Глава 9
Школьный день подошел к своему завершению. Ульяна отсиживалась в гардеробе на первом этаже, ожидая прихода Димы. Он задержался: по словам парня, его задержала одна из завучей. Все это время Ульяна нервно высиживала в самой дальней части раздевалки, чтобы не наткнуться на Карину с Викой и Таней. Не хотелось попасть вновь в лапы зверских событий, что разворачиваются следом за вскрытием своих деяний. Ульяна стала скрываться: приходить в школу почти со звонком, стала посещать туалеты только на уроках, первой выбегать из класса с окончанием занятий, не задерживаться ни в коем случае в гимназии. Она не знала, избежала ли она новой сцены благодаря своей вынужденной осторожности, или компании Карины девушка пока попросту не нужна.
Было холодно. Даже слишком холодно. И холод этот проявлялся не только в жестоком ветре, который задувал в окна гардероба, предвещая скорый приход зимы, но и в душе самой Ульяны, где скрывалось много острых льдин, состоящих из гнили. В человеке, который за всю свою жизнь не получил ни одного наказания за содеянные преступления, нет понимания значения морали, при соблюдении которой не было бы наказания. Ульяна стала слишком серьезно задумываться: «Все-таки не надо было над ней издеваться. Из-за этого я вынуждена сейчас прятаться в тени и бояться даже своего факта существования. Вот бы вернуть время назад...». Она в прошлом очень завидовала Ире, которая, по мнению девушки, была идеальной во всем. Ульяна могла только со стороны наблюдать, как много людей восхищается ей. Все это давило на девушку, будто ее затмевают. Да и как Ира, живя в «невероятно нищей» семье, смогла обойти по любви людей Ульяну, которая из кожи вон лезла, чтобы добиться хоть какого-то признания от сверстников, так еще и была дочерью хороше зарабатывающей журналистки? Ире не нужно было долго выряжаться в школу и придумывать себе определенный образ в обществе, или все утро делать красивую прическу с макияжем: она была простой, и это отличало ее от других. Ира обладала большим сердцем, которое было способно только любить и радоваться, от того ее жизнь будто порхала в небе. Она была такой живой, что ее сияние было видно даже издалека. Та искренность, что излучала девушка, была подобна горящему лучу солнца, что готово осветить весь мир. Разумеется, этому больше всего завидовала Ульяна: все тянулись к Ире, ведь ее любили за отсутствие какой-либо фальши. Зависть с каждым разом захлестывала новой волной, которая с головой окунала в тлеющую ненависть. Все проделки Ульяны начинались с «безобидных» шуток и действий, по типу «случайно» вылить суп в столовой на Иру, или прилюдно и завуалированно посмеяться с ее слишком заношенной кофты. Но чем больше проходило времени, тем хуже становились выходки. Все переросло в очевидную и жестокую травлю, но многие игнорировали это: считали дружескими проделками, или вовсе не хотели вмешиваться в конфликт. Жизнь Иры была уничтожена: она стала бояться школы, бояться одноклассников, бояться Ульяну и ее подруг, бояться своего существования. Как бы эта бедная девчонка ни старалась хвататься до последнего за свою последнюю надежду и попытки нагнать справедливость – все тщетно. Ира искренне не понимала, почему к ней стала так относиться собственная одноклассница: не было ни конфликтов, ни соперничества... Последней, отправной точкой, стал момент, когда мальчик, который безумно нравился Ульяне, сходил погулять с Ирой. Это было больше именно по его желанию, а сама она долго отнекивалась от данного предложения, ибо он ее не привлекал. И, все же, Ульяне было все равно: она же «забирает» у нее все, что было и могло быть вообще. Ей хотелось, чтобы Ира упала в глазах восхищенной толпы вокруг нее. Так шла жизнь их с марта по сентябрь этого года (даже во время летних каникул), пока Ульяну не заставили уйти из школы.
Она не хотела вновь вспоминать о том опыте, что приключился в той школе, поэтому решила расслабленно выдохнуть, убеждая себя в том, что все образуется. Последние события в ее жизни отразились на девушке наихудшим образом: появилась излишняя раздражительность, признаки паранойи и ночные кошмары. Страх за себя, как у Иры раннее, теперь преследовал Ульяну, которая сама обрекла себя на подобные страдания. А что делать? Разве уже можно что-то исправить? Что придумает Карина в следующий раз? Она ведь просто так не отстанет. И что, теперь надо избегать ее весь учебный год? Но с учетом того, что они учились в одном классе, это было напросто невозможно. Та безысходность, что родилась во время пребывания в новой школе, ранила больнее любой сигареты, которая в прошлый раз обжигала легкие Ульяны мучительной болью, или сильного удара по спине от мужской крепкой ноги, или же той мертвой хватки за волосы, когда казалось, что после этого их и не останется вовсе. Испуг также не ограничивался только лишь этой самой безысходностью, потому что вдобавок шло незнание о том, что будет дальше. Степень жестокости, наверно, будет расти? Или наоборот? Или без разницы? Что вообще надо ожидать и к чему быть готовой? Бесконечные вопросы терзали ее голову, сокрушая весь рассудок Ульяны, разрывая внутри все в клочья. С того момента, как она вступила на порог этой школы, изменить больше ничего нельзя.
Ульяна поправила свою прическу одной рукой, возвращая темные пряди на свои места, а после неторопливо пошла за курткой, ведь ждать Диму стало напросто скучно. Телефон почти разрядился, поэтому девушка вовсе не желала тратить последние ресурсы на бестолковые посиделки. Одев верхнюю одежду и сменив обувь, она снова лениво опустилась на скамейку и устремила жалкий взгляд на дальний дверной проем, где так хотела увидеть Диму, который посмотрел бы на нее своими почти лисьими глазами, что всегда будто пробовали на вкус внешность девушки. Прошло пять, десять, двадцать минут... Его все еще не было.
- «Вот черт! Видимо опять забыл, что наобещал...Да и чего я, впрочем, ожидала? Ха...Ему как было насрать, так и остается...» - злобно произнесла про себя Ульяна, решительно вскочив с сидения и направившись к выходу.
Стоило ей пройти мимо того самого дверного проема, как из него вылетел запыхавшийся Дима. Девушка в ту же секунду обернулась, сразу же обратив внимание на его состояние.
- Извини. – на выдохе выдавил парень из себя силой, пытаясь восстановить нормальный темп дыхания. – Ко мне много вопросов от школьной администрации. Надеюсь, ты не сильно злишься?
Ульяна вспомнила, что Дима учился так себе, да еще и ловили его за курением не раз в школьных туалетах, так что она не стала придираться к словам парня, но мысленно не простила.
- Ничего. – спокойно ответила девушка, хотя в голосе все еще была слышна небольшая обида, а потом повернула голову в сторону выхода, явно не желая пересекаться с ним взглядами. – Не злюсь.
- Ценю твое понимание.
Дима тихо усмехнулся, словно его совершенно не волновало то, что он заставил ее долго ждать. Парень меньше чем за минуту успел сходить за своей курткой и вернуться обратно.
- Так куда мы пойдем? – уже мягче спросила девушка, проскользнув удивленными глазами по его брендовой черной куртке, которую он одевал по пути.
- Предлагаю в центр.
- Окей, тут не так уж и далеко. Пешком примерно минут пятьдесят...
- Брось. – перебил ее Дима, брезгливо отмахнувшись от этой идеи рукой, будто от надоедливого насекомого. – Меня ждет водитель, так что я без проблем попрошу его нас подбросить.
- Спасибо... - смутилась Ульяна, не ожидая такого предложения.
- Не стоит. Мне-то нетрудно.
- Ну да.
Стоило им выйти с территории школы, как в глаза бросился протяженный черный седан, что стоял прямо напротив ворот. Из нее выпрыгнул мужчина в деловом костюме, который, поправляя пиджак, тут же подбежал к пассажирской двери, открывая ее на максимум.
- Добрый день. – поздоровался басом он доброжелательно.
Дима кивнул в ответ и положил ладонь на арку двери, что была над окном, не желая отвечать на приветствие водителя.
- Отвезешь нас до Исаакия?
- Да, но ваши родители велели, чтобы я не возил посторонних... - с сожалением произнес мужчина, удостоив Ульяну презренным взглядом.
- Волноваться не стоит. Это моя одноклассница, с которой у меня совместное задание на тему истории Петербурга. – оправдался Дима, ухмыльнувшись от своего блефа.
Ульяна застыла на секунду из-за его отношения к ней, о котором ей, конечно, было известно, но ведь девушка чаще всего переубеждала себя, что на все поступки Димы есть объяснимые причины. Но эти слова плеснули самым острием по и так раненным чувствам: «Просто...Одноклассница...? Даже не подруга? Еще и ложь... Он стыдится общения со мной...?» В горле застрял ком, но Ульяна старалась держать свое лицо, которое, кажется, с секунды на секунду расплывется от быстро образующихся слез, что стали результатом далеко не только данной ситуации, но и всего морального состояния девушки в целом. Однако быстрый наплыв депрессивных эмоций почти сразу же отошел, когда девушка уставилась на проезжающие машины по дороге, тем самым отвлекая себя.
- Хорошо... Но, если ваши... - продолжил водитель, учтиво склонив голову.
- Мы ненадолго. Пару часов. Они даже и не узнают о том, что я куда-то ездил помимо школы. А если и узнают, то я объяснюсь перед ними. – уверенно перебил его Дима, уступая место в автомобиле Ульяне.
Она, еле державшись на ногах от усталости, аккуратно опустилась на сидение, отрывая поникший взгляд с дороги, а после дверь очень тихо закрыли снаружи, ведь в машине были доводчики.
- Дмитрий. - снова обратился водитель к парню, убедившись, что девушка внутри и не может слышать их диалог. – Я понимаю, что вы хотите в своем молодом возрасте повеселиться с девочками как следует, но поймите наконец: отвечать мне за это. Ваша мать, в особенности, сказала, что если я не досмотрю, то меня уволят.
- Я же сказал: нам надо ради задания по истории. Ни с кем веселиться я не собираюсь. Я похож на такого заядлого тусовщика что ли? – возмутился он, отведя глаза в небо от недовольства.
- Да. – твердо и без лишних колебаний ответил водитель.
- Нет.
- Господи... Прошу, услышьте меня, Дмитрий: я не хочу лишиться своей работы. У меня, так-то, двое детей и жена.
- А у меня, так-то, учеба, Степан Павлович. Мне необходимо это ради учебы. Не переживайте, никто вас не уволит из-за двух часов в центре ради обычного задания по истории. Просто отвезите меня туда, куда я прошу.
Водитель закрыл глаза и глубоко, во весь объем легких впустил кислород, стараясь не выпалить чего-то лишнего в адрес ребенка своих начальников. Он хорошо понимал, что за подобное дозволение можно получить далеко не только выговор, но и позорный выгон. Правила есть правила, но спорить же тянется тот, от кого и зависит его работа. На самом деле, препираться то и не было толку: все равно придется сделать то, что так просит парень, особенно с его настойчивостью.
- Ладно. – сглотнул водитель, направившись к другой пассажирской двери.
- Не стоит, я сам.
Автомобиль тронулся. Всю дорогу Степан Павлович не сказал ни слова Диме, который, в отличие от него, не собирался умолкать: толковал о планах на завтра, на послезавтра, на после послезавтра, да и в принципе на неделю вперед, чтобы водитель заранее знал о расписании парня.
В это время Ульяна внимательно слушала его приятный голос, сладко повествующий о том, где его надо подобрать, куда подбросить и так далее. Но пока уши вылавливали интересную информацию о Диме на фоне средне играющего джаза, который включил водитель ради собственного душевного равновесия, глаза с восторгом изучали роскошь автомобильного салона: растягивающиеся по всей крыше панорамное окно, что впускало внутрь невероятно огромное количества света (пусть и пасмурной погоды) и визуально увеличивающее пространство там же, современные планшеты, находившиеся на изголовьях впереди стоявших белоснежных сидений, ярко-фиолетовая подсветка, огибающая своими линиями все прелести автомобиля, черный лакированный подлокотник , содержащий в себе еще один планшет и подстаканники. Девушка наслаждалась поездкой, пытаясь не уснуть из-за кошмарной и почти бессонной ночи.
- «Черт! Ну почему именно в такой день я не смогла нормально поспать?» - подумала Ульяна, не давая себе слипать веки, чтобы не погрузиться в сладкий сон.
Автомобиль пролетал через изящные улицы центрального Петербурга, а с каждым разгоном казалось, что машина, словно самолет, преодолевает взлетную полосу и вот-вот начнет подниматься в небеса. Это еще больше провоцировало Ульяну на сон, который бы продлился от силы минут десять из-за недалекости пункта назначения.
Миновав несколько кварталов, машина уже была на нужном месте. Водитель, видимо, решивший выместить всю свою злость из-за той ситуации, убедился в том, что сзади никто не едет, и резко вжал до упора педаль тормоза, благодаря чему пассажиры, если бы не ремни безопасности, по инерции вылетели бы через лобовое стекло с сокрушающей силой.
- Степан Павлович, ну зачем же настолько резко? – лукаво спросил Дима, ухмыльнувшись с, как ему казалось, забавной злости водителя.
Мужчина все еще не отпускал руки с руля и держал взгляд спереди.
- Я чуть не проехал остановку, но вы так рвались к Исаакию со своей спутницей, что я и не посмел бы отвезти вас не в то место. Если вы испугались, то примите мои извинения, самые глубочайшие. – равнодушно ответил он, выделив последние слово нотками наигранной жалости.
- Что ж, извинения приняты, Степан Павлович. Я сам выйду, не утруждайтесь. – посмеялся парень. - Ах, да, и не забудьте забрать меня ровно через два часа на этом же месте.
Проигнорировав его слова, водитель также не отрывал глаз с дороги. Как только Дима вышел, он помог выйти Ульяне, после чего получил робкую и искреннюю благодарность. Их пеший путь теперь пролегал по обычным тротуарам, сбоку от которых находились различные заведения. Они привлекали внимание своим разнообразием: то ресторан с грузинской кухней, то с русской, то с японской, то с итальянской, то с корейской, то просто с авторскими блюдами.
- Ну что, у тебя есть идеи, куда мы можем зайти? – спросил Дима.
- Пока нет, очень много вариантов...
- Это не проблема. Я думаю, нам надо зайти в туда. Там «Bubble-Tea» приличный на вкус.
Парень указал рукой на кафе, находившееся на самом углу улицы.
- Никогда там не была.
- Тебе понравится.
Зайдя в милое небольшое заведение, которое вмещало в себя несколько человек, распивающих различные напитки на высоких стульчиках у окна, Ульяна с Димой подошли к стойке заказов.
- Здравствуйте. – поздоровался Дима, по-хозяйски облокотившись на нее руками.
- Здравствуйте, что будете заказывать? – спросила сотрудница тонким голосом.
Парень прищурился, пытаясь высмотреть напитки в меню, нанесенном на большой доске. Милая иностранная музыка, играющая в кафе, мешала сконцентрироваться на выборе.
- Что ты будешь? – заинтересованно спросил он, даже не поведя взглядом в ее сторону.
- Я буду...
Тут резкий звон пронзил виски Ульяны, заставив ее до боли вжаться ладонями в стойку. В глазах помутнело, а уже через секунду они щурились от адского головокружения. Ноги сделались ватными, но девушка всеми оставшимися силами держалась, чтобы не упасть.
- Эй, все в порядке? – прозвучало для Ульяны это так, будто она была под водой, а голос Димы – всего лишь посторонний шум.
- Да... - с трудом выдавила она, пытаясь поднять голову. – Выбирай на свое усмотрение, я не разбираюсь.
- Как скажешь.
Дальше разговор сотрудницы и Димы Ульяна слышала отрывками. Слова о напитках, каких-то ягодах и вкусах не сильно тормошили и без того замученное сознание девушки, которая вот-вот свалится на пол с невероятным грохотом. Когда парень сделал заказ, он наконец повернул голову в ее сторону. Видя, как она с каждой секундой все ближе к падению, Дима быстро подхватил Ульяну за талию и подтянул ее ближе к себе.
- Нет, не все в порядке. Что такое? Тебе плохо? – спросил он тихо, почти прошептав на ухо.
- Мне... - запнулась девушка, разлепляя тяжелые веки и даже не обращая внимания на расположение его крепких рук. – Мне надо сесть.
- Хорошо, - Дима переместил их при на плечи плечи и повел к столику с диванчиками, не желая обращать лишнего внимания. – Только держись крепче.
Усевшись на удобный розовый диван, девушка всем весом опрокинулась на спинку. Тяжелое состояние с головокружением стали отступать из-за расслабленного положения, а помутнения исчезать с глаз.
- Спасибо, мне легче. – пробормотала Ульяна, посмотрев на обеспокоенного Диму.
- Не за что, просто ответь: что с тобой?
Девушка, вспомнив свои ужасные, последние проведенные в ужасе и страхе бессонные ночи, невольно съежилась. Тот сладкий, безалаберный и простой сон покинул ее с того момента, как компания, дружащая с Димой, превратила жизнь Ульяны в ад. Эти мысли давили, уничтожали: хотелось верить, что он не причастен даже к тому знанию о том, что его подруги и друг издеваются над ней.
- Я просто плохо спала сегодня. Вернее сказать, почти вообще не спала.
- Бессонница?
- Что-то вроде того. Кстати, про Артема все еще ничего неизвестно?
Дима на миг засмотрелся на деревянную поверхность стола, а после нехотя вернул взгляд на Ульяну.
- Нет. Дело о его пропаже открыли, разве что. А зачем тебе?
- Ты, вроде, его друг. Очень странно, что ты так относишься к его пропаже, словно к обыденности.
- Ты просто не знаешь Артема. – усмехнулся он, показав свои белоснежные ровные зубы.
- Что не знаю? – нервно спросила Ульяна, вспоминая его скотское отношение в том самом актовом зале.
- Он сам по себе человек безответственный. Любит набухиваться в стельку, а потом сваливать в закат. Рано или поздно же появляется в любом случае. Думаю, сейчас точно также все и будет. Не в первый раз.
- «Слышала я уже от вас это.» - вспомнила Ульяна первый день после пропажи Артема.
- Только такая версия у вас? – уже вслух произнесла Ульяна.
- Пока да.
- И прямо я смотрю, что ты даже не расстроился пропаже друга.
Дима искренне рассмеялся, увидев после этих слов оценивающий взгляд девушки. От подобного жеста по ее телу прошелся холодок.
- Мы на допросе? – спросил парень.
- Нет, но это, как минимум, наталкивает на странные мысли.
- Он мне-то и не особо друг. Если уж говорить по факту, то он просто присосался к нашей компании. Так что изначально никакой нахер дружбы и не было.
Ульяна еле заметно кивнула, удивившись тем, что он прямо сказал об этом. Тем не менее, разве может быть настолько плевать, чтобы даже смеяться?
- Я поняла. – ответила Ульяна.
Тут сотрудница кафе жестом подозвала к себе Диму, чтобы он забирал заказ. Пили Ульяна с Димой почти молча, иногда затрагивая легкие темы для разговоров. Парень большую часть времени засматривался в огромные окна, наблюдая за скоростным потемнением на улице. Ему это напоминало о времени, что сам Дима назначил для своего водителя. Закончив с напитками, парень поспешил встать.
- Пройдемся?
- Конечно. – одобрительно кивнула Ульяна, улыбнувшись ему.
Проходили они по оживленным местам, где был нескончаемый поток людей. Особенно много было рядом с театром, в который уже начинали заходить люди ради предстоящего представления. Пробираться сквозь толпы становилось все труднее, но, кажется, только Диму это не волновало: он засматривался на дорогу, где проезжали люксовые автомобили, ни разу ни скривив лица из-за почти давки.
- Может, пойдем в другое место? – через силы почти прокричала Ульяна, чтобы он ее услышал.
- А что не так здесь?
- Как что? Тут чуть ли не давка.
- Ну не знаю. Мне нравится здешний вид.
Ульяна тяжко вздохнула, смирившись с его безразличием к ее мнению. Ветер усиливался, а температура все падала. Девушка скрестила руки на груди и постаралась прижать их максимально близко, чтобы избавиться от прохлады. Ей даже пришлось одеть шапку, которую она за время всей прогулке с Димой игнорировала. Казалось, что улица бесконечная по своей длине, как народ, идущий по ней. Ульяна направила свой взор на конец столпотворения, где ее поджидал «приятный» сюрприз: маленькая головушка, еле заметная во всей массе людей, имеющая русые, почти как блонд, прямые и короткие волосы, быстро отдаляется все дальше. Форма черепа оказалась до боли знакомой девушке. Сердце стало пропускать бешеное количество ударов, а губы приоткрылись от шока. Внутри пылали мысли и воспоминания, которые сжигали дотла здравый смысл Ульяны.
- «Это она!» - пронеслось в ее голове.
Неожиданный спектр эмоций, возникший за долю секунды, наткнул Ульяну на внезапное решение.
- Дима, мне надо отойти, я скоро вернусь. – равнодушно произнесла она, а после побежала со всех ног в ту сторону.
- Ты куда? Эй, стой! – крикнул он ей вслед, но девушка уже не слышала.
Ульяна, не думая, устремлялась за той самой макушкой. Дыхание сбивалось от высокого темпа, а глаза девушки теперь не видели перед собой толпы людей, поэтому она чуть ли не сбивала их с ног. Цель постоянно смешивалась с ними, но Ульяна не могла ее упустить так просто. Улица постепенно заканчивалась, а вместе с ней и народ. Темные кварталы, еле освещаемые тусклыми фонарями и люстрами, что работают внутри домов и выходят за стеклянные окна своим излучением, поглощали жизнь в свой мрак. Автомобили один за другим проезжали мимо Ульяны, которая все еще бежала за той девушкой. Колючий ветер бил в лицо, заставив ее тем самым учащенно моргать и чуть-чуть повернуть голову в сторону дороги.
- «Я просто поговорю с ней. Просто... Выясню, почему она ломает мне жизнь до сих пор. Просто спрошу, поинтересуюсь.» - про себя говорила Ульяна, мечтая о встрече с давней знакомой.
Добежав до того угла, где свернула ее цель, Ульяна резко остановилась, чтобы отдышаться. Взгляд устремился вдаль, куда, кажется, убегала та самая девушка. Никого здесь не было, кроме частых свистов ветра и самой Ульяны.
- «Нет! У меня ведь был такой шанс... Опять сбежала.» - подумала она, нервно топнув ногой по асфальту и запрокинув голову назад, когда губы сжались от накатившей обиды и злости, торжествующей в сердце девушки уже долго время по отношению к ней. Упустить шанс на спасение, или тот призрачный разговор не принес бы никаких плодов, и все это бесполезно?
Поняв, что Ульяна просто потратила время и оставила Диму одного в неведении происходящего, она пошла обратно, звоня ему по пути.
- Ало.
- Ало, ты за кем убежала?
- За очень... Важным человеком, для меня. Нам надо было поговорить, срочно.
- Понятно. – тяжко вздохнул Дима. – Мне уже пора ехать.
- Извини, что так вышло.
- Ничего, я понимаю.
Так Ульяна на свои последние проценты телефона позвонила маме, чтобы она забрала ее, сказав, что гуляла с подругами. Весь вечер у нее прошел дома, где девушка провела все время в раздумьях над сбежавшей сегодня Ирой.
_______________