Ведьма

Древо Скорби взревело, и сотни лиан метнулись к нам, как живые плети. Адриан кружился в смертоносном танце, его ледяной клинок отсекал отростки, которые тут же замерзали и рассыпались в пыль.
— Стив, рычаг! Живее! — крикнул он, создавая вокруг друзей снежную бурю для маскировки.
Я вскинула руки, готовя поток огня, но Древо оказалось хитрее. Оно не стало бить силой — оно ударило по моим открытым каналам, которые еще не успели стабилизироваться после Сферы. Один из корней, светящийся ядовитым пурпуром, вонзился в землю у моих ног и выпустил облако спор прямо мне в лицо.
Мир поплыл. Я почувствовала, как тысячи тончайших нитей-грибниц прошивают мое сознание, привязывая мой Спектр к воле древнего хищника. Мои руки опустились, глаза затянуло зеленой пеленой.
—Адель! — крик Адриана донесся словно из-под толщи воды.
Древо начало стремительно обволакивать меня своей корой, превращая в живой кокон. Я не могла пошевелиться — мой разум оказался заперт в Сознании Садов. Это был бесконечный лабиринт из гниющих корней и шепота тех, кого дерево поглотило до меня.
Адриан остался один на один с монстром .
— Отпусти её! — Адриан вогнал меч в землю, и по залу прошла волна абсолютного холода.
Но Древо только смеялось скрипом ветвей. Оно выставило мой кокон вперед, как щит. Адриан замер. Он не мог ударить в полную силу, боясь задеть меня.
— Адриан, не смотри на дерево! — закричал Стив, который уже наполовину разобрал замок рычага. — Оно питается твоим страхом за неё! Используй Резонанс, как она в Сфере!
Адриан закрыл глаза. Он вспомнил наш поцелуй на балконе и тот момент, когда я вытащила его из бездны. Он понял: чтобы спасти меня, ему нужно не уничтожить дерево, а заморозить связь между нами.
Он отбросил меч и просто пошел вперед, сквозь бьющие его ветви. Его кожа покрылась инеем, одежда рвалась, но он не останавливался.
— Адель... ты сильнее этой гнили, — прошептал он, достигнув кокона.
Он прижался ладонями к коре, в которую я была вросла. Его магия льда хлынула не в дерево, а в мой Спектр, который дерево пыталось украсть. Он начал «замораживать» каналы поглощения.
Внутри моего сознания ледяной ветер Адриана разогнал зеленый туман. Я увидела его лицо сквозь пелену.
— Бей изнутри, Адель! — прозвучал его голос в моей голове. — Я держу его снаружи!
Внутри кокона воздух стал густым и сладким, забивая легкие и волю. Я чувствовала, как Древо Скорби прорастает сквозь мои мысли, пытаясь превратить мой Спектр в свое вечное удобрение.
— Нет! — этот крик родился в самой глубине моего естества.
Я собрала все крупицы серебряной энергии, что остались после Сферы, и превратила себя в живой факел. Огонь Спектра начал выжигать кокон изнутри. Кора дымилась, ветви Древа содрогались в конвульсиях, но их было слишком много — на месте каждой сожженной лианы вырастали две новые. Сил не хватало, чтобы разорвать путы окончательно, но этот отчаянный жест сделал главное: Древо ослабило хватку на Адриане, сосредоточившись на внутреннем пожаре.
—Адель! Держись! — голос Адриана прозвучал как удар сталью о сталь.
Увидев вспышку моего огня сквозь трещины коры, он понял — это его единственный шанс. Он вложил всю свою ярость и любовь в один-единственный удар. Адриан не просто ударил льдом; он создал ледяной клин, вогнав его в то место, где кора уже была подпалена моим пламенем.
Раздался оглушительный треск. Температурный шок — мой жар внутри и его абсолютный холод снаружи — заставил древесину взорваться, как хрупкое стекло. Кокон разлетелся на тысячи осколков.
Адриан подхватил меня, когда я, обессиленная, начала падать в черную жижу у корней. В этот же миг со стороны ворот раздался победный лязг металла.
— ЕСТЬ! — заорал Стив, наваливаясь всем весом на огромный ржавый рычаг. — Бежим, пока эта коряга не очухалась!
Рычаг поддался, и стеклянный купол Садов со скрипом начал разъезжаться. Мира создала призрачный вихрь, ослепляя дерево и перерубая тянущиеся к нам отростки. Мы рванули в открывшийся проем, и за нашими спинами Древо Скорби издало последний, полный ненависти стон, когда механизмы безопасности Суда автоматически заблокировали сектор.
Мы вывалились в самую гущу непросветного леса.Грязные, в слизи и копоти, но свободные.
Над лесом стояла глубокая ночь. Прохладный воздух после ядовитых испарений Садов казался самым дорогим эликсиром в мире. Адриан осторожно опустил меня на землю, не выпуская моей руки.
— Ты... ты цела? — он тяжело дышал, его лицо было исцарапано, но в глазах горел свет облегчения.
Я посмотрела на свои ладони. Фиолетовое свечение яда окончательно исчезло, сменившись чистым, спокойным серебром. Мы были в самом сердце леса.
— Я в порядке, — выдохнула я, чувствуя, как Спектр наконец-то стабилизируется. — Но теперь мы в самом центре осиного гнезда. Стив, где наш «безопасный дом»?
Фокс сверился с компасом, который чудом уцелел.
Лес гудел , но здесь, в глубокой нише за бесконечным болотом и деревьев , мы наконец-то нашли клочок сухой земли. Воздух был тяжелым, но безопасным. Стив осторожно отложил свой компас и тяжело выдохнул .
— Мы почти на месте, — негромко сказал он. — Еще пара миль, и мы в Диких землях.
Он обернулся к Мире, которая всё еще выглядела бледной после яда . Стив неловко, по-медвежьи, набросил свою куртку ей на плечи.
— Ты... ты здорово нас выручила там, в садах, — пробормотал он, внезапно покраснев даже в полумраке. — Если бы не твоя сила земли , тот рычаг пришиб бы меня раньше, чем я его взломал.
Мира подняла на него глаза, и в её обычно грустном взгляде промелькнуло нечто новое — искра, которая не имела отношения к магии . Она осторожно коснулась его руки, испачканной в машинном масле.
— Мы команда, Стив . Ты не дал мне утонуть в том болоте, а я не дам тебе пропасть здесь.
Стив замер, а затем медленно накрыл её ладонь своей. Они сидели, прижавшись друг к другу, и шепотом обсуждали чертежи будущих безопасных механизмов, но мы все видели — это было начало чего-то гораздо большего.
Мы с Адрианом устроились чуть поодаль. Он притянул меня к себе, обнимая так крепко, словно всё еще боялся, что корни Древа Скорби могут вырвать меня из его рук. Я уткнулась носом в изгиб его шеи, чувствуя его запах — теперь к морозу добавился запах приключений и осевшей пыли подземелий.
— Ты пахнешь дождем и металлом, — прошептала я, закрывая глаза.
— А ты — серебром и упрямством, маленькая мисс, — отозвался он, целуя меня в висок. Его магия льда мягко пульсировала, успокаивая мой всё еще взвинченный Спектр. — Мы выжили там, где другие бы сдались. Твой дед недооценил не только твою силу, но и то, что мы сделаем ради друг друга.
Я чувствовала, как внутри меня Спектр наконец-то укладывается в ровный, спокойный поток. Мы были измотаны, за нами охотился весь мир, но в этих объятиях я чувствовала себя в большей безопасности, чем в любой цитадели.
— Знаешь, — Адриан чуть отстранился, заглядывая мне в глаза. — Когда мы доберемся до безопасной земли... я больше не позволю тебе рисковать собой ради моего спасения.
— Тогда тебе придется научиться бегать быстрее,Вольтмор, — улыбнулась я. — Потому что я всегда буду рядом.
Мы просидели так около часа, давая телам отдых, а душам — время залечить раны. Но пора было двигаться дальше.