Твой выбор

Я до последнего верила, что как только двери за моей спиной закроются, а в лицо ударит прохладный весенний ветер, эмоции сразу утихнут. Глубоко вдохнув, я закрою глаза и дам себе время, чтобы осмыслить ситуацию, принять ее, а затем отпустить. Оставив прошлое в прошлом, сделаю первый шаг в новое будущее. В нем не найдется места для человека, в котором я искала спасение, но осознание этого больше не будет причинять мне боль. У меня есть прекрасные друзья, мечты, которые однажды станут реальностью, и цели, для достижения которых я приложу максимальные усилия. 

Из горла вырывается то ли смешок, то ли очередной всхлип. Хорошо, что окружающие не умеют читать чужие мысли. Они бы точно не восприняли всерьез девушку, которая строит грандиозные планы, а сама вот уже десять минут рыдает во дворе медицинского центра и то и дело оглядывается по сторонам, надеясь, что причина ее слез не решит выйти подышать свежим воздухом или что-то в этом роде.

Можно бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и как Эвелин Нортон строит воздушные замки. Снова. В глубине души мне хочется верить, что в скором времени я забуду этот унизительный разговор, вычеркну Эдриана из своей жизни и начну новую главу своей истории. Я же как-то прожила двадцать один год без него. Если бы в тот вечер меня не сбила машина, возможно, мы бы вообще никогда не встретились. Нужно просто перелистнуть эту страницу и жить дальше. Так, будто ничего этого и не было. Так, как жила до встречи с ним.

До встречи с ним… Я уже и не помню, что это была за жизнь. Может, ее не было вовсе? Так, существование, которое могло закончиться в любой момент. Без надежды. Без веры. Без любви. Без смысла.

«Как все прошло?»

Лекси пересылает мне это сообщение уже третий раз, но я снова оставляю его без ответа. Лгать, будто все хорошо, не хочется, а сказать правду, значит, подписаться на многочасовой разговор, к которому сейчас я точно не готова. Мне и так с трудом удалось успокоиться и взять себя в руки. Сочувственные взгляды, дружеские объятия или просто слова утешения – сейчас это явно не то, что мне нужно. Будет лучше, если остаток дня я проведу в одиночестве, а завтра вернусь в универ и с головой нырну в учебу. Нужно загрузить себя так, чтобы не осталось ни одной свободной минуты, а соответственно, и времени для размышлений, воспоминаний и самокопаний.

Собираюсь уже отправиться домой, но, услышав за спиной знакомый смех, останавливаюсь.  

– А самолетом управлять смогу?

Нет, мне не показалось. Этот голос я узнаю из тысячи. Интересно, он-то здесь какими судьбами?

Обернувшись, замечаю у дверей медицинского центра Джереми и невысокую девушку в синей форме. 

– А у вас есть самолет? – интересуется она, не сводя глаз с бывшего парня моей подруги.

– Нет, но теперь-то появился повод обзавестись, – он кивает на свою забинтованную кисть, и медсестра не может удержаться от смеха.

Джереми ослепительно улыбается, довольный произведенным эффектом, и приобнимает свою знакомую за талию. Девушка выглядит немногим старше Лекси. Ее аспидно-черные волосы уложены в высокую прическу, а загорелая кожа отливает на солнце всеми оттенками бронзы. Джереми что-то шепчет ей на ухо, и она, слегка толкнув его в бок, скрывается за дверями больницы.

Опускаю голову и быстрым шагом направляюсь в сторону парковки, надеясь, что Джереми меня не заметил. Я собиралась подождать такси здесь, но, пожалуй, это не лучшая идея.

– Эвелин!

Вот черт!

Сделав глубокий вдох, пару раз провожу пальцами по щекам и, убедившись, что влажные дорожки давно высохли, оборачиваюсь.

– Джерри? – я несколько раз хлопаю глазами, делая вид, будто удивлена встрече, а затем растягиваю губы в самой непринужденной улыбке из своего арсенала. – Рада тебя видеть!

– Какими судьбами? – любопытствует он, направляясь ко мне.

Делаю шаг навстречу, но внезапно Джереми останавливается и, вглядевшись в мое лицо, хмурится.

– Ты плакала?

– Что? Нет, конечно. С чего бы мне плакать? – тараторю я, а сама тем временем проклинаю свои наверняка покрасневшие глаза. Ладно хоть не накрасилась с утра. Размазанная по щекам тушь – определенно не лучшая деталь для человека, убеждающего окружающих в том, что у него все в порядке.

– Мне-то хоть не лги, – бросает Джерри и кладет руку мне на плечо. – Что случилось?

– Не бери в голову, я просто…

– Снова проблемы со сном, да? – продолжает допытываться парень. – Совсем тебя эти приступы извели.

– Ты прав, – соглашаюсь я, мысленно благодаря Джерри за то, что тот сам нашел ответ на свой вопрос и тем самым избавил меня от необходимости придумывать объяснение.

– Не отчаивайся, я уверен, в скором времени от твоей болезни найдут лекарство. Двадцать первый век, как-никак, – в его голосе проскальзывают нотки сомнения, но взгляд наполнен искренним сочувствием.

Я заставляю себя улыбнуться, хотя в глубине души понимаю: Джереми и сам не верит в то, что говорит. Он просто пытается меня поддержать. 

Пару месяцев назад осознание безнадежности своего положения вызвало бы у меня отчаяние и подавленность, но в последнее время заболевание стало не единственной моей проблемой. Как бы далеко ни шагнула медицина, вряд ли однажды появится препарат, избавляющий от вещих снов, таинственных видений и последовавших за ними загадочных смертей.

Джереми винил себя в смерти Марка, слышал о самоубийстве Дэгни и был в шоке, получив известие о гибели Уолтера. Однако он не знал одного: детали этих событий были известны мне до того, как они произошли, а двое человек из трех до сих пор были бы живы, не реши я вмешаться в планы злодейки по имени Смерть. Наивная Эвелин верила, что сможет переиграть ее, обмануть и в итоге выйти победителем из этой битвы. Наивная Эвелин проиграла.

Я не рассказывала Джереми о том, с чем столкнулась, и вряд ли решусь рассказать теперь. Шанс, что он поверит мне, минимален. Да и кто бы поверил в подобный бред, который не подкреплен ни логическими объяснениями, ни весомыми доказательствами?

Он… Он поверил…

Я поднимаю голову и некоторое время молча скольжу взглядом по окнам медицинского центра. С нашей последней встречи прошло от силы пятнадцать минут, а я уже ощущаю такое опустошение, словно мы не виделись целую вечность.

– Ну, почти, – вырывает меня из размышлений голос Джереми.

– Что «почти»? – спрашиваю я, осознав, что последние полминуты совершенно не слушала, о чем он говорил.

– Почти выпросил номерок у той симпатичной медсестрички, – с улыбкой повторяет Джереми. – Знал бы, что здесь работают такие красотки, раньше бы руку сломал.

– Так это правда? А я думала, ты специально нацепил эту липовую повязку, чтобы заявиться сюда и клеить медсестер, – усмехнувшись, подначиваю я.

– Не в этот раз. Но за лайфхак спасибо, – подмигивает парень.

– Я тебе этого не говорила, – предупреждаю я, и мы оба смеемся.

– Если повезет, ты увидишь меня на выпускном с этой красоткой, – заявляет Джереми с такой широкой улыбкой, словно девушка уже согласилась составить ему компанию.

– Если к этому моменту ты не сломаешь еще и ногу, – посмеиваюсь я, за что сразу же получаю щелбан.

Зашипев, бросаю на Джереми неодобрительный взгляд.

– Не надейся, Нортон, – спрятав одну руку в карман, парень расправляет плечи. – Я намерен затмить тебя и твоего спутника на этом вечере. Кстати, уже решила, с кем пойдешь?

Отрицательно мотаю головой.

– Я сомневаюсь, что вообще туда пойду.

– В смысле? – удивляется Джереми. – Это же, черт возьми, выпускной!

– И?

– Мечта каждой девчонки, нет?

– Нет, любитель стереотипов. Есть девушки, которым все равно на подобные мероприятия.

– Все у тебя не как у людей, – закатывает глаза Джереми. – Даже я жду не дождусь выпускного, а я, между прочим, не девчонка.

– Кто тебя знает… – многозначительно протягиваю я и не могу удержаться от смеха, когда Джерри вопросительно выгибает бровь.

– Предупрежу парней с курса, чтобы не вздумали приглашать тебя. Шанс остаться осмеянным увеличивается в разы, – ворчит он, но я спешу его успокоить:

– Не утруждай себя. Меня и так никто не приглашал и вряд ли собирался.

– Не говори мне, что не хочешь идти на выпускной только из-за того, что у тебя нет пары.

Если честно, до этого момента я вовсе не рассматривала данное обстоятельство как причину. Однако Джереми лучше думать иначе.

– Отчасти.

– Эта проблема решается за минуту, – фыркает парень. – Ты прямо сейчас можешь подойти к любому мужику на улице и пригласить его, и девять из десяти согласятся.

– Звучит как социальный эксперимент, – замечаю я.

– Звучит как правда. Вон, выбирай любого, – он проводит рукой по воздуху, демонстрируя мне потенциальных спутников, но сразу же замолкает.

В паре ярдов от нас проносится на самокате мальчишка лет восьми. Действительно, чем не жених? Впрочем, не стоит спешить. Нужно ведь рассмотреть все варианты. 

– Кого из тех милых мужчин ты бы выбрал на моем месте? – я киваю в сторону двух старичков, беседующих у ворот больницы. Один из них без конца о чем-то переспрашивает второго, а другой, судя по обрывкам фраз, жалуется на повышение цен на медицинские услуги.

– Первого, – без раздумий отвечает Джереми. – Второй будет ворчать весь вечер, если ты вдруг наступишь ему на ногу во время танца.

Я толкаю его локтем в бок.

– Вообще-то я отлично танцую.

– Верю, – прижав ладонь к сердцу, отвечает Джереми. – Но у того деда все равно потом поинтересуюсь.

Я смеюсь так, как не смеялась уже очень давно. У Джерри всегда было отличное чувство юмора, но сегодня он в ударе, как никогда. Пожалуй, мне стоит занести его номер в «быстрый набор». Безвыходная ситуация, плохое настроение или неудачный день – просто позвони Джереми и получи свою дозу эндорфинов.

– Может вам, мужчинам, и не привыкать искать себе спутницу на одну ночь, но у девушек все не так просто, – отсмеявшись, говорю я. – Серьезно, ты хоть раз в жизни видел, чтобы кто-то искал себе парня на вечер только для того, чтобы затащить его на выпускной?

На пару секунд Джерри задумывается, а затем поджимает губы.

– Вот и я о том же, – мне в очередной раз не удается сдержать смешок.

– Значит, пригласи кого-то из знакомых, – на полном серьезе предлагает Джереми.

На ум приходит только один человек, но я сразу же гоню прочь идею позвонить или написать ему. Я и раньше размышляла над тем, как отреагирует Эдриан, если я предложу ему составить мне компанию, но даже тогда сомневалась, что он согласится. После сегодняшнего разговора мне смешно даже думать о своем предложении. Полчаса назад этот мужчина недвусмысленно дал понять, что не хочет иметь со мной ничего общего. Разве после этого стоит на что-то надеяться?

Как бы я ни старалась сконцентрироваться на разговоре, у меня ничего не выходит. Джереми продолжает что-то говорить, а я лишь киваю и отзеркаливаю его улыбку, когда тот снова начинает сыпать шутками.

Мой взгляд снова останавливается на окнах третьего этажа. С одной стороны, мне не хочется, чтобы Эдриан знал, что я до сих пор здесь. Но с другой… неизвестно, когда я снова увижу Эдриана и увижу ли вообще. Разве стоит упускать возможность взглянуть на него еще хотя бы раз?

Моя отрешенность не остается незамеченной. Если до этого Джереми не обращал внимания на то, что я периодически ухожу в себя, то теперь точно заподозрил неладное. 

– Что там? – спрашивает парень и, проследив за моим взглядом, поднимает голову, пытаясь отыскать в окнах ответ на свой вопрос.

– Ничего, – я закрываю глаза и прижимаю пальцы к переносице. Затуманенный мыслями об Эдриане разум отказывается переключаться на что-то другое, и это не на шутку пугает меня. Не знаю, что со мной происходит, но это уже смахивает на помешательство.

Еще минуту назад я вела непринужденную беседу со своим другом, смеялась над его шутками и даже не могла подумать, что так быстро потеряю контроль над ситуацией. Что бы я ни делала, о чем бы ни говорила и с кем бы ни проводила время, мысленно я находилась рядом с ним. С человеком, который окружил меня вниманием, заставил почувствовать себя нужной и подарил надежду на то, что однажды все изменится. Но единственное, что изменилось, – это он сам. Холодный, неприступный, равнодушный, отстраненный. 

«Нет, он остался собой, – подсказывает мне внутренний голос. – Просто перестал скрывать свою сущность. Он показал тебе темную сторону, а ты не смогла ее принять».

Как знать, может, Эдриан и вправду надеялся, что сможет стать лучше. Пытался измениться ради меня, но проиграл сам себе. Черт бы тебя побрал, Эдриан Тайлер Нельсон! Лучше бы ты и не пытался вовсе.

– Эвелин? – голос Джереми пробивается сквозь туман в моей голове, и я заставляю себя сосредоточиться. – Ты в норме?

– Все в порядке, – я стараюсь вернуть себе прежнюю невозмутимость, но под внимательным взглядом Джереми это оказывается намного сложнее, чем мне казалось. – Я… я просто задумалась.

– Ясно, – бросает парень. – А то я уж подумал, что ты научилась спать с открытыми глазами.

– Не волнуйся, это лишь вопрос времени, – уверяю я.

– С нетерпением буду ждать результатов, – Джерри взъерошивает свои темные кудрявые волосы, а потом, чертыхаясь, еще несколько минут пытается придать прическе человеческий вид.

Я смеюсь, наблюдая за этой картиной, но, когда за спиной Джереми открываются двери медицинского центра, снова напрягаюсь. 

Женщина лет сорока, одетая в атласный брючный костюм черного цвета, выходит на улицу, а следом за ней здание больницы покидает и ее спутник: симпатичный молодой человек, которому на вид едва ли больше двадцати.

«Интересно, это муж или сын?» – размышляю я, стараясь переключиться на посторонних людей, лишь бы не думать об Эдриане. Однако в скором времени понимаю: находясь здесь, я раз за разом буду возвращаться мыслями к нему, и решить эту проблему можно только одним способом.

– Что ж, спасибо за незапланированный сеанс психотерапии, – усмехнувшись, обращаюсь я к Джерри. – Вы, мистер Палмер, настоящий профессионал. Дам ваш номерок всем своим знакомым.

– Только сразу передай, что за «спасибо» я не работаю, – он расплывается в многозначительной улыбке и потирает пальцы, намекая на оплату.

– Ладно, так и скажу: «Благодарить его необязательно. Уходите молча».

Джерри смеется и качает головой.

– Ты сегодня в ударе, – замечает он, и я мысленно радуюсь тому, что смогла сохранить непринужденность в общении и избежала лишних расспросов. Скрыть душевные терзания за маской сарказма не всегда бывает просто, но, похоже, мне это удалось.

Обменявшись с Джереми еще парочкой фраз, собираюсь уходить, но в ту же секунду слышу:

– Эй, что за дела?

– Ухожу по-английски, как ты и просил, – пожимаю плечами я.

– Слушай, я собираюсь пойти выпить где-нибудь протеиновый коктейль, составишь компанию?

– Протеиновый коктейль? – я морщусь от одного упоминания этого напитка. Никогда не понимала страсть Джерри ко всяким полезным добавкам.

– Ага.  Уже неделю их не пил, между прочим.

– То-то ты выглядеть стал лучше, – мило улыбаюсь я, на что Джерри закатывает глаза.

– Ты записалась в клуб юмористов?

«Нет, всего лишь вышла из отношений, в которых из двух партнеров, похоже, состоял только один», – вертится у меня на языке, но вслух я отвечаю:

– Я этот клуб основала.

– Тогда предлагаю отметить это событие и пропустить по стаканчику сама знаешь чего, – широко улыбается Джереми и, прежде чем я успеваю возразить, берет меня под руку: – Идем. Глядишь, и тебя приучим к правильному питанию.

* * *

– Ладно, я сдаюсь. Это безнадежный случай, – разочарованно качает головой Джерри, наблюдая за тем, как я запиваю «Фантой» куриные крылышки. На соседней тарелке ждет своего часа бургер с мясной котлетой, и я с трудом сдерживаю смех, представляя выражение лица приятеля, когда я откушу сразу половину.

– Хватит ворчать. Лучше займи рот чем-то полезным, – говорю я, протягивая ему кусочек курицы.

– Полезным? – недоверчиво косится на меня Джереми.

– По крайней мере, вкусным.

Парень морщит нос, глядя на курицу как на личного врага, и принимается ковыряться вилкой в овощном салате.

 – Ну, как знаешь, – пожимаю плечами я, откусывая очередной кусок.

Сделав глоток протеинового коктейля, Джереми поднимает стакан.

– Вот, где настоящая польза! – заявляет он с таким воодушевлением, словно кто-то заплатил ему за рекламу этой сомнительной жидкости. – Божественный напиток!

– Который выглядит так, словно до тебя его кто-то уже выпил, но не смог удержать в себе, – бурчу я и снова запускаю руку в ведро с куриными крыльями.

– И тебе, Эвелин, приятного аппетита, – с нотками сарказма отвечает Джерри и, словно издеваясь надо мной, начинает наизусть рассказывать мне состав этого продукта.

Телефонный звонок наконец-то заставляет его замолчать. Не знаю, кто только что спас меня от этого протеинового зануды, но я при первой же возможности отблагодарю этого человека сочными крылышками и освежающей газировкой.

Вытащив из кармана смартфон, несколько секунд смотрю в экран, а затем поднимаю взгляд на Джерри. Пока я размышляю, стоит ли отвечать на звонок в его присутствии, вызов прерывается. Впрочем, моя настойчивая подруга не собирается сдаваться. Следом за первым звонком раздается второй.

– Привет, – беззаботно начинаю я. – Как дела?

– Все супер. Еду за Джерри. Слушай, не хочешь немного развеяться? У Майкла вечером намечается крутая туса в клубе. 

Подавив в себе желание закатить глаза, продолжаю слушать обещания Бритни о бесплатном алкоголе для «своих» и отсутствии дресс-кода.

– Не думаю, что это хорошая идея, – говорю я, когда Бритни наконец заканчивает рассказывать о предстоящей вечеринке с таким восторгом, словно уже побывала на ней.

Мне все еще помнится моя последняя вылазка в клуб, которая полночи сопровождалась паранойей, а завершилась очередным припадком и последующим за ним видением. Пожалуй, лучше мне сидеть в четырех стенах и не рыпаться.

– Эвелин, давай. Будет весело! – не отступает Бритни. – Теперь ты убедилась, что Майкл и Шон – нормальные ребята, а значит, можно не бояться, что нас похитят или убьют.

– Поверь, эти парни – последнее, что меня напрягает.

Помню, какую растерянность испытала, когда очнулась после своего последнего видения. Животный страх, затуманенный алкоголем разум и абсолютная дезориентация в пространстве. Время утекало сквозь пальцы, а я не могла понять, что должна сделать, чтобы спасти своего лучшего друга.

Что, если ситуация повторится? При любом раскладе мне бы хотелось иметь возможность обдумать свои дальнейшие действия в спокойной обстановке и принять разумное решение, которое…

«Которое ничего не изменит, – напоминает внутренний голос. – Вспомни про рокировку, Эвелин. Вспомни про то, что ты пообещала себе после смерти Уолтера».

Точно. Я ведь тогда решила, что больше не буду испытывать судьбу и брать на себя полномочия, которыми меня никто не наделял. В таком случае мне должно быть все равно, где и когда я столкнусь с новым видением, не так ли?

– Земля вызывает Эвелин! – раздается в трубке звонкий голос моей подруги. – Ты чего молчишь?

– Ничего. Повеселись там за меня, – бросаю я, хотя в глубине души уже не испытываю такого сильного нежелания идти в клуб.

– Но…

– Пока, – я нажимаю «отбой» и прячу телефон в карман. Наверное, это было слишком грубо, но я не уверена, что смогла бы и дальше стоять на своем, если бы Бритни продолжила убеждать меня пойти с ней. 

Моя подруга обладала потрясающей способностью добиваться своего, а я знала, что, помимо видений, есть масса причин, чтобы отказаться от похода на вечеринку. Вот только проблема в том, что под давлением Бритни вряд ли бы я смогла вспомнить хотя бы одну из них. Мне оставалось только побыстрее завершить разговор, и я не придумала ничего лучше, как сбросить вызов.

– Бритни? – интересуется Джереми и делает глоток коктейля, название которого я никогда не выговорю.

Киваю.

– Как поживает?

Сомневаюсь, что его и правда это интересует. Наверняка Джерри просто пытается поддерживать беседу.

– Не жалуется, вроде. Сегодня намечается какая-то вечеринка в клубе «Колетт». Предлагает составить ей компанию.

– Самое время ходить по клубам, – Джереми постукивает пальцами по столу, задумавшись о чем-то своем.

Я тупо смотрю на парня, не сразу понимая, к чему он клонит.

– Про Райана что-нибудь слышно? – выдержав паузу, спрашивает Джерри, и фраза, сказанная им ранее, в ту же секунду обретает смысл. 

Даже не знаю, когда последний раз вспоминала о безумном сталкере, держащем в страхе весь город. А забывать о нем точно не стоит, ведь он по-прежнему представляет опасность для Бритни. Вот только сама Бритни, похоже, не воспринимает угрозу всерьез. Интересно, смогла бы я хотя бы один день прожить так, как она проживает все: не жалея о прошлом, не испытывая страха перед будущим, не упуская ни единой возможности, которые тебе дарит настоящее?

– Райан как сквозь землю провалился, – говорю я, доставая из картонного ведерка последнее крылышко. – Последний раз слышала о нем в новостях, когда он убил таксиста. С тех пор ни слуху ни духу.

– Не нравится мне это, – лицо Джереми мрачнеет, а ладонь, лежащая на столе, инстинктивно сжимается в кулак.

– Тебе больше по душе, когда он наносит удары? – я не могу удержаться от сарказма.

– Я не об этом, – допив коктейль, Джереми вытирает уголки губ большим пальцем и продолжает: – Ты ведь понимаешь, что он не просто так залег на дно? Чем дольше Райан остается в тени, тем больше у него времени на то, чтобы спланировать очередное нападение. 

Я молчу, размышляя над его словами. Если честно, мне бы хотелось надеяться, что Райана задержали, но по каким-то причинам решили не афишировать это событие. Не исключен вариант, что Райан получил травму, или стал жертвой еще большего психопата, чем он сам. Ладно, помечтали и хватит. Версия Джереми звучит более правдоподобно.

– Как думаешь, что он задумал? – осторожно спрашиваю я, хотя в глубине души сомневаюсь, что хочу это знать.

Джерри лишь пожимает плечами.

– Без понятия. Но что-то мне подсказывает, что в результате нам всем не поздоровится.

– Нам? – переспрашиваю я. – Он ведь охотится только на Бритни.

– Я бы не был так уверен, – бросает Джерри, протыкая вилкой картофелину в своем салате.

– Думаешь, он планирует уничтожить все ее окружение?

– Если не доберется до Бритни, то вполне. Многие психопаты используют такой прием. Причиняют боль тем, кого любит объект их преследования.

– В таком случае в опасности вся ее семья, – говорю я, с трудом проглотив застрявшей в горле ком. 

– И друзья, – добавляет Джереми.

Его последние слова наталкивают меня на мысль, от которой кровь стынет в жилах. 

Если Райан и вправду решил избавиться не только от Бритни, но и от всех, кто ей дорог, значит, Стив и Уолтер тоже входили в его список. Не исключено, что инцидент на заправке – дело рук безумца, для которого человеческая жизнь не значит ровным счетом ничего. Райан сам когда-то пострадал от огня и, возможно, именно поэтому решил использовать его как орудие смерти. Это было не просто убийством, а скорее посланием, адресованным непосредственно Бритни.

«Смотри, это сделал я», – без слов сказал Райан в то утро, вот только его попытка напомнить о себе оказалась тщетной. 

Моя подруга никогда не искала подтекст, не выстраивала причинно-следственные связи, а потому вряд ли допускала мысль, что в смерти Уолтера может быть кто-то замешан. Бритни верила новостным сводкам, а они, хоть и отличались заголовками, но все без исключения сходились в одном: инцидент на заправке – всего-навсего несчастный случай, а значит, привлекать к ответственности некого.

Интересно, Джерри считает так же? Или, в отличие от своей бывшей, верит далеко не всему, что пишут и о чем говорят?

Я молча размышляю над тем, стоит ли рассказывать Джереми о видеозаписи, которую мне продемонстрировал Стив, а заодно делиться с ним своей теорией. 

Выводы, которые я сделала, кажутся вполне логичными, но истиной в последней инстанции вряд ли являются. В конце концов, у меня ведь нет стопроцентных доказательств причастности Райана. В том злополучном пожаре мог быть виноват кто угодно, а значит, стоит оставить свое мнение при себе и не вводить окружающих в заблуждение.

Затянувшаяся пауза усиливает напряжение, которое и без того окружает нас, словно невидимый купол. Нужно немедленно разрядить обстановку.

– Интересно, в какой последовательности Райан начнет избавляться от нас? – грустно усмехнувшись, я поднимаю взгляд на Джерри. – Я думаю, в алфавитном порядке, а ты?

– В первую очередь он избавится от тех, кем Бритни дорожит больше всего, – на полном серьезе отвечает парень и, поймав мой взгляд, продолжает: – Может, Бритни и не так часто это показывает, но ты много для нее  значишь, Эвелин. Больше, чем кто-либо другой. Поэтому мой тебе совет: будь осторожнее.

– Ты тоже для нее не чужой человек, – парирую я. – В конце концов, ты ее парень.

Я прикусываю язык, но поздно: сказанного не воротишь. Интересно, почему эти слова вообще сорвались с моих губ? То ли до сих пор не могу привыкнуть к тому, что Бритни и Джереми расстались, то ли в глубине души продолжаю надеяться на воссоединение некогда счастливой пары. 

– Бывший, – напоминает Джерри. – Вряд ли Бритни сильно расстроится, если со мной что-то случится, поэтому Райану нет смысла тратить на меня свое время. С тобой все иначе. Ты пока что ее лучшая подруга, а значит, он может использовать тебя как приманку.

В словах Джереми был смысл, и, наверное, любой человек на моем месте сделал бы выводы из услышанного. Однако из всего, что он сказал, меня зацепила лишь одна фраза. Возможно, ничего не значащая, но отчего-то засевшая в голове.

– «Пока что»? – переспрашиваю я.

Джерри вопросительно поднимает бровь.

– Ты сказал, что Бритни считает меня лучшей подругой, и добавил: «Пока что», – поясняю я, всматриваясь в его лицо, на котором отражается непонимание и явное замешательство. – Что ты имел в виду?

– Ничего, просто к слову пришлось.

Я наблюдаю за тем, как Джерри хаотично водит вилкой по тарелке, задумавшись о чем-то своем, и все больше убеждаюсь в том, что он не просто оговорился.

– Думаешь, когда-нибудь Бритни положит конец нашей дружбе? – продолжаю допытываться я.

– Это может сделать не только Бритни, – отвечает Джереми и отправляет в рот последний кусочек брокколи.

Отрицательно мотаю головой.

 – Нет, я никогда этого не сделаю, – уверенно заявляю я. – Может, мы и ругаемся порой, но проходит время, и я даже не могу вспомнить, из-за чего возникла ссора. Бритни – отличная подруга, и я никогда не смогу заменить ее кем-то другим.

Да, мы с Бритни совершенно не похожи, и из-за этого у нас порой бывают разногласия. Зачастую она не понимает меня, а я ее, и тем не менее мы обожаем друг друга. Бритни умеет подбодрить, всегда готова поддержать и прийти на помощь. С ней я впервые узнала, что такое настоящая дружба, и мне сложно представить, что должно произойти, чтобы я прекратила свое общение с ней.

– Всякое в жизни бывает, – отзывается Джерри и отодвигает пустую тарелку.

Либо моя паранойя вышла на новый уровень, либо Джереми случайно или намеренно уже несколько раз намекнул мне на то, что мое отношение к Бритни в скором времени может измениться. И, похоже, не в лучшую сторону.

– О чем ты? – спрашиваю я, в упор глядя на бывшего своей подруги, который ведет себя так, словно знает о ней что-то такое, чего не знаю я.

– Ни о чем, – мотает головой он и начинает выискивать кого-то за моей спиной. – Официант! Можно вас?

Пока Джерри обсуждает с подошедшим к нам темнокожим пареньком разновидности протеиновых коктейлей, я успеваю съесть свой бургер, сделать новый заказ и дождаться его.

Обхватив губами трубочку, делаю глоток колы и размышляю над тем, что именно в словах Джереми заставило меня напрячься. Может, он просто решил поразмышлять вслух или шутки ради начал говорить загадками, чтобы проверить, как я отреагирую на его слова? Странно, что мне не пришло это в голову раньше. Я ведь знаю Джерри четыре года и давно сделала вывод: если ему есть что сказать, он скажет это в глаза. 

Пожалуй, главное мое отличие от Бритни в том, что я вечно что-то додумываю и ищу подвох там, где его нет. Если бы Джереми сказал то же самое моей подруге обо мне, она бы точно не стала искать в его словах скрытый смысл. Да что там, она бы в принципе половину его слов не услышала. Уж слишком любит отвлекаться во время разговоров на просмотр ленты в соцсетях и поиск купонов на скидки в торговых центрах.

– Знаешь, иногда я даже завидую Бритни, – признаюсь я, откинувшись на спинку стула и помешивая трубочкой свой напиток.

– В плане? – непонимающе косится на меня Джерри.

Если я начну перечислять, мы будем сидеть здесь до самого закрытия. Ее стремление брать от жизни все мотивировало меня, а умение абстрагироваться от негатива и принимать решения по щелчку пальцев, не взвешивая все «за» и «против», порой пугало, но вместе с тем восхищало.

– Пока я думаю, она берет и делает. Пока я по десять раз просчитываю каждый свой шаг, опасаясь последствий, которые могут и не наступить, Бритни просто живет так, как ей нравится, и наслаждается каждым прожитым днем. 

Я замолкаю, а Джерри задумчиво потирает подбородок и, судя по выражению лица, не особо разделяет мой восторг от поступков подруги.

– Взять хотя бы ситуацию с Райаном, – выдержав паузу, продолжаю я. – Если бы меня преследовал вооруженный психопат, я бы уже с ума сошла от страха. А Бритни что делает? Продолжает вести себя так, будто ничего не происходит.

– Мне кажется, беспечность и безбашенность – далеко не те качества, которым стоит завидовать, – ровным тоном произносит Джерри. – Особенно в наше время. Особенно если на тебя ведется охота.

Он делает акцент на последнем слове, но я продолжаю настаивать на своем.

– Параноить на каждом шагу, накручивать себя по поводу и без и вздрагивать от каждого шороха – тоже неправильно. Особенно если ты знаешь, что любая вспышка эмоций может закончиться для тебя приступом внезапной отключки.

Мой сомнолог неоднократно говорил, что чем меньше я буду попадать в стрессовые ситуации, тем реже будут проявляться симптомы моего заболевания. Может, спокойствие и абстрагирование от внешних факторов и не поможет мне вылечиться, но качество жизни точно улучшится в разы. 

– Осторожность и паранойя – это разные вещи, – напоминает Джереми.

– В том-то и дело, что моя осторожность уже давно переросла в нечто большее, – отзываюсь я и, разом втянув в себя содержимое четверти стакана, едва не давлюсь газировкой. 

– Во всем важно соблюдать меру. Расслабляться порой бывает просто необходимо, это безусловно, – соглашается Джереми. – Главное, не терять голову и не пускаться во все тяжкие, как некоторые.

Проглотив напиток, щелкаю пальцами.

– Именно!

Этим я и займусь, как только вернусь домой. Послушаю классическую музыку или посмотрю какую-нибудь комедию. Приму горячую ванну или посижу на веранде, подставляя лицо ласковому солнцу и позволяя весеннему ветерку играть с прядями моих волос. Перед сном почитаю книгу или полистаю ленту в соцсетях. Главное, предварительно отписаться от всех новостных пабликов, а то новая порция стресса обеспечена.

Нужно просто расслабиться. На время отключиться от реальности, которая порой бывает слишком жестокой. Нужно научиться жить моментами, а не воспоминаниями.

«Нужно забыть его, – подсказывает мое подсознание. – Он ведь тоже теперь часть твоего прошлого».

Чем раньше я сделаю это, тем быстрее избавлюсь от лишних переживаний. До сих пор не верится: я столько времени накручивала себя, думая, что Эдриан страдает из-за наших непростых отношений, а он даже не считал, что между нами что-то есть. Я могу злиться на него, ненавидеть за то, что он предал меня, или, несмотря ни на что, продолжать любить. Однако ни одно из этих чувств не будет правильным по отношению к Эдриану. Единственное, что перестанет причинять мне боль и чего на самом деле заслуживает доктор Нельсон, – это равнодушие. Что ж, я с удовольствием отплачу ему его же монетой.

Я решаю вернуться к разговору с Джереми, чтобы больше не думать о своих неоднозначных чувствах и мужчине, который их вызывает. Расспрашиваю Джерри о спортивных достижениях, о том, что он наденет на выпускной и как проведет последнее свободное лето после окончания универа.

Время пролетает незаметно, и я едва не теряю дар речи, когда парень, бросив взгляд на экран своего смартфона, сообщает мне, что уже почти четыре.

– Заболтался я здесь с тобой, – говорит он и, вытащив из бумажника несколько купюр, кладет их на стол. – У меня тренировка через полчаса.

– А как же?.. – я озадаченно смотрю на его забинтованную руку, не представляя, как он собрался заниматься спортом с такой травмой.

– Что? Ежедневные пробежки никто не отменял.

От заявления Джереми я на пару секунд лишаюсь дара речи. Можно подумать, от того, сколько кругов он нарежет вокруг стадиона, зависит судьба человечества.

– Пощади себя, – я встаю со стула и неловко обнимаю его, стараясь не задеть пострадавшую конечность.

– Ни за что, – смеется он, по-дружески похлопывая меня по спине.

На языке вертится вопрос, который я то и дело пыталась задать во время нашей непринужденной беседы, но боялась все испортить. Боялась, что Джерри уйдет, оставив меня наедине с моими мыслями, или останется, но обстановка после моих слов станет напряженной. Даже не знаю, какой из этих вариантов хуже.

– Джерри, подожди, – окликаю я, когда парень выпускает меня из объятий. – Можно спросить кое о чем?

– Валяй, – в его глазах мелькают нотки заинтересованности.

– Ты и Бритни. Из-за чего вы расстались?

Джереми не спешит удовлетворять мое любопытство. Лишь скользит взглядом по помещению, словно размышляя над тем, стоит ли вообще отвечать на поставленный вопрос.

– Бритни порой совершает поступки, не задумываясь, как они отразятся на других людях, – начинает парень, в его карих глазах отражается смесь разочарования и с трудом подавляемого раздражения. – Я давно это заметил, однако старался не обращать внимания. Но, знаешь, любому терпению приходит конец. 

Я смотрю на Джереми, пытаясь понять, что он имеет в виду. Неужели Бритни изменяла ему? Мне сложно в это поверить. Может, моя подруга временами и бывает слишком беспечной и легкомысленной, но вряд ли Бритни способна на такую подлость.

– Ты все еще испытываешь к ней чувства? – осторожно спрашиваю я, не сумев совладать с любопытством.

– Это уже неважно, – уголки его губ слегка приподнимаются, а взгляд, блуждающий по кофейне, наконец останавливается на моем лице. – Я не хочу отношений с человеком, который не думает ни о ком, кроме себя.

– Мне жаль, что все так вышло.

– А мне – нет, – отрезает Джереми, дав понять, что не нуждается в сочувствии. – Я лишь жалею, что не сделал этого раньше.

Не похоже, чтобы парень говорил на эмоциях. Видимо, Джерри в самом деле жалеет, что потратил свое время на Бритни. Но что, черт возьми, на него нашло? Джереми не из тех, кто стал бы обижаться по пустякам или предлагать расставание из-за незначительной оплошности. Может, Бритни не так уж и невинна, как мне кажется?

Вопросов становится все больше, но я решаю не допытываться. Все равно Джереми не расскажет мне больше, чем уже рассказал, а значит, самое время остановиться.

– Увидимся, Эвелин, – кивает мне на прощание Джерри.

– Увидимся, – отзываюсь я, глядя ему вслед и размышляя над тем, что услышала. 

Бритни и Джереми и вправду были хорошей парой. Мне всегда казалось, что они идеально дополняли друг друга, могли найти выход даже из самой сложной ситуации и преодолеть любые преграды, стоявшие на пути их отношений. Что ж, видимо, всему в этой жизни приходит конец, и история их любви – не исключение.

Я выхожу из кафе, все еще прокручивая в голове расставание своих друзей, но на этот раз стараюсь мыслить позитивно.

Может, так действительно будет лучше? Судя по словам и поступкам, ни Бритни, ни Джереми от этого разрыва ничего не потеряли. В жизни моей подруги появился Майкл, от которого она без ума. Что касается Джереми, он тоже никогда не страдал от недостатка внимания. Я видела, как заглядывались на него девчонки из нашего универа, и это неудивительно. Высокий мускулистый брюнет с острыми скулами, ослепительной улыбкой и потрясающим чувством юмора был не из числа тех, кто обычно остается незамеченным. Уверена, уже на выпускном он познакомит меня со своей новой пассией. А я искренне порадуюсь за него.

Телефон начинает вибрировать в кармане, настойчиво привлекая к себе внимание. Еще не вытащив гаджет, догадываюсь, кто мне звонит. 

Я игнорировала сообщения Лекси все утро и запросто могу сделать это снова. Просто сбросить вызов и выключить телефон, пока меня не унес поток вопросов, которые ей наверняка не терпится задать. Однако в глубине души я понимаю, что поступаю неправильно. Сама ведь расстраиваюсь и обижаюсь, когда меня игнорируют. Лучше ответить сейчас, все равно рано или поздно придется это сделать.

– Доброе утро, – на автомате говорю я и только потом вспоминаю, что раннее утро уже несколько часов назад уступило свои права солнечному дню.

– Видимо, не для всех, – раздается на том конце провода. Обычно звонкий и мелодичный голос Лекси сейчас звучит обеспокоенно и несколько надломленно.

– В смысле? – напрягаюсь я.

– Встретила Эдриана в коридоре. Он чернее тучи.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Я думала, случилось что-то серьезное, а оказывается, волнение Лекси вызвано тем, что у одного эмоционально нестабильного человека просто испортилось настроение.

– Не понимаю, что тебя удивляет, – равнодушно хмыкаю я. –  По-моему, это его обычное состояние.

– Эвелин, что ты ему сказала? – с нотками осуждения спрашивает Лекси, словно априори уверена в том, что виновата во всем именно я.

– Что я́ сказала?! – мой голос срывается на крик. – Не хочешь поинтересоваться, что он наговорил мне?

– Ты же просто хотела поговорить с ним и все объяснить, – никак не унимается Лекси. – Что в итоге произошло?

– Ничего особенного. Если не считать того, что наш прекрасный доктор очень завуалированно послал меня на хрен.

– Он не мог, – возражает Лекси.

– Неужели? – с моих губ слетает истеричный смешок.

Не верится, что Лекси, не разобравшись в ситуации, просто взяла и встала на сторону Эдриана. Похоже, она недостаточно хорошо знает своего коллегу, раз считает виноватой во всех проблемах меня, а не того, кто сначала дарит другим надежду, а потом заявляет, что его неправильно поняли.

– Эвелин, если он что-то тебе и сказал, то сам наверняка уже тысячу раз пожалел о своих словах, – вздыхает Лекси. – Ты бы его видела… он очень расстроен.

– Ну так иди и утешь его! – рявкаю я, после чего нажимаю «отбой».

Меня трясет от злости и обиды, а от бессилия и уязвимости хочется разрыдаться прямо здесь, посреди оживленной улицы. Я ожидаю, что с минуты на минуту по моим щекам потекут слезы, но вместо этого начинаю смеяться. 

Прохожие бросают на меня недоуменные взгляды, но я стараюсь не обращать на них внимания. Не знаю, чем вызвано это необоснованное веселье, но контролировать его я не могу. Да и не пытаюсь, если уж на то пошло.

Господи, да что со мной происходит? То плачу без причины, то смеюсь невпопад, теперь вообще срываюсь на людей, которые мне не сделали ничего плохого. 

Эмоции утихают, и я ощущаю внезапный укол стыда за то, как обошлась с Лекси. Может, временами подруга и бывает слишком навязчивой, но такого отношения к себе явно не заслуживает. Мне остается лишь надеяться, что она не попытается выяснить причину нашей ссоры у Эдриана. В противном случае ей достанется еще и от него.

Эдриан… еще вчера от одних только мыслей о нем начинало трепетать сердце, а сегодня упоминание его имени не вызывает ничего, кроме раздражения. Хуже всего то, что я вымещаю свои обиды на него на других людях. Нужно срочно взять себя в руки, пока из-за своего поведения я не лишилась всех, кто мне дорог.

Тру ладонями лицо, надеясь рассеять туман гнева, завладевший моим разумом и управляющий мной с самого утра. Хочется окунуть голову в фонтан и стоять так до тех пор, пока не приду в себя. Вот только, как назло, поблизости ни одного фонтана. Знаю, что должна позвонить Лекси и извиниться. Однако вместо этого решаю действовать по другому сценарию.

– Еще раз привет, Бритни, – говорю я, зажимая телефон между плечом и ухом. – Твое предложение в силе?

– Эвелин Нортон, ты не перестаешь удивлять! – хохочет рыжая бестия. – Разумеется, подруга! Сегодня для тебя открыты все клубы!

– Эвелин и клубы? – доносится до меня голос Стива. – Даже не пытайся.

– Обломись, Стив, – отвечает тому Бритни. – Она уже согласилась.

– О, ты сейчас со Стивом? – мгновенно оживляюсь я. – Его тоже позови.

– Я уже.

– И он что?

На том конце провода слышится странный шум, и через секунду в трубке раздается оглушающий крик моего друга:

– Это было предложение, от которого невозможно отказаться, детка!

– Стив, черт тебя подери, верни телефон! – возмущается Бритни, после чего снова слышится какая-то возня.

Я смеюсь, продолжая слушать их словесную перепалку. Похоже, эти двое так увлеклись, что даже не сбросили вызов.

– Ладно, тогда до вечера, – говорю я в тот момент, когда Бритни в очередной раз посылает Стива к черту. – Конечно, если вы не переубиваете друг друга к тому времени.

Последнее, что я слышу перед тем, как повесить трубку, – звонкий лай щенка. 

Привыкай, приятель, мои друзья временами бывают сумасшедшими.

Расправив плечи, запрокидываю голову, подставляя лицо ласковому солнцу. На губах появляется улыбка. Ни фальшивая, ни вымученная, ни печальная, а впервые за долгое время искренняя и непринужденная. Оказывается, все, что мне было нужно, – просто поговорить с друзьями и, отбросив страхи и сомнения, выйти из зоны комфорта.

Может, наша с Бритни прошлая вылазка в клуб и обернулась настоящим кошмаром из-за моего видения, но это вовсе не означает, что ситуация повторится. Я твердо решила: игры с судьбой отныне не входят в мои планы, а значит, спасение каждого человека зависит теперь исключительно от него самого.

Что касается угрозы со стороны Райана… мне кажется, ночной клуб – последнее место на свете, куда он решит наведаться. Слишком уж высок риск оказаться пойманным. Да и потом, на входе ведь вооруженная охрана. Не сомневаюсь, что в случае чего кучка здоровенных ребят за долю секунды найдет управу на этого ненормального.

Еще одна проблема, которая может запросто испортить мою ночь – это болезнь, симптомы которой не зависят от времени суток и места моего пребывания. Да, я могу снова прибегнуть к помощи препарата и на какое-то время почувствовать себя полноценным человеком, но… Нет, никаких «но». Если это единственный способ прожить жизнь так, как хочу, я не стану отказываться от этой возможности.

Поверить не могу, как, оказывается, просто находить решение любым проблемам. Не знаю, что на меня так повлияло: встреча с Джереми, разговор с моей подругой или расставание с Эдрианом. Возможно, ничего из этого, а может, все и сразу. Как бы там ни было, это событие что-то перевернуло во мне, в моем мышлении и моих взглядах на жизнь.

Я вдруг четко осознала: бояться нечего. И беспокоиться тоже не о чем. Особенно когда ты находишься в окружении тех, кому на тебя не все равно. Сегодня ночью я как раз окажусь с такими людьми. Рядом со мной будут Бритни и Стив, а как на меня действует их присутствие, я уже поняла по телефонному разговору.

– Эта ночь будет незабываемой! – с энтузиазмом шепчу я, шагая по оживленной улице и размышляя над тем, какие коктейли попробую и под какие песни буду зажигать на танцполе. 

Не помню, когда последний раз испытывала такую острую потребность в расслаблении. Не знаю, пыталась ли когда-нибудь уйти в отрыв, столкнувшись с проблемами. Обычно я замыкалась в себе и начинала копаться в прошлом, пытаясь понять, в какой момент я свернула не туда. Сегодня ночью все будет иначе. Я найду другие способы справиться со стрессом. Как знать, может, они окажутся более действенными, чем те, что я пробовала ранее.

Завернув за угол, замечаю на противоположной стороне улицы двухэтажное здание с винтажной лестницей и яркой вывеской на входе. Светодиодная табличка с интригующей надписью «Новая ты» наталкивает меня на мысль.

Раз уж я решила выйти из зоны комфорта, поменять свое мышление и образ жизни в целом, может, не лишним будет сменить еще и имидж?

Обычно перед тем, как принять решение, я взвешиваю все «за» и «против». Обычно, но не сейчас. Порой нужно просто рискнуть, сделать шаг навстречу переменам и бросить вызов обстоятельствам и прежде всего самой себе.

Я хочу, как Бритни, руководствоваться чувствами, а не разумом. Хочу на каждом шагу находить приключения, как Стив, и не думать о том, чем закончится очередная передряга. Хочу быть кем угодно, но только не той напуганной, тревожной девочкой, которой была раньше. Однако в глубине души я понимаю: это невозможно. При всем желании я не смогу стать кем-то другим, а вот поработать над собой – запросто.

Кажется, я знаю, с чего начну и чем закончу этот день. А еще знаю, что не позволю никому и ничему испортить мне настроение и нарушить мои планы. Планы, к реализации которых я приступлю прямо сейчас.