𝐑𝐚𝐝𝐢𝐨𝐚𝐩𝐩𝐥𝐞

Продолжаем со стеклом) Пишу под песню: Hollow (Исп. - Stray Kids)
______________________________________

В зале отеля царила теплая, домашняя суета. Воздух пах сладкой выпечкой, тёплым какао и карамелью. Кто-то из гостей включил старый патефон, и оттуда заиграла веселая мелодия в стиле джаза.

Чарльз стоял посреди зала в забавной пижамке с ушками и огромным плюшевым мишкой в руках. Его хвостик нервно шевелился, пока он вглядывался в толпу, ища кого-то определённого.

— Папаааа! — закричал он, когда заметил Аластора. — Смотри, я назвал мишку в твою честь! Он теперь тоже будет говорить... «таинственно»!

И малыш попытался подражать голосу Аластора:

— "Гррр... добро пожаловать в отель Хэзбин, ха-ха-хаааа!"

Толпа разразилась смехом. Даже Аластор, застигнутый врасплох, фыркнул в кулак, скрывая улыбку.

Люцифер, прислонившись к стене, качал головой:

— Он теперь тебя пародирует. Это твоё наказание за пафос.

— О, но он делает это с талантом, — отозвался Аластор с гордостью.

Чарльз уже шустро бегал по залу, подходя к каждому и протягивая мишку, чтобы тот тоже "поприветствовал" гостей. Даже Ниффти получила свою порцию веселья, когда мишка "съел" у неё один из шампуров с тараканами — кукольной пастью, конечно.

— О, какой аппетит! Прямо как у Аластора!

Чарли засмеялась и подхватила брата на руки:

— Ты сегодня настоящий лучик света, малыш.

— Я всегда лучик, сестренка. Потому что ты и папы — мои солнышки!

Сердца в комнате растаяли.

А потом... Чарльз резко шепнул ей на ушко:

— А можно я буду ловить Ниффтиных тараканов и делать из них цирк? У меня будет номер!

— Ну, если только без поджогов в этот раз... — ответила Чарли, стараясь не засмеяться.

А в углу Энджел уже делал ставки:

— Сто баксов, что этот парнишка устроит больше шоу, чем мы все вместе взятые!

Пока в зале продолжалось веселье — танцы, смех и аромат горячего какао, — Энджел тихо удалился в сторону. Он прошёл по коридору отеля и остановился у окна. На улице шел мягкий, почти невидимый адский дождь, окутывая улицы туманной вуалью.

Он закурил, хотя сигарета горела только наполовину — пальцы дрожали. Мысли были спутанными, лицо — усталым. Всё в нём сейчас будто выгорало изнутри.

— Все вокруг счастливы, — пробормотал он, с горечью. — А у меня всё, как всегда, только в голове…

Он вспомнил Хаска. Его голос. Тёплый взгляд. И холодные ответы. Вроде бы был рядом, а вроде бы далеко.

Энджел сжал пальцы в кулак.

— Я опять всё испортил, да?

Словно в ответ на это, где-то за спиной послышались шаги. Он обернулся.

— Али? — удивился он, увидев её, — Ты чего тут?

Али с лёгким волнением посмотрела на него, но вместо ответа просто села рядом на подоконник.

— Ты чувствуешь, что внутри как будто пусто? — вдруг спросила она.

Энджел замер, потом выдохнул и кивнул.

— Постоянно.

Молчание между ними стало почти уютным.

— Но ты не один, — тихо добавила она. — Иногда просто надо, чтобы кто-то напомнил.

Энджел глянул на неё, в его глазах что-то дрогнуло.

— Ты... ты чертовски странная, девчонка. Но знаешь, это даже приятно.

Он чуть усмехнулся, но его улыбка была слабой, словно давно забытая.

Али немного подвинулась ближе и с самым невинным видом поджала губы:

— Знаешь, я вот думаю... вы с Хаском зря теряете время.

Энджел вздохнул, глядя в окно:

— Он же... он холодный. Молчит, пьёт, избегает. Это я такой, весёлый, глупый, весь нараспашку. Он же... он никогда не сделает первый шаг.

Али фыркнула и скрестила руки:

— Тогда ты сделай. Слушай, а давай спор?

Он прищурился:

— Какой ещё спор?

— Я говорю, что если вы с ним проведёте наедине два часа, закрывшись в комнате, вы выйдете уже не такими... напряжёнными. Может, даже с намёком на счастье. А если ничего не случится — ну, я тебе... не знаю, отполирую хвост или вымою весь отель. А если я окажусь права — ты признаешь, что тебе просто страшно быть счастливым.

Энджел поднял бровь:

— Ну ты и наглая, рыжая.

— Только честная, — весело подмигнула Али. — Два часа. Одна комната. Закрытая дверь. Меньше разговоров — больше сердца.

— Угу... А если через двадцать минут мы устроим пожар, ты тоже проиграешь?

— Если пожар будет от страсти, то всё по-честному.

Энджел не сдержал смешок, выдохнул и покачал головой:

— Окей, лисичка. Ты хочешь игры — ты её получишь. Только не плачь, если всё выйдет... слишком горячо.

Али хитро улыбнулась, чувствуя, как маленькая искра всё же зажглась в его груди.

Али бодро встала, хлопнула себя по коленям и подмигнула:

— Ладно, пошли в зал. Там сейчас Ниффти, кажется, кого-то преследует с вафлями — будет весело.

Энджел неохотно поднялся, ещё раз бросив взгляд в сторону, где находилась комната Хаска. Он прикусил губу, будто взвешивая что-то, и вдруг выдохнул:

— А ты знаешь... может, ты и права, лисичка.

Али лукаво улыбнулась, не скрывая радости:

— Конечно, я права. Давай, иди. Удачи!

— А если он меня выгонит?

— Тогда вернёшься — я уже подогрею кофе и приготовлю список «что сказать в следующий раз».

Он кивнул, развернулся и, словно актёр, идущий на последнюю сцену спектакля, направился к комнате Хаска. Каждый шаг давался тяжело — но в груди было горячо, как перед прыжком в неведомое.

Али осталась в дверях, наблюдая, как Энджел замирает у нужной двери, собираясь с духом. А потом она, всё так же улыбаясь, развернулась и пошла в зал, где Чарльз уже укладывал плюшевых игрушек в башню, Ниффти пела себе под нос, а Аластор рассказывал нечто пафосное и слишком длинное для всех.

В этот момент Али поняла — как же ей тепло в этом хаосе.

Энджел стоял у двери, словно окаменев. Его хвост нервно дёргался, коготки на пальцах царапали дверную раму.

— Ну давай... — пробормотал он себе под нос. — Ты ведь ради этого и пришёл... Иди. Просто скажи: «Привет, Хаск, я хочу поговорить»… Или что-то менее жалкое.

Он постучал. Раз, потом ещё раз, чуть громче.

За дверью было тихо. Энджи уже почти хотел уйти, как вдруг она приоткрылась — и показался всё тот же усталый, слегка взъерошенный кот.

— …Чего? — хрипло сказал Хаск, щурясь.

Энджел выдохнул и изобразил свою самую обаятельную улыбку — ту, которая обычно срабатывала.

— Привет, Хаски~! Я тут подумал… а не хочешь ли провести вечер… ну, скажем так… с самым прекрасным демоном в этом отеле?

Хаск приподнял бровь.

— Ты о себе?

— Ну а о ком же ещё, пупсик?

Он сделал полшага ближе, опираясь на косяк и наклонившись чуть вперёд. Его голос стал мягче:

— Я просто... хочу немного времени. Без лишних глаз. Без шума. Просто ты и я. И если ты скажешь «нет» — я пойму. Ну, возможно, разрыдаюсь, сломаю себе каблук и спущусь в самую глубину Ада, но… всё по-честному.

Хаск вздохнул. Помолчал. Затем медленно открыл дверь шире.

— Заходи.

Энджел моргнул.

— Что, правда?

— Только если ты не притащил шампанское и драму.

— Клянусь своими чулками — ни капли драмы!

Он быстро юркнул внутрь, и дверь за ним закрылась. В комнате вновь стало тихо, но в воздухе уже витало нечто иное — ожидание, осторожная близость, и чуть-чуть… надежды.

Продолжение следует...

Подписчики тгк, простите!! Обещаю выполнить сделку! 😶‍🌫️❤️‍🩹