ГЛАВА 22 (Илья)
Градусы - "Я всегда помню о главном"
Я сидел на лекции и честно пытался делать вид, что мне интересно. Преподаватель бубнила про очередной этап формирования белорусской государственности, за окном моросил дождь, и единственное, чего мне хотелось – чтобы это всё поскорее закончилось. Рядом сопел Андрей, делая вид, что записывает. На самом деле он рисовал в тетради какие–то звездочки и закорючки.
– Красиво, – шепнул я, косясь на его художества.
– Заткнись, – так же шёпотом ответил он. – Я вдохновение ловлю.
Я усмехнулся и вернулся к созерцанию окна и тут дверь аудитории скрипнула и приоткрылась. Опоздавшие, вечно они.
В проём протиснулась Света – та самая прилипала, от которой невозможно отделаться. Последние две недели она преследовала меня с особым упорством, достойным лучшего применения. Она оглядела аудиторию, ища свободное место. Они конечно же были, но она, естественно, выбрала то, что рядом со мной.
– Подвиньтесь, – пропела она, протискиваясь мимо других людей и плюхаясь на слева от меня.
Я вздохнул, Андрей, сидящий справа покосился на меня с сочувствием.
– Привет, Илья, – Света улыбнулась во все тридцать два зуба. – Не опоздала почти, да?
– Почти, – буркнул я, глядя прямо перед собой.
– А что я пропустила?
– Всё, – коротко ответил я, надеясь, что она отстанет.
Но не тут–то было.
– Ой, ну расскажи хоть вкратце, – она наклонилась ко мне, и я почувствовал запах её духов, слишком сладкий, приторный. – А то я потом не сдам ничего.
– Конспектируй, – я кивнул на преподшу. – Она же рассказывает.
– Так быстро говорит, я не успеваю.
– Уши разуй.
Света обиженно надула губы, но, к счастью, заткнулась. Достала тетрадь и принялась что–то чиркать, то и дело поглядывая на меня. Я старательно делал вид, что поглощён лекцией, и через какое–то время она переключилась на свой телефон.
Я выдохнул и уставился в окно. За стеклом моросил дождь, по небу ползли серые тучи. И вдруг, сам не знаю почему, я вспомнил.
***
Девятый класс, экзамен по истории Беларуси.
Мы сдавали его в один день, но в разных помещениях. Наш класс разделили на две части, потому что было слишком много человек. Я зашёл в класс, вытянул билет и обрадовался: те самые даты, которые мы учили ассоциируя со смешными картинками. Написал всё быстро, ответил чётко и получил свою девятку.
Вышел из аудитории, захотелось выйти на улицу, там я сразу увидел Милу. Она стояла у крыльца школы, прислонившись к перилам, и смотрела куда–то вдаль. Солнце светило ярко, по–весеннему, и её волосы отливали красивым блеском. Когда она заметила меня, лицо осветилось улыбкой.
– Ну как? – спросила она, подбегая.
– Девять, – я улыбнулся в ответ. – А ты?
– Тоже девять! – она чуть ли не прыгала от радости. – Представляешь? Всё сработало! Тот дурацкий князь с короной набекрень...
Я засмеялся. Мы стояли на крыльце, вокруг суетились другие ученики, кто–то радовался, кто–то расстраивался, но для нас двоих мир будто сузился до этого маленького пространства.
– Мил, – сказал я тихо.
– Что?
Я шагнул ближе. Она подняла на меня глаза, и в них было что–то такое... доверчивое, открытое. Я не выдержал.
Я наклонился и поцеловал её. Это мгновение длилось всего несколько секунд. Её губы были мягкими и тёплыми, пахли мятной жвачкой. На один миг мир остановился, и я почувствовал себя самым счастливым человеком на земле, а потом я отстранился и увидел её глаза. Удивлённые, счастливые, немного растерянные.
– Илья... – выдохнула она.
И тут во мне что–то щёлкнуло. Страх. Паника. Я не знал, что делать с этим дальше. Что говорить? Как себя вести? Мы же друзья. Мы всегда были друзьями. А если я всё испорчу своими чувствами? Если она не хочет? Если...
– Это... это ерунда, – выпалил я, пятясь назад. – Не бери в голову. Просто... эмоции после экзамена. Забудь.
Я видел, как её лицо меняется. Как гаснет улыбка. Как в глазах появляется что–то, отчего у меня самого внутри всё оборвалось.
– Что? – переспросила она тихо.
А потом молчание. Она просто смотрела на меня, и этот взгляд я не забуду никогда. И ушла, быстро, почти бегом, не оглядываясь. А я остался стоять на крыльце, чувствуя себя последним идиотом. Солнце светило так же ярко, но почему–то стало холодно.
***
– ...и таким образом, влияние Великого княжества Литовского... – голос преподавателя выдернул меня из воспоминаний.
Я несколько раз быстро моргнул и вернулся в реальность. Та же аудитория, те же люди. Я обернулся, Мила сидела, склонившись над тетрадью, рядом с ней Аня что–то шептала. Мила поправила прядь волос, упавшую на лицо, и этот жест показался мне до боли знакомым. Я отвернулся. Не надо, не смотри.
– На сегодня всё, – сказала наконец преподаватель. – К следующей лекции прочитать четвёртую и пятую главы.
Аудитория зашумела, я начал собирать вещи.
– Илья, подожди! – Света схватила меня за рукав. – Какие у тебя планы после пар.
– В буфет идем! – отрезал я.
– Я с тобой в буфет – вскрикнула Света.
Я внутренне застонал.
– А я не с тобой, мы с Андреем идем.
Я вышел в коридор, Андрей уже ждал у лестницы с Аней. Мила стояла чуть поодаль, делая вид, что рассматривает расписание на стене. Мы пошли с ней вместе. Я придержал ее на лестнице, когда какой–то псих задел плечом. Мила, фыркнув, съязвила мне, но я уже привык и ответил ей тем же.
В буфете было людно, Андрей с Аней встали в очередь, а мы с Милой остались у входа.
– Знаешь, – вдруг сказала Мила, кивнув в сторону Светы, которая стояла поодаль со своей подружкой. – Она на тебя смотрит, как кот на сметану.
– Знаю.
– И долго ты это терпеть будешь?
– А что мне делать? – я пожал плечами. – В штыки её посылать – только хуже будет. Она из тех, кого отказ только раззадоривает.
Мила хмыкнула.
– А ты у нас,оказывается опытный.
Мы помолчали. Очередь медленно двигалась, Андрей и Аня уже почти дошли до кассы.
– Илья! – позвал Андрей. – Помоги нести, а то уроню всё.
Я выдохнул и подхватил второй поднос. Аня уже сидела за столиком, Мила устроилась рядом. Я сел напротив, поставил чай и булочку.
Мы пили чай. За соседним столиком кто–то громко обсуждал вчерашнюю вечеринку, у окна парень с девушкой делили один пирожок на двоих. Обычная суета в буфете. Я поймал себя на том, что не хочу вставать и уходить, хочу сидеть здесь, напротив неё, и говорить о всякой ерунде. Или молчать.
– Ладно, – Аня встала первой. – Мне на собрание старост пора.
– Эй, – Андрей вспомнил, что у нас тренировка по волейболу через 15 минут. – Нам вообще–то тоже пора.
– А я пойду в общагу, – вздохнув, сказала Мила.
Зайдя в раздевалку и поздоровавшись со всеми пацанами, мы с Андреем сели рядом и начали переодеваться в спортивную форму.
– Ты чего лыбишься?
– Ничего, – ответил я, достав кроссовки из спортивной сумки. – Всё нормально.
– Ага, – Андрей посмотрел на меня и ухмыльнулся. – Понятно.
– Что тебе понятно?
– То, что ты сам себе уже два года голову морочишь.
Я промолчал, встал и начал расстегивать рубашку. Я думал о том, что тогда в 9 классе по глупости или даже трусости упустил момент. Одна тупая фраза, одно слово, а я жалею об этом уже 2 года. Интересно, это вообще когда–нибудь проходит?