ГЛАВА 21 (Мила)
Потап и Настя - "Умамы"
Я влетела в аудиторию, когда преподаватель уже что-то писала на доске, и под гневные взгляды нескольких одногруппников, которым тоже не нравились опоздания, скользнула на свободное место. Рядом с Владом.
Он посмотрел на меня с лёгким осуждением в глазах – таким, которое обычно бывает у тех, кто пришёл вовремя и считает себя лучше остальных. Но я уже привыкла, поэтому только закатила глаза, доставая тетрадь.
– Ты чего опаздываешь? – шепнул он, наклоняясь ко мне.
– Всё дело в паспорте, забирала вместе с готовой временной регистрацией, – так же тихо ответила я, открывая конспект. – Заблудилась в этих дурацких корпусах. На заселении паспорт забрали, и сегодня наконец сказали прийти забрать готовые документы. А Студенческая деревня, как ты знаешь, состоит из кучи почти одинаковых зданий. Я обошла три, прежде чем поняла, что ошиблась. Потом ещё два, прежде чем нашла правильное. Внутри меня ждала очередь – небольшая, но медленная, потому что женщина за стеклом не торопилась. К тому моменту, как я получила паспорт, время поджимало.
– А мама не учила, что надо записывать адрес?
– Мама учила не опаздывать, – парировала я. – Но, как видишь, это не всегда помогает.
Он хмыкнул, но больше ничего не сказал. Я выдохнула и попыталась сосредоточиться на лекции.
Лекция по истории белорусской государственности тянулась бесконечно. Преподаватель – пожилая женщина с монотонным голосом – бубнила что–то про Великое княжество Литовское, про Статут, про какие–то даты, которые сливались в одну сплошную линию. За окном серое небо, в аудитории душно, и веки тяжелели с каждой минутой.
Я сидела на третьем ряду, делала вид, что конспектирую, но на самом деле рука выводила какие–то каракули на полях. Рядом Аня старательно записывала каждое слово – она всегда ответственно подходит к конспектированию лекций. Через пару рядов впереди маячила спина Андрея, а рядом с ним...
Я поймала себя на мысли о том, что смотрю на Илью. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и лениво крутил ручку в пальцах. Взгляд его был устремлён куда–то в окно, и по лицу нельзя было понять – слушает он лекцию или думает о чём–то своём.
– Образование Великого княжества Литовского датируется... – доносилось откуда–то издалека.
Я отвернулась и уставилась в тетрадь. Даты, опять даты. Ох, сколько же их было в девятом классе, когда мы готовились к экзамену по истории Беларуси?
Воспоминание нахлынуло неожиданно, как тёплая волна.
***
Девятый класс, весна. Моя комната, заваленная учебниками и распечатками. За окном уже темнеет, но настольная лампа горит жёлтым уютным светом. Напротив меня, за письменным столом, сидит Илья. Он пришёл после обеда, и мы уже третий час долбим эти даты. На столе – чашки с остывшим чаем, раскрытые тетради, маркеры всех цветов.
– Слушай, ну как можно запомнить, что этот Статут был в одна тысяча пятьсот двадцать девятом? – простонала я, откидываясь на спинку стула. – Они что, специально такие цифры выбирали, чтобы никто не запомнил?
Илья поднял на меня глаза и усмехнулся.
– Легко. Смотри, – он взял мой маркер и на чистом листе нарисовал смешную рожицу с короной. – Это наш великий князь, представь, что он говорит: «Я такой крутой, что мой статут – 1529». А цифры запомни так: 15 – это возраст, когда в то время женились, а 29 – это...
– Что? – не поняла я.
– Ну, 29 – это возраст, когда уже поздно жениться, – он засмеялся. – Глупо, но работает же?
Я посмотрела на рожицу, на цифры и не выдержала – засмеялась.
– Ты ненормальный, ну и фантазия у тебя.
– Зато ты запомнишь.
К слову, я до сих пор помню эту дурацкую рожицу.
Мы сидели тогда допоздна. Я уже перестала понимать, где правда, а где его шутки, но почему–то всё хорошо укладывалось в голове. Илья объяснял терпеливо, иногда срываясь на смех, когда я путала даты, но никогда не злился.
– Давай сделаем перерыв? – предложил он, откладывая ручку. – А то уже и у меня мозг кипит.
– Давай.
Я пошла на кухню, поставила чайник. Вернулась с двумя чашками и пачкой печенья. Илья сидел на моём стуле, листал мою тетрадь. Мы пили чай, болтали о всякой ерунде: о том, что будет после экзаменов, о лете, о планах. Илья рассказывал, что хочет поехать на море, а я говорила, что мечтаю выспаться.
– Ты и так постоянно спишь, – поддел он.
– Я восстанавливаю силы.
– Ага, силы на сон.
Я запустила в него печеньем, он поймал и откусил.
А потом мы снова сели учить. И когда я в очередной раз запуталась в правителях, он вдруг потянулся и поправил прядь волос, упавшую мне на лицо. Легко, едва касаясь.
– Мешает наверное, – сказал просто.
И у меня внутри что–то ёкнуло. Но я сделала вид, что ничего не заметила.
***
– ...и таким образом, влияние Великого княжества Литовского на формирование белорусской государственности сложно переоценить, – голос преподавателя выдернул меня из воспоминаний.
Я моргнула и вернулась в реальность. Илья по–прежнему смотрел в окно, ручка в его пальцах замерла. Интересно, о чём он думает?
– Записывай даты, – шепнула Аня, толкая меня локтем. – Потом не соберёшь.
Я кивнула и послушно записала несколько цифр. 1529. 1569. 1795. Цифры, за которыми стояли века истории и наши личные воспоминания, которые тоже уже стали историей.
– На сегодня всё, – сказала наконец преподаватель. – К следующей лекции прочитать четвёртую и пятую главы.
Аудитория зашевелилась, зашумела, Аня начала собирать вещи, я последовала её примеру.
– Зайдём в буфет? – спросила она. – Я есть хочу, а до столовой далеко топать.
– Ага.
Мы вышли в коридор. Андрей, который только вышел из аудитории закричал на весь коридор:
– Девчонки, подождите! – он запыхался, подбежав к нам. – Вы в буфет? Мы с Ильёй тоже.
– Идём, – кивнула Аня и сразу заулыбалась.
Я оглянулась. Илья шёл чуть позади, засунув руки в карманы джинсов. Когда наши взгляды встретились, он чуть заметно закатил глаза, показывая на Андрея, который уже вовсю что–то рассказывал Ане.
Я фыркнула, но улыбнулась.
– Чего это он так разошёлся? – спросила я, когда Илья поравнялся со мной.
– Аня сказала, что голодная, – усмехнулся Илья. – Он теперь готов бежать впереди паровоза, лишь бы её накормить.
– Романтичный.
– Придурок, – добавил он.
Мы спускались по лестнице, и я краем глаза наблюдала за Ильёй. Он шёл рядом, чуть придержав меня за локоть, когда кто–то толкнул сзади. Жест привычный, автоматический – и от этого особенно странный. Слишком знакомый.
– Осторожнее, – буркнул он. – Раззява.
– Сам такой.
Он усмехнулся, но ничего не ответил.
В буфете было тесно и шумно. Андрей пробился к стойке, Аня стояла рядом, делая заказ, а мы с Ильёй остались у входа, потому что втиснуться в очередь было нереально.
– Как тебе лекция? – спросил он, косясь на меня.
– Скучная до ужаса, я половину проспала.
– Я тоже, – он зевнул для убедительности. – Этот голос... прямо колыбельная.
– А ты не слушал, значит?
– А ты слушала?
Я пожала плечами:
– Пыталась. Но эти даты... они как назло.
– Особенно 1529, – он ухмыльнулся.
Я удивлённо посмотрела на него. Он что, специально?
– А что 1529? – спросила я с вызовом.
– Да так, – он сделал невинное лицо. – Просто цифра красивая.
– Ага, красивая, особенно для тех, кто в девятом классе её три дня учил и все никак не мог запомнить.
– Кто же виноват, что у некоторых с памятью проблемы, – протянул он.
– У некоторых? – я прищурилась. – Это у меня проблемы? Это ты путал Полоцкое княжество с Туровским.
– Я? – он картинно прижал руку к груди. – Да я на экзамене девятку получил.
– И я девятку.
– Значит, я хорошо подготовил, – он улыбнулся.
– Или я тебя подготовила, – парировала я.
Мы сверлили друг друга взглядами, но в этом не было злости. Скорее какая–то старая привычка – перебрасываться колкостями, проверять, кто кого переговорит.
– Ваш заказ! – крикнула женщина за стойкой.
Илья хмыкнул и пошёл помогать Андрею тащить подносы. Я осталась стоять, наблюдая, как они с Аней рассаживаются за свободный столик.
– Мил, иди сюда! – позвала Аня.
Я подошла, села рядом, Илья пристроился напротив, рядом с Андреем. Перед нами на столе стояли стаканы с чаем, булочки и бутерброды.
– Ты что будешь? – спросила Аня. – Я заказала тебе чай, как обычно.
– Спасибо.
После наших посиделок в буфете Аня побежала на собрание для старост факультета, Андрей с Ильей пошли на тренировку по волейболу, а я собралась в общагу. Вся дорога пролетела как в тумане и вот я уже лежу в комнате на кровати и снова думаю. Воспоминания – странная штука, они приходят, когда их не ждёшь, и уходят, оставляя после себя лёгкую грусть. И ещё мне показалось или Илья тоже что–то вспомнил сегодня, но спрашивать его об этом я конечно же не буду.