Десять крошечных вздохов

Доктор Штейнер привел меня в маленькое, белое помещение с окном, через которое было видно другое маленькое, белое помещение.

- Это одностороннее зеркало?

Я постучала по нему.

- Да, Кейси. Сядь.

- Хорошо, Доктор Диктатор, - проворчала я, шлепаясь на предложенный мне стул.

- Спасибо, Пациент-Заноза-В-Заднице.

Я усмехнулась. Иногда нетрадиционные методы доктора Штейнера делали эти сеансы менее болезненными. По большей части нет, но изредка - да.

- Какое наказание Вы припасли для меня на сегодня?

Я беспечно откинулась на стуле, когда открылась дверь. Мое тело сделалось неподвижным, и я втянула полные легкие воздуха, когда увидела лицо входящего человека.

Это Трент.

Коул.

Трент.

Блядь.

Прошло уже несколько недель с тех пор, как я видела его в последний раз. Его русые взлохмаченные волосы, длинное, подтянутое тело...он вошел в помещение, красивый, как и всегда. Мне пришлось это признать. А мне ненавистно было это делать. Только теперь я не видела на его лице ни улыбки, ни ямочек на щеках. Ничего, что напоминало бы обаятельного парня, в которого я влюбилась.

Влюбилась. Я стиснула зубы, борясь с болью, которая накатила вместе с осознанием этого.

Он сел на стул, стоящий прямо напротив меня. Мне не нужно было даже знать Трента, чтобы заметить неукротимое страдание, бушующее в его глазах. Но из-за того, что я знала его или хотя бы какую-то его частичку, эта боль взывала ко мне.

И это было невыносимо. На уровне инстинкта мне хотелось протянуть руку и забрать ее.

Руки доктора Штейнера опустились мне на плечи за секунду до того, как я вылетела бы из помещения.

- Он не видит тебя, Кейси. И не слышит.

- Что он здесь делает? - прошептала я. Мой голос дрожал. - Зачем вы так со мной поступаете?

- Ты продолжала утверждать, что ненавидишь Трента, а мы оба знаем, что это не так. Он здесь, так что признай это раз и навсегда и двигайся дальше. В твоем выздоровлении нет места для того, чтобы держаться за идею о ненависти.

Я не могла оторвать от Трента глаз, даже когда начала отрицать сказанное доктором Штейнером.

- Вы - придурочный, ебанутый док...

Доктор Штейнер меня прервал.

- Ты знаешь, что он также мой пациент, Кейси. И ему помощь требуется так же, как и тебе. Он также страдает от ПТСР. Он также ввел себя в заблуждение, что может просто спрятать подальше боль, вместо того, чтобы справляться с ней подходящими методами. Он просто делал это менее традиционным способом. Сейчас мы об этом говорить не будем. - Я вздрогнула, когда он похлопал меня по плечу. - Сегодня я немножко смошенничаю. Устрою один сеанс на двоих.

- Я так и знала.

Я показала на него пальцем в обвиняющем жесте.

Доктор Штейнер улыбнулся, словно моя реакция его позабавила. Я же в этом ничего забавного не видела. Мне было интересно, что же подумает об этом медицинская комиссия, когда я на него донесу.

- Это необходимо как для выздоровления Трента, так и для твоего, Кейси. Ты будешь сидеть и будешь слушать, что он хочет сказать. После этого ты его больше не увидишь. По окончании сеанса он вернется домой. Он хорошо справляется, но эффективно на него влиять становится невозможно, потому что он знает, что ты находишься в этом же самом здании. Я не могу рисковать и позволить вам столкнуться. Ты поняла?

В ответ я только что-то нечетко проворчала.

Доктор Штейнер перегнулся через меня и щелкнул выключателем, расположенным рядом с микрофоном. Прямо сейчас я могла вырваться отсюда. Могла. Возможно, я бы и убежала. Но не стала этого делать. Я просто сидела и смотрела на парня, которого одновременно и знала так хорошо, и не знала совсем, и думала, что вообще он хочет мне сказать. И как бы сильно какая-то часть меня этого не хотела, я не могла заставить себя отвести от него глаз.

- Он тебя не видит. Он сам так захотел. Там загорелся красный огонек, чтобы он знал, что микрофон включен, - объяснил доктор Штейнер, и я услышала тихий щелчок позади себя. Посмотрев через плечо, я увидела, что он вышел из помещения, оставив меня лицом к лицу с человеком, который дважды меня разрушил.

Я ждала, сжав руки в кулаки, а внутри у меня все скрутило. Трент ерзал на стуле, притягивая его ближе, пока его колени не коснулись стекла. Он наклонился вперед и оперся локтями на колени, опустив взгляд на свои пальцы. Эти пальцы, эти руки...не так давно они были моим спасением, принося мне поразительное удовольствие. Как все могло так быстро измениться?

Медленно двигаясь, словно это причиняло ему боль, Трент поднял глаза и они оказались на одном уровне с моими. Он всматривался в меня, взгляд его светло-синих глаз с бирюзовыми крапинками давил на меня с такой силой, что у меня появилась уверенность, что он всевидит. Я запаниковала и наклонилась налево и направо. Его глаза смотрели в прежнем направлении.

«Ладно, может, Штейнер и не обманул».

- Привет, Кейси, - мягко сказал он.

«Привет», - одними губами проговорила я, прежде чем себя одернула. Слышать его голос было мучительно.

Трент откашлялся.

- Это немного странно, разговаривать с собственным отражением в зеркале, но это единственный способ, с помощью которого я смог бы сказать все, что мне нужно сказать, так что...Я счастлив, что ты здесь, с доктором Штейнером. Он - отличный доктор, Кейси. Доверяй ему. Хотел бы я, чтобы тогда полностью ему доверился. Может быть, в таком случае я бы не подверг тебя всему этому. - Он сжал губы и отвел взгляд. Уверена, его глаза стали словно стеклянными, но они были нормальными, когда он снова повернулся лицом ко мне. - Я думал... - он сглотнул, его голос стал хриплым. - Я думал, что если ты в меня влюбишься, это исправит все остальное, что я с тобой сделал. Я думал, что смогу сделать тебя счастливой, Кейси. Счастливой настолько, что если бы ты когда-нибудь узнала правду, то нормально бы к этому отнеслась. - Он положил голову на ладони, на мгновение спрятав в них лицо, но затем снова ее поднял. Его губ коснулась грустная усмешка. - Насколько же это ебануто?

Последовала долгая пауза, и у меня появилась возможность изучить его, вспомнить все те дни счастья и смеха. Я поверить не могла, что они были настоящими. Казалось, что с тех пор прошла вечность.

- То, что случилось той ночью четыре года назад, - это худшее из когда-либо принятых мной решений. Я буду жить, жалея о нем всю оставшуюся жизнь. Если бы только я мог повернуть время вспять и спасти твою семью, спасти свою семью, спасти Сашу и Дерека, я бы так и сделал. Я бы что угодно сделал, только бы все изменить. - Его кадык дернулся вверх-вниз, когда он сглотнул.

- Саша... - он снова склонил голову.

Я закрыла глаза при звуке этого имени. Слышать его...это все еще причиняло боль, но больше не такую сильную, как до урока доктора Штейнера о сочувствии. Когда я открыла глаза, Трент снова сидел лицом ко мне, а по его щекам катились слезы боли и потери.

Это все, что потребовалось. Мое тело сжалось, и вид такого расстроенного Трента прорвался сквозь мою оставшуюся защиту. Мои руки взлетели ко рту, закрывая его, а на глазах появились слезы, прежде чем я смогла их сдержать. Я яростно стирала их, но они продолжали наворачиваться. После всего произошедшего то, что я видела Трента в момент боли, глубоко меня прожигало.

А причина была в том, что я не ненавижу его. Не могу. Я любила его. Если быть честной с самой собой, я, может, все еще люблю его. Меня не волнует даже, что, по сути, он меня преследовал. Не знаю почему, но знаю, что не волнует.

«Вот, доктор Штейнер. Я признала это. Черт бы Вас побрал!»

- Саша был хорошим парнем, Кейси. Ты мне не поверишь, но он бы тебе понравился. Я вырос с ним. - Теперь Трент грустно улыбнулся, погрузившись в воспоминания. - Для меня он был словно брат. Он не заслуживал того, что с ним случилось, но, это странно, но так лучше. Он и десяти минут бы не продержался с таким чувством вины. Он... - голос Трента надорвался, и он большим пальцем провел по щеке, смахивая слезы. - Он был хорошим человеком.

Трент взглядом обвел контуры зеркала.

- Я знаю, что ты, должно быть, меня ненавидишь, Кейси. Ты ненавидела Коула. Так сильно. Но я - не Коул, Кейси. Я больше не тот человек.

Он замолчал и глубоко вдохнул. Когда он снова заговорил, его голос был ровным и спокойным, глаза сияли ярче, а плечи поднялись немного выше.

- Я не в силах исправить то, что сделал с тобой. Все, что я могу сказать, - прости. Сказать это и посвятить свою жизнь тому, чтобы дать знать другим людям, чего может стоить такая ошибка. Как сильно она может ранить. - Его голос стих. - Это я в силах сделать. Ради тебя и ради себя.

Медленным, осторожным движением он поднял свою дрожащую руку и прижал ладонь к стеклу. Задержал ее там.

И я не смогла сдержаться.

Я приложила к зеркалу свои пальцы так, что они идеально совпали с его, представляя, каково было бы снова ощутить прикосновение его кожи, ощутить, как его пальцы обовьют мои и притянут меня к нему, к его теплу, в его жизнь.

Долгое время мы оставались в таком положении, ладонь против ладони. По моим щекам катились слезы. Потом он снова уронил руку на колени, а его голос сделался мягким.

- Я хотел лично сказать тебе, что, хотя мои намерения и были неправильными...

Теперь он смотрел на стекло взглядом, полным страсти и эмоций. Одним из тех взглядов Трента, от которых у меня подгибались колени.

- То, что я к тебе испытывал, было настоящим, Кейси. Оно все еще настоящее. Просто я не могу больше держаться за эти чувства. Нам обоим нужен шанс исцелиться.

У меня сердце подскочило к горлу.

- Все еще настоящие, - признала я тихонько вслух. Чувства настоящие.

Слезы по новой потекли по моим щекам, когда я сообразила, что происходит.

Трент прощается.

- Надеюсь, что однажды ты сможешь исцелиться от всего этого, Кейси, и благодаря кому-то будешь смеяться. У тебя такой красивый смех, Кейси Клири.

- Нет, - внезапно прошептала я, нахмурившись. - Нет!

Обе мои руки взлетели к стеклу, и я начала стучать по нему. Я не готова прощаться, поняла я. Не так. Пока нет.

Может, и никогда.

Я не могу объяснить этого. Я просто чертовски уверена, что не хочу этого испытывать. Но испытываю.

Я задержала дыхание, смотря, как Трент встал и вышел за дверь, напрягшись. Вид закрываемой двери...Трента, навсегда уходящего из моей жизни...все это высвободило поток рыданий, и я упала на пол.