Жажда совершенства

Будильник разрывался уже пятую минуту, и я нехотя поднялась с кровати, выключая звенящий аппарат.
Накинутое на зеркало черное покрывало сползло вниз, открывая кусок зеркальной поверхности. Я отвела взгляд, чтобы не встречаться со своим отражением. Я не хотела видеть себя до того момента, пока не стану сильнее и лучше.
Но на весы все-таки встала.
Семьдесят два с половиной килограмма. Получается, за последние два дня отвес составил два с половиной килограмма. Наверняка благодаря тренировке я скинула пятьсот лишних грамм.
Я раскрыла свою толстую тетрадь и нашла зеленую закладку. На страницах была расчерченная таблица соотношения роста и веса. За два дня из «превышение веса» я вышла в «нормальный вес». Конечно, для меня это было начало, но это было маленькой победой.
Я мельком взглянула на калорийность купленных мною продуктов, которые записала в тетрадь и решила, что сейчас смогу съесть немного йогурта. Я записала это в обратную сторону тетради, выделила ярким маркером и стала собираться в школу.
Наспех выпила кофе и съела пару ложек йогурта без добавок.
- Ты стала очень мало есть, - заметил Джеймс, запихивая в рот ложку сухого завтрака.
- И похудела, - задумчиво добавила Бетти, застегивая пуговицу на жакете. У их колледжа была прекрасная темная форма, но даже к ней Бет умудрялась прикрепить множество значков и надевать колготки в сетку и полосатые гетры под черную юбку полу-солнце.
- Действительно, - подхватил общую мелодию отец и выразительно посмотрел на меня, - что это с тобой? Я привез вам множество сладостей, но ты ни к чему не притронулась.
Вот я и попала. Я боялась этого. Какое-то время всем было все равно, они не замечали меня и мои голодовки, но сейчас они сидят передо мной и говорят об этом. Мысленно я радовалась, что дома нет мамы - потому что тогда меня бы точно заставили есть. Так было бы спокойно всем.
- Ты решила похудеть? - с интересом спросила Бет.
- Нет, - я отмахнулась от них, - что за глупости? Меня не беспокоит мой вес. Я просто не голодна.
Джеймс с отцом переглянулись, но ничего не ответили. Бет села рядом, пододвинув стул.
- Ты не толстая, - сказала она, словно говорила с больной.
Мне захотелось засмеяться. Я - толстая. Я не хочу худеть до костей, но и быть такой, как сейчас - тоже. Я хочу стать нормальной. Я хочу весить пятьдесят пять и улыбаться, смотря на себя в зеркало. Это все, чего мне хотелось.
- А я и не считаю себя толстой, - снова солгала я. Последнее время стала так много врать.
Я встала и взяла большое зеленое яблоко. Разрезав на дольки, я положила его в пластиковый контейнер и положила в сумку, чтобы перекусить в школе и успокоить близких.
Я не хочу быть тощей, я хочу просто скинуть лишнее, они зря нервничают.
Через двадцать минут отец повез меня, Джеймса и Бетти по учебным учреждениям. Джеймс и Бетти учились в колледже с уклоном к химии, где была своя химическая лаборатория, красивая форма и прекрасная подготовка к экзаменам.
Я же училась в школе и проходила курсы по подготовке к экзаменам и полностью посвящала себя поступлению в ВУЗ.
Слушаю радио в машине я мысленно надеялась, что Анна не придет сегодня, прогуляет или её отправят учителя забирать исследовательские работы в дом творчества, но только бы не встретиться с ней.

***

Я пронеслась по коридору мимо Анны и еще пары наших одноклассниц, в надежде, что меня попросту не заметят. Но...
- Куда ты так несешься? - Анна топала каблучками по кафельному полу.
Мысленно я проклинала все живое, что сейчас находится в диапазоне километра. И в частности - эту блондинку, таскавшуюся около меня и делая вид, как она обо мне заботится.
- Никуда, - сухо ответила я, останавливаясь, и принимая ситуацию, как есть.
- Почему ты в пятницу так быстро убежала? - спросила она, заглядывая мне своими бездонными голубыми глазами в лицо. - Неловко с платьями вышло, правда? Ты извини, если что. В следующий раз, будем договариваться, в чем идем.
«Следующего раза не будет» - мрачно промелькнуло у меня в голове. Я забыла об этой чертовой тряпке, пока она только что о ней не напомнила.
Во мне снова закипела злость, подобная вулкану и готовая вот-вот вырваться наружу.
- Забудь, - я махнула головой. - Ты не знаешь, что готовится к нашему выпуску?
Мне была интересна её реакция, хотя и я понимала, что хожу по краю и готова вот-вот высказать ей все, что о ней думаю.
- Без малейшего понятия, - Анна отвела взгляд, словно действительно задумалась. - Ты ведь идешь сегодня на репетицию?
Я была готова хлопнуть себя пол лбу. У меня совершенно вылетело из головы, что сегодня - первый день репетиции к этому чертову выпускному. Мое непонимание смысла в такой ранней подготовке (все-таки еще несколько месяцев учиться) буквально сводило меня с ума. Я хотела как можно быстрее уйти сегодня из школы, чтобы провести время с отцом, Джеймсом и Бет, но видимо, мне придется еще какое-то время отсиживаться в стенах школы.
Впервые за такое долгое время мне было не сосредоточиться ни на одном предмете.
Я хрустела долькой яблока на перемене перед кабинетом математики. Глаза бегали по коридору в поисках хоть чего-то интересного, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей и жире на моем теле.
В кармане завибрировал телефон.
«Надеюсь, у тебя там все в порядке?» - высветилось на экране.
Мишель.
Это было очень мило с его стороны, что я сразу же напечатала ему ответ: «Все хорошо, спасибо, что спросил».
Я прекрасно помню, что сегодня у него очередная фотосессия до самого вечера и это было действительно приятно, что он нашел пару минут, чтобы настрочить короткое сообщение, что бы просто узнать, как у меня дела.
Оставшийся урок Анна пилила меня своими рассказами об очередной сплетне. Она обожала придумывать мерзкие клички каждой нашей однокласснице. Мне это и так не нравилось, а после её выходки я стала это просто ненавидеть.
- Смотри, - она ткнула меня локтем на уроке. Моя рука дернулась, и я ручкой перечеркнула формулу, списанную с доски. - У неё нос действительно похож на клюв. Она похожа на этого... как его?
- Тукан, - мрачно ответила я и снова уставилась в исчерченный формулами лист. Она, правда, не помнит, что уже шутила эту шутку про нос бедной Кары, похожий на клюв тукана? Она сотню раз говорила об этом.
Наша учительница математики была не настолько слепой, насколько глухой, поэтому на её уроках все занимались практически, чем хотели. Помимо всего прочего она настолько тихо и монотонно вела свои лекции, что от её голоса клонило в сон. Я не представляю, как бы мы все сдавали экзамены, если бы не Интернет и дополнительные курсы.
- Да! Точно, тукан. Она вчера такое вытворяла на вечеринке Джека...
- Мне все равно, - ответила я более раздраженно, чем рассчитывала. Как мне надоела её пустая болтовня! Мне плевать на нос Кары, и какой длины её юбка! Мне все равно, что Джек закатил вечеринку по поводу расставания со своей девушкой - это низко! Мне плевать на каждое её слово, пропитанное такой ложью и лицемерием.
Анна посмотрела на меня с долей удивления, но ничего мне не сказала и молча стала слушать учителя, устремив взгляд куда-то вглубь класса. Наверняка она рассматривала общее фото класса, насколько ей позволяло зрение. Я же сосредоточилась на уроке.
К моему счастью математика была последним уроком и единственное, что мне сегодня осталось - вытерпеть репетицию.
Наш актовый зал был буквально огромен. На окнах висели тяжелые полотна темно-бордовой ткани, а сцена была украшена ничуть не хуже, чем в театре. Мне нравился наш зал, но мне не нравилась постоянная гнетущая атмосфера этого места.
Я здесь чисто для массовки в общем хоре класса. Нас должны прогнать всего один раз и отпустить.
Тут носилось довольно много народа: кто-то что-то рисовал, кто-то подключал микрофоны и аппаратуру, а некоторые, как мы с Анной - просто стоял в стороне и ждал, когда их позовут.
Та самая Кара, которую так любит унижать моя бывшая лучшая подруга, была на сцене и подготавливала инструменты. Я никак не могла понять, чем же Кара так не угодила Анне. Она была капитаном женской баскетбольной команды, хотя была ненамного выше меня и практически всех располагала к себе. Она могла просто прийти в любую компанию и сказать: «Эй, всем привет, я - Кара!», и стать любимицей всех там находящихся.
Хотя Анна невзлюбила её сразу же с тех пор, как пришла в эту школу.
- Зачем она готовит инструменты? - я услышала голоса моих одноклассников краем уха. - У нас же нет музыкальной группы.
- Так мы пригласили кого-то, насколько я знаю, - второй мой одноклассник пожал плечами.
Меня охватила адская паника. Нет, этого не может быть, только не сейчас, не сегодня!
- Кого?
- Черные дни или будни, как-то так они называются, - в его голосе не было никакой заинтересованности.
Я задержала дыхание. Сердце стучало настолько бешено, что я буквально слышала его так громко, что готова была зажать уши. Я не готова увидеть его сейчас! Не готова!
Я уловила какое-то стремительно оживление в стороне сцены. Я боялась посмотреть туда, но что-то внутри меня было сильнее.
Да.
Я не ошиблась. Во всей это суете, на сцене, с гитарой на перевес стоял парень, которого я безответно любила несколько лет. Он беззаботно смеялся со своими товарищами из группы, откидывая длинную челку, и говорил о чем-то с Карой.
Там, всего в нескольких метрах от меня стоял тот, от кого я бежала всю жизнь.
Там стоял Ник.