Как и должно быть
Только он и она. Вдвоём. Вместе. И большего им не надо. Только он, она и бесконечное множество звёзд. Словно они сами ими и стали. Маленьким созвездием, ничтожно маленьким на фоне вечности. Неразлечимым на фоне миллиардов других огней, но при этом самым ярким созвездием. Самым ярким из всех. Ослепленные друг другом, чувствующие лишь друг друга. И кто такой этот ваш мир? Вы говорите, что он огромен, но как такое возможно? Как такое возможно, если вот он, этот мир, вот он, в глазах напротив. В карих глазах напротив. В изумрудных глазах напротив.
- Как же красиво... - загадочно улыбнувшись, Али Рахмет перевёл взгляд с ночного неба на лицо своего Ангела. - А звезды эти... - медленно соединяя едва различимые в темноте веснушки невидимой линией. - Одновременно печалят и вдохновляют. Возможно, это одна из причин, почему моё сердце так трепещет, почему я так сильно их люблю.
- От чего же, произнося такие слова, не на них смотришь, а на меня? - понемногу убаюкивая любимого своим безмятежным и мелодичным шёпотом. - О звездах ли сейчас речь?
- Ты знаешь, что вовсе не о них... - обдавая губы Хюнкяр горячим дыханием и перенимая на себя её дрожь. - Так уютно, так спокойно... Вот бы остаться здесь на всю ночь, чтобы... чтобы лишь твои объятия и целая вселенная над нами.
Ангел слегка приподнялся, встревоженно оглядывая мужа и капот его автомобиля, на котором им чудесным образом удалось вполне удобно разместиться.
- Предлагаешь остаться тут до самого утра? Но ведь довольно холодно уже! Я, конечно, могу это исправить, но мало ли... Вдруг не сработает, или же я на секунду отвлекусь, а ты замерзнешь и заболеешь не приведи Аллах. Меньше всего я хочу твоим здоровьем рисковать. Одно дело, когда ситуация вынужденная... Да и вряд ли тебе здесь будет комфортно спать. Подумай, пожалуйста, над этим ещё раз.
Али Рахмет рассмеялся и притянул Хюнкяр обратно к себе.
- Я замерзаю, когда тебя нет рядом. А сейчас... сейчас ты со мной, и пусть хоть снег выпадет - я все равно буду сгорать. - снова соединяя свою улыбку с улыбкой возлюбленной. - Ну а заболеть я тем более не боюсь. У меня ведь есть мой Ангел! Ты точно этого не допустишь... или же... сразу вылечишь меня.
- Вот значит как, Фекели... - наигранно возмущаясь и даже не думая хотя бы ради приличия и подобия серьёзности увеличить расстояние между их лицами. - Привык ко мне, ко мне... новой, к моим способностям и теперь во всю планируешь использовать их ради своей выгоды. За этим я тебе и нужна, да? Знаешь ведь прекрасно, что я по-особому сильную слабость к тебе питаю.
- Всё верно, солнышко, - покрывая поцелуями непрекрытые участки её шеи. - Привык я к тебе. Наконец-то... Привык... Когда я вновь обрёл тебя, я очень долго не мог поверить, что все это происходит с нами на самом деле. Всё время думал, что вот закрою сейчас глаза, а как открою... не увижу тебя больше. Никогда не увижу. По крайней мере не в этом мире, не в этой жизни. Но нет, ты более, чем реальна. Можно не верить в чудо, если кроме веры у тебя ничего не осталось, но отрицать его, когда оно уже свершилось... Это бессмысленно, в какой-то степени даже глупо. Страх в очередной раз все потерять будет лишь мешать жить этим самым чудом. Жить им, пока есть такая возможность. Я наконец-то это понял.
Сам того не зная, Али Рахмет, говоря о победе над своими переживаниями, развеял главные тревоги ещё одной души. Души, безмерно его любящей. Хюнкяр прильнула к груди мужа, укладывая щеку на самое значимое для неё место. Туда, где по словам Али Рахмета она сама и была. Где она сама и билась, разнося по его венам жизнь.
- Как же я счастлива сейчас... По-настоящему счастлива! Если на мгновение отбросить все плохое, все беды, которые случились с нами, то кажется, что это счастье вот-вот сломает мне ребра. Настолько оно велико. Не вместить... Ты рядом. Несмотря ни на что ты рядом, и отныне так будет всегда. Одно лишь осознание этого возносит меня на Небеса, в мой истинный рай.
Мужские пальцы уже успели запутаться в медных локонах, вовсю исследуя их длину. В очередной раз глубоко вдохнув этот кружащий голову аромат, Али Рахмет спрятал в нем свою ухмылку.
Хотел бы он также вычеркнуть всю пережитую боль из памяти, хотел бы научиться игнорировать ноющие рубцы на сердце. Хотел бы, хотя бы на мгновение! Но не мог. Не хватало сил. Эта невыносимая тяжесть утрат... С ней он, кажется, научился сражаться, научился этот груз на себе нести. Но, что касается тяжести утраты последней... тут и пытаться бессмысленно. Сожаления об упущенном, о сказанном, о сделанном, неутихающая жажда мести и справедливости, ненависть к самому себе из-за собственной же беспомощности, гнев от того, что убийца продолжает спокойно расхаживать по этой земле... даже время иногда раздражало его, ведь дни пролетали слишком быстро, забирая с собой все следы и улики. И как все это побороть простому человеку? Проведя в этой борьбе большую часть своей жизни, как не устать её вести? Потому и смеялся он. Понимал, что скован, и для освобождения ему не хватает одной маленькой детали. Всего одной фразы из уст самого прекрасного на свете ангела, что сейчас так нежно к нему прижимался. Всего одной фразы: "Твоё время пришло, идём же со мной".
Но говорило ли это о том, что Али Рахмет не чувствовал себя счастливым? Чувствал, конечно же чувствовал. И точно также от счастья своего словно крылья обретал. Одна лишь разница была в их с Хюнкяр счастье - Ангел уже сбросил свои цепи, а Али Рахмету это только предстояло сделать. Его счастье все ещё имело горьковатый привкус.
- Ты даже не представляешь, как много для меня значат эти слова. Это самое важное, что только может быть. Родная, ты ведь моё всё... а я на всё ради тебя. Я столького не сделал, в конце концов даже защитить тебя не смог и впоследствии постоянно корил себя за это. Но теперь... Если ты и вправду по-настоящему счастлива, то я буду дышать спокойно. Душа моя... Моя первая. Моя последняя. Моя единственная любовь... Моя единственная жена в обоих мирах. Только ты. Только ты есть. А все остальное пыль.
Хюнкяр не понимала толком, от чего внутри неё все так ликовало. Да и не хотела понимать. Хотела этой ночью лишь чувствовать. Чувствовать себя ребёнком, что верит в чудеса и красивые добрые сказки. Чувствовать радость и делиться ею с Али Рахметом. Любить. Без сожалений и сомнений. Просто любить и любовью своей одаривать.
- Твоё сердце, твоё дыхание и вся твоя жизнь. Твой друг, твоя возлюбленная, твоя жена, - делая особый акцент на последнем и заслоняя левой ладонью свет молодой луны. - И твой личный ангел. Всё наконец-то на своих местах. Как и должно быть.
Сверкающие камни на безымянном пальце госпожи Фекели сразу же завладели всем вниманием Али Рахмета. Мужчина аккуратно погладил кольцо. Для него все ещё оставалось загадкой, как оно могло сохраниться и остаться у Хюнкяр, пройдя через границу их реальности. Почему именно оно и ничего больше. Словно кольцо это обладало своей душой, что точно также перевоплатилась и обрела новый бессмертный облик. Возможно, причиной всему его особая значимость, его важность, его особый смысл. Возможно, с самого начала это было не просто кольцо, а некая печать, поставившая точку в истории двух потерянных и спустя столько лет вновь нашедших друг друга истеразнных и измученных сердец, некий символ столь долгожданного и окончательного воссоединения.
Но все эти вопросы в голове Али Рахмета вовсе не нуждались в ответах. Нуждался Али Рахмет. Нуждался в чем-то, хоть в чем-то, что могло бы показать каждому встречному его неизменную принадлежность. Принадлежность его единственному другу, возлюбленной, жене... Неизменную принадлежность его личному ангелу.
Солнечные лучи один за другим проникали в комнату, ловко обходя и так распахнутые створки. Радугой переливались на стёклах, смеялись, во всю дразнили своими незамысловатыми образами. Играли, радовались новому дню, упорно звали к себе.
Маленькому Аднану тоже очень хотелось поиграть. Наблюдая за странными фигурами, что солнце рисовало на бледных стенах, и видя в них доступные лишь ему картины, он изнемогал от желания как можно скорее лично повидаться с художником. Искупаться в этом ярком свете, присоединиться к игре этих прытких солнечных зайчиков, придумать свою и пригласить принять в ней участие всех желающих, будь то солнце, ветер или облака. Однако, никто другой в этом огромном особняке, кажется, не разделял тех же идей. Взрослые бегали из одной комнаты в другую, суетились, спорили, раздавали друг другу задания, громко разговаривали, шумели, гремели, стучали, занимались какими-то повседневными делами и совсем не обращали внимание на заскучавшего мальчика.
Устав терпеть эти неопределённые по времени обещания сходить с ним на прогулку чуть попозже, Аднан решил действовать самостоятельно. Да, отец с матерью не разрешали ему играть на улице без присмотра, но что ещё оставалось делать, когда все игрушки в детской уже надоели, сестрёнка спала в своей кроватке, а все, кто мог бы хоть как-то развеселить малыша, были чем-то заняты?
- Аднан?! - удивленно воскликнул Али Рахмет, когда на выходе из автомобиля заметил подозрительное шевеление за углом теплицы. - Приятель, ты что здесь делаешь один?
- Здравствуйте... - слегка смутившись. - Я...я играю. Хотите посмотреть, какой домик у меня получилось построить?
Чувствуя, что Аднан немного стесняется, Али Рахмет постарался использовать все свои навыки общения с детьми, чтобы расположить мальчика к себе. Для него это было крайне важно. В некоторый степени даже необходимо. Али Рахмет искренне считал этого ребенка своим внуком и ни в коем случае не хотел упускать такую замечательную возможность поближе с ним познакомиться.
- Конечно! Давай посмотрим, что тут у тебя. - опускаясь на колени перед непонятным сооружением из сухих веток и листьев. - Вот это да! Аднан, у тебя талант! - от чего малыш снова засмущался. - Ты правда сам это построил? А это что такое? Здесь даже сад есть?! А это? - перемещая указательный палец от одной "постройки" к другой. - Ты и про гараж не забыл? Как здорово! Аднан, дорогой... а ты почему один на улице играешь? Где хоть кто-то из взрослых? Я почему-то никого рядом не вижу.
- Нуууу... они не знают, что я здесь. - явно опасаясь возможного наказания за свой тайный побег, Аднан виновато понурил голову. - Меня одного не пускают, а я очень хотел погулять. Поэтому я сам сюда пришел! Только...только не говорите никому, а то папа с мамой будут меня ругать!
"Кого-то мне это напоминает..." - пронеслось в мыслях Али Рахмета, вызывая легкую улыбку на его лице.
- Хорошо, давай мы с тобой договоримся. Я ничего не скажу твоим родителям, но взамен ты пообещаешь мне, что впредь будешь всегда их слушаться. Согласен? - получив утвердительный кивок, Фекели забрал ребенка к себе на руки. - Сейчас мы вернемся домой, а когда я закончу свои дела, мы с тобой обязательно поиграем вместе. Возможно даже к нам присоединится твой младший братик. Как тебе такой план? По-моему отличный!
С Аднаном на руках Али Рахмет вошел в двери особняка. где спустя всего лишь несколько секунд их встретила встревоженная Зулейха.
- Аднан, сынок, вот ты где! Я уже обыскалась тебя! Ой, - наконец заметив неожиданно нагрянувшего гостя. - Али Рахмет бей, добро пожаловать!
- Здравствуй, Зулейха. Аднан, как видишь, со мной. - слегка покачивая ребёнка в воздухе и, кажется, вовсе не собираясь его отпускать. - Прости, что заставили тебя волноваться. Дело в том, что не успел я переступить порог вашего дома, как этот твой проказник примчался мне навстречу. Мы с маленьким Господином немного побеседовали, и я, честно признать, никак не могу от него оторваться. - целуя пухлые щёчки внука. - Какой же ты сладкий! Зулейха, я твоему сыночку уже успел пообещать, что в ближайшее время возьму его с собой на прогулку. Ты ведь не будешь против?
- Да! Ура! - Аднана так обрадовало умлышанное, что он активно заерзал на руках Али Рахмета и чуть ли из них не выпрыгнул. - Мам, можно? Пожалуйста!
- Ну конечно, дорогой! Я не против. Но мы ещё у папы спросим, ладно? Я уверена, что он тоже разрешит, если мы сделаем это вместе. А пока... - спуская ребёнка на пол. - Бегом на кухню пить молоко, пока оно ещё тёплое! И поторопись, а то дядя Гаффур съест все твои сладости! - проводив взглядом убегающего сына, Зулейха повернулась обратно к Али Рахмету. - Вы, наверное, к Демиру приехали?
- Всё верно, дочка. Он ведь сейчас дома? Я заметил его машину, когда подъезжал.
- Да, он наверху. Вы подождите в гостиной, а я сейчас позову его.
Али Рахмет решил воспользоваться советом Зулейхи и прошёл вглубь особняка. Он все ещё не знал, что и как скажет Демиру, чтобы тот его правильно понял. Ни плана, ни заранее заготовленных фраз у него так и не было. Мужчина рассчитывал использовать хотя бы эту последнюю паузу перед столь волнительной встречей, чтобы собрать свои мысли во что-то логичное и убедительное, но, как назло, ему этого сделать не дали. Громкий возглас застал Фекели врасплох и заставил на мгновение застыть на одном месте.
- А-а... Али Рахмет! Ты пришёл!
- Добрый день, Госпожа Азизе! - целуя руку старушки и прикладывая её ко лбу. - Как Вы себя чувствуете? Как здоровье?
Всё ещё держа ладонь Хаминне, Али Рахмет неспеша присел на диван рядом с ней.
- Моя дочь! Моя Хюнкяр! - выдавая бессмысленные обрывки уже забытых предложений о самом важном, женщина и не надеялась услышать в ответ именно то, что ей нужно было услышать, но что она, к сожалению, никак не могла внятно донести до своих собеседников.
- Не переживайте, Ваша дочь со мной, и у неё все хорошо. Правда, она сейчас очень занята, и поэтому вы пока не можете увидеться... Но ничего страшного! Она как раз просила меня передать, что очень счастлива и чтобы Вы за неё не беспокоились.
Изобразив у себя в голове счастливую и беззаботную семейную жизнь дочери, Хаминне немного успокоилась.
- Али Рахмет, ты ведь меня не обманываешь? Ты там не обижаешь мою Хюнкяр?
- Ну что Вы, Госпожа Азизе! - поглаживая старушку по плечу. - Разве я способен нашего с Вами ангелочка обидеть? Я Вам больше скажу, я Хюнкяр даже ослушаться не смею! Будьте уверены, я как никто другой знаю, что Ваша дочь достойна лишь самого лучшего, и безмерно ценю возможность быть рядом с ней.
- Правильно! Всё правильно! Как хорошо, что мы её послушали и за тебя замуж выдали, а не за этого сына Яманов! Ох, смотри, смотри скорее, - внезапно устремив свой взор на дверной проем. - мой внук здесь!
- Стоит тебе появиться, и у Хаминне каким-то чудом вдруг проясняется память. Фекели, - Демир искренне улыбнулся и протянул руку. - Прошу прощения за слегка затянувшееся ожидание. Хотя, думаю, Госпожа Азизе не дала тебе заскучать.
- Рад тебя видеть, Демир. - Али Рахмет с удовольствием и неким облегчением ответил на приветствие.
- Зачем приехал? Зулейха сказала, ты хотел меня видеть. Что-то случилось? Появились новые детали в расследовании?
- К сожалению, нет. - расстроенно опуская глаза. - Всё глухо. С тех пор, как мои люди нашли тот нож, не было никаких новых улик или свидетелей... Вообще, если честно, я хотел немного о другом с тобой поговорить. Но это тоже очень важно!
- Что ж... Если это и правда настолько важно, то не смею больше тебя задерживать. Пойдём.
Поднявшись на второй этаж, мужчины расположились в кабинете Демира. Али Рахмет не стал тянуть и сразу же изложил цель своего визита.
- Возможно, мой вопрос покажется тебе немного странным, но мне нужно знать. Украшения, что были на твоей маме в тот день... Они же все ещё у тебя? Жандармы их отдали?
- Твой вопрос действительно очень странный. - почесывая затылок. - Да, они у меня. Правда, я совершенно не знаю, что с ними делать. Зулейха их носить отказывается, и я её понимаю. Это было бы как-то... неправильно что ли. Продать или подарить кому-то я не могу из тех же соображений. Ну а просто выбросить рука не поднимается. Мне, если честно, даже смотреть на них тяжело. Всякий раз вспоминаю... Но да ладно, не об этом сейчас. Почему ты вообще спрашиваешь? Зачем они тебе?
- Понимаешь, тут такое дело... - немного замявшись в попытке подобрать подходящие слова. - Среди них есть одна вещь, которая пренадлежит мне.
Демир недоумевающе уставился на Али Рахмета.
- Твоя вещь? Среди украшений моей матери? Фекели, ты не заболел случаем?
- Демир, прошу, просто покажи мне их!
Сильно сомневаясь в адекватности и необходимости данного действия, но уже будучи ведомым банальным любопытством, Демир все же решил выполнить просьбу. Выдвинув нижний ящик стола и быстро пошарив рукой в самой дальней его части, он достал оттуда небольшую шкатулку.
- Смотри, - открыв крышку и продемонстрировав Фекели все содержимое. - но я сомневаюсь, что ты найдёшь там то, что ищешь.
Однако, Али Рахмету и не пришлось ничего искать. Достаточно было лишь бегло взглянуть на сваленные в небольшую кучку драгоценности, чтобы глаза заметили знакомую форму и незамедлительно отправили сигнал к сердцу, которое долю секунды спустя нанесло довольно болезненный удар по грудной клетке.
Затаив дыхание, Али Рахмет аккуратно достал кольцо, что несколько месяцев назад надел на палец любимой женщины. Казалось, это произошло целую жизнь тому назад.
- Оно пренадлежит тебе? Что же это ты, получается, купил его для моей матери?
- Купил... - с улыбкой возвращаясь в один из самых лучших дней. - Скажешь тоже! Разве я мог зайти в магазин, выбрать первое попавшееся кольцо и подарить его моей Хюнкяр? Оно было изготовлено специально по моему заказу. Второго такого нет.
Услышанное сильно напрягло Демира.
- Ты маме кольцо подарил?! Фекели, - сделав пару глубоких вдохов, чтобы побороть нарастающий гнев. - ты ничего не хочешь мне рассказать?
- Думаю, ты уже сам все понял. Но, если хочешь, я произнесу это вслух. Да, Демир, я сделал твоей маме предложение, и она согласилась. Ваше с Йылмазом негативное отношение к этому не заставило наши сердца замолчать. Если бы мы только успели пожениться, клянусь, свое кольцо я бы не снимая носил до самой смерти... но случилось так, как случилось, и вот эта маленькая вещь в моей руке является единственным материальным подтверждением того, насколько крепки наши с Хюнкяр узы. Не то, что я нуждаюсь в этом подтверждении, нет! Но, поскольку, в нашей истории такая глава была... данное кольцо по праву принадлежит мне. И храниться будет у меня.
- Раньше я постоянно думал, что все твои громкие слова и столь пристальное внимание к моей маме были продиктованы желанием отомстить. Ну, знаешь там... втереться в доверие, а затем ударить в спину, - словно по воле невидимых сил отвечая откровением на откровение. - но сейчас все это потеряло смысл. Мамы уже давно нет с нами, а ты продолжаешь с огромным почтением и трепетом относиться ко всему, что с ней связано. Теперь то я вижу... Твоя любовь к ней настоящая. Твоя любовь не была фальшивкой. Собственно, это первая причина, по которой я терплю тебя и так близко подпускаю к своей семье. Вторая причина заключается в том, что я хочу исполнить последнюю волю своей матери.
- О чем это ты? Какую волю?
Вытянув из под высокой стопки документов сложенный пополам лист бумаги, Демир передал его Али Рахмету.
- Незадолго до смерти мама оставила мне эту записку. Прочитай её, когда будешь готов.
Что-то мне подсказывает, что такими темпами я буду писать эту историю ещё очень много лет)
Я, почему-то, чувствую перед вами вину за такие большие промежутки между главами. К сожалению, я особо то и не могу ничего с этим поделать. Учёба, работа, вторая учёба, праздники (накануне которых я умудрился приболеть) забрали все мои силы. Очень стандартная такая история, ничего особенного и необычного. Думаю, многие меня поймут и не станут сильно ругать. Надеюсь на это))
Если честно, то в этой главе все как-то пошло не по изначальному плану. Эта записка, кольцо... Возможно, кому-то покажется, что это совершенно лишние детали, на которых не стоит заострять внимание, но для меня они очень важны и поэтому они сегодня здесь, тоже играют свою роль (пусть и небольшую).
Рассчитываю на то, что вам понравилось, и вы поделитесь со мной своими впечатлениями в комментариях. Поздравляю вас с уже, можно сказать, прошедшими праздниками. Желаю вам исполнения всех ваших самых заветных желаний! Не теряюсь и не теряйте! ❤️