Глава 15.
Я сидела в компании Мишеля и Ким в неком подобии клуба. Играла громкая музыка, незнакомые лица мелькали передо мной, а само помещение было пропитано запахом алкоголя.
Я чувствовала себя паршиво после утреннего визита Ника, который выбил меня из колеи, на ближайшие несколько недель. Не чувствуя вкусов напитка я вливала их, не вникая в суть разговора между Мишелем и Ким, изредка кивая, когда в разговоре мелькало мое имя.
Меня угнетали мои мрачные будни, моя одержимость. Я была одержима и только сейчас, сидя в этом душном клубе и слетая с катушек от громкости музыки, я это поняла.
Одержима Ником, одержима своим весом и внешностью. Я сходила с ума.
- Мишель!
Услышала я со стороны и обернулась. Высокий парень, в черной рубашке и неотесанным, словно деревянным, лицом стоял перед нашим столиком и что-то говорил Мишелю. Его слова тонули в битах, что я уже не могла ничего разобрать.
- Я отойду! – крикнул Мишель во всю свою силу голоса и пошел куда-то с этим парнем, напомнившим мне Тилля из знаменитой немецкой группы Rammstein.
Ким подсела ко мне поближе, стукнув своим стаканом с мохито по моему. Она залпом влила в себя жидкость и уставилась на меня своими огромными карими глазами в обрамлении пушистых черных ресниц.
- Что-то с тобой не так, - сделала она вывод, осматривая с ног до головы, насколько ей позволяло мое положение сидя. – Наверняка, все из-за парней.
Я невольно кивнула, даже вздохнув, на что Кимберли цокнула языком, помотав головой и разбрасывая по плечам свои длинные темно-каштановые кудри.
- Все парни – козлы, которые не достойны твоих нервов, - она закатила глаза, увидев мое кислое выражение лица. – Ты реально думаешь, что ПАРНИ так переживают из-за ДЕВУШЕК? Не-а, никогда. А вот ДЕВУШКИ из-за ПАРНЕЙ постоянно. И какого черта мы должны страдать?
Толк в её словах был, и я даже уловила его, но мне сейчас ничего не хотелось. Я не знаю, как у меня хватило сил прийти на встречу еще и в такое отвратительное место. Мне нравилась Ким и её пылкость, мне нравился Мишель и его экстравертия, но мне совершенно не нравились подобные места.
- Вот ты когда-нибудь встречала парня, который искренне переживает за свою девушку, - она приподняла ровную черную бровь, - именно искренне? Любой сексист скажет, что переживает за неё, только это так, шаблонные фразы.
- Ну, может они и есть, - я попробовала возразить, ведь есть же на свете парни хорошие, которые по-настоящему любят.
- Это вряд ли, - фыркнула Ким на мою реплику. – Если и есть, то один на миллион и то геем окажется.
Мне показались её слова странными, но я привыкла, потому что все её монологи были именно об этом.
Одни биты сменялись другими, и я уже начинала сходить с ума.
- Может, выйдем? – спросила я, не в силах сидеть в этой духоте еще хотя бы пару минут.
- Да, давай, - согласилась Ким, - только Мишелю скажу.
Она унеслась в сторону, куда ушли её брат и незнакомый парень. Я достала телефон. Пять пропущенных: дважды мама, папа, Бетти и Джеймс. Чего меня искать? Я же сказала, что вернусь поздно.
Я не собиралась идти завтра в школу, сославшись на недомогание – но на самом деле мое недомогание зовут Анна и она очень красивая. Но теперь я не знаю, что делать: не хотелось думать ни о чем. Очистить голову от всего, что произошло за последнее время, стереть из памяти, получить амнезию. Да что угодно, лишь бы не думать обо всем этом.
Кимберли привела Мишеля, буквально кинула его на сиденье и жестом позвала с собой.
После духоты клуба воздух казался мне просто ледяным. Музыка слышалась как через вату, относительная тишина приятно ласкала слух.
Балкон был огромным, длинной практически на всю стену, но стояли мы с Ким совершенно одни.
Ким зажгла тонкую сигарету, затянулась и выдохнула облако табачного дыма. Она протянула мне пачку.
- Не курю, - я помотала головой.
- Ты очень странная, - она убрала пачку в карман расстегнутого пальто. – Может, ты еще и наркотики не пробовала?
Я помотала головой.
- И не горю желанием, - честно призналась я, жадно глотая этот прохладный воздух.
- Я в шоке, - она подняла брови. – Я, кончено, знала, что ты правильная, но не думала, что настолько.
Мысли метались. Мне ничего не хотелось, кроме как стоять здесь, чувствуя прохладный воздух, смотря на машины, проезжающие парой этажей ниже. Они неслись куда-то вглубь города, возможно в самый центр и у каждого сидящего за рулем была своя жизнь, свои проблемы, своя борьба внутри.
Я была так ничтожна в сравнении с целым миром, и такими глупыми казались мои проблемы в сравнении с этим потоком людей, которых мы встречаем в метро и на улицах. Я такая же непримечательная, как и они, я всего лишь частица в этом городе, наполненном огнями, зеркальными витринами и мостами.
Ветер трепал мои волосы, лезшие мне в глаза, в которых уже высохли слезы.
- Ну, ты же не одна, - сказала мне Ким, выдыхая новое облако, - у тебя есть я и Мишель. Ты всегда можешь позвонить или написать нам.
- Да, - я выдавила из себя улыбку. – И я вам благодарна, - искренне сказала я, вызвал улыбку на лице Кимберли.
Она выкинула сигарету, затушив её каблуком готического ботинка.
- Жалко, что ты так редко приезжаешь, - продолжила я, в надежде, что она согласиться приезжать чаще. – Тебе нравится во Франции?
- Спрашиваешь, - её глаза сверкнули, когда она услышала о стране, в которой живет. – Там просто потрясающе! Ты обязана приехать к нам этим летом. Ну, после своего поступления, конечно.
Я кивнула. Я действительно не против, приехать погостить у Ким пару недель. Мне давно хотелось побывать где-то за границей, потому что все мои путешествия ограничивались парками Лондона и одним визитом к бабушке с дедушкой в Канаду, когда мне было не более семи.
- Хорошо, что хотя бы Мишель здесь, - я облегченно вздохнула, рассматривая дома напротив, окна, в которых часто мелькали человеческие фигуры и отражения в стеклах.
- Жалко, что ненадолго, - ответила мне Ким, носком ботинка скидывая окурок с балкона.
- В каком смысле? – спросила я. – Ты о том. Что он часто мотается из страны в страну по работе?
- Что? – она вскинула брови. – Я про его переезд в апреле. Он же закатывает по этому поводу прекрасную вечеринку, совмещая её с днем своего рождения. Мишель переезжает во Францию через два месяца. Насовсем.