Потерявшаяся

Случайности не случайны.

На следующий день после уличных танцев у Ребекки все еще было хорошее настроение. Хотя просыпаться и вспоминать то, как ты целовала случайного парня посреди улицы, было довольно непривычно. Непривычно, но и приятно.

Порываясь следовать зову сердца, она забывала о грусти. Желание быть тем человеком, который спонтанно делает какие-то вещи, говорящие о счастье, жило в ней всегда. Ей действительно всегда хотелось делать то, что велит сердце и запрещает разум. И чаще всего разум побеждал, а сердце оставалось в нокауте где-то в углу ринга. Но не в этот раз. Ребекка улыбалась сама себе. В груди что-то сжималось от радости, словно она своей улыбкой сжимала и разжимала шар, который качал кровь, и чем сильнее было это чувство, тем быстрее билось сердце.

Пару дней назад она взяла билеты обратно домой. До отъезда оставалось буквально три дня, и хотелось провести их не менее ярко, чем первые дни пребывания в этом замечательном городе. Из запланированного осталась только поездка к морю, на берегу которого стоял город.

В первой половине дня по стандарту был совместный завтрак, бодрящий душ и душевные разговоры вперемешку со смехом и шутками. Это уже стало настолько приятной рутиной за время, пока Фостер гостила у подруги, что мысли о том, как скоро это все прекратится, наводили грусть и желание забрать это все с собой.

- А ты через сколько планируешь домой приехать?

- Через неделю у меня стажировка во Франции. Буквально на 2 недели, а потом, думаю, приеду домой, и мы обязательно сходим по всем нашим любимым местам, – Ребе гордилась подругой, что та постоянно участвует в разных активностях, путешествует и приносит пользу не только себе, но и людям. Это была не только гордость, но и неимоверный пример той храбрости, которой не хватало Ребекке, чтобы воплощать свои мечты в жизнь.

- Если бы ты знала, как мои родители радуются тому, что ты – моя подруга. А про меня ты и так знаешь. Готова хоть каждый день говорить о том, как я тебя ценю.

- Тебе и не нужно это говорить. Я действительно все и так знаю, как и ты. Мне нравится, что у нас есть такая ментальная связь, которая ведет нас вместе уже столько лет. Хотя мы могли перестать общаться, когда я переехала. Но мы все еще подруги. Мы уже даже больше, чем подруги. Кажется, это называют родственными душами.

- Точно.

Это были сырники с горьким шоколадом и бананом. От знания, как тяжело найти творог в этой стране (снова), они были еще более ценными и вкусными. Рецепт был прост. И чем проще, тем вкуснее, лучше, свободнее. И речь уже совсем не про сырники.

- А как ты находишь эти стажировки? Как происходит процесс отбора?

- На самом деле мне все это гораздо проще делать, потому что большинство нам предоставляет универ. Они собирают группы для разных стажировок. Некоторые проходят в городе или в пределах страны, а некоторые, как будет сейчас, дают возможность познакомиться с другой страной. Плюс в том, что работы в этих стажировках мало, а времени и людей гораздо-гораздо больше. Поэтому я по возможности записываюсь и катаюсь по миру.

- Это так здорово! Раньше никогда не интересовалась стажировками, да и вообще такими возможностями.

- Я думаю, что у вас в университете тоже такое есть, да и вообще. Надо поискать всякие тематические сайты, группы. Уверена, что там возможностей тоже немало. Просто поинтересуйся, займись этим вопросам и увидишь, что предложений довольно много.

- Пожалуй, стоит этим действительно поинтересоваться.

- Да, конечно. Это очень классная возможность.

По дороге на пляж – это было чуть позднее полудня – они купили по мороженому, холодному напитку и пешком направились к берегу. Дорога растянулась на несколько километров, но это им даже нравилось. Сколько было пройдено шагов и миль за их совместные путешествия! И сколько красоты увидели их глаза и запечатлела память! И сейчас, идя к пляжу, они делали фотографии на каждом шагу – оставить в памяти телефона то, что не останется в нашей внутренней памяти.

Людей вокруг было много. Удивительно, что даже посреди рабочего дня люди приходили на пляж, чтобы просто посмотреть на море. Мари рассказывала, что это отдельный вид успокоения – сидеть и наблюдать за волнами. Твои глаза расслабляются, шум прибоя действует как медитация, и даже люди вокруг не отвлекают от познания этого мира. Может быть, если бы у всех людей была возможность приходить к морю, чтобы успокаивать свои напряженные нервы, то в этом мире царила бы любовь и гармония?

Они нашли укромный уголок на берегу, там, где почти нет людей, где-то на краю пляжа, где каменистый берег. Там, где внутренний мир соединялся с внешним, порождая гармонию и желание жить. Теплые камни грели кожу, а солнце оставляло загар там, где это было доступно. С собой был плед, но он совсем не понадобился. Оказалось, что у каменистого берега есть свои плюсы – одиночество и тепло. Ногам было непривычно – как стоять на камнях, так и в воде. От перепада температуры по телу побежали мурашки. И это было прекрасное чувство. Свежесть. Как глоток холодного воздуха. Только через кожу. Только снизу вверх.

Пока Ребекка привыкала к воде, которая билась маленькими волнами о ее щиколотки, Мари с кем-то активно переписывалась, не выпуская телефон из рук. Здесь были хорошо слышны детские крики и разговоры людей. Их разделяло не больше десяти метров; та часть, где песок плавно переходил в каменистость.

Спустя какое-то время, когда на теле уже появились первые линии загара, а ноги высохли после морской воды, на горизонте взгляда появился кто-то, кто целенаправленно и уверенно двигался в их сторону. Солнце слепило, и поэтому рассмотреть лицо не удавалось до того момента, пока человек не оказался в метре от них. И Ребе сразу узнала эти кудри. Узнала и окинула Мари вопрошающим взглядом.

- Серьезно?!

Улыбка была дьявольская. Поистине дьявольская и невозможно привлекательная.

- Ну привет, незнакомка.

- Что-то чутье мне подсказывает, что мы и не были незнакомцами. Во всяком случае, в одностороннем порядке.

- Может быть, может быть.

- Случайности не случайны, – улыбаясь, Мари вставила разграничительную фразу.

- А почему я не была в курсе, что вы вдвоем знакомы?

- А зачем тебе это было знать? Вот ты не знала, и смотри, как все забавно получилось.

- Забавно и запоминающе, – незнакомец уже приземлился рядом с ними.

- Я ощущаю, как мои щеки пылают в огне, и это совсем не от солнца.

- Если ты сейчас стесняешься или боишься меня, то не стоит. Мне тоже было весело вчера. Танцевать было приятно, да и поцелуй был не менее приятной неожиданностью. Может, повторим? – он едва задел ее локтем и подмигнул.

- Лучше не издевайся, иначе будет не очень хорошо. Я даже не знаю, как тебя зовут. Разве стоит повторять что-то подобное с незнакомцем?

- Ой, а действительно. Может, уже познакомишь? – он посмотрел на Мари.

- Ах, ну да, это должна сделать я, извините. Марк, это Ребекка. Ребекка, это Марк. Мы с ним вместе ходили на кружок гитары прошлым летом, а теперь вместе иногда играем где-то на улице.

- Так ты участник группы?

- Вчерашней? Нет, что ты. Я люблю их слушать, но не играю с ними. Я ни в какой группе не состою. Только сам для себя, скорее как любитель. Иногда вот с Мари где-то на улице играем, – он посмеялся.

Солнце уже склонялось к горизонту и почти не пекло кожу, лишь слегка согревало. Они плавали в море и поддавались течению волн, которые относили их дальше и дальше от берега. Это были детские забавы, когда друг в друга плескают воду, кто-то прыгает с плеч другого и плавают на перегонки. Вот так, не зная человека, можно провести в его компании одни из лучших моментов, которые через время превратятся в теплые воспоминания.

С первых минут разговора на отвлеченные темы Ребе поняла, почему их общение с Мари и Марком началось так легко. Они, все трое, были ужасно похожи друг на друга – любили слушать других и говорить так, что их самих было приятно слушать. И была ли задумана их встреча и танец заранее или это все счастливое стечение обстоятельств, Ребекка была уверена в том, что Марк – тот человек, которого она хотела бы видеть в своем окружении. В качестве друга. В качестве близкого человека. Ей было комфортно находиться в их компании. И от этого ценность знакомства была еще выше.

Почему-то она ощущала рядом с ним безопасность. Как с Итаном. И не могла этого объяснить. Как давно я о нем не думала. Это хорошо. Надеюсь, у него тоже все хорошо.

- Жаль, что ты скоро уезжаешь. Мы могли бы собраться втроем и поиграть где-нибудь в парке на гитарах. Мари сказала, ты любишь петь?

- Люблю, но любить и уметь – это разные вещи.

- Если любишь, значит умеешь.

- Можем прямо сегодня это воплотить, потому что идея хорошая, мне очень даже нравится. Заедем за гитарами, бросим вещи и вперед.

Свет был багряно-красный и откидывал темные тени от домов, деревьев, мира. А когда друзья выдвинулись в парк, огни города уже в гордом одиночестве освещали улицы и мостовые. Исключительный случай. За пару часов общения они уже считали друг друга близкими людьми, чувствовали некую связь, которая была протянута нитью от одного сердца к другому. Не было ни обсуждений, ни осуждений вчерашнего необдуманного поступка. Но были новые прекрасные слова и действия, которые повлекли за собой то, что называется «жизнь». Ребе все чаще и чаще ловила себя на мыслях о решительности. Стоит только решиться. И вселенная сама будет тебе благоволить.

Людей было много. Это был вечер после знойного дня, и люди выходили из душных зданий, чтобы сделать глоток свежего прохладного воздуха. С собой был плед, постеленный на сырую траву, две гитары, мелодия и случайные прохожие. Кто-то останавливался и слушал, кто-то подпевал, кто-то проходил мимо. И это было так естественно, так искренне, что оставалось лишь думать о том, что люди все еще умеют чувствовать. Они были как настоящие уличные музыканты, к которым хотелось присоединиться.

- Почему ты так быстро уезжаешь?

- Я пробыла тут почти две недели, и это гораздо больше, чем я планировала изначально. Нужно возвращаться домой.

- Что тебя там ждет?

- Родители, подруга. Я уже за ними соскучилась.

- Нет, я не про людей. Я спрашиваю, что тебя там ждет.

Повторный вопрос Марка завел Ребекку в тупик. Сначала она хотела ответить, что ждут люди, что ждут дела, да и учеба уже не за горами. А спустя несколько секунд улыбнулась, посмотрела на Мари, которая наигрывала мелодию на гитаре, пытаясь подобрать аккорды, и ответила:

- Жизнь. Меня там ждет жизнь.

- В таком случае я отпущу тебя. Ради жизни стоит возвращаться.

- Отпустишь? А разве ты меня держал, чтобы отпускать?

- Держал, но не я. Я скажу тебе одну вещь, которую я понял за эти часы, проведенные в твоем окружении, а ты ее хорошенько запомни и не забывай, хорошо? – Ребе кивнула с удивленным выражением лица. – Ты открытый человек. И тебе не нужно ничье одобрение, чтобы жить. Вот так вот.

- Почему ты решил, что мне нужно одобрение?

- А почему ты меня вчера поцеловала? – последовал встречный вопрос.

- Не знаю. У меня просто появилось непреодолимое желание, и я сделала это.

- Но ты не делала так раньше, по крайней мере, я не знаю до этого ни одного случая, когда бы ты вот так спонтанно уехала куда-то или поцеловала незнакомого парня, или сделала бы комплимент незнакомому человеку. Ты же сама об этом говорила, – в разговор вмешалась Мари. – Ты изменилась, и ты сама это видишь, Бекки. И изменилась в лучшую сторону. Теперь тебе действительно не нужно одобрение, – Мари с Марком сидели напротив нее, как коалиция, которая была создана для осознания этой жизни.

- Да я и раньше не ожидала чьего-то одобрения. Чаще всего никого не спрашивала, просто делала.

- Не думай о других. В первую очередь о себе, а потом обо всех остальных. Я не знал тебя раньше, какой ты была, но по рассказам Мари даже я понял, что ты сама себя сильно ограничивала и запрещала. Я не в праве давать тебе советы и лезть в твою жизнь, да и к тому же я – абсолютно чужой для тебя человек. Но, Ребекка, ты не должна жить в ожидании, пока твой мозг одобрит свои желания, и уж тем более пока это одобрят другие. Никто не должен жить в таком ожидании. Мне нравятся люди в порыве без обдумывания действия. Я сам такой. Поэтому надеюсь, что ты останешься такой же, и при нашей следующей встрече мы снова сделаем какой-то необдуманный поступок из желания жить. Такая философия от незнакомого парня.

- Звучит как тост. Жаль, что нам нечего выпить за это, – Мари полезла в рюкзак в поиске хотя бы бутылки воды.

- Я не знаю, хотела ли я это услышать, но спасибо, – Ребе потянулась обнять Марка.

- А назови четыре хорошие вещи о себе, – это снова был вопрос от Марка.

- Ты решил проверить, могу ли я так же философски рассуждать, как ты?

- Нет, мне просто интересно, что ты сама думаешь о себе хорошего. Это всегда интересно слушать.

- Ну давай попробуем. Хотя вопрос, конечно, все равно философский, – Ребе с минуту молчала и обдумывала ответ. – Доверие, преданность, книги, мир.

- Интересный ответ.

- И раскрывающий меня сейчас. Во всяком случае, мне так кажется.

Они все еще сидели на пледах где-то на сырой траве в каком-то огромном парке. Люди все еще проходили мимо. Гитары все еще лежали расчехленные в ожидании, когда они снова смогут сыграть мелодии для этого мира. А внутри все еще был трепет. Теперь уже как часть, без которой не обойтись. Как часть, которая всегда с тобой. Как удовольствие. Как умиротворение. Как жизнь.

Объятия с Марком. И снова поцелуй. Теперь он.

- Не думай. Не жди одобрения. Просто делай.

- Я запомню этот урок.

Было еще много разговоров, много тем и изреканий, смеха, шуток, песен. И они действительно жили жизнь. Они действительно любили каждое мгновение. Теперь и навсегда. Начиная с себя самой, в направлении к людям, в направлении к чувствам, в направлении к сердцу, в направлении к миру.