Несколько причин

Это действительно выглядело своеобразной баталией. Из принципа жаркой, беспощадной и бессмысленной. Пальцы порхали над клавиатурой, едва касаясь. Такую скорость развивает реактивный самолет и падающая звезда. На пределе возможностей человека, на грани разума.

— Я закончил, — первая рука взметнулась вверх. Монотонно-тонкий звук клавиш замер, качнулся в воздухе и исчез. Повисла пугающая тишина. Ее прервал скрип стула по деревянной поверхности. Крис встал, чтобы выйти из класса. Какое-то время легкий шорох кед был единственным звуком. Когда дверь захлопнулась, волна рева опустилась на головы учащихся.

Диквей чуть нахмурился, провел прищуренным взглядом по каждому студенту, замечая всеобщее недовольство. О да, Крис умел злить. Это его талант: унижать самых лучших, самых гордых и принципиально гениальных. Он умел раздражать самого Кэлума, хотя бы тем, что на почте уже лежал файл с подробным объяснением, как выполнял задание сам Крис. Будто бы у Диквея мозгов не хватит, чтобы создать жалкую антивирусную программу для защиты локальных сетей.

За три парты позади, в левом ряду, Марвел видел третий сон. Он мирно сполз на клавиатуру, для устойчивости обнимая ножку компьютерного стола. Сто к одному, что к концу занятия на его щеке высветится половина латинского алфавита, а на веках – полный набор F1-F12.

Когда Диквей только перешел в эту школу, он сразу почувствовал дух соперничества и зависти, повисший в аудитории. Здесь не любили новичков: они были прямыми конкурентами. Чем больше человек разбирается в компьютере и программах, тем меньше платят на рынке труда. Эта наука предназначена для избранных, для узкого кружка знающих друг друга людей. Тогда финансы попадают в одну кассу и нет необходимости бороться за место с конкурентами. Полная монополия – мечта программиста.

Сам Кэлум не был гением, хотя умел работать в этой сфере. Он увлекся программным обеспечением в средней школе и отдал этому делу немало времени и сил. Еще бы, ведь больше ничто не интересовало его, ничто не трогало. Собственно, эти бесконечные потоки цифр, библиотеки функций и синтаксис различных языков программирования тоже не были его любимым делом. Но в этом он видел хоть какой-то смысл.

В эту школу его отдали родители, которые были в некоторой степени обеспокоены судьбой наследника империи перевозок. Его следовало обучить моделям бизнеса, бухгалтерскому учету и менеджменту, чтобы сын мог контролировать действия компании, когда отец умрет или решит отойти от дел. Только Диквей холодно относился к собственному богатству, к возложенной на него миссии, и родители не были уверены, что он не развалит их бизнес из принципа, ради сомнительных идеалов, а может, и просто из вредности. Поэтому юноше поставили условие: мы позволим тебе заниматься своим хобби дальше, выделим деньги на твою информатику, но будь любезен учиться еще и в экономическом классе. А потом университет по специализации, разумеется, все та же экономика.

Диквей зевнул, мрачно взглянул на отца, чуть дольше остановил взор на лице матери, а потом коротко кивнул. Какая ему, в сущности, разница?

Первая неделя занятий прошла крайне неудачно. Всякий буквально поминутно, в любой мелочи стремился доказать Кэлуму, что ему здесь не место. Эти невыполнимые контрольные, трехчасовые лекции, переходящие сразу в практику, тонны новой информации, которую почти невозможно выучить, бешеный график, бешеный ритм, бешеная догадливость и работоспособность тридцати фриков довели бы кого угодно. Если бы Диквей не страдал пофигизмом в конечной стадии, его мозги бы вскипели, от стресса расшаталась бы нервная система, возникли бы комплексы и кошмары. А так он медленно разбирал какое-нибудь одно «простое» задание, вникал в новые детали, экспериментировал и не желал большего для себя.

В классе экономики он делал блестящие успехи, благодаря убийственной математике из курса информатики, а гуманитарные предметы давались ему легко.

Новичком заинтересовался Крис – гений среди гениев, который славился не столько успехами на своем поприще, сколько тонкой политикой и стратегией выводить из себя каждого, кому не посчастливилось попасться ему на глаза. По началу, этот игрок удивился, что новый студент не психует, не обращается за помощью, не стремиться успевать за всем классом. Он вообще ни к чему не стремился. Этот феномен заинтересовал Криса, который привык считать каждого вокруг ведомым ничтожеством, дергающимся от малейшего укола по самолюбию.

Чтобы разговорить Кэлума, потребовалось четыре попытки. Диквей просто не отвечал на вопросы. Он, конечно, слушал Криса, как-то странно смотрел на него, не то, чтобы заинтересованно, а пронизывающе, будто пытался разглядеть его печень или сердце, а иногда – мозг.

Крис был настолько обычным и нормальным ребенком, что только какое-то чудо могло пробудить в нем гения. Некоторое время поговаривали, что его похитили инопланетяне, вставили какой-то чип в голову, ставили эксперименты с магнитными волнами и тому подобный бред. В средней школе он обнаружил выдающиеся способности сразу в четырех направлениях: математика, информатика, физика и биология. Остальные предметы так же давались ему легко, но к ним он не проявлял интереса. Его дарования заметили, протестировали уровень IQ, психическую стабильность и отправили учиться в самую элитную школу страны по государственной программе.

Внешне Крис был непримечателен, но каждый, кто видел его, неосознанно уважал этого парня. Высокий выпуклый лоб, несколько взъерошенная прядь волос над ним, не подчиняющаяся воздействиям воды и ветра, в отличие от аккуратно подстриженных прядей у виска и на затылке. Несмотря на такую проблему, смешно не было никому. Были даже случаи, когда кто-то пытался подражать такому естественному стилю.

Крис обладал крайне пронзительным, даже цепким взглядом. Очки в тонкой оправе заостряли его, а блики постоянно напоминали, что этот человек закрыт, хотя все прекрасно видит. Черты лица были простыми, классическими, какие любят изображать в своих бюстах римляне: сочетание четкости и суровости – готового встретить ветра и пожары воина или политика. Правда, родители Криса были ничем не примечательные европейцы, которых бог весть как потянуло на заработки в эту традиционную и негостеприимную страну. Отец постарел быстро, и был как-то мелок по сравнению со своим высоким, широкоплечим и, вдобавок, умным сыном. Мать была замучена исследованиями, и во всем ее облике была какая-то серость. Оба были учеными, оба работали в фирме, оба почти никогда не видели своего сына.

Диквей никогда не интересовался семейными делами друга, но знал, что лучше этой болезненной темы не касаться.

*************

Находясь в кабинете Старика, Крис нервничал не для вида. Он сам договорился об этой встрече, сделав тайный звонок. Кэлум -старший подписывал какие-то бумаги, выставив парню на обзор седую макушку.

— Ну, что там у тебя?

— Позвольте присесть.— от долгого стояния у стены, ноги Криса налились свинцом.

Старик бросил невыразительный жест, приглашая парня в одно из кресел перед своим дубовым столом и терпеливо ждал, пока тот устроится.

— Позволю себе, изложить инициативу кратко. — рассуждая, Крис старался не смотреть на Старика.— С Диквеем, все довольно сложно.., подростковый максимализм и трудный характер, заставляют его впадать в крайности, что очень меня беспокоит. И я прошу вашей помощи, пока все не стало слишком сложно..

— Что на этот раз? — Кэлум-старший деловито откинулся на спинку кресла, условно выдавая свою заинтересованность в беседе.

— Ничего такого, с чем на данном этапе невозможно было бы справиться.— Крис не спешил выдавать все подробности их с Кэлумом общих дел. Старику необязательно знать, в каких опасных играх замешан его сын. Неизвестно, как на это отреагирует глава корпорации транспортных перевозок, узнав, что наследник лезет на "баррикады" в надежде получить серьезное для себя увечье. — Диквеем серьезно заинтересовалась одна девушка из академии. Довольно известная в ваших кругах и достойная того, что бы быть с ним рядом. Но этот парень слишком занят собой, что бы понимать все перспективы. Поэтому, я взял на себя труд, предупредить вас, поскольку вы в силах направить сына в нужное русло. Дружба с этой девушкой сможет отвлечь его от многих необдуманных шагов, от нестабильного коллективного задора, что так и лезет со всех щелей, из подростков с неокрепшим разумом, который легко затягивает в свои сети.

— Ты говоришь о наркотиках? — вспыхнул Старик.

— О, нет! Думаю Диквей слишком трезв в отношении подобных пагубных пристрастий. Но есть много других опасных для подростка вещей — связь с неподходящей компанией, например. Будь у него обязанности перед девушкой и ее семьей, это помогло бы ему более трезво смотреть на некоторые вещи и хорошо обдумывать свои поступки.

— Хм.., вот как? Все это время ты говоришь о помолвке между моим сыном и какой-то девушкой. Я правильно тебя понял?

В горле Криса пересохло. Он с великой жаждой косился на графин с водой, стоявший перед ним на столе, однако попросить разрешения сделать глоток, не решался. Разговор стоило продолжить и закончить, пока кто-нибудь не прервал их беседу.

— Да. На мой взгляд, это помогло бы Диквею в некоторых вещах. Сам он, естественно, для этого шага не готов, несмотря на симпатию, которую испытывает к Стелле.

— Стелла. Это имя мне знакомо..

— Стелла Флерет, дочь министра. — подсказал Крис и дополнил.— Достойная девушка своей семьи. Красивая и воспитанная.

Молчание затянулось. Старик смотрел на визитера поверх сложенных в замок у рта ладоней и над чем-то размышлял. Тяжелый взгляд его, исполненный вековой мудрости, в обрамлении глубоких морщин, проникал в собеседника глубоко и навсегда.

— У тебя самого-то, девушка есть?— вдруг спросил Старик, прищурив глаза и Крис интуитивно дернул подбородком.

— Боюсь, я слишком занят учебой, что бы искать подобных связей. Однако, не стал бы противиться, обрати на меня свое внимание девушка, подобная этой.

"Но ты беден, как церковная мышь и тебе подобная партия, может разве что присниться."— тут же подумал парень и сам себе усмехнулся.

Мобильник на столе Старика пришел в движение, припадочно дергаясь от виброзвонка. И Крис, наконец позволил себе разжать пальцы сложенные под гладью стола в кулаки. Все таки это было сложно — находиться на грани, где любая неточность в разъяснении ситуации, коряво выстроенная фраза в разговоре, фальшивая интонация — может привести к не поправимым последствиям. А еще, необходимо следить за настроением хозяина.

— Ладно, я подумаю над этим. — Хмуро закончил разговор глава компании, таращась на телефон, и Крис понял, что у него получилось подсадить отца Кэлума на крючок. Вот только на душе было до поганого скверно.

**************

За дверями еще толпились люди, желавшие попасть внутрь. Сегодня в клубе особенно много народа. Молодые люди, в основном богатые студенты, заполнили его до отказа. В полумраке помещения оглушительно гремела музыка. Яркие вспышки света ослепляли глаза. Под потолком витали густые клубы дыма. Созданные облака раскрашивались световыми инсталляциями. Танцпол взрывался от криков и топота. Сотни рук взмывали вверх в такт музыке.

Диквей, Лим и Крис сидели на черных кожаных диванах в вип-зоне у края балкона, откуда открывался вид сверху на танцпол. Друзей занесло в клуб "Седьмое небо" желание расслабиться перед грядущими экзаменами. Кэлум сидел, закинув ногу на ногу, его голова покоилась на спинке дивана, усталым взглядом темно-синих глаз он изучал потолок. Кого-то в их компании не хватало и этот кто-то обещался прийти раньше всех. Его раздражала безалаберность Марвела.

Ничего не говоря, Диквей спустился в зал. Он нашел уединение в одном из коридоров за барной стойкой. Сунул руку в карман пиджака, достал пачку сигарет и закурил. Струйки дыма ползли вверх и растворялись в воздухе. Он затянулся сильнее и перевел взгляд в сторону барной стойки. С краю сидела весьма знакомая особа и Кэлум понял, отчего обратил на девушку внимание. Нежно-розовые локоны рассыпались по плечам и спине, и разноцветные блики софитов, что танцевали в пространстве, сказочно оттеняли волосы Лайтинг. Каэлум не отводил от девушки глаз, когда в поле зрения наследника неожиданно попал Марвел. Громила наконец-то пришел и искал друзей. Однако, наверх он не спешил. Амицития расположился у стойки и заговорил с розововолосой. Диквей недобро ухмыльнулся, не спеша обозначить свое присутствие. Он наблюдал со стороны — полумрак коридора скрывал его. Внутри начинала играть некая ревность.. Рука сама потянулась за второй сигаретой.

Когда Марвел ушел, Диквей затушил бычок о стену и направился в зал. Он на секунду остановился за спиной Лайтинг, размышляя, стоит ли привлечь к себе ее внимание. Топ-бандо открывал спину девушки; зигзагом правую лопатку расчерчивала молния. Толстые кожаные браслеты отягощали хрупкие руки. Она сидела на высоком стуле, заложив друг за дружку чересчур длинные ноги и Диквей отметил про себя,что обладательнице таких ножек стоило быть поосторожнее в баре, где полно подвыпивших подростков. Многозначительно хмыкнув, он заставил себя пройти мимо, подобно скользящей тени.

Лим горланил далеко не первый тост, когда он вернулся к друзьям. Каэлум осуждающе посмотрел на Марвела, отчего крепкий юноша сконфузился. Амицития знал, что опоздал, и чувствовал некоторый стыд, но вот почему Диквей воспринял это тяжелей всех, было в корне не понятно. Опрокинув в себя очередную порцию мартини, качок вопросительно уставился на наследника, ожидая наезда. Но вопреки ожиданиям, ничего не произошло. Диквей, как ни в чем ни бывало, откинулся на спинку дивана, вытащил телефон и уставился в экран.

— Кого ты пытаешься увидеть? — спросил Крис, заметив, что Марвел ищет кого-то в зале.

Кэлум невольно фыркнул, он знал ответ на вопрос.

— О, да у нашего громилы появилась подружка. — Начал подзуживать Лим, усмотрев на лице Амицития смущение. — Ну, и кто она?

Марвел знал, что с его простодушным лицом и неумением врать бесполезно пытаться утаить от друзей правду.

— Тут эта, розоволосая.

Лим мелодично присвистнул от удивления, а Крис напрягся и бросил долгий взгляд в сторону Кэлума, но на скучающем лице последнего, ничего не возможно было прочесть. Поправив очки, будущий юрист вмешался в разговор:

— Интересно, что она здесь делает? Цена напитков, которые здесь можно заказать, выходят за рамки ее финансов.

— Пытается устроится на работу. Из-за драки с Кэлумом на фестивале, ее лишили стипендии.

— Какое интересное событие. — Проворчал Диквей.

Осознав, что произнес слова вслух, он исподлобья посмотрел на озадаченные лица друзей.

— Лично я пришел выпить, а не выслушивать слезливые истории.

Ухватив за локоть проходившую мимо официантку, Кэлум заказал виски. Он знал, что погорячился (прочел на лице Марвела негодование и упрек), но ему проще было закончить начатое, чем признать ошибку. Когда перед носом наследника оказалась бутылка, он отпил из горла, подкрепляя действием свои слова. Кровь начинала приливать к вискам. Грохот музыки, яркие вспышки, мельтешение людей — все давило на сознание. Через пол часа, он решил, что на улице ему станет лучше.

*********************

Появиться в клубе "Седьмое небо" было трудным для меня шагом. Никогда не посещала таких мест, считая их рассадником заразы и непонятных удовольствий. Но нужда гнала к заработку, пришлось прийти и осмотреться. Взвесить свои силы и возможности. За все время я не отходила от стойки. Отбивала ритм музыки пальцами о столешницу, присматривалась к работе бармена. Иногда оборачивалась лицом к танцполу, скользила невидящим взглядом по фигурам танцующих и пьяных подростков. Рядом стоял стакан с соком, к которому я даже не притронулась. Поскучав, и так ничего для себя не решив, собралась уйти, но в планы вмешался не весть откуда взявшийся сокурсник. Он бы мог пройти мимо, не заметить меня. А я сразу узнала этого парня, и обеспокоенно обернулась в поисках Кэлума — их частенько можно увидеть вместе.. Но за моей спиной неприятной и опасной особы не наблюдалось.. Громила невозмутимо "подвинул" какую-то парочку щебетавших девиц слева от меня, и заказав бармену стакан содовой, бросил в мой адрес ничего не значащее приветствие. Без особого воодушевления пришлось ответить на пару легковесных вопросов. Строить из себя высокомерную немую мегеру не было смысла — этот парень, несмотря на то, что водился с Кэлумом, ничего плохого мне не сделал. Непреднамеренно упомянула в разговоре его дружка, из-за которого пришлось находиться в этом малопривлекательном для меня месте, в надежде хоть с кем-то поделиться возникшей проблемой.

— Вот как, лишили стипендии? Да.., хорошего мало. — Протянул благодушный парень, отхлебнув газировки. — Но ведь все вышло случайно.. Не думаю, что Кэлум в курсе.

— А он и не должен быть в курсе, — выпалила я, уже ругая себя за длинный язык. Не хватало еще, что бы он передал мои слова своему дружку.

Допив содовую, Марвел удалился, так же невнятно, как и появился. А я, повинуясь усталости и неприятным мыслям, на некоторое время ушла в себя. Как не старалась, не могла не думать о предложении Тео, этого себялюбивого, наглого пройдохи с красивой внешностью и гадким нутром. "Гнилое яблоко"— эта фраза крутилась у меня на языке с минуты нашего расставания в медкабинете — красивое снаружи, несьедобное внутри.

Ощутив рядом чье-то дыхание, почувствовала проступившие на спине мурашки.

— Лайтинг? Вот так встреча. — Манерно произнесла Клер, присаживаясь на стул рядом.— Ищешь возможность вляпаться в какую-нибудь историю?

Тяжелый взгляд красивых глаз сверлил во мне дыру.

— Можешь предложить мне что-нибудь более интересное? — Огрызнулась я.

Клер покачала головой.

— Надеюсь, Рипер не с тобой?

— Надейся. — Сида я вообще не хотела с ней обсуждать и уже собиралась покинуть это шумное заведение.

— Не нужно так со мной разговаривать. Я пытаюсь вытянуть его из трясины, в которой он увяз.

— Ты серьезно? — А вот это уже было интересно. — Интересно, каким способом ты собираешься ему помочь? Станешь водить его за собой на поводке?

Клер долго пытала меня холодным взглядом, а затем, не ответив, спрыгнула со стула и направилась в глубь зала.

Настроение мое было безвозвратно испорчено.

***

Ночная прохлада заставила меня озябнуть, по телу поползли мурашки. Изыскивая возможность одеться для выхода в развлекательное заведение более модно, опрометчиво не захватила с собой куртку. Я удалялась от клуба, как вдруг кто-то ухватил меня за запястье и резко развернул в обратном направлении. Хмельной запах ударил в лицо.

— Работаешь?

Какой-то мужик притянул меня к себе и смотрел на оголенные плечи чересчур пошлым взглядом. От него на километр разило перегаром.

— Отва-а-ли, козел! — С брезгливостью, резко выдернула руку и быстро пошла прочь. К счастью мужик остался стоять на месте. Такими темпами я могла домой благополучно не добраться. Что сегодня за вечер такой дерьмовый? Потеряла время, на работу не устроилась, замерзла и жутко испугалась. Завернула за угол, достала телефон и набрала номер Соли. Голос младшей сестры — единственное, что могло взбодрить, придать сил и просто успокоить. Из телефона вырвался писклявый голосок: «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Взвыла от беспомощности, от чего бездумно пнула покрышку рядом стоявшей машины. Через секунду улица осветилась беспокойным миганием фар, а барабанные перепонки чуть не лопнули от противной сирены. Я высказалась проклятиями в адрес владельца машины за то, что поставил такую громкую сигнализацию, и сделала первый шаг — подальше от этого места, но душераздирающая серенада тут-же прекратилась. Такая нелепость могла случиться исключительно со мной. Боязливо обернулась и только сейчас заметила парня, что стоял у противоположной стены и наблюдал от и до, за тем, как меня накрывал психоз.

— Простите. — Извиняющимся тоном выговорила я.

Парень не отреагировал на мои извинения. Он не двигался и мне показалось, что ему нехорошо.

— С вами все в порядке? — Громко спросила я.

Не получив ответа, я, набравшись смелости, решилась подойти ближе, удивляясь, как вообще смогла разглядеть его, парня с темными волосами, в одежде черного цвета, посреди ночи в темном переулке. А подойдя довольно близко, едва не подпрыгнула на месте. На меня уставилась пара мутных голубых глаз, а в чувствительный нос ударил запах алкоголя.

— Не может быть! — Сорвалось с языка.

— Доброй ночи, малышка. — Произнес Диквей Кэлум, языком, который его почти не слушался, и неожиданно подавшись вперед, полетел прямо на меня.

Я не успела понять, что происходит — как оказалась на земле под тушей ненавистного мне мажора.

— Твою ж мать! — Выругалась я, выползая из-под тела Кэлума.

Мне ничего не стоило просто встать и уйти. Но что-то защемило внутри, оставить парня в бессознательном состоянии в этом районе — его обкрадут, изобьют или того хуже убьют, а я потом себе этого не прощу. Я посмотрела на машину, затем на руку парня. Длинные пальцы сжимали ключи.

Посомневавшись еще целую вечность, открыла дверь авто. Потом вспомнила Марвела, что встретился мне в клубе и решила вернуться, разыскать его и сдать бездыханное тело пьяного до бессознательного состояния Кэлума, ему на руки. Но в конце улицы, мужик, пристававший ко мне, все еще стоял там с друзьями. Обратной дороги не было. Кряхтя и проклиная свою добродетель, которая так часто во мне просыпается и не дает спокойно жить, я кое-как дотащила парня, еле-еле смогла поднять тело и усадить на пассажирское сиденье.

— Ну и куда тебя везти?

На счастье, в салоне оказался навигатор. Я просмотрела все маршруты и нашла более-менее подходящий — элитный коттеджный поселок за городом.

— Чертов мажор. — простонала я, заводя машину.

Дорогу я выбирала самую непримечательную: дворы, закоулки, подворотни. Полицейские могли устроить где-нибудь облаву, а попадать в отдел за езду без прав и с "мертвым " телом в придачу, я не собиралась.

Когда вырулила на объездную дорогу, вдавила педаль газа. Гнать по трассе с цифрой, превышающей 60 километров в час на спидометре, мне никто не мешал.

Впереди показались ворота и пропускной пункт. Я свернула на обочину и взглянула на спящего Кэлума. Длинная челка его сползла на лицо и скрыла спокойные, утонченные черты, оставив на обозрение лишь призывно очерченный контур губ. Вспомнилась та самая неприятная сценка в темном коридоре, где он осмелился меня поцеловать — чужое желание, чужая воля прорвали мою оборону, мое замкнутое пространство. Он нагло залез мне в душу, не спросив, хочу ли я этого. "Нет парень, Даниэль Лайтинг для тебя, только кусочек сыра в мышеловке." Я наклонилась, в темноте салона нашла на ощупь шнуровку его обуви, ослабила ее, стянула с парня тяжелые ботинки и открыла дверь. Холодный ночной воздух, пропитанный запахом полыни, окутал меня тут же, покрыв голые плечи и ноги мурашками. Отчаянно взглянула на ворота впереди. Сидеть до пробуждения парня и ждать пока меня кто-нибудь отвезет обратно в город, я не собиралась. Не долго думая, нырнула обратно в салон, кое-что стянула с заднего сиденья, и выпрямившись, накинула на плечи великоватый для себя пиджак. «Я помогла тебе, я ты помог мне — мы в расчете» — с этой мыслью, включила аварийный световой сигнал и захлопнув дверцу, быстрым шагом направилась прочь от этого места, по пути швырнув ботинки Кэлума в ближайший куст.