Десять крошечных вздохов

Я падаю.

Падаю спиной вперед в глубокие, темные воды. Они скрывают меня с головой, попадают в меня через рот, нос, заполняют легкие, завладевая желанием дышать, жить.

Я принимаю их. Я рада им.

Я слышу голоса на расстоянии. Я слышу, как люди зовут меня по имени, но я не могу их найти. Они в безопасности, над водой. В другом мире. В живом мире.

И в нем нет места для меня.

* * *

- Когда она проснется?

Голос Ливи пробивался через тихий, ритмичный писк. В свое время я наслушалась достаточно звуков этих машин, чтобы узнать и этот - больничные капельницы. Если бы это не намекнуло мне на мое местонахождение, то тошнотворный, стерильный запах больницы об этом позаботился.

- Когда ее сознание будет готово, - объяснил незнакомый мужской голос. - Кейси впала в состояние тяжелого психологического шока. Физически с ней все в порядке. Мы обеспечиваем ее тело водой и питанием. А теперь нам остается только ждать.

- Это нормально?

- Из того, что я понял, четыре года назад твоя сестра пережила травмирующее событие и так от этого морально и не оправилась.

Голоса смолкли ровно настолько, чтобы я рискнула приоткрыть веки. Перед моим затуманенным взором появились белые и желтые стены.

- Кейси!

Внезапно появилось лицо Ливи. Ее глаза отекли, а под ними пролегали темные круги, словно она несколько дней не спала. Ее щеки покраснели и покрылись пятнами от слез.

- Где я? - спросила я скрипучим голосом.

- В больнице.

- Что? Почему?

На секунду рот Ливи открылся, но она быстро его захлопнула, стараясь вести себя спокойно. Для моего же блага. Я знаю. Я знаю свою Ливи. Всегда такая самоотверженная. Всегда такая заботливая.

- С тобой все будет хорошо, Кейси. - Пальцами она потеребила простынь, чтобы найти мою руку. Она сжала ее. - Тебе помогут. Я никогда больше не позволю Тренту ранить тебя.

Трент. От этого имени мне показалось, что мое тело словно атаковали тысячами булавок. В ответ я вздрогнула.

Трент и есть Коул.

Трент разрушил мою жизнь. Дважды.

Внезапно я начала задыхаться. Реальность словно зажимала мои легкие в тиски.

- Как... - начала я, но не смогла продолжить, потому что мне нечем было дышать.

«Как это так, что Трент и есть Коул? Как он меня нашел? Зачем он меня нашел?»

- Дыши, Кейси.

Ливи крепче ухватилась за меня и легла рядом на кровать, свернувшись клубочком. Тогда я поняла, что хватаю ртом воздух.

- Я не могу, Ливи, - крикнула я. Слезы жгли мои щеки. - Я тону.

Помещение заполнил звук ее рыданий.

Он знал.Все это время он притворялся, что заботится, сочувствует и ничего не знает о моем прошлом, о том, что он - причина этого самого прошлого. Это были его машина, его друг, ночь его пьянки, которые украли у меня мою жизнь.

- Все нормально, Кейси. Ты в безопасности.

Ливи обняла меня и прижала мое тело к своему, своим весом пытаясь остановить мою дрожь.

Мы оставались в таком положении несколько минут. Часов. Всю жизнь. Не знаю. Ничего не менялось. Ничего, пока в больничную палату не влетела Шторм, тяжело дыша, словно только что пробежала марафон. В ее глазах горела дикость, которой я никогда раньше не видела.

- Я знаю, Кейси. Знаю, что с тобой произошло. Теперь я обо всем знаю.

По ее щекам текли слезы. Она забралась на другую сторону кровати и схватила меня за руки. Мы втроем лежали, как сардины.

Запутавшиеся, рыдающие сардины.

* * *

Шипящий звук...

Яркий свет...

Кровь...

Красивое лицо Трента, его руки, сжимающие руль.

Он показывает на меня.

Смеясь.

- Кейси! - Что-то резко врезалось в мое лицо. - Проснись!

Я все еще кричала, даже когда приняли четкие очертания выпученные глаза Ливи, находящиеся прямо передо мной, и окружающие меня приборы. Что-то резко жалило мою щеку. Я подняла руку, чтобы ощупать ее.

- Прости, что мне пришлось дать тебе пощечину, но ты кричала, не переставая, - сквозь слезы объяснила Ливи.

Кошмары вернулись, только стали хуже. В миллион раз хуже.

- Ты не прекращала кричать, Кейси. Тебе нужно прекратить.

Ливи резко вздохнула, рыдая, и свернулась калачиком на кровати рядом со мной, начав раскачиваться и бормотать себе под нос:

- Пожалуйста, помоги ей. Господи, помоги ей, пожалуйста.

* * *

- Скажи-ка еще раз, что это за больница?

Я провела здесь уже два дня, и Ливи со Шторм не отходили от моей постели, за исключением случаев, когда нужно было воспользоваться уборной или принести воды и еды.

Шторм и Ливи обменялись длительными, острыми взглядами.

- Специализированная, - медленно ответила Ливи.

- В Чикаго, - добавила Шторм, слегка приподняв подбородок.

- Что?

Мой голос нес в себе больше силы, чем, по моему мнению, было возможно. Я попыталась сесть на кровати. Я чувствовала себя так, словно меня переехал грузовик.

Ливи поторопилась объяснить.

- Здесь поблизости расположена клиника для людей, страдающих от посттравматического стрессового расстройства. По идее, она - лучшая в стране.

- Ну...что...как... - Наконец, я села вертикально при помощи перилец на кровати. - С каких это пор простая медицинская страховка покрывает расходы по содержанию в лучшей клинике страны?

- Успокойся, Кейси.

Шторм осторожно опустила меня обратно в лежачее положение. У меня не был сил с ней бороться.

- Эм...нет, я не могу успокоиться. Мы не можем за это заплатить... - я теребила капельницу, ругаясь про себя.

- Что ты делаешь? - спросила Ливи. В ее голосе отчетливо слышалась паника.

- Срываю со своей руки эту чертову штуковину и сваливаю к чертовой матери из этой моднявой психушки. - Я оттолкнула ее руку, когда она попыталась меня остановить. - И сколько же это стоит? Пять тысяч за ночь? Десять?

- Тише, не беспокойся об этом, Кейс.

Шторм погладила меня по волосам.

Наступила очередь ее руки быть отброшенной.

- Кому-то придется об этом побеспокоиться! Какого хрена мне придется делать? Обосноваться в V.I.P. - комнатах «У Пенни» на постоянной основе, одев на себя одни только наколенники, чтобы оплатить все счета!

- Вижу, наша пациентка проснулась? - прервал меня незнакомый мягкий голос, который я слышала раньше, и я замешкалась.

Я обернулась и увидела приятно выглядящего пожилого мужчину с редеющими волосами и добрыми угольно-черными глазами, который протягивал мне руку. Я даже не слышала, как он вошел.

- Здравствуй, я - доктор Штейнер. - Я кинула взгляд на его руку, словно она была покрыта бородавками и сочащимися волдырями, и он ее убрал. - Да, точно. Твоя проблема с рукопожатиями.

«Моя проблема с рукопожатиями?» Я нахмурилась, посмотрев на Ливи, и она отвела глаза.

Если что-то из этого доктора и побеспокоило, вида он не подал.

- Кейси. Твое дело принес мне...

- Дэн, - вмешалась Шторм, взгляд которой метался между доктором и Ливи.

- Точно. Дэн. - Он откашлялся. - Думаю, что могу тебе помочь. Думаю, что ты снова сможешь жить нормальной жизнью. Но я не смогу помочь, если ты не хочешь помощи. Понимаешь?

Я с открытым ртом пялилась на этого человека, который назвал себя доктором, но совершенно точно не мог им быть. Что за доктор входит в палату и говорит такое?

Ответа от меня не последовало, и он подошел к зарешеченному окну.

- Ты хочешь снова стать счастливой, Кейси?

Счастливой.Снова это слово. Я думала, что быласчастлива. А потом Трент меня уничтожил. Опять. Я влюбилась в убийцу своей семьи. Я ночь за ночью проводила с ним, когда он был рядом, был во мне, а я мечтала о будущем с ним. При этой мысли желчь подкатила к горлу.

- Требования, предъявляемые к моему сеансу терапии, - это разговаривающий пациент, Кейси, - объяснил доктор Штейнер без намека на сарказм или раздражение в голосе. - Так что я снова задам этот вопрос. Ты хочешь стать счастливой?

Господи, этот тип такой пробивной. И он заставит меня говорить. Ради этого все и затеяно. Почему все так настаивают на вытягивании из меня прошлого? Оно свершилось. Окончилось. Никакая болтовня его никогда не изменит, никогда никого не вернет. Почему я одна это понимаю?

Комфортное оцепенение вернулось и просачивалось в мои конечности и грудь, формируя толстый ледяной слой на моем сердце. Естественная защита моего тела. Оно цепенеет, чтобы прогнать боль.

- Счастья для меня не предусмотрено.

Мой голос был ледяным и грубым.

Он снова повернулся ко мне лицом, в глазах его виднелся намек на жалость.

- Ох, предусмотрено, мисс Клири. Эта битва потребует много усилий, и я буду испытывать тебя на каждом шагу. Мои методы могут быть нетрадиционными. С тобой я буду делать сомнительные вещи. Временами ты, может быть, и будешь меня ненавидеть, но мы с тобой окажемся там вместе. Тебе просто нужно захотеть. Я не переведу тебя в свою клинику, пока ты добровольно на все это не согласишься.

- Нет, - вызывающе прорычала я.

Сама идея о том, чтобы идти куда-то с этим новым шарлатаном, казалась возмутительной.

Я услышала рядом с собой звук, словно кто-то задыхается. Он исходил от Ливи, пытающейся оставаться спокойной.

- Кейси, пожалуйста, - умоляла она.

Я упрямо стиснула челюсти, хотя то, что я видела ее такой, причиняло мне боль.

Она увидела мою реакцию и в ее глазах внезапно сверкнула такая редкая для нее ярость.

- Ты не единственная, кто потерял родителей, Кейси. Больше это не касается только тебя. - Она спрыгнула с моей кровати и нависла надо мной, сжав руки в кулаки. А затем она взбесилась так, как раньше я никогда не видела. - Я не могу с этим справиться! Кошмары, борьба, то, что ты отдаляешься. Мне приходилось справляться с этим четыре года, Кейси! - Ливи впала в истерику, а слезы открыто текли по ее щекам. Она кричала, и я ожидала, что в любую секунда вбежит охрана. - Четыре года я смотрела, как ты приходишь и уходишь из моей жизни, и каждый раз я думала, будет ли сегодняшний день тем днем, когда я найду тебя, повесившейся в шкафу или болтающейся в воде. Я понимаю, что ты находилась тогда в машине. Понимаю, что тебе пришлось всеэто видеть. А как же я? - Она подавилась слезами, а ярость, которая подталкивала ее вперед с той вспышкой, спала, оставив Ливи истощенной и жалкой. - Я теряю тебя снова и снова и больше не могу с этим справиться!

Ее слова ударили меня по голове, словно кувалда.

Я думала, что мое сердце уже разбито, но это было не так.

Не совсем разбито.

Не до этого момента.

- Я знаю, что случилось в ночь нападения на Шторм, Кейси. Знаю, - сказала Ливи, следя за мной своим многозначительным взглядом.

Шторм.Я бросила взгляд в ее сторону, и Ливи покачала перед моим носом пальцем.

- Не смей огорчать Шторм из-за того, что она мне рассказала, Кейси Делин Клири. Не смей. Шторм рассказала мне, потому что беспокоится о тебе и хочет, чтобы тебе помогли. Ты едва не напала на человека с разбитой пивной бутылкой. Мы больше не будем помогать тебе избегать твоих же гребаных проблем, поняла? - Ливи некрасиво стерла с лица слезы. - Я больше не собираюсь этого делать.

Я раз за разом говорила себе, что все это ради Ливи. Все, что я сделала, было направлено на ее защиту. Смотря на нее теперь, смотря на то, с чем ей пришлось справляться, я подумала, а не было ли все это сделано ради моей собственной защиты? Я знаю, что Ливи потеряла родителей. Знаю, что она едва не потеряла меня, в каком-то смысле. Но думала ли я когда-нибудь о ее чувствах? Пыталась ли поставить себя на ееместо? Я думала, что ничье место не было и вполовину таким же плохим, как то, которое тянуло меня вниз, как цементные блоки. И Ливи никогда не подавала виду. Она всегда была такой сильной и уравновешенной. Она всегда была Ливи - с родителями или без. Я просто думала...

Я не думала...Господи! Я никогда на самом делене оценивала своих действий, всех своих реакций и того, как они отражались на Ливи. Я просто думала, что если я находилась в вертикальном положении и дышала, то была здесь, с ней. С Ливи. Но в определенном смысле меня никогда с ней не было.

Внезапно мне захотелось сдохнуть.

Я почувствовала, как моя голова дернулась вверх и вниз, а все сопротивление испарилось, когда нахлынула с новой силой боль. Понимание. Я всегда говорила себе, что хочу защитить от боли свою младшую сестренку, но делала все не ради ее защиты. А ради своей защиты. Все, что я делала, - это причиняла ей боль. Всем людям в своей жизни.

- Хорошо. - Доктор принял этот жест в качестве знака согласия. - Я подготовлю для тебя комнату. Но первая часть твоей терапии начнется прямо сейчас.

Я обдумывала то, как быстро он отреагировал. Квалифицированный и деловой, но в то же время похожий на торнадо, парящий в воздухе, чтобы сеять повсюду хаос. Он спокойно подошел к двери и поманил кого-то внутрь.

Нет. Я съежилась на кровати и сжала руки Ливи, пока она слегка не захныкала. «Господи, пожалуйста...нет! Он этого не сделает».

Из-за угла вышла более взрослая копия Трента и зашла в мою комнату. На его лице застыло выражение горя.

Отец Трента.

Отец Коула.

Блядь. Я не знаю даже, как его теперь называть.

- Я хочу, чтобы ты выслушала мистера Рейнольдса. Ничего больше. Просто выслушала. Сможешь сделать это? - спросил меня доктор Штейнер.

Думаю, я кивнула, но не была в этом уверена. Я была слишком занята рассматриванием лица этого мужчины, того, насколько сильно он напоминал мне его. Егоглаза, в которые я влюблялась день за днем. Счастливая. Влюбленная. Да, влюбленная. Я была влюблена в Трента. В убийцу моей жизни.

- Мы все время будем с тобой, - сказала Шторм, взяв меня за свободную руку.

Отец Трента/Коула откашлялся.

- Здравствуй, Кейси.

Я не ответила. Я просто смотрела, как он сунул руки в карманы и держал их там. Прямо, как делал его сын.

- Меня зовут Картер Рейнольдс. Можешь называть меня Картер.

Мое тело пробрала дрожь при звуке фамилии этой семьи.

- Я хочу извиниться за все, через что вам с сестрой пришлось пройти из-за моего сына. Я пытался сделать это четыре года назад, но полиция выдала нам запреты на приближение. Тогда моя семья и я проявили уважение к вашей частной жизни. К сожалению, с тех пор Коул...Трент снова вам навредил.

Он сделал еще несколько шагов, зайдя дальше в помещение, пока не оказался в изножье моей кровати. Он незаметно посмотрел на доктора Штейнера, который ему просто улыбнулся.

- Та машина была нашей...моей...которую Саша вел в ночь аварии. - Он нахмурился. - Хотя, думаю, что ты об этом знала, не так ли? Это было указано в страховых документах.

Последовала пауза, словно он ждал, пока я подтвержу его слова, чего я не сделала.

- Мы потеряли Коула после аварии. Он прекратил свое существование. Он бросил Мичиганский университет, прекратил заниматься футболом, разорвал все связи с друзьями. Он бросил девушку, с которой встречался на протяжении четырех лет, и совершенно прекратил употреблять спиртное. Он сменил имя с Коула Рейнольдса на Трента Эмерсона - это его второе имя и девичья фамилия его матери.

Картер остановился, сжав губы в тонкую линию.

- Та авария разорвала на части нашу семью. Мы с его матерью развелись год спустя. - Он небрежно махнул рукой. - Хотя это неважно. Я хочу, чтобы ты знала, что Коул...эм...Трент - проблемный молодой человек. Через два года после аварии я нашел его в своем гараже со шлангом, натянутым на выхлопную трубу заведенного автомобиля. Мы думали, что навсегда его тогда потеряли.

Голос Картера надорвался от эмоций, а я почувствовала незваный приступ боли из-за образа, возникшего в голове.

- Вскоре после этого случая его приняли на стационарное лечение, основанное на программе доктора Штейнера для страдающих посттравматическим стрессовым расстройством. - Снова Картер посмотрел на доктора, который ему улыбнулся и кивнул. - Его отпустили со штампом «одобрено». Мы были уверены, что он оправился. Он снова смеялся и улыбался. Он регулярно начал нам звонить. Он поступил в школу графического дизайна в Рочестере. Казалось, что он пошел дальше по жизни. Он даже посещал амбулаторные программы и групповые сеансы терапии, чтобы помочь другим людям преодолеть их горе.

- Пока, шесть недель назад, нам не показалось, что у него случился рецидив. Он появился на пороге у матери, бормоча что-то о тебе и о том, что ты никогда его не простишь. Мы привезли его сюда и поместили в клинику доктора Штейнера.

Я усиленно пыталась сдержаться от появления на лице удивления. Значит, все время, пока Трента не было, он был здесь, в Чикаго. В клинике для страдающих ПТСР, тем, от чего он так настойчиво пытался излечить меня.

- Спустя пару дней после выхода его отсюда, он пребывал в состоянии эйфории. Мы не могли понять в чем дело, думая, что, возможно, он принимает наркотики или страдает какой-то манией. Доктор Штейнер отрицал и то, и другое. Он не мог рассказать нам, что происходит, из-за соглашения о конфиденциальности, заключающегося между пациентом и врачом.

- Если быть точным, я и сам не знал, что происходит. Трент скрывал важную информацию во время сеансов со мной, зная, что я этого не одобрю, - прервал доктор Штейнер.

- Точно, - Картер кивнул в знак согласия. - Мы разобрались в этом три дня назад, когда его мать столкнулась с секретаршей и та спросила, решили ли свои проблемы Трент и Кейси. Она ничего плохого и не подумала, учитывая, что Трент упоминал, что у него есть девушка по имени Кейси и у них была размолвка. Полагаю, он думал, что ничем не рискует, рассказав об этом секретарше.

Картер вздохнул.

- Два года назад, когда мой сын покинул стационарное лечение, он сделал это с верой в то, что, если сможет исправить твою жизнь, то будет прощен за всю боль, которую причинил. - Теперь он смотрел в пол, и на его лице появилась тень стыда. - Мой сын наблюдал за тобой на расстоянии в течение двух лет, Кейси. Выжидая, прежде чем к тебе подойти.

Я едва заметила, что в мое предплечье впились пальцы Ливи. Хотя я и не испытывала бури эмоций, это знание отдалось болью где-то глубоко внутри меня. Трент меня преследовал? Скрыто выслеживал? И все потому, что хотел починить то, что сам же и сломал? Я хочу сделать тебя счастливой. Хочу, чтобы ты улыбалась.Его слова проигрывались у меня в голове. Теперь во всем этом появился смысл. Он искренне в это верил. Был на задании по исправлению меня.

- Мы с его матерью понятия не имели, Кейси. Честно. Но Трент наблюдал за тобой эти последние два года. У него был кто-то знакомый в колледже, кто мог взломать твой электронный ящик. Так он узнал, что вы переезжаете в Майами. Мы понятия не имели, что он подорвался и уехал из Нью-Йорка. Но он сделал это, оставив свою квартиру и едва устоявшуюся жизнь, чтобы последовать за тобой с этой навязчивой идеей, что, если он сможет исправить твою жизнь, он будет прощен. Мы ежедневно общались посредством электронной и голосовой почты. Один раз он даже навестил свою маму.
- Так я была проектом, - пробормотала я себе под нос. Проектом для успокоения.

Тошнота. Это все, что я сейчас испытывала. Желчь поднялась к горлу, когда меня ударило осознание. Он никогда обо мне не беспокоился. Я была лишь одной из двенадцати ступеней в пошаговой программе, которую он создал у себя в голове.

- Это не имеет значения.

Мой голос был глухим. Это и правда не имело значения.

Трент и все хорошее, что он привнес в мою жизнь, мертвы. По правде, они никогда и не были живы.

Заговорила Шторм, впервые с тех пор, как пришел Картер.

- Кейси, Дэн хочет, чтобы ты выдвинула обвинения против Трента. То, что он сделал неправильно, незаконно и настолько ебануто. Он заслуживает тюрьмы.

Про себя я ухмыльнулась. Шторм никогда не ругается. Должно быть, она и правда взбешена.

- Но я заставила его подождать с рапортом, пока ты не почувствуешь себя лучше и не сможешь решить сама. Я подумала, что ты сама должна принять решение.

С низким рычанием она добавила:

- Хотя я и хочу прострелить ублюдку голову.

Я медленно кивнула. Сообщить в полицию. Предъявить Тренту обвинения. Трент сядет в тюрьму.

- Его мать и я поймем, если ты хочешь выдвинуть обвинения, - спокойно сказал Картер, но я видела, как поникли его плечи, когда он отверг единственного сына.

- Нет.

Слетевшее с губ слово удивило даже меня саму.

Брови Картера изогнулись от удивления. - Нет?

- Кейси, ты уверена? - спросила Ливи, сжав мою ладонь.

Я посмотрела на нее и кивнула. Понятия не имею почему, но знаю, что не хочу этого делать. Уверена, я ненавижу Трента. Уверена, что должна его ненавидеть, потому что он и есть Коул, а ненависть к Коулу - все, с чем я знакома.

Я подняла глаза на Картера, представляя, как этот человек вытаскивал из автомобиля безвольное тело сына, и то, что я испытала, не было ненавистью. Это было жалостью. Жалостью к нему, Тренту, потому что я так близко знакома с уровнем боли, который мог бы подтолкнуть человека к этому. Мысли о таком конце появлялись и в моей голове раз или два за все эти годы.

- Нет. Никаких обвинений. Никакой полиции. Это ничего не изменит. Никогда не меняло.

На мгновение Картер закрыл глаза.

- Спасибо.

Голос, которым были произнесены слова, был хриплым и наполненным эмоциями. Он откашлялся. Посмотрев на Ливи, он добавил:

- Я так понимаю, что стоит вопрос об опекунстве над Ливи.

- Нет, никакого вопроса. Она под моей опекой.

Я повернулась, посмотрев на Ливи. Зачем она ему рассказала?

- Я позвонила тете Дарле, - мягко объяснила она. - Некоторое время я не знала, справишься ли ты с этим. Она сказала, что может забрать меня с собой домой и...

- Нет! Нет! Ты не можешь меня оставить! - внезапно заорала я. Сердце бешено забилось.

- Она никуда не денется, Кейси, - пообещал Картер. - За исключением Майами, чтобы вернуться в школу. Моя фирма позаботится о том, чтобы были составлены все официальные документы об опеке. На данный момент опекуном должна стать мисс Мэттьюс, пока ты не почувствуешь себя лучше или Ливи достаточно не повзрослеет.

Я оцепенело кивнула.

- Спа...спасибо.

Он нам помогает. Почему он нам помогает?

Он мне улыбнулся.

- Еще я поговорил с вашим дядей. - Его взгляд стал ледяным и жестким. - От страховки еще остались деньги, Кейси. Он не промотал их все. Я прослежу, чтобы все они были переведены на ваше с сестрой имя. - Он вытащил что-то из внутреннего кармана пальто. - Это моя визитка, если вам когда-нибудь что-то понадобится. В любое время, Кейси. Ливи. Что угодно. Я помогу, чем только смогу.

Он положил ее на прикроватную тумбочку.

Кивнув доктору Штейнеру, он направился к двери. Плечи его были сгорблены, словно он нес ужасное бремя. И полагаю, так и было, после того, что сделал его сын. Он остановился, положив руку на дверную ручку.

- Чего бы это ни стоило, но я никогда не видел Трента таким счастливым, каким он был с тобой. Никогда.

* * *

Я уставилась на огромные дубовые двери клиники. Они так сильно контрастировали со стерильно-белой внутренней отделкой.

Мой дом на ближайшее время.

Крошечная ручка скользнула в мою ладонь, и я не отпрянула.

- Не переживай. Не так уж тут и плохо, а если ты будешь хорошо себя вести, то когда выйдешь отсюда, мы пойдем есть мороженое, - сказала Мия с унылым выражением лица.

Они с Дэном проводили время, посещая зоопарки и парки Чикаго, пока Шторм оставалась со мной. А сейчас они были здесь, чтобы попрощаться. Она подняла свободную руку и показала два пальца.

- По три шарика!

Шторм встала позади нее, держа за руку Дэна, и засмеялась.

- Все правильно, Мия, - подмигнула она мне.

- Готова? - спросила Ливи, зацепившись своей рукой за мою.

Глубоко вдохнув, я снова осмотрела это место.

- Выглядит чересчур шикарно.

- Не парься. Я знаю парня, который знает парня...который знает парня, - усмехнулся Дэн.

По какой-то причине, я ему не поверила. У меня возникло ощущение, что в этом как-то замешаны ухоженные руки Картера Рейнольдса. Может быть, мне повезло с предложением «купи два по цене одного», потому что Штейнер не помог его сыну в первый раз. Хотя, в виде исключения, я этому не перечила.

Ливи и я пошли вперед, ступая в ногу.

- Спасибо, что делаешь это, Кейси, - прошептала она, смахивая скатившуюся по щеке слезу.

Мужчина в светло-голубой униформе открыл дверь и протянул руку, предлагая взять мою сумку.

- Я буду звонить так часто, как мне разрешат, - вскрикнула Ливи, последний раз сжимая мое предплечье, прежде чем меня отпустить.

Я подмигнула, нацепив на лицо храброе выражение.

- Увидимся над водой.