут.
Она повернулась и улыбнулась.
– Ты такой идиот.
Фильм закончился. Я включил следующий – «Мстители: Финал», чисто для фона. На стене Тони Старк прощался с дочкой. Аня уснула первой, свернувшись калачиком на плече у Андрея. Он зевнул, накрыл её пледом и через минуту засопел сам.
Мы с Милой остались вдвоём.
Гирлянды мерцали, а на стене Капитан Америка поднимал молот Тора.
– Знаешь, – прошептала Мила, – я люблю эту сцену. Стив такой... правильный. Даже когда всё против него.
– Я понимаю его, – сказал я. – Потому что он тоже долго не признавался, что чувствует. Боялся.
– Ты боялся?
– Очень. Два года.
Она провела пальцами по моей щеке.
– А теперь?
– А теперь я лежу в обнимку с тобой под гирляндами, которые сам повесил, с суши в животе и чувствую себя идиотом. Самым счастливым идиотом.
– Хорошо, – сказала она. – Потому что я тоже.
Я поцеловал её – долго, медленно, не торопясь. Под мерцание жёлтых огоньков и тихие голоса из проектора.
– Ты мой Капитан Америка? – спросила она полусонно.
– Я твой придурок, – ответил я. – Этого достаточно?
– Более чем.
Она закрыла глаза.
– Сладких снов, придурок.
– Сладких снов, Милка.
– Не называй меня так.
– Хорошо. Сладких снов, любовь моя.
Она не ответила – только придвинулась ближе и вздохнула.
Я смотрел на гирлянды, на её волосы, рассыпавшиеся по моему плечу, на кучу пустых коробок из-под суши, на спящего в обнимку лучшего друга с его девушкой – и думал, что это и есть счастье.
Не громкое, не пафосное. Простое. Как тёплый свет, как запах шоколада, как её пальцы, вцепившиеся в мою футболку даже во сне.
Я поцеловал её в макушку и закрыл глаза.
Завтра будет новый день. Лекции, очереди в буфете, вечные споры.
А сегодня – сегодня мы просто были вместе. Наконец-то всё наладилось.