Глава 10
Утро наступило серое и тревожное. Солнце ещё не поднялось из-за горизонта, но лагерь уже гудел, как потревоженный улей. Я не спала практически всю ночь. Мои глаза слипались, голова гудела, но стоило мне закрыть веки — передо мной вставали лица. Тётя Эмили в больничной палате. Гровер, которого тащит под воду морское чудовище. Талия, застывшая в золотой статуе.
Но были и другие мысли. Те, что не давали покоя.
Перси рассказал мне свой план. Мы можем спасти Талию. Дерево — это не навсегда. Есть шанс, что она вернётся в облике человека. Настоящего, живого человека. Я снова увижу сестру. Ту, которую помнила только по детским обрывкам воспоминаний. Ту, которая обещала, что всё будет хорошо, а потом исчезла.
После нашего разговора мы разошлись. Я пошла в библиотеку — маленькую, пыльную комнату в дальнем конце лагеря, где пахло пергаментом и древностью. Я зажгла свечу, села за стол и начала изучать старые свитки. Координаты 30.31.75.12 вели в Море чудовищ. Я знала это место по легендам. Там обитали самые страшные твари, которых когда-либо порождала мать-земля. Там был остров Полифема — циклопа, который держал в плену греческих героев. И туда мы должны были отправиться.
Рискованно. Опасно. Почти безумно.
Но это был шанс спасти мою сестру.
Свеча догорала. Тени плясали по стенам. Мои веки тяжелели, и я не заметила, как начала засыпать. Голова опустилась на стол, свиток выпал из рук.
А потом что-то тяжёлое упало мне на голову.
Я вскочила, сердце колотилось где-то в горле. Руки сами собой засветились молниями, готовая защищаться. Я огляделась — никого. Только пыльные полки, старые книги и тишина.
Я опустила взгляд.
На полу лежала книга. Старая, потрёпанная, в кожаном переплёте, с золотым тиснением, которое уже почти стёрлось от времени. На корешке можно было разобрать какие-то буквы, но я не узнала этот язык.
Я подняла её. Провела рукой по обложке — кожа была холодной, гладкой, будто живой.
Я открыла книгу на первой странице.
И замерла.
«Собственность Астера, сына Зевса и первого Эфира»
— Эфир? — прошептала я.
Я перевернула страницу. И ещё одну. И ещё.
Я читала, и с каждой строчкой мои глаза становились всё шире. Это был дневник. Настоящий дневник полубога. Астер был сыном Зевса. Как и я. Но он был не просто сыном громовержца. Он был первым, кто смог овладеть пятью стихиями.
Вода.
Огонь.
Земля.
Воздух.
И молнии.
В голове не складывалось. Как? Как один человек может управлять тем, что принадлежит разным богам? Это невозможно. Это противоречит всем законам природы и магии.
Но дневник утверждал обратное.
Я хотела читать дальше, но прозвучал горн. Громкий, требовательный, он разорвал тишину библиотеки. Завтрак.
Неужели я настолько зачиталась? Я посмотрела на свечу — она давно догорела. За окном было светло. Я просидела здесь всю ночь?
Я закинула книгу в рюкзак. Прихватила ещё пару свитков — те, что могли пригодиться в Море чудовищ. И выбежала.
---
Через некоторое время мы стояли на арене.
Тантал построил её специально для скачек на колесницах. Деревянные трибуны, песчаный трек, запах лошадей и пота. В центре возвышался судейский помост, где уже стояли Тантал и Дионис.
Мы смотрели на небо.
Там кружили птицы. Огромные, с металлическими клювами и бронзовыми перьями. Стимфалийские птицы — монстры, которых когда-то победил Геракл. Они пытались прорваться сквозь барьер. Их тени скользили по земле, и каждый раз, когда они бились о невидимую стену, в воздухе пробегали голубоватые искры.
— Сколько у нас времени до их прорыва? — спросил Перси, не отрывая взгляда от неба.
— Может, день. Может, неделя. — Я проследила за одной из птиц. — Стимфалийские птицы чувствуют слабость границы. Поэтому и пытаются прорваться.
— Значит, они монстры? С... типа... кислотным помётом, что ли?
Я закатила глаза.
— Остроклювые твари. — Я повернулась к нему. — Можем сосредоточиться?
— Да... — он виновато улыбнулся, и я невольно улыбнулась в ответ.
Мы остановились. Я посмотрела на Перси. В его глазах я видела ту же решимость, что и в своих. Но был ещё и страх. Он прятал его за шутками, но я знала. Я чувствовала.
— Ты уверен, что готов? — спросила я.
— А чего тут бояться? — он пожал плечами.
— Помни... Тантал всё ещё связан правилами лагеря. Если пригрозить статьёй пять, раздел...
— Раздел три, — перебил он. — Я помню. План хороший, а я отлично отвлекаю. — Он положил руку мне на плечо. — Доверься мне.
Я наклонила голову набок, всматриваясь в его лицо. Потом выдохнула.
— Перси?
— Скай. — Он смотрел прямо на меня. — Для меня попадать в передряги — как дышать. Я справлюсь.
Я отвела взгляд — и увидела того самого взрослого сатира. Он стоял у дерева и смотрел прямо на нас. Его козлиные ноги переминались с места на место, руки дрожали.
— Хорошо... — сказала я. — Потому что тебя только что спалили.
Перси повернулся. Сатир встретился с ним взглядом — и побежал. Он скрылся за деревьями, ломая ветки.
— Наш выход, — сказал Перси. — Ищи Хирона. Удачной охоты.
— За Гровера, — ответила я.
— За Гровера.
Я надела кепку Аннабет и исчезла.
---
Наш план был прост, как всё гениальное. Я проникаю в кабинет Тантала, нахожу то, что мне нужно, и связываюсь с Хироном. Перси отвлекает внимание. Классическая схема, которая срабатывала тысячи раз.
Проникнуть действительно не составило труда.
Тантал и его стража поверили, что Перси — главная угроза. Они выбежали из кабинета, оставив дверь открытой. Я скользнула внутрь, как тень, и замерла.
Кабинет Тантала был вычурным. Дорогая мебель, ковры с золотыми узорами, картины на стенах. На письменном столе — серебряная чернильница и перо, которое он явно никогда не использовал. Но меня интересовало не это.
Я сняла кепку и начала рыться в вещах.
Сначала шкаф. Я открыла дверцу и увидела коробку с надписью «Хирон». Сердце ёкнуло. Я вытащила её, открыла. Внутри лежали безделушки — старые монеты, перья, камешки, какой-то амулет. Ничего полезного. Я закрыла коробку и отодвинула её в сторону.
Потом ящики стола. Первый — пустой. Второй — бумаги, письма, какие-то отчёты. Третий...
Я замерла.
На дне третьего ящика лежала драхма. Золотая монета, тускло блеснувшая в свете настольной лампы. Она была старой — с потёртыми краями и едва различимым рисунком. Но она была настоящей.
Я схватила её.
Я отошла к стене, поймала луч солнца, пробивающийся сквозь шторы. Создала блики радуги — они заиграли на стене, переливаясь всеми цветами. Я кинула драхму в радугу.
— О, Ирида, богиня радуги, прими моё подношение и позволь мне увидеть Хирона.
Радуга вспыхнула. Цвета стали ярче, и сквозь них я увидела его.
Хирон стоял на пляже. За его спиной были пальмы, белый песок, весёлые люди и какие-то странные существа с копытами. Он был в шортах и гавайской рубашке — выглядел почти смешно, но я не смеялась.
— Нефела? — его голос звучал удивлённо. — Что ты...
— Хирон! — я подалась вперёд. — Где ты?
— Ну... я... — он оглянулся, будто проверяя, не подслушивает ли кто. — На Майами? Навещаю родню. И мне строго запрещено...
— Контактировать с кемперами, — закончила я за него. — Но ты не контактировал. Это я к тебе обратилась.
Он усмехнулся. Я знала эту усмешку — она означала, что ему нравится моя находчивость. Ему всегда нравилось, как я нахожу лазейки в правилах.
— Умная, как всегда, — сказал он. — Что случилось с моим кабинетом?
Я не стала отвечать. Он и сам знал. Тантал занял его место. Тантал, который не имел права здесь быть. Тантал, которого Зевс поставил над нами.
— Хирон... — я сделала глубокий вдох. — Нам с Перси нужна твоя помощь. Дерево... Талию ранили. Люк и Аннабет нашли яд древнего питона и ранили её. Она медленно умирает. А вместе с ней — барьер, который защищает лагерь. Перси считает, что нам поможет Золотое руно. Где его можно найти?
— Золотое руно? — Хирон нахмурился. — Но оно давно потеряно. Веками. Где-то в Море чудовищ. Даже не знаю, с чего начать.
— 30.31.75.12, — снова произнесла я координаты. — Перси узнал их во сне.
— Перси... — Хирон покачал головой. Его глаза стали серьёзными. — Ладно, я понял.
— Хирон, прошу! Нам необходимо отправиться за Руном. Но Тантал не даст разрешения. У него свои планы.
— Нефела... — голос Хирона стал тихим, почти шёпотом. — Хватит. Пожалуйста. Боюсь, на кону нечто гораздо большее.
— Больше, чем спасение Гровера? Больше, чем спасение лагеря?
Я уже начала злиться. Голос дрожал, руки сжимались в кулаки. Радуга передо мной задрожала — я почти потеряла связь.
— Великое пророчество известно лишь избранным, — тихо сказал Хирон. — Мне, оракулу, совету Олимпа... и тебе.
— Великое пророчество? — я замерла. — При чём тут оно?
— Я расскажу. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Почему вы обязательно должны отправиться за Золотым руном. И почему Перси Джексона ни в коем случае нельзя отправлять за ним.
— Что?
— Кронос стоит за отравлением дерева. А он ничего не делает просто так. Значит, он хотел, чтобы квест состоялся. — Хирон сделал паузу. — Мы не можем позволить Перси попасть в его ловушку.
— Что я должна сказать Перси? — мой голос упал до шёпота. — Я не могу лгать ему!
Хирон молчал.
Я знала это пророчество. Оно звучало так:
«Полукровка из старших богов,
Достигнет шестнадцати лет, не зная страхов,
Мир погрузится в бесконечный сон,
Герой узрит проклятый клинка урон.
Один-единственный выбор положит конец его дням,
Сохранить Олимп или разрушить его почин».
Я выучила его наизусть. Ни один полубог в лагере не знал его..
— Но, Хирон! — я не сдавалась. — Я тоже дочь старшего бога. Так почему я могу знать о пророчестве, а Перси — нет?
— Однажды ты поймёшь.
— Это как-то связано с Астером? — спросила я. — С первым Эфиром на Олимпе?
Хирон замер.
Я видела сквозь блики радуги, как его лицо стало серьёзным — даже испуганным. Он редко боялся. Он видел тысячелетия войны и смерти. Но сейчас — сейчас я увидела в его глазах настоящий страх.
— Откуда ты...
— Книга, — сказала я. — Я нашла её в архиве, пока читала свитки.
— Нефела, — голос Хирона был твёрдым, как сталь. — Я знаю, что тебе предстоит много испытаний. Но сейчас твоя главная задача — сделать так, чтобы Перси не узнал о пророчестве. Ему нельзя говорить.
Я лишь молча опустила голову.
Я ненавидела лгать. Ненавидела секреты. Ненавидела, когда от меня что-то скрывали. Но мне ничего не оставалось.
Я разорвала связь. Радуга погасла.
---
Я вернулась на арену.
Перси стоял в одном из сараев, осматривая колесницу. Старая, деревянная, с потрескавшимися колёсами и облезлой краской. Он ворчал что-то себе под нос, крутил спицы, проверял оси.
Когда он повернулся, я уже стояла в дверях.
— Эй! — он улыбнулся. — Связалась с ним? Хирон сказал что-нибудь?
— Сказал, — я сделала паузу, собираясь с мыслями. — Что я должна выиграть завтрашние гонки.
— Правда? — он прищурился, и в его глазах мелькнуло подозрение. — Так и сказал?
— Победитель получает дар богов.
— Дар? — Перси вопросительно наклонил голову.
— Дар... ну... награду. Услугу. Приз, — пояснила я.
— Да... — он кивнул, но я видела, что он не до конца поверил. — Дар. Да-да. Понятно.
— Когда я выиграю, я попрошу разрешение на квест за Руном.
— Когда мы выиграем, — поправил он меня.
В его голосе послышались странные нотки — будто он разозлился, что я про него забыла. Или что я пыталась его отстранить.
— Твой отец создал колесницы, а мой — лошадей. — Он положил руку на край колесницы. — Вместе мы непобедимы.
Я молчала. Внутри меня боролись два желания: сказать правду и защитить его. Я выбрала защиту.
— Поэтому мы будем участвовать по отдельности, — сказала я.
Перси замер. Его лицо стало напряжённым, челюсть сжалась.
— Дело ведь не в Тайсоне, правда? — спросил он.
Я не ответила.
— Это всё из-за вчера, да? — продолжал он, и в его голосе послышалась горечь. — Ему очень одиноко. И я всего лишь пытаюсь поступать правильно.
Я подняла руки.
— Мне на Тайсона... плевать. Речь о том, чтобы удвоить наши шансы на победу.
— И кто бы ни выиграл... — медленно сказал Перси, и его глаза сузились. — Выберет другого для квеста.
— Гонка завтра, — я развернулась и направилась к выходу. — Лучше подготовься.
Я ушла, не дожидаясь ответа. Потому что если бы я осталась, я бы всё ему рассказала. А я не могла. Не сейчас.
---
Я не знала, что мне делать. Единственное, что пришло в голову, чтобы отвлечься — прочитать ту книгу вдоль и поперёк.
Я устроилась в пустой хижине — той, что стояла на отшибе, подальше от любопытных глаз. Зажгла свечу, достала дневник Астера.
Кожаный переплёт скрипнул, когда я открыла его. Пергамент был жёлтым, почти коричневым от времени. Чернила выцвели, но буквы можно было разобрать.
Я начала читать.
«Меня зовут Астер. Я сын Зевса. Но ты уже знаешь это, если держишь эту книгу в руках.
Я родился в те времена, когда боги ещё часто спускались на землю. Когда полубогов не прятали в лагерях, а чествовали как героев. Но я не был героем. Я был экспериментом.
Отец создал меня, чтобы доказать, что может создать полубога, который превзойдёт всех. Который сможет управлять не одной стихией, а всеми сразу. Вода. Огонь. Земля. Воздух. И молнии. Древние дриады научили меня всему. Отец был рядом, наблюдал.
А потом исчез.
Как только понял, что не может меня контролировать.
Боги назвали меня Эфиром. Не в честь чего-то великого. А потому что Эфир — это исключение. Исключение из правил. Исключение из клятвы. Исключение, которого не должно было существовать.
Они боялись меня. А те, кто боится — либо поклоняется, либо уничтожает. Боги выбрали второе.
Я научился управлять огнём, когда сжёг свою комнату. Мне было шесть лет. Мачеха заперла меня в чулане за то, что я разбил вазу. Я не хотел ей вредить. Я просто хотел выбраться.
Водой я овладел, когда утопил обидчика в луже. Он был старше. Сильнее. Он избивал меня каждый день. А потом пошёл дождь, и лужа перед домом стала глубже. Я не хотел его убивать. Я просто хотел, чтобы он остановился.
Земля пришла ко мне, когда я заставил стены дома сомкнуться вокруг мачехи. Она не умерла. Но больше никогда не поднимала на меня руку.
Воздух я почувствовал, когда понял, что могу летать. Просто оттолкнулся от земли и полетел. Это было самое прекрасное чувство в моей жизни.
А молнии... молнии были во мне всегда. С рождения. Они текли по моим венам, как кровь.
Чем сильнее я становился, тем больше меня ненавидели. Полукровки боялись. Боги презирали. А Зевс... он просто исчез.
Я ушёл. Не потому, что хотел. А потому, что оставаться было негде. Я отправился в Море чудовищ. На остров Полифема. Там, где даже боги не суются. Там я нашёл...»
Дальше было вырвано.
Кто-то вырвал страницу. Аккуратно, по корешку. Будто не хотел, чтобы этот секрет стал известен.
Я перелистнула.
«Если ты читаешь это — значит, ты такая же, как я. Ты — исключение. Ты чувствуешь, что не вписываешься. Что боги смотрят на тебя с презрением и страхом. Что отец не признаёт тебя.
Я знаю эту боль.
Не повторяй моих ошибок. Не жди признания. Не трать жизнь на тех, кто тебя не стоит.
Ты сильнее, чем думаешь. Сильнее, чем они хотят, чтобы ты думала.
И помни: Эфир — не проклятие. Это дар. Просто никто не научил нас им пользоваться».
Я захлопнула книгу.
Руки дрожали.
Я была не первой. Не единственной. Кто-то прошёл этот путь до меня. Кто-то знал, каково это — быть ребенком Зевса и чувствовать, что ты никому не нужен.
И где он теперь? Что с ним стало? Почему страница вырвана?
Я спрятала книгу в рюкзак. Мне нужно было подумать. Но времени не было.
---
На следующий день мне было не до Эфиров.
Я должна была выиграть гонку. Любой ценой. И не дать Перси пойти на испытание.
Я не хотела его обижать. Но Хирон сказал, что Перси может пострадать. А это было последнее, чего я хотела.
Арена гудела.
Трибуны были заполнены полукровками — они кричали, свистели, делали ставки. Воздух пах пылью и потом. Лошади били копытами, колесницы скрипели.
Нас было пять команд. По два человека в каждой.
Первая — сыновья Гефеста с их паровой колесницей. Она громыхала, дымила и казалась нерушимой. Но я сомневалась, что она вообще сдвинется с места.
Вторая — я и Бронте. Девушка, с которой мы тренировались вместе. Она была сильной, быстрой и, что важнее, надёжной. Я знала, что она не подведёт.
Третья — Крис Родригес и его напарница. Сын Гермеса. Быстрый, ловкий, хитрый. Но на колеснице я его ещё не видела.
Четвёртая — Кларисса и её напарник. Огромный парень с мечом наперевес. Кларисса смотрела на всех свысока, будто уже победила.
И пятая — Перси. Он взял в напарники Тайсона. Я смотрела на них и думала — может, я зря всё это затеяла? Может, не нужно было ничего скрывать?
Я тут же отбросила эту мысль.
Тантал поднял руку. Арена затихла.
— Возничие! На старт! — его голос разнёсся над трибунами. — Первая команда... Три круга по треку. Побеждает тот, кто первым финиширует. Оружие разрешено. Грязные трюки приветствуются.
Рядом Дионис лениво добавил:
— О... ты забыл — не убивать.
Тантал закатил глаза.
— Убивать — не особо... но всякое случается.
Я повернулась к Бронте.
— Если колесница Посейдона вырвется вперёд... — тихо сказала я. — Ставь палки в колёса. Замедли. Но не вреди сыновьям Посейдона.
— Я думала, вы с Перси друзья, — удивилась Бронте.
— Поэтому и прошу тебя, — ответила я и взяла поводья.
Все приготовились. Тишина. Только лошади фыркали и ветер свистел над ареной.
Горн прозвучал.
Колесницы рванули с места.
Паровая колесница Гефеста дёрнулась, из неё вырвалось облако пара — и она заглохла. Какая-то деталь сломалась с громким хлопком, и они остались на старте. Сыновья Гефеста отчаянно пытались её починить, размахивая молотками и ругаясь на древнегреческом.
Мы вырвались вперёд.
Ветер свистел в ушах, копыта лошадей гулко стучали по утрамбованному песку. Рядом со мной Бронте кричала, подгоняя их. За нами — Перси и Тайсон. Их колесница была лёгкой, быстрой, и я понимала, что они нас догонят.
Сзади слышался звон мечей — Кларисса и Перси уже начали сражаться. Крис пытался обойти их сбоку, но его напарница не справилась с поводьями, и они врезались в ограждение. Их колесница перевернулась, оба вылетели на песок — целые, только злые.
Паровая колесница Гефеста внезапно задымила сильнее, и я услышала хлопок. Она взорвалась — громко, ярко, сноп искр взметнулся в небо. К счастью, сыновья Гефеста успели отбежать. Они стояли на краю трека, потирая ушибленные бока.
Я уже почти финишировала, когда услышала писк.
Раздражающий, высокий, он резал слух. Я подняла голову.
Стимфалийские птицы кружили над ареной. Они сворачивались в воронку — огромную, чёрную, пульсирующую. Они бились о барьер — раз за разом, сильнее и сильнее.
И вдруг — трещина.
Я увидела, как невидимая стена дала слабину. Голубоватые искры посыпались вниз, как снег.
И они прорвались.
Первая птица спикировала на арену. За ней — вторая, третья. Их были десятки. Они нападали на людей, раздирали когтями кожу, выклёвывали глаза. Крики смешались с рёвом монстров.
Я остановила колесницу. Спрыгнула на землю, превратила кулон в меч.
— Бронте! Отведи лошадей в укрытие! — крикнула я.
Она кивнула и дёрнула поводья.
Я побежала на зов Перси.
— Скай! — крикнул он, отбиваясь сразу от трёх птиц. Его меч сверкал в воздухе, но тварей было слишком много. — Их слишком много! Как нам быть?
— Геркулес использовал шум, чтобы их убить! — ответила я, рубанув одну из птиц. Она рассыпалась в пыль. — Они не выносят громких звуков! Нам нужно добраться до кабинета Тантала!
— Зачем?
— Там коробка Хирона! В ней — магнитофон!
Мы побежали.
---
За считанные минуты мы добежали до кабинета. Птицы преследовали нас, но мы отбивались. Перси прикрывал меня, пока я рылась в шкафу.
— Быстрее! — крикнул он, отшвырнув очередную тварь.
— Нашла!
Я вытащила коробку. Внутри лежал старый магнитофон и кассеты с записями. Мы схватили их и прибежали обратно на арену.
Перси подключил магнитофон к звукоусилителю — тому самому, через который Тантал объявлял о гонках. Включил на полную громкость.
Из динамиков зазвучала песня. Старая, визгливая, с высокими нотами, которые резали слух.
Птицы закричали.
Они забились в воздухе, заметались из стороны в сторону — и начали падать. Одна за другой. Они падали на песок, дёргались и рассыпались в пыль.
Через несколько минут арена опустела.
Вокруг было разрушено почти всё. Дым, грязь, песок смешались в одно серое месиво. Люди помогали раненым, перевязывали раны, уносили тех, кто не мог идти.
Мы оглянулись и увидели Тантала.
Он вылезал из-под дивана — того самого, который стоял на судейском помосте. Он прятался там всё это время. Отряхивал костюм, поправлял галстук.
— Мы это сделали, — сказал он, оглядывая разрушения.
Я хотела высказать всё, что о нём думаю. Вспышка молнии уже засветилась на моей руке, воздух вокруг затрещал.
Но Перси положил ладонь на моё плечо.
— Не сейчас, — тихо сказал он.
Я выдохнула. Молния погасла. Я убрала меч.
---
Через некоторое время Дионис собрал нас в главном зале.
Я всегда считала его недоумком. Бездельником, который только и делает, что пьёт и жалуется на жизнь. Но сегодня он превзошёл сам себя.
Все дети лагеря сидели на скамьях. Младшие — впереди, старшие — сзади. Они смотрели на Диониса, а он стоял на возвышении в своей гавайской цветастой рубашке. Он выглядел несерьёзно, но никто не смеялся.
— Итак... — начал он. — Это случилось. И это было серьёзно. Но как ваш директор лагеря и как родитель... ну, по крайней мере, некоторых из вас... я торжественно обещаю: как только ремонт трека завершится, гонки возобновятся.
Никто не хлопал.
Даже самые младшие понимали, что шутки кончились. Барьер разрушался. Птицы прорвались. В следующий раз может прийти кто-то пострашнее.
Вышел Тантал.
— Посоветовавшись с дриадами, я узнал, — сказал он, — что барьер дерева Талии не исчезнет.
Дети переглянулись. Зашушукались.
— По крайней мере, неделю, — продолжил Тантал. — А потом... нам всем придётся спасаться бегством.
Зал зашумел. Шёпот, страх, паника. Кто-то заплакал. Кто-то вскочил с места.
— Успокойтесь! — крикнул Тантал. — Успокойтесь! Слушайте! Ключ нашего спасения был мне явлен во сне! Трое должны отправиться за легендарным Золотым руном!
Я и Перси переглянулись.
Как он мог врать? Это не ему приснилось. Это Перси узнал координаты. Перси, а не он.
Я была в бешенстве. Мои руки сжались в кулаки, зубы скрипнули. Но я держалась. Я хотела послушать, что он скажет дальше. Если он скажет очередную чушь — я смогу его прикончить.
— 30.24.75.12, — объявил Тантал. — Это координаты плавания к острову Полифема.
Я замерла.
Что? Но это не те координаты. Не те цифры.
— Наша героиня бросит вызов Морю чудовищ, — продолжал Тантал. — Похитит сокровище и восстановит наши границы!
Все захлопали. Кричали, свистели, топали ногами.
Перси наклонился ко мне и прошептал:
— Он перепутал цифры.
— К счастью, — Тантал поднял руку, призывая к тишине, — выбор нашего героя очевиден. Когда наш лагерь был атакован, лишь одна проявила силу и отвагу, чтобы одержать победу. Кларисса Ла Ру.
— Что? — выдохнул Перси.
— Нет... — прошептала я.
Все начали подбадривать Клариссу. Она встала — гордая, с копьём в руке, с усмешкой на лице.
— Пока все сдались, — сказал Тантал, — она закончила гонку и одержала победу.
Перси вскочил.
— Погодите! Это я видел цифры, а не Тантал! И цифры... они вообще не те!
Зал загудел. Кто-то крикнул: «Сядь!», кто-то: «Дай ей говорить!»
— Я — дочь Ареса, — громко сказала Кларисса, перекрывая шум. — И я спасу лагерь.
Она воинственно подняла руку. Все захлопали.
— Ладно, ладно, — Дионис махнул рукой. — Ура лагерю. — Его голос был безжизненным. — Просто выбери двух счастливчиков и давай начинай.
Перси снова повернулся ко мне.
— Какой план? — прошептал он. — Может...
Он не успел договорить.
Я встала. Посмотрела прямо в глаза Клариссе.
— Кларисса... тебе нужен кто-то с опытом в квестах. С навыками, которые помогут тебе.
Кларисса задумалась. Её глаза сузились, губы сжались.
— А... ага. Ладно. — Она кивнула. — Я выбираю Нефелу Скай Грейс.
На мое удивление она отреагировала спокойно. Раньше она ни за что в жизни не стояла бы ко мне плечом к плечу.
Я вышла к ней. Мы пожали руки. Её ладонь была сильной и уверенной — от постоянных тренировок.
Перси тоже встал.
— Это морской квест, — сказал он. — Тебе понадобится сильный пловец.
Все начали выкрикивать свои имена, махать руками, проситься в команду. Кларисса уже хотела согласиться — я видела, как она открыла рот.
Я наклонилась к её уху.
Кларисса замерла. Посмотрела на меня. Потом на Перси. Потом снова на меня.
Она кивнула.
— Я выбираю... — она сделала паузу. — Криса Родригеса.
Крис подскочил, чуть не сбив соседа. Его напарница радостно закричала.
Все захлопали.
Перси смотрел на меня. В его глазах было разочарование. И боль. И вопрос, на который я не могла ответить.
— И ещё кое-что, — сказал Тантал. — Пока барьер не починят, никто не покинет лагерь. Разумеется, кроме квестовых. Страница двадцать четыре, статья седьмая. Граничники уполномочены стрелять по всем, кто приближается к границе.
Перси развернулся и вышел.
Я смотрела ему вслед. Мне было жаль. Стыдно. Но я переживала за него. Возможно, я поступала неправильно... хотя о чём я? Я поступала несправедливо по отношению к нему. Я лгала. Я скрывала. Я манипулировала.
Но Хирон сказал, что это единственный выход.
Я надеялась, что он был прав.
---
Я не спала.
Вернее... снова не спалось. Кошмары мучили меня каждую ночь. Я видела тётю в больнице, видела Гровера под водой, видела Талию, рассыпающуюся в пыль.
Я пробралась мимо хижины Тантала. Я вышла на улицу и решила прогуляться.
Меня до сих пор мучила совесть из-за Перси. Я неосознанно пришла к его домику.
Я постучала.
Дверь открылась — но это был не Перси. Тайсон. Его огромная фигура заполнила проём.
— Тайсон? — я заглянула внутрь. — Где Перси?
— Скай? — его глаз моргнул. — Привет... Спасибо, что зашла. Одному здесь страшновато.
— Один? — я напряглась. — Где Перси?
— Ушёл. — Тайсон опустил голову. Его плечи поникли. — Сильно разозлился. Из-за того, что ты велела Бронте не дать нам выиграть. Поэтому он отправился...
Он запнулся.
— Я знаю, что квест — это когда с тремя друзьями, — тихо сказал он. — А как называется, когда один уходит, никому не сказав?
Оцепенение.. Это было первое, что я почувствовала после его слов.. Потом лишь бешенный гул в ушах.
Я бежала со всех ног.
Ветки хлестали по лицу, корни путались под ногами. Я спотыкалась, поднималась и снова бежала. Хорошо, что я захватила рюкзак, когда пошла гулять. Внутри — книга Астера, свитки, немного еды.
Уже начало светать. Небо на востоке розовело, но звёзды ещё не погасли.
Я прибежала на пляж.
Метрах в десяти от берега стоял он. Перси. Рядом была надувная лодка.
— Перси! — крикнула я. — Прошу...
Он уже залезал в лодку.
— Ты меня не переубедишь, — сказал он, не оборачиваясь.
— Я не потеряю ещё одного друга!
Я подбежала к лодке. Мои глаза метались, дыхание сбилось. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, выскочит из груди.
Перси остановился. Посмотрел на меня.
— Хирон тебе что-то сказал, — сказал он. Это не был вопрос. — Что именно?
— Что тебе нельзя идти на квест, — тихо ответила я, отводя взгляд.
— Так и думал. — Он сжал челюсть. — Почему?
— Я не могу сказать.
— Почему? — его голос стал жёстче, настойчивее.
— Потому что! — я не выдержала. — Всё... всё изменилось! Так изменилось! Больше ничего не скажу! Доверься мне!
— Нет. — Он покачал головой. — Ты права. Всё изменилось. Ты изменилась. Не знаю, что с тобой произошло в этом году, но, видимо, рассказывать ты не хочешь. Ну и ладно. — Он махнул рукой в сторону лагеря. — Но всё это... все эти секреты... их скрывали от меня всю жизнь. Потом я попал сюда и, встретив тебя, думал, что секретам конец!
— Я виновата! — крикнула я.
Он замер.
— Что? — переспросил он. — О чём ты?
— Вначале всё было хорошо, — слова лились потоком, я не могла их остановить. — Я правда думала, что всё будет отлично. Я смогу справиться. Ну и пусть я не признанная. Ну и пусть отцу плевать. Я думала, вернусь домой — и всё будет хорошо. С тётей всё будет хорошо! — голос дрогнул. — Но это не так. Я наивная дура, раз верила, что всё будет отлично. Сначала я справлялась. Все эти монстры... я справлялась тихо. Потом были мелкие царапины и травмы. Но потом всё зашло слишком далеко. Циклоп навредил не только мне, но и тёте. После аварии она впала в кому. Из-за меня. Из-за того, что я не смогла её защитить, Перси! — слёзы стояли в глазах, и я не вытирала их. — Я виновата! Именно поэтому я не писала! Я вернулась в лагерь после того инцидента. Мне было стыдно. В этом наша разница, Перси. Ты можешь вернуться к маме и быть обычным ребёнком. Но я... я умею быть только полубогом.
— И это значит, что мы не можем дружить? — спросил он, глядя мне в глаза.
Я молчала. Я не знала, что ответить.
— Потому что я не верю, — продолжал он. — Думаю, когда говоришь о страшном — перестаёшь бояться. Так расскажи мне о своей проблеме.
Он подошёл так близко, что на долю секунды я перестала дышать. Я чувствовала тепло его тела, слышала его дыхание.
Я отвела взгляд.
— В том-то и дело, — прошептала я. — Чем больше я говорю об этом... тем страшнее становится.
Сзади хрустнула ветка.
Мы обернулись.
Тантал стоял в десяти шагах с арбалетом в руках. Наконечник стрелы тускло блестел в свете луны.
— Ну что ж, — сказал он. — Скоро всё закончится. Я не знаю, о чём вы ныли... это личное. Так что если хотите попрощаться... то побыстрее.
Мы с Перси переглянулись.
— Последние слова? — спросил Перси.
— Перед смертью, — кивнул Тантал. — По закону.
Перси заслонил меня рукой.
— Дети Гефеста умеют делать достойные подношения, — Тантал взвёл арбалет. — Наконечники из небесной бронзы. Идеально для убийства монстров... и полубогов.
Он нацелился на нас.
— Можешь придумать любую историю, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Но боги узнают правду.
— Отлично, — усмехнулся Тантал. — Я хочу, чтобы они знали: я лишь выполняю закон, который нарушили их собственные дети. Прекрасно осознавая все риски. Если я и понял за три тысячи лет голода, так это то, что нельзя идти против воли богов. А слаще всего на вкус... месть.
Он не договорил.
Тайсон, появившийся из-за его спины, толкнул Тантала. Арбалет выстрелил — стрела ушла в небо. Тантал упал лицом в песок.
— Залезайте! — крикнул Тайсон. — Нам пора!
Мы с Перси бросились к лодке. Тайсон оттолкнул её от берега и запрыгнул сам.
Тантал поднялся. Перезарядил арбалет.
Я услышала свист стрелы — и почувствовала, как лодка дёрнулась. Проклятый наконечник пробил надувной борт. Воздух шипел, вырываясь наружу, лодка начала съёживаться.
Перси дёрнул мотор. Тайсон пытался заклеить дырку пластырем — обычным, который нашёл в кармане. Он прижимал его к резине, но воздух всё равно выходил.
Тантал целился снова.
Моя рука сорвалась сама собой. Я не думала — просто выбросила её вперёд, как делала с молнией. И из ладони вырвался поток воздуха.
Сильный. Плотный. Он сбил стрелу прямо в воздухе, и она упала в воду.
Воздух.
Что?
Я запуталась. Как это возможно?
На правой руке я почувствовала слабый холод — будто кто-то провёл по коже кубиком льда..
Я накинула кофту, спрятав руку.
Тантал на берегу закричал и швырнул арбалет в воду.
Когда всё улеглось, мы переглянулись. Лодка медленно шла вперёд, накренившись на один борт. Вода подступала к ногам.
— Тантал прав, — тихо сказала я. — Мы нарушили закон. Нам нельзя возвращаться.
— Теперь... — Тайсон посмотрел на горизонт. — Мы отправляемся в квест.
Лодка скрипела, вода плескалась под днищем. Впереди, в утренней дымке, уже виднелся силуэт корабля.
Огромного. Чёрного. Он стоял на якоре в миле от берега. Его паруса были чёрными, как смоль, а корпус украшали странные символы, которые светились в темноте.
«Принцесса Андромеда».
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает страх. Потому что я знала: туда, откуда никто не возвращается, мы плывём именно сейчас.
И то, что ждёт нас на борту — изменит всё.
Может быть, навсегда.