Глава 27. Нападение. Конец.
Это случилось в Хэллоуин 1981 года. Маленький домик в Годриковой впадине, дрожал под напором ледяного ветра. Внутри было тепло и уютно: Питер кружил по гостиной, держа на руках маленькую черноволосую Микаэлу. Девочка заливисто смеялась, не подозревая, что это ее последние минуты беззаботного детства. Алана, сидя в кресле, с улыбкой наблюдала за ними, чувствуя смутную тревогу, которую старалась отогнать.
Они знали, что опасность близко, но верили в защиту, что давала им магия. Они ошибались.
Дверь не взломали — ее просто выбило из проема ослепительной вспышкой. На пороге стояла Тьма, облаченная в черную мантию. Фигура, от которой веяло могильным холодом.
Питер среагировал мгновенно. Он сунул дочь в руки Алане и крикнул:
— Алана, бери Микаэлу и беги! Я задержу его!
Он знал, что говорит это зря. Его жена никогда бы не бросила его, но он должен был попытаться. Главным было выиграть им несколько секунд.
Питер бросился в коридор, преграждая путь врагу. Он был великолепным волшебником, храбрым и дерзким до самого конца. Но в руке у него не было палочки — он оставил ее в гостиной в глупой, самонадеянной уверенности, что сегодня ничего не случится.
— Выдай мне место нахождение Поттеров. Ты же их хранитель тайны. Тогда я не трону твою семью, - шипел холодный голос Тёмного Лорда.
- Нет! - выкрикнул Питер, - Я не скажу где они! Они мои друзья! Они мои семья!
— Тогда, прочь с дороги, глупец, — прошипел холодный голос.
— Только через мой труп, — выдохнул Питер, раскинув руки.
Он стоял безоружный против самой смерти. Волан-де-Морт поднял палочку. Зеленая вспышка озарила стены прихожей безжалостным светом. Питер даже не успел закричать. Он рухнул на пол, так и не добежав до врага нескольких шагов, с храброй улыбкой, застывшей на лице. Его последней мыслью была надежда, что Алана успела скрыться.
Услышав грохот падения тела, Алана поняла: всё кончено. Она взбежала по лестнице на второй этаж, прижимая к себе плачущую Микаэлу. В детской было тихо, лишь гудел ночник-игрушка. Алана захлопнула дверь и задвинула засов, прекрасно понимая, что это не остановит убийцу.
Она поставила дочь в кроватку. Микаэла смотрела на мать своими яркими карыми глазами, не понимая, почему мама плачет.
— Микаэла, мама тебя очень любит, — прошептала Алана, гладя девочку по голове. — Папа тебя очень любит. Будь сильной.
Дверь детской разлетелась в щепки. На пороге стоял он. Алана закрыла собой кроватку, раскинув руки в стороны, живым щитом между злом и своим ребенком.
— Отойди, глупая женщина, — произнес беспощадный голос. — Мне теперь нужна только твоя девчонка. Отойди, и я сохраню тебе жизнь.
— Нет, — твердо сказала Алана. — Пожалуйста, не ее! Убей меня вместо нее, умоляю!
Ее мольба была самым древним и сильным заклинанием — жертвой любви. Она не просила о пощаде для себя, она предлагала свою жизнь в обмен на жизнь дочери. Но Волан-де-Морт был глух к такой магии. Он видел в этом лишь слабость.
— Какая трогательная глупость, — усмехнулся он.
Зеленый луч ударил Алану в грудь. Она упала на колени, перед глазами всё поплыло, а затем навсегда погасло. Она умерла так же, как и жила: любя и защищая.
Теперь между Волан-де-Мортом и Микаэлой не стояло никого. Он направил палочку на девочку, чувствуя эйфорию победы. Пророчество должно было свершиться. Он произнес роковые слова: «Авада Кедавра!»
Но то, ради чего умирали Питер и Алана, окутало их дочь невидимой, древней защитой. Зеленый луч ударил в Микаэлу, но столкнулся с незримым щитом жертвенной любви. Заклинание отрикошетило. Душа убийцы, разорванная на части, не смогла удержаться в теле, и Волан-де-Морт исчез, оставив посреди руин лишь плачущего ребенка со свежим шрамом в виде молнии на лбу.
Питер и Алана ушли, совершив главное: их смерть стала ценой за жизнь дочери и началом конца Тьмы.
***********************
Сегодня все ребята собирались идти к семье Петтигрю. Но их ударила больная новость. Пришло письмо от мракоборцев, которые тогда патрулировали Годриковую впадину, именно на той части улицы, где живут Алана и Питер. Первыми получили письмо - семья Блэк, так как они самые близки были для ребят.
Содержимое письма было таким:
"Здраствуйте, дорогая семья Блэк.
Вам пишут мракоборцы, которые патрулировали район, где жили ваши близкие друзья Питер, Алана Петтигрю. И их маленька доченька - Микаэла Петтигрю.
Ваших друзей убили. И это сделал Тёмный Лорд. Так как мы нашли остаток его мантии, и его палочку. Которая лежала около кроватки маленькой Микаэлы. Со всей семьи, живой осталась только она.
Примите наши соболезнования. Нам правда жаль что так случилось, что мы его упустили, и не смогли помочь вашим друзьям выжить.
Мракоборцы - Элан и Финн."
*****************************************
Амелия сидела на краю кровати, прижимая письмо дрожащими пальцами. Ей казалось, что буквы расплываются перед глазами, но на самом деле это просто слезы текли не переставая. Она перечитывала строки снова и снова, надеясь, что ошиблась. Что это какая-то чудовищная шутка. Но сухой язык официального извещения не оставлял места для надежды.
Алана. Питер.
Её Алана, с которой они делили комнату в Хогвартсе, шептались до рассвета и мечтали о будущем. Её дорогой друг Питер, который всегда умел рассмешить даже в самый мрачный день. Оба мертвы.
Она всхлипнула и прижала ладонь к животу. Ребенок внутри мягко толкнулся, словно спрашивая: «Мама, что случилось?» Ей бы радоваться этому ощущению, но сейчас оно отдавалось новой волной боли. Микаэла осталась сиротой. Крошка Микаэла, которую Алана так ждала, которой так гордилась.
«Я больше никогда их не увижу, — стучало в голове у Амелии. — Никогда не обниму Алану, не услышу смех Питера. Никогда».
Она представляла, как Алана защищала свою девочку до последнего вздоха. Как Питер стоял без палочки против самой Тьмы. Это было так в их духе — храбро, безрассудно, до конца. И от этого понимания сердце разрывалось еще сильнее. Они были лучшими людьми, которых она знала. И их больше нет.
Горькие слезы катились по щекам Амелии, падая прямо на пергамент. Она не вытирала их. За окном шумел ветер, а она всё сидела, баюкая свой большой живот, и оплакивала тех, кого потеряла навсегда.