Глава 9
Я идиотка. Безмозглая дура, раз могла поверить, что всё станет нормально после того, как я вернусь домой к тёте.
Первое время действительно всё было хорошо. Тётя Эмили пекла пироги, мы смотрели старые фильмы, я ходила в школу и делала вид, что я обычный подросток. Но тишина не продлилась долго.
Меня начали преследовать.
Сначала я думала, что мне кажется. Мелькнувшая тень в переулке. Странный звук за окном. Но потом они пришли. Каждое чудовище, с которым я сталкивалась в лагере, словно получило мой новый адрес. Они хотели убить меня. И однажды это зашло слишком далеко.
В тот день мы с тётей ехали по скалистой местности. Я уговорила её съездить к океану — мне хотелось почувствовать солёный ветер, услышать шум волн, хоть ненадолго забыть о кошмарах. Машина мягко шла по серпантину, за окном проплывали сосны и скалы. Тётя что-то напевала себе под нос, я смотрела в окно и почти чувствовала себя спокойной. Почти.
А потом на дорогу вышел он.
Циклоп. Огромный, с единственным глазом посреди лба. Он возник из ниоткуда — будто сама земля вытолкнула его навстречу нам. Я не знаю, как он учуял меня. Может быть, моя аура стала ярче после всего, что случилось. Может быть, я сама привлекла его своим страхом. А может, он просто ждал — терпеливо, днями, неделями — пока я окажусь достаточно далеко от границ лагеря.
Он отбросил нашу машину в скалу. Удар был такой силы, что мир перевернулся. Стёкла разлетелись миллионом осколков, металл заскрежетал, как живое существо, тётя закричала — пронзительно, страшно, так, что у меня кровь застыла в жилах. Я пыталась выбраться, пристёгнутая ремнём, но тело не слушалось. Руки скользили, пальцы не могли ухватиться за ремень.
Огромные валуны посыпались сверху. Земля дрожала, скалы крошились. Они прокатились по циклопу, и он превратился в пепел, но один из камней упал прямо на крышу — туда, где сидела тётя.
Я не помню, как мы отключились. Помню только темноту и запах крови. И ещё — чьи-то руки, которые вытаскивали меня из искореженного металла. Потом — темнота. Долгая, тягучая, без снов.
Очнулась я уже в больнице. Белые стены, запах антисептика, тихий писк приборов. Моё тело болело — каждое движение отдавалось тупой пульсацией в висках, в рёбрах, в ногах. Но я была цела. Я встала, на ватных ногах вышла в коридор, цепляясь за стены, и подошла к палате тёти. Она лежала под капельницей, бледная, с закрытыми глазами, с синяками на лице. Её дыхание было слабым, почти неощутимым.
Я смотрела на неё через стекло и чувствовала, как что-то внутри меня разрывается на части. Это я во всём виновата. Это из-за меня на неё напали. Из-за меня она лежит там. Если бы я не приехала к ней. Если бы осталась в лагере. Если бы…
Я стояла и смотрела в окно, когда чья-то рука коснулась моего плеча. Я резко обернулась, готовая защищать тётю, готовая ударить молнией любого, кто посмеет приблизиться. Моя рука уже искрила, глаза потемнели.
Но это был Хирон.
Он смотрел на меня своими мудрыми, печальными глазами, и в них не было осуждения — только боль. Только понимание. И снова я выглядела жалко и беспомощно. Слёзы стояли в глазах, и я не могла их остановить. Они текли по щекам, и я даже не вытирала их. Хирон ничего не сказал. Он просто погладил меня по голове, как когда-то давно, когда я только пришла в лагерь — потерянная, злая, напуганная.
— Тётя будет в безопасности, — сказал он. — Я позабочусь об этом.
Я ушла. Снова оказалась в лагере. Снова в домике Гермеса. Хирон пообещал защищать тётю, и я знала, что он сдержит слово. Даже если ему самому запрещено здесь появляться.
По пути он многое мне поведал. Про Тантала. Про то, как Зевс отстранил его от должности. Про то, что лагерь теперь ведёт тот, кто не должен здесь быть. Но он не мог зайти за границу — проклятие не пускало его.
— Я присмотрю за ней, — сказал он на прощание. — А ты… присмотри за собой.
Он ушёл. А я осталась.
Я снова возобновила тренировки. Днём — меч, лук, бег, спарринги. Ежедневная рутина стала обыденной. Я вкладывала в каждое движение всю свою боль, всю свою злость, всю свою беспомощность. Я хотела стать сильнее. Я хотела забыть.
Но ночью кошмары возвращались.
---
Сейчас я спала в хижине Гермеса. Отец до сих пор не признавал меня, но мне уже было плевать. Правда. Я поняла это окончательно: мне неважно, признает он меня или нет. Я не жду его знаков, не молюсь ему, не смотрю на небо в надежде увидеть молнию. Он для меня — никто. Как и я для него.
Но кошмары не спрашивают разрешения.
Мне снова что-то снилось. Но не то, что обычно. Не мама. Не авария. Не ссора Талии с мамой на кухне.
Гровер.
Он тонул. Какое-то морское чудовище — огромное, с щупальцами, как у осьминога, и пастью, полной острых зубов — тянуло его под воду. Его козлиные ноги били по волнам, копыта скользили, он кричал — беззвучно, потому что вода заполнила рот. Я пыталась до него дотянуться, но мои руки проходили сквозь него, как сквозь туман. Я звала его, но он не слышал.
— Гровер! — крикнула я и проснулась.
Сердце колотилось где-то в горле. Я тяжело дышала, вцепившись в одеяло так сильно, что побелели костяшки пальцев. Холодный пот стекал по лицу.
Чёрт.
---
Утром мне дали задание. Дионис вызвал меня к себе и сказал коротко: «Приведи Джексона. Других не нашлось». Даже не спросил, согласна ли я.
Уже через 20 минут я мчала в волшебном жёлтом такси сестёр Грей. Машина телепортировалась из одного места в другое, реальность за окном расплывалась в цветные полосы. Мы проносились сквозь города, леса, океаны — всё смешалось в один бесконечный поток.
Мы резко остановились в городе. Машина замерла посреди улицы, и я увидела их. Люди вокруг пялились на нас — на жёлтое такси, возникшее из ниоткуда, — но мне было всё равно.
Я вышла из такси и замерла.
Циклоп держал Перси. Огромный, с одним глазом, он поднял парня на плечо, как мешок картошки. Перси болтал ногами в воздухе, но выглядел при этом совершенно спокойно.
— Ладно, — услышала я его голос. — А теперь отпусти меня, Тайсон.
Циклоп не слушался. Он стоял, как скала, и его единственный глаз смотрел куда-то вдаль.
Я отреагировала слишком резко — в руках образовалась молния, зашипела, засверкала, осветив всё вокруг голубоватым светом.
— Отпусти моего друга, — сказала я, и мой голос прозвучал холоднее, чем я ожидала. — Живо.
— Скай? — Перси повернулся ко мне. — Ты чего? Стой!
Циклоп увидел молнию и напрягся. Его тело стало жёстким, мышцы налились силой. Он подумал, что я хочу навредить Перси. Его кулак сжался, готовясь к удару.
— Эй, Тайсон... — Перси похлопал циклопа по голове. — Остановись! Всё нормально.
— Погоди... — я настороженно сбавила напряжение, молния стала слабее, но не исчезла полностью. — Ты знаешь этого циклопа?
— Тайсон... — Перси сполз с плеча и приземлился на землю, одёргивая футболку. — Всё нормально, отпусти.
Циклоп опустил руки. Его глаз моргнул — один раз, медленно.
— Ты Скай, да? — спросил он, и его голос был не страшным — скорее, неуклюжим, детским. — Перси всё время о тебе говорит.
— Тайсон... — укоризненно протянул Перси, и в его голосе я услышала смущение.
Циклоп сбавил тон, но продолжил:
— На её фото ты смотришь по вечерам?
Я окончательно убрала молнию. Рука опустилась, искры погасли. Я вопросительно посмотрела на Перси, но он решил сменить тему.
— Я думал, ты с тётей Эмили у океана, — сказал он, подходя ближе. — Что происходит?
Я отвела взгляд. На секунду. Всего на секунду. Но этого хватило, чтобы он заметил.
— Ты не получал письмо из лагеря? — спросила я, поступив также как и он, сменив тему.
— Эм... вроде... нет? — он почесал затылок.
— Ладно, не важно. Нет времени объяснять. Садимся.
Мы залезли в такси. Я плюхнулась на сиденье, Перси — рядом, Тайсон с трудом втиснулся на заднее, поджав колени.
— Мой приказ от Диониса - найти тебя и привести в лагерь, — сказала я, раздражённо закатывая глаза. — Видимо, других не нашлось.
— А Хирон? — спросил Перси, и его голос напрягся.
Я промолчала. Отвернулась к окну.
— Его нет... — сказала я тихо. — Там... долгая история.
— А Гровер? — Перси подался вперёд. — С ним всё в порядке?
— Я его не видела. Ты — первый, за кем я пошла. — Я посмотрела на него. — А что не так?
— Мне снился кошмар... — Перси нахмурился. — Это может быть связано?
Внезапно одна из сестёр Грей, сидевшая на переднем сиденье, обернулась к нам. Её лицо было сморщенным, как печёное яблоко, а глазницы — пустыми.
— Всё связано, дитя, — сказала она, и её голос звучал как шёпот из другого мира. — Твой друг, сатир, в тёмном-тёмном месте. Далёком от всего знакомого.
— Эй! — вторая сестра дёрнула первую за плечо. — Хватит раздавать видения даром! Они ещё не заплатили!
— Я заплатила! — возмутилась я.
— Не за лишнего пассажира! — вторая кивнула на Тайсона. — Доплата!
Я и Перси переглянулись. Я развела руками:
— Перси, я последнюю драхму за тебя отдала.
Тайсон переводил взгляд с одного на другого, его глаз моргал часто-часто.
— Перси... — позвал он.
— Погодите, — Перси подался вперёд, вцепившись в спинку переднего сиденья. — А что про Гровера? Вы знаете, где он?
Третья сестра, единственная, у кого был глаз, медленно обернулась к нам. Один глаз на троих — у остальных были пустые чёрные провалы.
— Сестры Гайя видят всё! — прошептала она, и в её голосе было что-то древнее, пугающее.
— У них же один глаз на троих! — воскликнул Тайсон, и в его голосе прозвучало искреннее изумление.
Я закатила глаза.
— Платите или валите, — отрезала вторая.
Перси начал рыться по карманам джинсов, выворачивая их наизнанку.
— У меня есть драхма... — сказал он, наконец выуживая монету.
Одна из сестёр посмотрела на меня — та, что с глазом.
— Так это твой парень, да? — спросила она, и её губы растянулись в беззубой улыбке. — Не зря ты о нём мечтаешь.
— Я не говорила такого! — вспыхнула я, чувствуя, как щёки заливает жаром.
Перси всё ещё искал драхму, не поднимая головы.
— Я не говорила такого! — повторила я, громче.
— Ладно... — протянул Перси, наконец поднимая взгляд.
— Боже, что за бредовая ситуация... — пробормотала я, отворачиваясь к окну.
— Я верю, — сказал Перси. — Но, может, лучше поездом?
— Нет, — отрезала я. — Сёстры Гайя — самый быстрый путь в лагерь. Мы должны ехать сейчас.
— Ладно, ладно... — Перси протянул драхму третьей сестре.
Она взяла монету, поднесла к своему единственному глазу, рассматривая её со всех сторон.
— Разве глаз... не должен быть у водителя? — спросил Тайсон, и в его голосе прозвучало искреннее недоумение.
Вторая, сидевшая за рулём, рявкнула:
— Так, трое в Лагерь Полукровок!
Все три сестры отвернулись и уставились вперёд.
— Погодите! — Перси вцепился в спинку переднего сиденья. — Что вы знаете о Гровере?!
Первая обернулась к нему. Её пустые глазницы смотрели прямо на него.
— Пристегнитесь! — сказала она с широкой улыбкой, и в её голосе не было ничего, кроме насмешки.
Машина рванула с места.
Мы прорывали пространство, летели со скоростью света. За окном мелькали звёзды, города, леса, океаны — всё смешалось в одну бесконечную цветную полосу. Сила инерции прижимала меня к сиденью, волосы развевались, хотя окна были закрыты. Тайсон закрыл лицо кепкой и что-то бормотал себе под нос.
Вторая сестра повернулась ко мне, отвлекаясь от дороги. Её пустые глазницы смотрели прямо на меня.
— Так... Гровер — твой второй парень? — спросила она.
— Нет! — крикнула я.
Перси посмотрел на меня. Его брови были приподняты.
— Второй? У тебя есть первый парень? — спросил он. И выглядел он при этом совершенно серьёзно.
Я дала ему взглядом понять, что шутки не в тему. Хотя он, кажется, и не шутил.
Третья дамочка тоже повернулась ко мне — та, что с глазом.
— Тот высокий из её сна, — сказала она, кивая куда-то в сторону. — С девчушкой под руку.
Первая дала подзатыльник третьей. Звук был сухим и звонким.
— Хватит сливать информацию!
Когда она ударила сестру, глаз — их единственный — выпал из пустой глазницы и покатился. Он приземлился прямо на штаны Перси.
Перси поднял его. С минуту рассматривал, вертя в пальцах. Я смотрела на эту сцену и чувствовала, как к горлу подступает тошнота. Омерзительно.
— Скажите, где Гровер! — потребовал Перси.
— Мы не можем сказать! — в один голос ответили все три.
Перси повернулся ко мне.
— Им явно нужен этот глаз.
Я усмехнулась, уловив намёк парня.
— Тогда давай избавимся от него, — сказала я.
— НЕТ! — закричали сёстры так громко, что у меня заложило уши.
Я открыла окно. Сильный ветер ворвался в салон, завыл, затрепал волосы, вырвал карту из рук водителя. Перси высунул глаз в окно, держа его над пропастью.
— Отдайте его! — завопили сёстры. — 30...31...75...12!
— Что?! — Перси не понял. — Я спросил, где Гровер?!
— 30.31.75.12! — повторили они в унисон.
Первая сестра выхватила глаз из рук Перси — молниеносным движением, которое никак не вязалось с её дряхлым видом — и вставила его себе. В пустую глазницу. Я слышала влажный звук, когда он встал на место.
Омерзительно. Я подавила рвотный рефлекс, зажмурившись на секунду.
— Ооо... — она посмотрела на Перси, и её новый глаз заблестел. — Он симпатичный.
Вторая нажала на тормоз. Машина взвизгнула шинами и остановилась. Мы оказались в лесу, на пустынной трассе. Вокруг — только сосны и тишина.
Я вышла, а за мной — парни. Перси подошёл к машине.
— Погодите... что значат эти цифры?
— Увидишь! — засмеялись сёстры. — Ахахахах!
Машина исчезла — растворилась в воздухе, оставив после себя только запах серы и тишину.
— Тихо... — сказала я, оглядываясь. — Никого.
— Это лагерь? — спросил Тайсон, оглядывая лес.
— Вообще-то он... за теми деревьями, — указал Перси.
— Так круто... — Тайсон улыбнулся, и его лицо впервые за всё время стало спокойным.
Я поправила лямку на рюкзаке и медленно пошла вперёд. Наверное, из-за постоянных кошмаров и того, что я не высыпалась, я была раздражительна. Каждый звук резал слух, каждый шорох заставлял вздрагивать. Голова гудела тупой, ноющей болью.
Перси догнал меня. Тайсон шёл позади, его тяжёлые шаги гулко отдавались в лесной тишине.
— Что-то не так? — спросил Перси, заглядывая мне в лицо.
— Просто... — я поморщилась. — Голова болит. Наверное, из-за их громких воплей. Даже в фильме «Крик 7» так не кричат.
— О! — Перси оживился. — А «Звёздные войны» смотрела? тебе понравились?
— Я много чего смотрела, — ответила я. — Даже писала тебе о чём-то.
— Знаю. Я читал. — Он помолчал, перешагивая через корень. — Ты ведь тоже читала мои письма?
— Похоже, ты кое-что всё же упустил, когда писал мне, — я кивнула на Тайсона, который шёл позади.
Перси оглянулся, потом снова повернулся ко мне.
— Тайсон живёт с нами. Мама его приютила. Я пообещал присматривать за ним. Не думал, что он полезет... сюда.
— Да... но... — я запнулась. — Салли знает, что он не сможет войти?
— Я пытался... — Перси вздохнул, и его плечи поникли. — Слушай... мы можем поговорить о чём-то другом? Хочу знать, что ты думаешь о «Звёздных войнах» и школе.. О чем угодно только не об..
Я остановилась.
— Потому что я читал твои письма, — сказал Перси, тоже останавливаясь. — И честно... мне кажется, что ты кое-что упускаешь.
Он был прав. Многое в письмах я не договаривала. Про кошмары. Про тётю. Про аварию. Про то, как я каждый день смотрела на небо и ждала — опять ждала знака. А с тех пор, как попала в лагерь снова, вообще перестала писать. И писем от Перси не видела, ведь они приходили на адрес тети.
Я не могла просто сказать ему, что снова всё испортила. Что я настолько слаба, что не смогла защитить родного человека. Что я струсила и ушла. Что Хирон теперь не может заходить в лагерь.. Что я ничего не могу сделать.
Я покачала головой. Молча.
А потом мы услышали странный звук в небе.
Сначала низкий гул, как от реактивного самолёта. Потом свист — резкий, нарастающий. Я подняла глаза и увидела, как огромный валун в огне летит прямо на нас.
— Бежим! — крикнула я.
Первый упал рядом — земля содрогнулась, в воздух взметнулись комья грязи. Второй — ближе, так близко, что я почувствовала жар. Мы свернули с дороги и побежали по лесным тропинкам. Ветки хлестали по лицу, корни путались под ногами. Валуны продолжали падать, выбивая воронки в земле, ломая сосны, поджигая мох.
Перси споткнулся о корень и упал, растянувшись на земле. Я повернулась, чтобы помочь ему — и увидела, как огромный огненный валун летит прямо на него. Я не успела бы даже подбежать. Сердце ухнуло вниз.
Но Тайсон заслонил его собой. Огромный циклоп встал между Перси и валуном, раскинув руки.
— Нет, Тайсон! — закричал Перси.
Я подскочила к Перси, схватила его за руку и дёрнула вверх.
— Живее! — крикнула я, таща его вперёд. — Циклопы не горят!
Сзади раздавались тяжёлые шаги, ломающиеся ветки, низкое рычание. Они приближались.
Мы забежали за границу лагеря. Я перевела дыхание — и тут же поняла, что Тайсона нет рядом.
Множество молний, защищавших границу, ударили в него. Они сверкали, шипели, били прямо в его тело, не пуская внутрь. Тайсон стоял снаружи, растерянный, испуганный, с поднятыми руками.
— Я же сказала, что он не сможет пересечь границу, Джексон! — крикнула я.
Огры приближались. Я видела их тени между деревьями. Чёрт. Чёрт. Скай, соображай быстрее.
Очередной огненный шар прилетел в границу, но щит лагеря отразил его. Вспышка ослепила меня на секунду.
Перси вытащил меч — ручка превратилась в бронзовое лезвие — и вышел ближе к Тайсону.
— Перси! — я крикнула. — А... ладно. Надеюсь, Тантал и Дионис не убьют меня за это.
Я достала меч из кулона. Небесная бронза сверкнула в лучах заходящего солнца. На лезвии начали образовываться молнии — сначала тонкие, едва заметные, потом всё ярче, сильнее, пока весь меч не засветился голубоватым светом.
— Тайсон, — сказала я, подходя к границе. — Я, Нефела Скай Грейс, разрешаю тебе войти в Лагерь Полукровок.
Перси схватил Тайсона за руку и потащил внутрь. Мы не успели на долю секунды — один из огров прошёл вместе с ними. Он оказался внутри.
Огр пнул Тайсона ногой — тот отлетел в сторону.
— Я пролез, ребята! — крикнул он своим товарищам, скаля жёлтые зубы.
Те попытались пройти следом, но барьер вспыхнул ярче — и они отскочили назад, завыв от боли.
Огр повернулся к нам и замахнулся дубиной. Я приготовилась к удару, подняв меч — но в него прилетело копьё. Точное, сильное, смертельное. Оно вошло прямо в грудь великана.
Он замер. Его глаз расширился. И через секунду он испарился, превратившись в пепел, который развеялся по ветру.
Мы посмотрели в сторону, откуда прилетело копьё. На возвышенности стояла Кларисса. Её лицо было каменным, волосы растрёпаны. За ней — отряд из лагеря. Лучники, мечники, копейщики. Все готовы к бою.
— Влипли, — тихо сказала я. Себе. Не им.
Кларисса смотрела на огров.
— Приготовиться. Зарядить. Огонь!
Лучники выстрелили. Огры взвыли и, не выдержав атаки, убежали в лес.
Кларисса перевела взгляд на нас. Её глаза сузились. Она начала спускаться с возвышенности, чеканя шаг.
— Эй, Кларисса... — начала я.
— Заткнись, Грейс, — отрезала она и пошла к своему копью.
— О... — Перси посмотрел на её копьё. — Ты починила своё копьё.
— Не смей говорить о нём, — Кларисса сверкнула глазами. — Что вы здесь делаете? Все небоевые должны укрыться в хижинах во время атак монстров. Я не буду отвечать за ваши глупые смерти. Освободите поле и дайте воинам работать.
Она развернулась и ушла, не дожидаясь ответа. Её отряд потянулся за ней.
Перси подбежал к Тайсону, помогая встать.
— Тайсон... ты как?
— В норме... — ответил циклоп, отряхиваясь.
— Вот и Лагерь Полукровок, — сказал Перси. — Обычно тут больше зефирок и меньше... нападений.
Я сидела у дубины, которой нас хотели прикончить. Разглядывала её, пнула ногой. Тяжёлая, грубо обтёсанная, с зазубринами. Перси и Тайсон подошли ко мне.
— Листригоны, — сказала я, кидая дубину в сторону.
— Повтори? — не понял Перси.
Я встала, отряхивая джинсы.
— Великаны-людоеды с дальнего севера. Одиссей однажды сражался с ними. Сильные, но тупые.
— Дерутся командой, — заметил Перси. — Не так уж это и тупо.
— Но зачем им атаковать тыл лагеря? — я задумалась. — Может.. Отвлекающий манёвр.? Оттянуть от настоящей цели.? Проверить прочность барьера.?
— Ты имеешь в виду барьер... — Перси побледнел. — Созданный Талией?
Я не стала ждать, пока он договорит. Я сорвалась с места.
Я бежала сквозь деревья, не чувствуя ног, не слыша ничего, кроме гула в ушах и собственного сердца, которое колотилось где-то в горле. Ветки хлестали по лицу, но я не останавливалась. Я перепрыгивала через корни, скользила на мху, падала, поднималась и снова бежала.
Я выбежала на поляну.
Дерево Талии.
И там я увидела Люка. Он стоял у ствола, и его меч был погружён в кору по самую рукоять. Золотая кровь — или что-то похожее на кровь — текла из раны, стекала по коре, капала на землю.
— Нет... — прошипела я. — Нет, нет, нет...
Наши взгляды встретились. Люк улыбнулся — не той улыбкой, которую я помнила. Не той, которой он улыбался, когда учил меня фехтовать. Холодной. Чужой. Пустой.
— Люк! — крикнул Перси, выбегая следом. — Опять сбегаешь?!
Люк сел на пегаса — белоснежный силуэт на фоне темнеющего неба. Я смотрела на его губы, пытаясь прочитать последние слова.
— Увидимся снаружи, — прошептала я вслух то, что он сказал предназначенное мне и Перси.
Он взлетел. Крылья пегаса расправились, и через секунду они скрылись в облаках.
Я подбежала к дереву. Провела рукой по ране. Пальцы стали мокрыми от чёрной слизи — густой, липкой, с кислым запахом.
— Нет... О боже... Талия... нет...
— Что это? — спросил Перси, подходя ближе.
— Я не знаю... — я всматривалась в рану, пытаясь понять. — Яд древнего питона.. Он отравил её.
— Дерево... — Тайсон стоял позади, его единственный глаз был широко открыт. — Это... девушка?
— Была, — тихо сказал Перси. — Талия была героиней. Она приняла здесь последний бой, чтобы защитить своих друзей. Она была дочерью Зевса, как и Скай. Он увидел её жертву. Не спас её, но превратил в то, что сможет спасать других.
— Так... — Тайсон посмотрел на дерево, потом на меня. — Дерево создаёт магический щит.
— Талия спасла жизнь Люку и Аннабет! — воскликнула я, и голос мой сорвался на хриплый крик. — Как они могут так поступать?!
— Это уже не Люк, — сказал Перси. — Он потерян. А Аннабет... она просто следует за единственным человеком, которому доверяет. Теперь они служат Кроносу. Вот и всё.
— Кроносу? — переспросил Тайсон.
— Владыке титанов, — ответил Перси. — Он хочет уничтожить Олимп. И теперь Люк и Аннабет тоже. Они уничтожат всё, что угодно, если это вернёт титанов к власти.
Сзади раздался резкий, холодный голос Клариссы.
— Циклоп на двенадцати часах.
Я обернулась. Она стояла на возвышении, за ней — полукровки из лагеря. Лучники, мечники, все с оружием наготове.
Тайсон спрятался за дерево.
Перси и я вышли вперёд.
— Он наш друг! — крикнул Перси.
— Он внутри нашей границы, — Кларисса не опустила оружие. — Отойди в сторону.
— У него есть разрешение, — сказал Перси.
— От кого? — спросила Кларисса.
— От меня, — ответила я.
— Лагерь всё ещё стоит? — раздался мужской голос из-за спин полукровок.
Все расступились.
Я увидела его. Мужчина в странном костюме, с острым лицом и холодными глазами. За ним шёл взрослый сатир и ещё несколько ребят.
— Лагерь стоит крепко, — ответила Кларисса.
Перси посмотрел на меня, потом на мужчину. Я молчала.
— Значит, и будить меня не было нужды, — сказал мужчина.
— Простите, мой господин... — начал сатир.
— Есть погибшие?
— Не с нашей стороны, — отрапортовала Кларисса. — Но есть раненые. Их лечат в лазарете.
Мужчина стукнул копьём о землю. Звук разнёсся по поляне, заставив всех замереть.
— Сейчас главное — узнать, кто виноват, и как их наказать.
Перси вышел вперёд.
— Это был Люк. Он привёл великанов прямо сюда. Они были отвлекающим манёвром, пока...
Мужчина перебил его, указав на него пальцем.
— Ты... Нет, я тебя знаю.
— Это Перси Джексон, господин, — сказал сатир.
Впервые за всё время пребывания в лагтого, кто заменил Хирона.
— Ах да, — мужчина усмехнулся. — Сын Посейдона. Я много что о тебе слышал.
— Верно, — сказал Перси. — А вы?
— Тантал, — ответил мужчина. — Царь Тантал из Анатолии.
— Тантал... — Перси нахмурился, думая. — Ааа.. Вы тот парень, который не может дотронуться до еды.
— Да, — голос Тантала стал ледяным. — Спасибо, что напомнил о моём проклятии, о котором я на миг забыл.
Он направил копьё в сторону Тайсона.
— Что это?!
— Циклоп, — ответила Кларисса.
Тайсон выглянул из-за дерева.
— А... точно, — Тантал махнул рукой. — Убить его.
Кларисса подала сигнал. Лучники приготовились стрелять.
— Сколько раз я говорил! — Перси повысил голос. — Он со мной! Он не угроза! Он...
Он не договорил.
Лучники опустили луки. Они смотрели прямо за спину Перси. Кларисса опустила копьё. Я повернулась и застыла.
Над головой Тайсона светился трезубец. Золотой, ослепительный, пульсирующий в такт его сердцу. Символ признания. Посейдона.
— Он твой брат, — сказала я. Это был не вопрос.
---
Через некоторое время нас — меня и Перси — отвели в хижину Диониса. Мы стояли перед богом вина и ждали, пока этот старый дурак прекратит смеяться. Ну серьёзно. Он смеялся истерическим смехом уже пять минут. Его живот трясся, из глаз текли слёзы, он хлопал себя по колену.
— Хахах... о боже... хах... — Дионис утирал слёзы. — Ничего себе... хах... он не мог держать свой трезубец при себе? Ахахах...
— Это... довольно забавно, — сказал Тантал, но я видела, что он не дрогнул. Его лицо оставалось каменным.
— За ним нужен глаз да глаз... — Дионис начал успокаиваться, вытирая глаза тыльной стороной ладони.
— Я всё понимаю, — сказала я раздражённо. — Но, может, вернёшься к тому, что лагерю угрожает опасность?
На моих руках сверкнула молния — не специально, а от напряжения, от злости, от того, что никто не воспринимает нас всерьёз. Я тут же погасила её, сжав кулак.
Дионис перестал смеяться. Тантал указал на меня пальцем.
— Ты... — сказал он. — Я и тебя знаю. Непризнанная дочь Зевса. Слух о тебе и твоем характере ходит по всему Олимпу.
Я презрительно посмотрела на мужчину, но промолчала. Сделала вид, что не слышала.
— Видишь ли, — сказал Дионис, — Тантал здесь — новый директор по активностям. Послание самого Зевса, между прочим. Который выгнал коняшку. За то, что он — сын Кроноса.
Хах. Так вот почему Хирон не зашёл со мной в лагерь. Его просто нагло выгнали. И в этом снова виноват мой непутевый отец.
— Что? — не понял Перси.
— Что? — переспросил Дионис. — Прости, ты что, не знал?
— Я... нет. — Перси покачал головой. — Погодите... просто это тупая причина.
— Зевс тоже сын Кроноса, — довольно громко сказала я. — Так почему бы ему тоже просто не убраться?
Я заметила взгляд Диониса и решила повременить со своим мнением.
— Так, ладно, — Дионис отмахнулся. — Слушайте, Питер и Сьюзен. Мы все знаем, что вы в прошлом году сделали что-то крутое. Честно? Я даже не помню, что именно. Но раз уж так... я вам сообщу. Опасность, нависшая над лагерем, намного больше, чем вы можете себе вообразить.
Он пошёл вглубь хижины. Мы за ним.
Перед нами стояла мини-версия, макет арены для колесниц. Маленькие колесницы, маленькие фигурки полукровок.
— Видишь ли, — сказал Дионис, — у Тантала возникла потрясающая идея — возродить гонки на колесницах. Как общелагерное соревнование в этом году. Однако последняя атака грозит полностью сорвать всё расписание.
— Не думаю, лорд Дионис, что нам нужно что-то откладывать, — возразил Тантал.
— О! Правда? — Дионис взял пачку чипсов со стола и начал жевать, хрустя на весь зал.
Тантал посмотрел на него. На чипсы. Его глаза замерли.
— О... прости, — Дионис запихнул чипсину в рот.
— То есть вы... действительно верите в историю о вышедших из-под контроля полукровках, ведущих монстров? — спросил Тантал. — Или это просто сезонная атака, не наносящая урон, кроме как боевому духу лагеря, который гонки могли бы восстановить?
Мы смотрели на них серьёзными взглядами.
— Ты сейчас серьёзно? — спросила я и молния снова сверкнула в руке.
— Нам нужен квест, — сказал Перси. — Чтобы исцелить дерево Талии.
— Исцелить дерево? — Тантал усмехнулся. — Ага. Как?
— Да... как? — поддакнул Дионис.
— Дай нам квест! — потребовал Перси.
— Мне не нравится ваш тон, — сказал Тантал.
— Нам всё равно, — ответила я.
— Люк был здесь, — продолжал Перси. — Он знал, что делал. Если дерево падёт, падёт и барьер. И лагерь станет открыт для атак. Для всех атак.
Тантал смотрел на Перси какое-то время. В его глазах не было ничего — ни злости, ни сочувствия, ни понимания. Потом он крикнул:
— Стража!
В комнату зашли несколько полукровок.
— Единственный союз монстра и полукровок, что я видел сегодня, — это ты и твой брат-циклоп, — сказал Тантал. — Так почему бы тебе, сын Посейдона, не отправиться к нему под комендантский час немедленно?
Он махнул рукой, и стражники увели Перси.
— Мистер Ди, — крикнул Перси на прощание, — неужели вас это устраивает?!
— Мне тоже показался твой тон грубоватым, — ответил Дионис.
Я с раздражением и ненавистью смотрела в глаза Тантала. Молнии сверкнули в моих зрачках, но я погасила их усилием воли.
— Хотите что-то добавить? — спросил он.
— Нет, — ответила я и ушла.
---
Я бродила по лагерю. Ноги сами привели меня к хижине Перси.
Я постучала.
— Ну и отстой, — сказала я, когда он открыл дверь. — Хочешь поговорить?
Я заметила Тайсона позади Перси. До сих пор у меня были смешанные чувства к этому парню. Он не был ни в чём виноват, но то, что на меня и тётю напал циклоп, давало о себе знать. Страх. Злость. Ненависть, которую я не могла контролировать. Я смотрела на него и видела того, кто чуть не убил тётю. И это было неправильно. Но я ничего не могла с собой поделать.
— Может... прогуляемся? — предложила я.
— Эм...
— Давай? — я пожала плечами. — Мы и так влипли. Что они ещё нам сделают?
Перси вышел на крыльцо, немного прикрыв дверь.
— Нет... просто... Тайсон немного... я как раз с ним разговариваю. Заходи.
— Не...
— Всё норм, заходи.
— Я... не думаю, что... — я запнулась. — В общем, я хотела навестить Талию. Заодно спрошу у дриад, что может помочь.
Я отвернулась и ушла. Слегка сжимая ткань кофты.
А потом остановилась. Не обернулась.
— Я думала, у тебя нет драхм, — сказала я.
— А? — не понял Перси.
— Ты писал в одном письме. Хотел отправить ирисовое сообщение, но не было драхм.
— Не было. — Я услышала, как он сделал шаг ко мне и все же повернулась. — Та, что в такси, мне дала мама. Я даже не знал, что она у неё была. А ты сказала, что потратила последнюю драхму, чтобы оплатить мой проезд... значит, у тебя их было две. — Он помолчал. — Весь этот год... почему без связи?
— Вот я сейчас и пытаюсь... — тихо сказала я.
— Эм... ладно. Слушай... дай мне пару минут.
— Не парься. Просто поспи.
Я ушла.
Сначала я пошла к дереву Талии. Заодно зашла к дриадам. В голове был бардак. Полный бардак. Каждый день головная боль только прибавлялась от этих мыслей.
Сейчас я с фонарём шла к Талии. Подсвечивая рану, я видела ужасную картину. Чёрная слизь текла по коре, разъедая её. Кора вокруг раны почернела и начала отслаиваться.
— Я знаю, тебе больно, — прошептала я. — Но ты меня всё ещё слышишь? Я просто спрашиваю... Ведь даже до того, как у меня появились друзья, с тобой одной я могла говорить по душам.
Я провела рукой по коре. Она была холодной.
— Я всё исправлю, — сказала я. — Мне просто нужно понять, как. Пожалуйста... скажи, как.
Мои глаза были на мокром месте. Слёзы катились по щекам, и я не вытирала их.
Я сидела под деревом. Ночь. Тишина. Только ветер шевелил ветки, и редкие звёзды мерцали сквозь крону.
И снова мне снились кошмары. Про Гровера. Про то, как его утаскивает под воду морское чудовище. И что-то ещё... Я шла по темноте, и вдруг увидела воспоминание. Тот день. Авария. Машина, летящая в скалу. Тётя, застывшая на сиденье. Но в этом сне тётя была мертва. Её глаза были открыты и смотрели в никуда. Её руки безжизненно свисали. Я пыталась до неё дотянуться, но меня отбрасывало назад.
Я проснулась резко, в холодном поту. Тяжело дышала.
Голова гудела. Посмотрела на часы — прошло меньше сорока минут.
— Черт.
Я сфокусировала взгляд и увидела, как ко мне идёт силуэт. Перси. Он шёл медленно, осторожно, ступая по траве.
Он сел на корточки рядом со мной. Его глаза блестели в темноте.
— Я знаю, как спасти лагерь, — сказал он.
Я смотрела на него. В его глазах горел огонь. Я ждала. Сердце колотилось. Ветер стих. Даже деревья замерли в ожидании.