Твой выбор

Если бы кто-то спросил меня, насколько сильно по шкале от одного до десяти я волнуюсь, мне бы не пришлось долго размышлять над ответом:

Двенадцать. И это с учетом того, что я всю дорогу практиковала дыхательные техники и пыталась отвлечь себя самыми разными способами, начиная от подсчета пешеходов на автобусной остановке и заканчивая переключением радиостанций через каждые десять секунд.

– Эвелин, это всего лишь выпускной, – доносится с соседнего сиденья невозмутимый голос отца. Похоже, мое волнение не осталось незамеченным.

– Знаю, но ничего не могу с собой поделать, – признаюсь я, с трудом подавляя желание начать наматывать локон на палец или крутить браслет, доставшийся мне от мамы.

Судя по бесстрастному выражению лица, моего отца совершенно не беспокоит ни сегодняшнее мероприятие, ни завтрашний переезд. А вот меня с самого утра одолевает тревога, по большей части из-за того, что между двумя этими событиями мне придется найти подходящий момент, чтобы рассказать о своем решении Стиву и Айрис. Не знаю, какой будет их реакция, так что лучше дождусь окончания праздника. В конце концов, мне не хочется портить им настроение. 

Перед отъездом я хотела еще раз встретиться с Лекси. Погулять, выпить кофе, а заодно поведать ей о своих планах. Однако мой внезапный порыв начать жизнь с чистого листа в новом городе наверняка вызвал бы у подруги миллион вопросов, к которым я не была готова. Поэтому я остановилась на том, что попрощаюсь с ней в сообщении, которое отправлю, вероятно, уже из здания аэропорта. Что касается остальных… думаю, им вообще необязательно сообщать эту информацию.

Вытащив телефон, проверяю время. Половина восьмого. По идее, до начала выпускного еще полно времени, но почему-то мне кажется, что я приеду последней. 

Изначально я думала, что за мной заедет Стив, после чего мы заберем Айрис и все вместе поедем праздновать окончание университета. Однако Айрис сказала, что ее подвезет мама, а потом, к моему удивлению, отец заявил, что будет рад составить мне компанию этим вечером. Увы, от предложения остаться он отказался, но мне было достаточно и того, что отец решил сам подбросить меня до ресторана. Раньше бы просто предложил вызвать такси.

Следуя указаниям навигатора, отец поворачивает направо, и уже спустя полминуты мы оказываемся на месте. Выглянув в окно, едва не теряю дар речи. Я слышала, что выпускной будет проходить в одном из лучших заведений Далласа, однако совершенно не была готова к тому, что увижу перед собой четырехэтажное великолепие, напоминающее больше императорский дворец, чем ресторан.

Белый мрамор, витиеватые кованые балконы, гигантские хрустальные люстры, проглядывающие сквозь панорамные окна, – все это вызывает у меня немой восторг и вместе с тем усиливает тревогу. Судя по всему, ресторан занимает лишь первый этаж, в то время как на других расположены номера, роскошь которых мне сложно вообразить.

Интересно, кто-нибудь из выпускников сможет позволить себе забронировать номер этой ночью, не продав при этом почку? Я имею в виду, кого-нибудь за исключением Хантера. В его случае достаточно щелкнуть пальцами, и уже спустя час ему будет принадлежать не только номер, но и весь отель.

– Ну что, Эвелин, как говорится, ни пуха ни пера, – произносит отец, возвращая меня в реальность. 

– К черту, – отвечаю я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Хорошенько повеселись, – добавляет он, заглянув мне в глаза. – Ты это заслужила.

Я киваю, мысленно давая себе обещание на один вечер отпустить все тревоги и сомнения и просто насладиться праздником. У меня останется не так уж много хороших воспоминаний об этом городе, так пусть хоть последнее оставит на душе радость, а не печаль.

– Позвони, когда решишь, что пора возвращаться, – говорит отец, который вызвался не только отвезти меня на выпускной, но и забрать с него.

– Хорошо, – отзываюсь я, вешая на плечо маленькую сумочку. – Спасибо, что подбросил.

Отец отвечает мне едва заметной улыбкой, и я не могу не улыбнуться в ответ. Отстегнув ремень безопасности, собираюсь уже выйти из машины, но внезапно оборачиваюсь, осознав, что не сказала главное.

– Эй, пап…

– Да?

– Люблю тебя.

Если бы кто-то пару месяцев назад заявил, что я произнесу эти слова, я бы вряд ли поверила. Честно говоря, даже не помню, когда говорила их последний раз. Мне казалось, что отец их недостоин, что ему плевать на меня и мои проблемы. Я винила его за слабость. За то, что между мной и чем-то другим, будь то работа, алкоголь или что-то еще, он всегда выбирал второе. Но после всего, что произошло, я поняла, что не имею права винить его. 

Сколько раз я ощущала желание заглушить боль спиртным после смерти Уолтера. Как загружала себя учебой, лишь бы не думать о том, как мне не хватает Бритни и Джереми. С каким опустошением столкнулась после признания Эдриана. Мы не виноваты, что испытываем эмоции и, порой не справляясь с ними, пытаемся переключиться на то, что отвлечет нас хотя бы на время. Намного страшнее, когда мы не испытываем ничего.

– И я люблю тебя, Эви, — отвечает отец, и впервые за много лет я замечаю в его глазах оттенок нежности. 

Таким взглядом отец смотрел на меня в детстве. Когда был жив Спенсер, я не страдала нарколепсией, а он всегда ставил своих детей превыше всего. После гибели Спенсера его отношение ко мне изменилось, и я знала почему. Отец винил меня в смерти своего сына, пусть никогда и не говорил этого вслух. 

На протяжении семи лет никто из нас так и не попытался сделать первый шаг, однако именно сейчас я осознала: у меня все еще есть шанс исправить эту ошибку. Да, отношения между нами никогда не будут такими, как до той ужасной трагедии, но, может, нам удастся вернуть хотя бы частичку прошлого?

Выбравшись из машины, делаю глубокий вдох и поправляю платье. Как ни странно, после разговора с отцом мне стало спокойнее. Надеюсь, это состояние продлится как можно дольше.

Рядом с парадным входом выстроилась вереница машин, из которых то и дело выходят нарядные выпускники. Кто-то приехал на своих автомобилях, другие же в честь такого события арендовали лимузины с личными водителями.

Обернувшись, окидываю взглядом парковку, пытаясь разглядеть среди роскошных кабриолетов, внушительных внедорожников и представительских седанов машину Стива. Ее здесь нет, а значит, мой друг либо еще не приехал, либо, не желая платить за платную парковку, оставил автомобиль в другом месте. Стив постоянно бросает свою машину где попало, и даже ситуация, когда ему потом пришлось двадцать минут бежать за эвакуатором, который буквально у него из-под носа увез его тачку на штрафстоянку, не стала для парня уроком.

У входа в отель меня встречает приветливый швейцар, одетый в безупречный черный костюм. Я называю ему имя и фамилию, и молодой человек, сверившись со списком гостей, открывает передо мной дверь, а заодно желает хорошего вечера.

Внутри оказывается еще красивее, чем снаружи. Высокие потолки, украшенные фресками, люстры исполинских размеров, которые могли бы осветить целый квартал, и бесчисленное количество картин, на пересчет которых ушла бы не одна неделя. Атмосфера богатства и роскоши ощущается в каждой детали, и мне хочется еще немного постоять в холле, чтобы полюбоваться этим великолепием. Однако молодой человек уже открывает передо мной двери ресторана, и я понимаю, что задерживаться не имеет смысла.

Стоит мне переступить порог, как у меня отвисает челюсть. Ресторан поражает своим размахом. Десятки столов, сервированных белоснежными скатертями и сверкающими приборами, занимают почти все пространство. Стены отделаны рельефными панелями, изящные линии которых уходят вверх, к лепному карнизу, украшенному тонким золотистым орнаментом. Из динамиков льется тихая музыка, создающая атмосферу торжественности и умиротворения, а в воздухе витает аромат изысканных блюд и дорогих духов.

Людей в зале намного больше, чем я могла себе представить. Почти все выпускники привели с собой друзей или возлюбленных, кто-то пришел с родителями, а некоторые, судя по количеству человек, вообще раздавали приглашения всем подряд.

Я окидываю взглядом ресторан, пытаясь отыскать кого-то из знакомых, и почти сразу замечаю Хантера. Пожалуй, сложно было бы не заметить того, кто выглядит как гребаная голливудская звезда. 

Он одет в темно-синий костюм, который идеально сидит на его атлетичной фигуре, и белую рубашку с распахнутым воротом. Песочного цвета волосы зачесаны назад и уложены настолько идеально, словно над его прической работали минимум несколько стилистов. На запястье сверкает «Ролекс», а во взгляде читается привычная уверенность и скрытая надменность.

Рядом с Хантером стоит высокая темнокожая девушка в элегантном графитовом платье с глубоким декольте и разрезом на правой стороне, доходящем до самого бедра. Я часто видела ее в компании Дэгни, а с недавних пор она стала постоянной спутницей Хантера. 

Айрис говорила, у этих двоих все серьезно, хотя, зная Хантера, я сомневаюсь в долгосрочности их отношений. То, что ему плевать на свою пассию видно даже сейчас: пока девушка что-то увлеченно рассказывает и буквально виснет на его плече, мой однокурсник медленными глотками потягивает шампанское и со скучающим выражением лица рассматривает окружающих. Судя по всему, богатенький мальчик настолько привык к пышным церемониям и грандиозным торжествам, что атмосфера этого вечера его нисколько не впечатляет.

Словно уловив мои мысли, Хантер поворачивает голову и встречается взглядом со мной. На протяжении нескольких секунд он оценивающе рассматривает мой наряд, а затем поднимает бокал в приветственном жесте. На его лице появляется фирменная улыбка, которая может означать как «мне приятно видеть тебя», так и «берегись, ты даже не представляешь, что я задумал». С учетом того, какие у нас с этим парнем отношения, рассчитывать на первое не приходится.

– Эвелин! 

Услышав знакомый голос, я оборачиваюсь и несколько раз моргаю, пытаясь понять, не подводит ли меня зрение. Нет, передо мной действительно Айрис, но ее преображение просто ошеломляет. На ней надето то самое платье персикового цвета, которое на девушке смотрится в десятки раз лучше, чем на фото. Нежный оттенок подчеркивает ее фарфоровую кожу и легкий румянец на щеках, серебристые кристаллы на поясе переливаются всеми существующими оттенками, а изящный шлейф бесшумно струится по мраморному полу, пока подруга направляется в мою сторону. Ее светло-русые волосы, обычно собранные в небрежный пучок, распущены и уложены в мягкие локоны, обрамляющие лицо. Макияж, совсем неброский, но идеально подобранный, делает глаза еще выразительнее, а губы – чувственнее. Ей не нужны вызывающие наряды и дорогие украшения, чтобы произвести впечатление. Айрис обладала естественной красотой, и ей было достаточно лишь подчеркнуть это.

– Ты только что вернулась с фотосессии или встретила фею-крестную? – широко улыбаюсь я, когда Айрис подходит ко мне.

– Ты – моя фея-крестная, – говорит подруга, заключая меня в объятия. — Эвелин, спасибо. Я не знаю, как тебя благодарить.

Пожалуй, любой другой сказал бы «спасибо» один раз, но Айрис благодарила меня при любой возможности с тех самых пор, как я вручила ей под видом чаевых недостающую сумму и убедила в том, что это платье должно принадлежать ей. Я действительно не сделала ничего особенного, но у Айрис, похоже, были свои представления на этот счет.

Удивительно: пока одни не считает зазорным принимать в подарок автомобили премиум-класса, а потом еще закатывать истерики из-за того, что у подружек машина на пару тысяч долларов дороже, другие чувствуют себя в долгу за обычное платье. Пожалуй, я никогда не перестану удивляться тому, насколько сильно у разных людей может отличаться представление о ценности вещей и значимости поступков.

– Перестань, Айрис, – отвечаю я, когда та отстраняется. – Ты уже отблагодарила меня на десять лет вперед.

Скромно улыбнувшись, Айрис еще несколько раз бормочет слова благодарности, а затем принимается восхищенно рассказывать о блюдах и программе на вечер. Я опоздала на полчаса, и девушка посчитала, что должна оповестить меня о каждой минуте, которую я пропустила.

– Наш столик возле окна, – сообщает Айрис, взяв меня за руку и увлекая за собой. – Все уже собрались, не хватает только тебя.

Я собираюсь спросить, кого она имеет в виду под словом «все», но получаю ответ на свой вопрос раньше, чем он успевает сорваться с губ.

Если бы в университете, как в школе, выбирали короля и королеву бала, то этих званий без сомнения удостоились бы Бритни и Майкл. И плевать, что Майкл даже не наш выпускник. С учетом того, как он выглядит, ему бы точно сделали скидку на это обстоятельство.

Ослепительно-белый костюм-тройка, черная рубашка и улыбка победителя, которой он то и дело одаривает свою спутницу и еще одного парня из их компании. В отличие от Майкла и Бритни, он сидит спиной ко мне, поэтому остается лишь догадываться, кто это и почему Майкл общается с ним так, словно они знакомы сто лет. 

Бритни буквально светится от счастья, и это неудивительно. Она ждала выпускного с первого дня, как поступила в университет, а потому сейчас сияет ярче софитов. На ней белоснежное приталенное платье от «Прада», которое Бритни купила еще весной и с тех пор считала дни до того момента, когда сможет продемонстрировать его окружающим. Огненно-рыжие локоны уложены в высокую прическу, а бриллиантовое колье на шее ослепительно сверкает в свете люстр. И без того идеальный образ дополняет безупречный макияж: густо накрашенные ресницы, помада цвета спелой вишни и выразительные стрелки, делающие взгляд девушки еще более завораживающим. Бритни выглядит как воплощение мечты и, судя по торжествующему блеску в глазах, прекрасно это осознает.

– Эвелин! – заметив меня, Майкл встает из-за стола и с широкой улыбкой подходит ко мне. – Рад тебя видеть.

– Привет, Майкл, – я хлопаю его по спине, когда парень заключает меня в объятия. – Это взаимно.

Похоже, Майкл не в курсе нашей с Бритни ссоры. В противном случае я уверена, что Бритни рассказала бы своему бойфренду, какая я ужасная подруга, и сейчас тот вряд ли бы встречал меня объятиями и улыбками.

– Выглядишь охренительно, – замечает Майкл, кивая на мое платье.

– Мы все сегодня не промах, – подмигиваю я, после чего перевожу взгляд на Бритни.

В отличие от своего парня, Бритни не разделяет радость от встречи со мной. Она одаривает меня улыбкой, но за годы дружбы я изучила все их разновидности, и та, которую она посылает мне сейчас, обычно адресуется тем, кого Бритни видеть не рада.

Сомневаюсь, что она вообще рассчитывала встретить меня здесь, с учетом того, сколько раз я говорила ей, что не пойду на выпускной. Бритни пыталась переубедить меня, но я ни в какую не соглашалась. А вот Стив не прилагал особых усилий, и тем не менее ему это удалось. 

Кстати, о Стиве…

Я наконец сосредотачиваю внимание на парне, который до этого момента сидел спиной ко мне. Сейчас он смотрит прямо на меня, но это не отменяет того факта, что я по-прежнему с трудом узнаю его. Вернее, его прежнего.

Обычно взъерошенные светлые волосы сегодня зачесаны назад, открывая высокий лоб и подчеркивая острые скулы. Черный, идеально скроенный костюм сидит на нем как влитой, а белая рубашка и темно-синий галстук с едва заметным серебристым узором завершают и без того эффектный образ. Лишь озорной блеск в глазах и мальчишеская улыбка на губах выдают в нем того, в ком я привыкла видеть веселого, временами безбашенного и чертовски непредсказуемого парня, но никак не джентльмена из высшего общества.

– Обалдеть, – выдыхаю я, не в силах отвести от него взгляд.

Стив ухмыляется, довольный произведенным эффектом.

– Знаю-знаю. Ты тоже ничего, детка.

Поднявшись со своего места, он подходит ко мне и заключает в крепкие объятия. От него пахнет чем-то дорогим и совершенно незнакомым, и этот запах окончательно выбивает меня из колеи.

Куда подевался тот парень, который еще несколько дней назад гулял со мной по городу в потертых джинсах и футболке с логотипом любимой рок-группы, открывал зубами бутылку пива и рассказывал пошлые анекдоты? Сейчас он чистое воплощение элегантности и безупречного вкуса.

– Что ты сделал с волосами? – любопытствую я, когда Стив отстраняется. Это далеко не единственный вопрос, который меня интересует, но все же я решаю начать именно с него.

Мой друг лишь разводит руками.

– Причесался.

Майкл смеется над его шуткой и возвращается за столик, занимая место рядом с Бритни. Мы со Стивом садимся напротив них, а Айрис устраивается сбоку. Каждый стол рассчитан на шесть человек, однако мне кажется, что к нам больше никто не присоединится.

– Жаль, что ты опоздала, – говорит мне Майкл. – Мы тут устроили себе что-то вроде экскурсии по отелю. Было весело.

– Здесь так красиво, – улыбается Айрис. – Никогда не видела такой роскоши.

– Одна эта люстра стоит целое состояние, – подключается Стив, указывая пальцем на потолок, с которого свисает настоящий шедевр из хрусталя. – Если ее спилить и продать, можно года три нигде не работать и при этом жить на широкую ногу.

Разумеется, куда же без его вечных авантюр? Вот теперь я точно узнаю своего друга.

– Заманчивое предложение, – посмеиваюсь я, представляя, как Стив орудует пилой под потолком. – Но, думаю, владельцы отеля будут не в восторге от твоей идеи.

Усмехнувшись, Стив равнодушно пожимает плечами, как бы говоря «переживут».

– Черт, – ругается Майкл, рассматривая обстановку ресторана. – Если бы мой клуб был хоть наполовину похож на это место, от посетителей бы отбоя не было.

– Ой, да ладно тебе, – спешит вмешаться Бритни. – У тебя шикарный клуб. Поверь, милый, мне есть, с чем сравнивать.

Тут не поспоришь. Я сомневаюсь, что в Далласе остался хотя бы один клуб, в котором не побывала Бритни. Кажется, за свою студенческую жизнь она успела попробовать все существующие в мире коктейли, мастерски освоить самые сложные танцевальные элементы и лично познакомиться со всеми барменами, диджеями и даже охранниками. Эта девушка стала завсегдатаем развлекательных заведений, а потому для сравнения у нее действительно есть масса вариантов.

– И все же сейчас клуб переживает не лучшие времена, – признается Майкл, скользя пальцами по ножке бокала. – Шон хоть и был придурком, но со своими обязанностями справлялся неплохо. Теперь все приходится тянуть одному.

От удивления я приподнимаю бровь.

– Ты уволил Шона?

– По идее, он уволился сам, – сообщает Майкл, делая глоток шампанского. – Но, скажем так, я не оставил ему выбора.

Я непонимающе смотрю на бойфренда Бритни, и тот поясняет:

– Я поставил Шону условие: либо он увольняется по собственному желанию, либо его отец узнает о его пристрастии к наркотикам.

– А ты суровый, – посмеивается Бритни, соблазнительно кусая помидорку.

– Серьезно, я устал закрывать глаза на его проделки. Шон постоянно творил херню, но тот последний инцидент в клубе – это слишком даже для него, – отрезает Майкл, после чего обращается к Стиву: – А ты, чувак, еще раз извини. Хреново получилось.

– Забей, – отмахивается Стив. – Ты не в ответе за этого придурка.

Майкл протягивает руку через стол, и Стив охотно пожимает ее. Я молча наблюдаю за парнями и лишний раз убеждаюсь в том, насколько обманчивым бывает первое впечатление. 

Когда я впервые встретила Майкла, мне показалось, что он такой же придурок, как и его дружок Шон. После инцидента в клубе я ожидала, что Майкл выставит виноватым Стива, лишь бы помочь своему другу избежать неприятностей. Но нет, этот парень не только не стал выгораживать Шона, но и взял на себя ответственность за то, к чему вообще не имел никакого отношения. Справедливость оказалась для него важнее дружбы с человеком, который перешел границы дозволенного.

– Что случилось в клубе? – шепотом спрашивает Айрис, наклонившись ко мне, и я вдруг осознаю, что она единственная в нашей компании, кто не имеет ни малейшего представления о том, что произошло.

– Долгая история, – лаконично отвечаю я, не желая заново переживать ту безумную ночь. – Потом как-нибудь расскажу.

Айрис кивает и наливает себе минералки, а я тем временем наблюдаю за тем, как Бритни кормит Майкла помидорами черри.

– Все-таки ты молодец, что уволил его, – говорит она и хихикает, когда тот кусает ее за палец. – От Шона одни только проблемы.

– Это да, но теперь у нас нет управляющего, а один я не справляюсь, – объясняет он своей девушке, на что Бритни лишь пожимает плечами. – Слушай, я не понимаю, почему ты не хочешь попробовать.

Бритни закатывает глаза. Судя по всему, это не первый их разговор на данную тему.

– Мы это уже обсуждали, – с натянутой улыбкой говорит она, но ее парня такой аргумент не убеждает.

– Почему нет? – не отступает Майкл. – Ты ведь все равно пока не нашла работу по специальности. А на первое время это отличный вариант. Тем более, что ты знаешь клуб как свои пять пальцев. Зарплата достойная, да и потом, мы могли бы проводить еще больше времени вместе.

– Мы и так проводим много времени вместе, – хихикает Бритни, заправляя за ухо выбившийся локон. – Ты же должен хотя бы иногда скучать по мне.

Усмехнувшись, Майкл поднимает руки, показывая, что услышал ее и не намерен спорить дальше. Вот только сомневаюсь, что парень Бритни в курсе настоящей причины, по которой его возлюбленная отказывается от предложения.

Видимо, Бритни не оставила свою идею о переезде в Нью-Йорк, но до сих пор не сообщила об этом Майклу. Знаю, что это непросто, ведь сейчас я нахожусь в похожей ситуации. Утром мне предстоит рассказать Айрис и Стиву о переезде в Хьюстон, а уже спустя несколько часов отправиться навстречу новой жизни. И все же есть большая разница между дружбой и отношениями.

Я знаю, что, если каждый из нас захочет сохранить общение, расстояние не станет преградой. В случае с Бритни и Майклом дела обстоят иначе. Отношения на расстоянии – серьезное испытание, а Бритни вместо того, чтобы обсудить их будущее с Майклом, предпочитает скрывать свои планы. 

Ее не волнует его мнение, не интересует взгляд на сложившуюся ситуацию и вряд ли беспокоят чувства. Бритни, как всегда, выбирает себя и собственный комфорт. Все остальное не имеет значения.

Внезапно я задаюсь вопросом, как бы поступила, оказавшись на ее месте? Если бы передо мной стоял выбор: отправиться в неизвестность, следуя за мечтой, или остаться рядом с любимым человеком, пожертвовав возможностями, но при этом сохранив любовь. Мне не требуется много времени, чтобы ответить на этот вопрос, ведь я и так знаю, что отказалась бы от идеи начать жизнь с чистого листа, если бы в моей прежней жизни был кто-то, стоящий того, чтобы рискнуть всем. Человек, потерю которого не компенсировали бы никакие приобретения на новом месте. Тот, чье присутствие наполняло жизнь смыслом и чья любовь стоила дороже любых ценностей в этом мире. 

Я могу размышлять над этим очень долго, однако факт остается фактом: билет куплен, чемоданы собраны, а сомнения в том, правильно ли я поступаю, отсутствуют. Почему? Потому что, в отличие от Бритни, мне не приходится выбирать. Не приходится жертвовать чем-то ради любви, ведь в моей жизни нет человека, к которому я бы испытывала это чувство.

Больше нет… 

Я снова вспоминаю о том, кто еще совсем недавно был смыслом моей жизни. Моим якорем в бушующем море перемен и незаменимым компасом, без которого я не представляла свой путь. Он был для меня всем, но теперь это в прошлом. Отныне каждый из нас пойдет своей дорогой: я попытаюсь начать жизнь с чистого листа, а Эдриан будет расплачиваться за содеянное. 

Справедливо ли это? Да. Правильно ли он поступает, решаясь признать свою вину и ответить за то, что сделал? Безусловно. Смогу ли я когда-нибудь простить его? Время покажет. Я действительно хочу сделать это, но знаю, что не должна. Не после того, что он сделал с Уолтером.

Больше всего на свете я ненавидела несправедливость. Всегда считала, что человек, причинивший боль другим, должен страдать сам. Но почему сейчас мне так больно от осознания того, что ждет Эдриана впереди? Почему мысль о том, что десятый день на исходе и уже завтра его жизнь превратится в ад, выворачивает душу наизнанку?

Я вспоминаю его лицо в ту ночь, когда он рассказал мне о том, что сделал. Эдриан был сломлен, но не от осознания того, какое будущее его ждет. Он страдал из-за чувства вины. Из-за того, что убил Уолтера, разрушил жизни тех, кому этот парень был дорог, и причинил мне боль. Боль, которая никогда не утихнет.

Помню, как, стоя под дождем и захлебываясь слезами, сказала Эдриану три страшных слова. «Я ненавижу тебя». Тогда мне казалось, что они идут от души, но нет. В этих словах были гнев, обида и боль, но не было правды. Несмотря ни на что, у меня нет ненависти к Эдриану, вот только и любви тоже больше нет. Осталась лишь пустота, которая разъедает душу и которую мне по-прежнему ничем не удалось заполнить. Не знаю, удастся ли однажды. Это покажет только время.

Чья-то теплая ладонь касается моей руки, и я вздрагиваю от неожиданности.

– Все в порядке? – участливо спрашивает Айрис, очевидно, заметив резкую перемену моего настроения.

– Все хорошо, – уверяю я, слегка сжимая ее пальцы. – Просто задумалась.

Айрис слегка улыбается, и я не могу удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ. Каким-то образом эта девушка всегда утешает меня, даже не зная причин моей грусти. Она не лезет в душу с расспросами и не дает непрошенные советы. Айрис просто оказывается рядом в нужный момент и одним своим присутствием вытягивает меня из бездны, в которую я продолжаю падать, отчаянно цепляясь за прошлое.

Наше взаимодействие не ускользает от внимания Бритни. Бывшая подруга внимательно наблюдает за нами, но моментально отводит взгляд, как только я замечаю это. Скривив губы, Бритни берет бокал, который успел наполнить ей Майкл, и демонстративно отворачивается, делая вид, будто разглядывает хрустальные подвески на люстре.

И что, черт возьми, это было? Бритни переживает из-за того, что наша дружба распалась, или просто ревнует к Айрис, занявшей ее место рядом со мной? 

Если честно, мне все равно. После всего, что произошло между нами, я больше не воспринимаю Бритни как близкого человека. Наши пути разошлись, и, наверное, так будет лучше для обеих.

Я солгу, если скажу, что не скучаю по нашей дружбе. Да, порой мне не хватает посиделок до утра, разговоров обо всем на свете и того бешеного энтузиазма, которым Бритни всегда заражала меня. При желании я могла бы простить ее, вот только где гарантия, что подобного не повторится? Даже осознав, что ситуация вышла из-под контроля и привела к страшным последствиям, Бритни не признала свою вину. Джереми, которого девушка втянула в свою авантюру, и то переживал больше, когда увидел масштаб последствий. Что касается Бритни… ей было все равно. 

Дэгни мертва? Заслужила. Неприятности сыпятся на меня, как из рога изобилия? Ничего, разрешатся. Джереми пытается достучаться до ее совести и, не достучавшись, предлагает расстаться? Плевать, вокруг полно других парней.

Такого отношения к жизни и к окружающим людям я не могу понять. Да и не хочу. Бритни сделала свой выбор и, судя по всему, ни разу о нем не пожалела. Что ж, это ее жизнь, и я больше не хочу быть ее частью.

Официант подает шашлык из цыпленка с брусничным соусом, и я решаю сосредоточиться на еде, отбросив угнетающие мысли как можно дальше. В конце концов, это мой выпускной, и я пришла сюда, чтобы повеселиться, а заодно насладиться вкусной едой и приятной компанией. Может, даже позволю себе немного выпить, чтобы расслабиться. Знаю, что смешивать «Модафинил» с алкоголем – не лучшая идея, однако прийти на праздник и пить весь вечер сок – тоже не слишком уж привлекательная перспектива.

За столом царит оживленная атмосфера: Стив и Майкл громко обсуждают гонки, Бритни записывает истории для соцсетей и фотографирует буквально все, начиная от своего лица и заканчивая блюдами на столе, а Айрис разговаривает с мамой по телефону, намеренно понижая голос, чтобы не привлекать к себе внимания.

– Да, мам, все хорошо, – говорит девушка, зажав телефон между плечом и ухом. – Не волнуйся, со мной друзей. Нет, я не буду много пить, обещаю. И я тебя люблю. Пока.

Закончив разговор, Айрис кладет телефон на стол и, заметив мой взгляд, смущенно улыбается.

– Мама всегда переживает, – тихо говорит она, закусывая нижнюю губу. – Наверное, боится, что я попаду в какие-нибудь неприятности.

Я отвечаю ей улыбкой и невольно задумываюсь над тем, каково это – расти с матерью. Я видела свою маму лишь на фотографиях, бережно хранимых отцом. Он старался говорить о ней как можно меньше, опасаясь, что это причинит мне боль. Но я чувствовала, что больнее было бы вообще ничего не знать о женщине, подарившей мне жизнь. В детстве я часто фантазировала о том, какой она была, придумывала истории о ее нежной заботе и добрых советах. Но реальность такова, что я почти ничего о ней не знаю. И, к сожалению, не узнаю уже никогда.

– Дьявол! – громкое ругательство Майкла заставляет каждого за столом повернуть голову в его сторону.

Бокал вина, который пытался наполнить парень, опрокинулся, и теперь на белом пиджаке Майкла красуется багровое пятно.

– Ох, Майкл, – отложив телефон, Бритни хватает салфетку и прижимает ее к ткани.

– Чувак, – протягивает Стив, глядя на Майкла с нескрываемой ухмылкой. – Не знай я всей ситуации, подумал бы, что тебя подстрелили.

– Ну, спасибо, – усмехнувшись, бросает Майкл, после чего накрывает ладонь Бритни своей. – Забей, дома отстираю.

С этими словами парень стягивает с себя пиджак и вешает его на спинку стула, после чего наливает себе шампанское.

– Надеюсь, отстирается, – говорит Бритни, поджимая губы. – А то жалко будет выбрасывать.

Я беру бокал, с трудом подавляя желание рассмеяться.

Ну да, из-за испорченного пиджака моя бывшая подруга явно переживает больше, чем из-за разрушенных жизней.

– Если не отстирается, не парься. Создашь для меня собственную модель одежды. Такую, чтобы все вокруг обзавидовались, – подмигивает Майкл и обнимает свою девушку за плечи.

Бритни хихикает и качает головой.

– Увы, в создании классических костюмов я не сильна, – признается она и, откусив кусочек шашлыка, добавляет: – То ли дело Эвелин.

От неожиданности я едва не выплевываю шампанское на стол, а Бритни, похоже, решает не ограничиваться этим комментарием и вновь пытается переключить внимание каждого за этим столиком на меня.

– Вы бы видели ее работу, – обращается она к Стиву с Майклом. – Просто потрясающая. Вот Айрис не даст соврать.

Айрис присутствовала в аудитории, когда я защищала свой проект, а потому сейчас согласно кивает.

– Очень красивая работа. Ты большая молодец.

– Спасибо, – лаконично отвечаю я, отчего-то чувствуя подвох. И разумеется, не со стороны Айрис. Бритни завела разговор на эту тему не просто так, и в следующую секунду я убеждаюсь в этом.

– То место ведь существует не только в твоем воображении, верно? – спрашивает Бритни, хотя и так прекрасно знает ответ на свой вопрос.

Я рассказывала ей о поездке на природу, которую однажды организовал Эдриан. О том, как меня поразила красота того места и насколько сильно запомнилось время, проведенное рядом с человеком, чувства к которому тогда еще только зарождались. Я действительно думала о нем, когда создавала тот образ, и, наверное, именно поэтому работа получилась такой яркой и запоминающейся.

– Да, существует, – бросаю я, снова поднося бокал к губам. Надеюсь, на этом ее вопросы закончатся. Хотя… на что я надеюсь?

 – Сдается мне, тебя вдохновила не столько сама природа, сколько человек, который показал тебе то удивительное место, – не унимается Бритни, явно наслаждаясь моим дискомфортом. – Я права? 

– Допустим, – говорю я, стараясь придать голосу безразличный тон. – Разве это имеет значение?

Бритни кивает. На ее губах играет та самая приветливая улыбка, которую я видела миллионы раз, и, пожалуй, при других обстоятельствах я бы и сама поверила, что девушка просто поддерживает беседу. Вот только на этот раз все иначе. Не знаю, что она задумала, но направление, в которое перетекла наша беседа, не предвещает ничего хорошего.

– Еще как имеет, Эвелин. Я сразу поняла, что это не просто выпускной проект, а признание в любви, – с видом эксперта по отношениям заявляет Бритни. – Полагаю, тот человек ее действительно заслужил.

Я сжимаю ножку бокала с такой силой, что на мгновение мне кажется, что стекло вот-вот треснет. Бритни прекрасно знает: в последнее время в отношениях между мной и Эдрианом было не все гладко и бьет прямо в цель, заставляя меня заново переосмысливать свои чувства к нему. Я и без нее неоднократно делала это, вот только есть разница: размышлять о своих чувствах в одиночестве в ночной тишине или в разгар выпускного, когда на тебя устремлены взгляды всей твоей компании.

Бритни пытается вывести меня из строя. Испортить настроение и отравить мне праздник. Что ж, не выйдет. В эту игру могут играть двое, и, кажется, самое время сделать свой ход.

– Заслужил, – признаюсь я, поднимая взгляд на бывшую подругу. – Он вообще заслужил все самое лучшее, и знаешь почему? 

Бритни вскидывает брови, и я спешу удовлетворить ее любопытство:

– Потому что он, будучи чужим человеком, поддерживал меня в то время, как некогда близкие один за другим отворачивались. Был единственным, кто верил мне, когда другие считали сумасшедшей. Сделал все, чтобы защитить, когда меня обвинили в том, чего я не совершала, – опустив ладони на стол, я слегка подаюсь вперед, ни на секунду не прерывая зрительного контакта с бывшей подругой. – Он вытащил меня из пропасти, в которой я оказалась по вине не самых порядочных людей, которые слишком долго притворялись хорошими. 

Взгляд Бритни становится острым, как лезвие. Неужели испугалась, что я расскажу нашим общим друзьям о том, как они с Джереми манипулировали мной ради достижения собственных целей? 

Не волнуйся, подруга, это останется между нами. По крайней мере, пока…

– А еще он умеет любить, – выдержав паузу, добавляю я. – Не напоказ, как некоторые, а искренне и самоотверженно. Он никогда не скажет этого вслух, но порой поступки говорят больше, чем слова.

Может, я просто пытаюсь убедить в этом не столько Бритни, сколько саму себя, однако сейчас это не имеет значения. Даже если Нельсон никогда не испытывал этого чувства ко мне, я уверена, что когда-то в жизни Эдриана была та, которая заставляла его сердце биться чаще. Надеюсь, однажды он снова встретит девушку, которая пробудит в нем эти чувства. Несмотря ни на что, мне бы хотелось, чтобы у его истории был счастливый финал.

– Ты права, если думаешь, что моя выпускная работа посвящена ему, – заканчиваю я, чувствуя, как губы трогает легкая улыбка. – Но знаешь, это меньшее, что я могла сделать. Есть люди, которым не жалко посвятить всю жизнь. А есть те, которым не стоило посвящать даже минуты.

В ресторане по-прежнему играет музыка, за соседними столиками слышатся звонкий смех и звон бокалов, в то время как за нашим воцаряется гробовая тишина. Майкл и Стив, кажется, чувствуют напряжение и переглядываются, не понимая, что происходит между нами. Айрис тоже уже не выглядит такой веселой и беззаботной, как прежде. Что касается Бритни, думаю, она не ожидала получить от меня отпор. Девушка надеялась, что я соскочу с темы или промолчу, и уж точно не рассчитывала услышать то, что услышала. 

Что ж, надеюсь впредь она не станет задавать вопросы, на которые не готова получить ответ. 

– Вот как? – усмехнувшись, бросает рыжая бестия. – Раз все так чудесно, то где же он? – Бритни демонстративно оглядывается по сторонам, а затем снова сосредотачивает внимание на мне. – Серьезно, Эвелин, не могу поверить, что ты пришла сюда без Эдриана.

Майкл давится шампанским и начинает кашлять, а Бритни, как ни в чем не бывало, похлопывает его по спине. Очевидно, после того спектакля, который мы устроили со Стивом в ту ночь в клубе, парень до сих пор думал, что мы встречаемся, а потому высказывание Бритни стало для него, мягко говоря, неожиданным. 

Плевать. Необходимость притворяться отпала в тот момент, когда мы со Стивом покинули пределы клуба, а потому Майкл рано или поздно все равно узнал бы правду. Тем более, что они со Стивом теперь вроде как друзья.

Пока я пытаюсь придумать ответ на очередную провокацию, Бритни прищуривает глаза, будто бы только сейчас догадавшись о чем-то.

– Только не говори мне, что вы с Эдрианом так и не помирились, – в ее голосе звучит легкая насмешка, и мне с трудом удается сохранить самообладание.

– Мы не ссорились, – категорично заявляю я, но Бритни пропускает мои слова мимо ушей.

– Правда? А мне так не показалось, – скептически хмыкает бывшая подруга, после чего пожимает плечами, делая вид, что ей совершенно безразлична вся эта ситуация. – Впрочем, неважно. Смотрю, ты быстро нашла ему замену.

Ее взгляд перемещается на Стива, и я едва не взрываюсь от негодования.

Она действительно идиотка или притворяется? Как черт возьми, можно подумать, что Стив – моя замена Эдриану? Бритни прекрасно знает, что для меня этот парень как старший брат, но почему-то озвучивает свои неадекватные теории, да еще и в присутствии окружающих. 

– Учусь у лучших, – отзываюсь я, зная, что такой ответ наверняка собьет ее с толку. – Впрочем, до тебя мне далеко. Найти замену бывшему на следующий день – это не иначе как талант.

На пару секунд ее улыбка меркнет, когда Бритни понимает, что я вполне могу вести себя так же, как и она. Я знаю о ней многое, и то, о чем сказала сейчас, – чистая правда, которая, судя по всему, не слишком понравилась девушке. 

Странно, я ведь не сообщила ей ничего нового. Она действительно познакомилась с Майклом на следующий день после того, как рассталась с Джереми. Так что же ее так смутило? Испугалась, что ее нынешний парень начнет задавать вопросы? Или просто не ожидала, что я отвечу ей в ее же манере?

Впрочем, замешательство Бритни длится недолго. Уже в следующую секунду маска привычной надменности возвращается на ее лицо, а на губах расцветает самодовольная ухмылка.

– А ты что, завидуешь? – посмеивается она, поближе подсаживаясь к Майклу. – Перестань, в этом нет смысла. Тем более, ты ведь тоже не страдаешь от одиночества.

Мне хочется ответить ей что-нибудь колкое, но я сдерживаюсь, понимая, что в противном случае этот разговор будет длиться до бесконечности. Впрочем, даже мое молчание не заставляет Бритни закрыть рот.

– Эй, Стив, – внезапно обращается она к моему другу, видимо, решив, что пришло время переключиться на него. – Как тебе здесь?

– Весело, – без раздумий отвечает Стив, хотя обстановка в последние несколько минут определенно не располагает к веселью.

– Совсем забыла сказать, что выглядишь ты сегодня просто потрясающе, – протягивает Бритни, лукаво улыбаясь. – Рядом с Эвелин нужно соответствовать, не так ли?

Она подмигивает Стиву, в очередной раз намекая на нашу связь, но парень, в отличие от меня, на провокацию не ведется.

– Я всегда так выгляжу, – с непринужденной улыбкой отвечает он, делая глоток шампанского.

– Да? Я раньше как-то не замечала, – невинно хлопает глазами Бритни.

– Значит, впредь будь внимательней, детка, – в тон ей отвечает Стив, не прекращая улыбаться.

Я мысленно аплодирую его выдержке. Бритни явно рассчитывала смутить Стива, но он с легкостью отразил ее атаку. Этот парень за словом в карман не полезет, и, пожалуй, это одно из качеств, за которые я его обожаю.

Бритни по-прежнему улыбается, но от меня не ускользает тень раздражения, промелькнувшая в ее глазах. Налив себе шампанское, девушка снова переключается на своего бойфренда, теряя к нам со Стивом всякий интерес.

Пока Бритни болтает с Майклом, я решаю сосредоточиться на еде. Нежное мясо цыпленка тает на языке, а брусничный соус придает блюду приятную кислинку. Нужно отдать должное поварам: они действительно постарались на славу. К сожалению, наслаждаться вкусом пищи в полной мере не получается из-за горького послевкусия нашей беседы. Не могу отделаться от мысли, что ядовитые комментарии – это далеко не все, на что способна Бритни.

– Айрис, – нарочито любезным голосом начинает она, и я понимаю, что ее минутная передышка была лишь затишьем перед бурей. – Красивое платье. Боюсь представить, сколько оно стоило.

– Двести пятьдесят долларов, – отвечает Айрис, очевидно, решив, что Бритни в самом деле интересует стоимость чужих вещей.

Бритни кивает, делая вид, что впечатлена суммой.

– Действительно недешево.

Айрис робко улыбается и переводит взгляд на меня.

– Без Эвелин я бы не смогла себе его позволить, – признается Айрис, и я на пару секунд задерживаю дыхание, понимая, что подруга, возможно, сама того не осознавая, только что дала Бритни в руки козырь.

– Интересно, – нараспев произносит Бритни, поигрывая ножкой бокала. – Так, значит, Эвелин теперь твой спонсор?

Айрис пытается выдавить улыбку, хотя наверняка уже жалеет о своей откровенности. Ее щеки заливаются краской, а тонкие пальцы нервно сминают салфетку. Она не находит, что ответить на колкость Бритни, а вот я уже даже не пытаюсь подбирать слова.

– А кто твой спонсор? – с вызовом спрашиваю я, откидываясь на спинку стула. – Майкл? Джереми? Или, быть может, оба? 

Лицо Бритни искажается от злости. Она не ожидала такой дерзости и сейчас изо всех сил старается придумать, как нанести ответный удар. Я чувствую ее взгляд, прожигающий меня насквозь, но не обращаю на него внимания. Пусть думает, что хочет. Главное, что я смогла заткнуть ее хотя бы на время.

– Эммм… что? – с губ Майкла слетает смешок, а в глазах отражается искреннее недоумение. Похоже, парень до сих пор пытается понять, что вообще произошло и в какой момент выпускной вечер превратился в словесную дуэль между двумя лучшими подругами.

– Ничего, – как ни в чем не бывало отвечаю я. – Я просто шучу.

Бритни, судя по всему, мою шутку не оценила. Удивительно, прошло почти десять секунд, а она до сих пор не попыталась задеть меня или кого-нибудь из моих друзей. Впрочем, это лишь вопрос времени. Если уж Бритни решила испортить мне праздник, она доведет начатое до конца.

Внезапно я задаюсь вполне логичным вопросом: «Что мешает мне сделать то же самое в отношении нее?» Еще несколько минут назад я и подумать не могла, что у меня возникнет желание нападать, а не защищаться. Однако именно сейчас у меня есть уникальная возможность заставить заплатить ее за все, что она сделала. 

Стоит ли упускать такую возможность? Определенно нет.

Монотонная мелодия, звучащая из динамиков последние пять минут, подходит к концу, и зал заполняет ритмичная танцевальная музыка. Студенты выходят на танцпол, и я решаю последовать их примеру.

– Вы это слышите? – не скрывая радости, выпаливаю я.

– Слышим что? – покосившись в мою сторону, интересуется Стив.

– Это же моя любимая песня! – я широко улыбаюсь, хотя, по правде говоря, впервые в жизни слышу эту композицию. 

Плевать, времени придумывать предлог все равно нет.

– Майкл, – зову я, отодвигая свой стул. – Пойдем танцевать.

Парень удивленно вскидывает брови, явно не ожидая от меня такого предложения.

– Я? – взгляд Майкла перемещается на Стива, после чего снова возвращается ко мне. Не знаю, что удивило парня больше: то, что я не пригласила Стива, или то, что обратилась с таким предложением к нему.

– Именно, – не дожидаясь ответа, я подхожу к Майклу и протягиваю ему руку. – Помню, как ты в прошлый раз отжигал в клубе. Давай, пора повторить свой успех.

Пожав плечами, Майкл поднимается из-за стола и, взяв меня за руку, ведет в центр зала. Напоследок я бросаю взгляд на Бритни и не могу сдержать ухмылку, видя, какой эффект произвел на нее мой поступок. Бывшая подруга смотрит на меня как на злейшего врага. Интересно, достанется ли Майклу за то, что он согласился на мое предложение, или гнев Бритни сосредоточится исключительно на мне?

На танцполе царит атмосфера безудержного веселья. Я чувствую, как ритм музыки проникает в каждую клеточку моего тела, и позволяю себе расслабиться. Майкл не отстает от меня. Скажу больше: на танцполе парень ощущает себя как рыба в воде. Он двигается уверенно и раскованно, умудряясь при этом не задеть других танцующих. 

В прошлый раз я думала, что его конек – это брейк-данс, в котором Майклу нет равных, а оказывается, бойфренд Бритни прирожденный танцор и ему подвластны любые стили. Энергия Майкла заразительна. В какой-то момент я забываю о том, для чего изначально пригласила его на танцпол, и полностью отдаюсь танцу.

Я не смотрю в сторону столика, но и без этого знаю, что наша маленькая компания неотрывно наблюдает за нами. Причем, одному человеку это наблюдение явно не доставляет удовольствие. На протяжении всего танца я ощущаю на себе чей-то испепеляющий взгляд, и, сдается мне, удостаивают меня им явно не Стив и не Айрис.

Когда Майкл в очередной раз протягивает мне руку и притягивает к себе, я приближаю губы к его уху.

– Твоя девушка не будет ревновать? – шепотом спрашиваю я, хоть и не нуждаюсь в ответе на вопрос.

– Только не говори, что ты не этого добиваешься, – хмыкает он, отчего я слегка теряюсь.

Отстранившись от Майкла, я поднимаю голову, встречаясь взглядом с его угольно-черными глазами и пытаясь понять, какие эмоции вызвала у него эта ситуация. Я бы однозначно разозлилась, узнав, что кто-то использует меня как орудие мести, а вот Майкл, в свою очередь, выглядит скорее заинтересованным.

– Я бы спросил, что между вами происходит, но ты ведь все равно не ответишь, верно? – вскинув бровь, интересуется он.

Я заглядываю ему через плечо, туда, где осталась наша компания. Я не ошибалась, когда думала, что все трое следят за нами, и реакция на их лицах вполне ожидаемая. Стив смотрит на нас с улыбкой, Айрис наблюдает за происходящим с нейтральным выражением лица, а Бритни… Кажется, наличие свидетелей – единственное, что удерживает ее от того, чтобы прямо сейчас вцепиться мне в волосы.

Я могла бы рассказать Майклу, а заодно и всем остальным о причинах нашей ссоры. О том, как подруга подставила меня, и о том, с чем мне пришлось столкнуться из-за ее желания отомстить нашей однокурснице. О том, как она, вместо того, чтобы извиниться передо мной, заявила, что ничего страшного не произошло и я, как обычно, преувеличиваю. А еще о том, как Бритни, увидев, что я прекрасно провожу время с другими людьми, решила задеть не только меня, но и всех моих друзей.

Думаю, после моего признания каждый из присутствующих посмотрел бы на Бритни другими глазами. Стив и Айрис наверняка встали бы на мою сторону. А вот Майкл, возможно, начал бы защищать Бритни. Как-никак она его девушка, поэтому я бы не удивилась, если бы он попытался найти оправдание ее поступку. Впрочем, это лишь мои предположения. Я не знаю, какую реакцию вызвал бы у окружающих мой рассказ. И никогда не узнаю, ведь выносить сор из избы, да еще и в такой вечер, я не собираюсь.

Есть большая разница между тем, что происходит сейчас, и тем, что начнется, если я решу показать окружающим истинное лицо Бритни. Бывшая подруга попыталась вывести меня на эмоции своими ядовитыми комментариями, а я в ответ поиграла ей на нервах, пригласив ее парня на танец. Пожалуй, на этом стоит закончить. Я прямо сейчас согласна зарыть топор войны, а вот готова ли Бритни сделать то же самое, – вопрос спорный.

– Знаешь, – выдержав паузу, говорю я Майклу. – Пожалуй, есть вещи, которые должны оставаться только между теми, кого они непосредственно касаются. Особенно, если это всего лишь девчачьи секреты.

Я слегка улыбаюсь, стараясь показать, что конфликт не стоит внимания, и чувствую, как напряжение в теле спадает, когда Майкл принимает мой ответ. Он пожимает плечами и отводит взгляд, давая понять, что вопрос исчерпан.

– Как скажешь, – произносит Майкл, и мне кажется, что в его голосе звучит облегчение. Возможно, он тоже не горит желанием разбираться в наших с Бритни конфликтах.

Что ж, он ничего не теряет. Порой оставаться в неведении намного лучше, чем знать всю правду. Особенно, когда эта правда может разрушить хрупкий мир, который мы так усердно строим вокруг себя.

– Вы, ребята, умеете зажигать, – с улыбкой замечает Стив, когда мы с Майклом возвращаемся за столик.

Усмехнувшись, я сажусь рядом с другом, который сразу же закидывает руку на спинку моего стула.

– Надеюсь, ты израсходовала не всю энергию, – посмеивается Стив. – А то ведь впереди еще танец со мной.

– Для тебя энергия всегда найдется, – уверяю я, отчего его улыбка становится еще шире.

– Кажется, начинается танго, – объявляет Майкл, поворачиваясь к Бритни, которая с момента нашего возвращения не проявила ни малейшего интереса ни ко мне, ни к своему бойфренду.

– К черту танцы, – отмахивается Бритни, когда Майкл предлагает ей составить ему компанию. – Давайте лучше во что-нибудь поиграем.

Майкл вопросительно поднимает брови и окидывает взглядами нашу компанию, ожидая предложений.

– «Правда или действие», – бросает Стив, подливая в бокал шампанское. – Больше на ум ничего не приходит.

– Ну, эта игра придется по душе не всем, – с ехидной улыбкой замечает Бритни. – Эвелин, например, у нас правду не любит.

Что я там говорила про зарыть топор войны? Видимо, не судьба.

– А Бритни вообще не знает, что такое «правда», – парирую я, не собираясь оставаться в долгу.

– Раунд второй, – бормочет Майкл, которому явно начинает надоедать наша непрекращающаяся перепалка.

Проигнорировав наши с Майклом комментарии, Бритни стучит пальцем по губам, делая вид, будто размышляет над тем, во что же поиграть. Однако я не могу отделаться от мысли, что она давно придумала игру и выбрала ее не случайно.

– Как насчет «Я никогда не…»? – выдает Бритни, и в ее глазах сверкает какой-то нездоровый блеск, не предвещающий ничего хорошего.

Внутри меня нарастает напряжение. Эта игра еще хуже, чем «Правда или действие». Если в первом варианте можно выбрать действие, то здесь такого шанса не будет. Придется раскрыть окружающим все карты, ведь я более чем уверена: каждый вопрос Бритни будет направлен на то, чтобы выставить меня в невыгодном свете.

– Да нет на свете такого, чего я никогда не… – уверяет Стив, закидывая в рот клубнику в шоколаде.

– Даже не сомневаюсь, чувак, – усмехнувшись, отзывается Майкл, после чего поворачивается к Бритни. – Давайте сыграем, почему бы и нет? Никто ведь не против?

– Только за, – с энтузиазмом поддерживает идею Стив, очевидно, не ожидая подвоха.

– Можно, – подает голос Айрис, однако я не могу не отметить, что, в отличие от остальных, девушка выглядит немного обеспокоенной. 

Я делаю глубокий вдох, понимая, что осталась без поддержки. Мои друзья наверняка думают, что эта, на первый взгляд, безобидная игра поможет разрядить напряженную атмосферу. Как бы не так. Для одного человека из нашей компании, это не просто элемент развлекательной программы, а очередная попытка прилюдно унизить меня. Готова поспорить: если бы меня здесь не было, Бритни бы ни за что не предложила эту идею.

– Эвелин, ты играешь?

Я поднимаю голову, встречаясь с насмешливым взглядом бывшей подруги, но отвечать на ее вопрос не спешу. Впрочем, Бритни никогда не любила ждать, а потому уже в следующую секунду предпринимает очередную попытку приблизить меня к ответу.

– Только не говори мне, что в твоем шкафу слишком много скелетов для того, чтобы играть в эту игру.

– Не больше, чем в твоем, – ровным тоном отвечаю я, продолжая прятать истинные эмоции за маской напускного безразличия.

Черт, как же она меня достала! Понятия не имею, какие именно скелеты она собирается вытащить из моего шкафа, но морально готовлюсь к худшему. Впрочем, если Бритни перейдет черту, я не останусь в долгу. В конце концов, я тоже знаю о ней немало вещей, которые прежде оставались исключительно между нами. Я не горю желанием портить ей репутацию, но и вытирать об себя ноги не позволю.

– Так ты играешь? – не унимается Бритни, вертя в пальцах пробку от шампанского.

– Играю, – решительно заявляю я.

Интересно, как скоро мне придется пожалеть о своих словах?

– Отлично, – хлопнув в ладоши, подытоживает Майкл. – Кто начнет?

– Раз уж я предложила, давайте я и начну, – пожимает плечами Бритни, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

Кто бы сомневался? Разумеется, игру начнет Бритни, ведь больше никто не сможет повторить вопросы, которые она заранее заготовила специально для меня.

Майкл встает из-за стола и поочередно подходит к каждому из нас, чтобы подлить шампанского. Еще даже не прозвучал вопрос, а я уже готова сделать первый глоток. В конце концов, не нужно быть гением, чтобы догадаться, с какой целью Бритни затеяла все это.

– Я никогда не пыталась привлечь внимание самого крутого парня в университете, даже понимая, что у меня нет ни единого шанса.

Вопрос повисает в воздухе, а внезапно воцарившаяся тишина давит на барабанные перепонки. Чувствую, как пальцы инстинктивно сжимают ножку бокала, в то время как внутри закипает гнев, силу которого невозможно ни измерить, ни описать. Этот вопрос был адресован не мне, однако одна лишь мысль о том, какую боль он причинил девушке, сидящей рядом со мной, вызывает у меня желание убить Бритни.

Стив с Майклом переглядываются, а Айрис опускает голову, пряча пылающее лицо за прядью светло-русых волос. Я вижу, как дрожит ее рука, когда она тянется за бокалом и делает глоток шампанского, тем самым признавая свое поражение.

На губах Бритни сверкает довольная улыбка. Она прекрасно знала, что ее вопрос заставит Айрис заново пережить те моменты, когда она испытывала чувства к Хантеру, а тот просто-напросто пользовался этим. Знала, что Айрис по сей день страдает из-за того, что повелась на его красивые речи и всевозможные знаки внимания, и намеренно наступила на больную мозоль.

Я исподлобья смотрю на Бритни, стараясь вложить в этот взгляд все свое презрение к ней. Уже дважды за вечер она унизила Айрис и, судя по торжествующему блеску в глазах, получила от своих проделок немалое удовольствие.

Краем глаза замечаю, как Стив сжимает челюсти, и понимаю, что он с трудом подавляет порыв поставить Бритни на место. Пару дней назад я в общих чертах рассказала ему о неразделенной любви Айрис к Хантеру и о том, как девушка переживала после его предательства. Неудивительно, что Стив разозлился на Бритни, когда та задала этот вопрос. 

Мой взгляд невольно устремляется к человеку, разбившему Айрис сердце, а заодно давшему в руки Бритни козырь для грязных манипуляций. Хантер что-то увлеченно рассказывает девице, с которой я видела его, когда только вошла в ресторан, а та, в свою очередь, заливисто смеется, польщенная его вниманием. Напротив него сидят еще двое парней, принадлежащих к так называемой «студенческой элите». Один из них – бывший капитан футбольной команды, второй – сын местного предпринимателя, на протяжении четырех лет спонсирующего все мероприятия в нашем университете. 

Я вспоминаю, как Айрис не хотела идти на выпускной, опасаясь, что Хантер попытается так или иначе испортить ей праздник. Напрасно, ведь тому, кажется, нет дела ни до кого, за исключением тех, кто сидит с ним за одним столом. А вот от Бритни Айрис явно не ожидала подвоха, а в итоге именно она унизила ее своими едкими комментариями. Причем уже дважды за вечер.

– Так, ладно, – подает голос Майкл, прерывая затянувшуюся паузу. – Играем дальше.

– Кто следующий? – интересуется Бритни, по-прежнему не сводя взгляда с Айрис, но ни один человек из присутствующих не проявляет инициативы. 

– Есть идея, – провозглашает Майкл и тянется за пустой бутылкой вина.

Стив отодвигает вазу с цветами, освобождая место для маневра Майкла, а я тем временем молюсь всем богам, чтобы право задавать очередной вопрос досталось кому угодно, кроме Бритни. Майкл кладет бутылку на середину стола и резким движением руки раскручивает ее.

Сделав несколько оборотов, бутылка замедляет свой ход и наконец останавливается. Горлышко указывает на Айрис, и я задумываюсь над тем, воспользуется ли девушка шансом отомстить Бритни. Сомневаюсь, что Айрис знает секреты, которые заставили бы Бритни провалиться сквозь землю. А если бы и знала, то вряд ли бы воспользовалась таким шансом. Прилюдно унижать других – не ее тактика, даже если эти «другие» заслуживают подобного.

– Я никогда не списывала домашку у одноклассников, – тихо говорит Айрис, будто опасаясь, что может задеть кого-то столь безобидным вопросом.

На этот раз пьют все. Разумеется, кроме самой Айрис. 

– Ты что, серьезно никогда не списывала домашку? – изумленно таращится на нее Майкл, будто не может поверить, что на свете вообще существуют такие люди.

– Никогда, – подтверждает Айрис.

– Ну ты даешь, детка, – посмеиваясь, качает головой Стив. – А уроки хоть прогуливала?

Айрис отрицательно качает головой, и Стив аж присвистывает от удивления.

– Даже физкультуру? – округляет глаза Майкл. Похоже, для него этот предмет был не самым любимым в школе.

– Только по болезни, – говорит Айрис, отчего бойфренд Бритни окончательно впадает в шоковое состояние.

– Не любишь физкультуру? – спрашиваю я Майкла, удивленная его отношением к этому предмету.

По телосложению и координации движений я бы в жизни не подумала, что Майклу не по душе физкультура. К тому же, в прошлый раз он рассказывал, что занимался всевозможными видами спорта в детстве, а потому его признание сейчас стало для меня полной неожиданностью.

– Да я терпеть ее не мог! – с жаром произносит парень. – Вместо того, чтобы устраивать командные игры и спортивные состязания, наш физрук половину урока заставлял нас делать дурацкую разминку, а потом сдавать нормативы. Полная херня, не позволяющая раскрыть потенциал. То ли дело спортивные секции – там все совсем иначе.

Я киваю, хотя, по правде говоря, с трудом могу себе представить занятия в спортивной секции. С моим заболеванием дорога туда была закрыта, а потому заниматься спортом я могла лишь на уроках физкультуры. Да и то по облегченной программе.

– Лучшая физкультура – это побег от копов, – заявляет Стив, лукаво поблескивая глазами. – Тут тебе и разминка, и нормативы, и раскрытие потенциала!

Все смеются, и я тоже не могу сдержать улыбку, вспомнив, как часто Стив попадал в передряги с участием представителей правопорядка. Я неоднократно была свидетельницей таких происшествий, а пару раз даже оказывалась в роли соучастницы. Видимо, попадать в неприятности – это то, что получается у нас со Стивом лучше всего.

Атмосфера за столом становится более непринужденной, но вот Майкл предлагает продолжить игру, и я чувствую, как снова напрягаюсь. На этот раз шанс задать вопрос выпадает самому Майклу, и тот в предвкушении потирает ладони.

– Я никогда не изменял своей второй половинке, находясь в отношениях, – говорит парень и демонстративно отодвигает бокал с шампанским.

Можно выдохнуть, ведь вопрос Майкла – не по моей части. И, если судить по тому, что никто из нашей компании не делает глоток, этот грешок не числится ни за кем.

– Свободные отношения считаются? – решает уточнить Стив.

– Не-а, – бросает Майкл. – На то они и свободные, чтобы встречаться с кем угодно и не иметь никаких обязательств.

– В таком случае я чист как слеза младенца, – самодовольно заявляет Стив, откидываясь на спинку стула.

Игра продолжается, и на этот раз наступает очередь Стива. Я с улыбкой смотрю на него, ожидая откровения. Даже интересно, от чего же Стив решил воздержаться в этой жизни?

– Я никогда не был на нудистском пляже, – выдает Стив, блуждая насмешливым взглядом по лицам наших друзей.

Заметив движение напротив себя, я поднимаю голову и вижу, как Майкл делает глоток шампанского.

– Да ладно? – смеется Стив. – Серьезно, чувак?

– А то, – отзывается Майкл, ставя бокал на столик.

– И как там? – во взгляде Стива вспыхивает любопытство. Он явно ждет подробностей.

– Ну… – многозначительно протягивает его собеседник и, понизив голос, добавляет: – Есть на что посмотреть.

– Эй! – возмущается Бритни, толкая Майкла локтем в бок. Видимо, ей не очень нравится, что ее парень обсуждает прелести незнакомых женщин, пусть даже и в контексте нудистского пляжа.

– Но с тобой, конечно, никто не сравнится, – спешит оправдаться Майкл, который, кажется, на пару минут вообще забыл о присутствии своей девушки.

Стив театрально вздыхает.

– Как много, черт возьми, я упускаю в этой жизни!

Я смеюсь, понимая, что Стив теперь не успокоится до тех пор, пока не повторит подвиг Майкла. Нужно напоминать себе об этом всякий раз, когда он предложит съездить куда-нибудь на выходных.

Игра продолжается, и за следующие пять минут Майкл и Айрис успевают задать еще по одному вопросу. Забавные, в меру провокационные, но вполне безобидные, как и предполагают правила игры. Но вот горлышко бутылки указывает на Бритни, и я чувствую, как над нашим столиком снова сгущаются тучи.

– Я никогда не позволяла одному неприятному инциденту поставить крест на своей будущей карьере.

Я осознаю, кому был адресован этот вопрос раньше, чем он успевает отпить шампанское. Повернув голову, я смотрю на Стива, который выглядит невозмутимым, но при этом вместо одного глотка осушает весь бокал, и жалею о том, что не могу прямо сейчас отвесить Бритни пощечину.

Прошло почти восемь лет, и, несмотря на то, что Стив предпочитает лишний раз не поднимать эту тему, я знаю, насколько больно ему вспоминать день, когда он в одночасье потерял все. В старших классах он мечтал стать гонщиком. Знал, что от нелегальных гонок однажды перейдет в профессиональный спорт и сделает свое увлечение целью всей жизни. Увы, авария, случившаяся в тот день, когда погибли Спенсер и Дерек, а сам Стив получил многочисленные травмы, вынудила его поставить крест на том, к чему он шел долгие годы. Парень по-прежнему то и дело превышает скорость и даже неоднократно говорил о том, что не против принять участие в очередном заезде на запредельных скоростях, однако мечта стать профессиональным гонщиком осталось для него в прошлом.

Поверить не могу, что Бритни позволила себе такое. Стив, черт возьми, едва не погиб в тот день, а у моей бывшей подруги хватило наглости назвать случившееся всего лишь «неприятным инцидентом». Неприятным инцидентом было знакомство с тобой, идиотка!

Мне хочется поддержать Стива, как он всегда поддерживал меня, когда я нуждалась в этом. Вот только я знаю, что сейчас не время и не место для этого. Он не желает показывать свою уязвимость и уж точно не собирается демонстрировать Бритни, насколько сильно его задели ее слова. Наполнив бокал шампанским, парень вскидывает брови, тем самым дав понять, что не собирается развивать данную тему и пора продолжить игру.

Кто-то протягивает руку, чтобы раскрутить бутылку, а я ловлю себя на мысли, что начинаю ненавидеть свою бывшую подругу, эту глупую игру и вечер, который обещал быть незабываемым. Я уже тысячу раз прокляла себя за то, что решила пойти на выпускной, да еще и потянула за собой Айрис и Стива. Именно из-за меня им приходится весь вечер терпеть унижения от Бритни, которая в отместку мне решила отыграться на людях, не имеющих никакого отношения к нашему конфликту.

Майкл задает какой-то вопрос, но я даже не слушаю. Больше всего мне хочется сначала выйти из игры, а затем и вовсе покинуть ресторан. Однако я знаю, что игра не закончится до тех пор, пока Бритни не задаст свой главный вопрос. Понятия не имею, каким он будет, но не сомневаюсь: в следующий раз его адресатом стану я. 

Что ж, я дождусь этого момента. Посмотрю, как далеко может зайти Бритни, а потом решу, как действовать дальше. Уверена: для меня у нее припасено что-то особенное. Секрет, огласив который, Бритни одержит победу в этом бессмысленном противостоянии и, надеюсь, после этого оставит в покое меня и моих друзей.

Ждать долго не приходится, ведь уже в следующем раунде горлышко бутылки в очередной раз указывает на Бритни. Я не смотрю на Стива, но ощущаю на себе его взгляд. Похоже, он тоже понимает, что с минуты на минуту я услышу нечто такое, о чем предпочла бы забыть, и поэтому пытается поддержать меня. Или же, напротив, намекает на то, чтобы я вышла из игры, пока не стало слишком поздно. Сейчас для меня это не имеет никакого значения, а потому я даже не поворачиваю голову. 

Какая разница: выйду я из игры до того, как Бритни озвучит свой вопрос, или прилюдно сознаюсь в чем-то ужасном? Результат будет одним и тем же. Для Бритни – победа, для меня – поражение.

– Я никогда не совершала поступок, который приводил к гибели самого близкого человека.

Внутри меня словно что-то обрывается. Волна ледяного ужаса прокатывается по телу, парализуя все чувства, а воздух внезапно становится слишком плотным, чтобы вдохнуть полной грудью. Слова Бритни эхом отдаются в голове, заставляя заново пережить день, когда я собственноручно подписала Спенсеру смертный приговор, воспользовавшись ложью и его безоговорочной любовью ко мне.

Чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, но заставляю себя поднять взгляд на Бритни. Она смотрит на меня без тени сожаления, очевидно, размышляя над тем, хватит ли мне сил не только снова вспомнить о своей ошибке, но и рассказать о ней тем, кто еще не в курсе, на что способна Эвелин Нортон.

И я нахожу в себе эти силы. На протяжении нескольких секунд я смотрю на бокал, а затем решительно тянусь за почти полной бутылкой шампанского и делаю глоток из горла.

Айрис охает, Майкл от удивления приоткрывает рот, а Стив пытается отнять у меня бутылку, когда понимает, что я не собираюсь ограничиваться одним глотком.

– Эвелин, хватит! – приказывает он, но я отталкиваю его руку и продолжаю вливать в себя алкоголь.

Шампанское обжигает горло, но это ничто по сравнению с тем, насколько сильно обжигают душу слова Бритни. Она знала, как больно мне вспоминать о Спенсере. Знала, что мысль о том, по чьей вине он оказался в могиле, выворачивала душу наизнанку. Знала, что эта рана никогда не заживет до конца. И все равно нанесла удар, целясь прямо в сердце.

Последние капли попадают на язык, и я с грохотом опускаю бутылку на стол, чувствуя, что теперь на меня устремлены взгляды не только моих друзей, но и половины ресторана. Склонив голову набок, я смотрю на застывшую в полном замешательстве Бритни. Очевидно, такой реакции она не ожидала.

– Надеюсь, я ответила на твой вопрос, – ровным тоном заключаю я, не обращая внимания на дрожь, охватившую все тело.

Ей хватает совести отвести взгляд и помолчать почти полминуты, прежде чем произнести:

– Ну что, играем дальше?

– Да что, черт возьми, с тобой не так?! – яростный крик Стива разрывает повисшую тишину, а заодно привлекает к нам внимание всех тех, кто до этого был слишком увлечен едой, танцами и беззаботными разговорами, чтобы понять одну простую вещь:

Этот праздник превратился в настоящую катастрофу, и пока одни продолжают развлекаться, другие – сводят счеты, причиняя друг другу боль и выставляя напоказ не только чужие, но и собственные пороки.

– Расслабься, Стив, мы просто играем, – с надменной улыбкой произносит Бритни, после чего сосредотачивает внимание на мне. – Пожалуй, некоторым стоит менее остро реагировать на правду.

– А некоторым стоит более тщательно подбирать вопросы, прежде чем открывать свой рот, – напоминает Стив, прожигая Бритни ледяным взглядом, на что та лишь усмехается, довольная произведенным эффектом.

Я ожидаю, что Майкл заступится за свою девушку, но тот лишь делает глубокий вдох и отворачивается, не желая вмешиваться в конфликт. Айрис молча наблюдает за происходящим, с опаской ожидая того, что произойдет дальше, а Бритни продолжает улыбаться, наслаждаясь накалившейся до предела обстановкой.

Похоже, ее забавляет эта ситуация. Что ж, посмотрим, насколько весело ей будет, когда я отплачу Бритни ее же монетой.

– Бритни права, Стив. Мы просто играем, – примирительно говорю я, стараясь, чтобы мой голос не выдал истинных намерений. – И раз уж это всего лишь игра, почему бы нам не продолжить прямо сейчас?

Стив поворачивается в мою сторону, и я вижу в его глазах миллион невысказанных вопросов.

Ты получишь на них ответы, приятель. Всему свое время.

– Я не думаю, что это хорошая идея, Эвелин, – протестует Майкл, но я продолжаю настаивать на своем:

– Да ладно вам. Я уверена, у каждого из нас есть еще море секретов, и другим наверняка не терпится их узнать.

Стив отрицательно качает головой.

– Я не хочу ничего знать.

– Ты хочешь, – уверяю я, после чего перевожу взгляд на встревоженного Майкла и перепуганную Айрис. – И вы тоже хотите.

– Хватит с меня на сегодня, – категорично заявляет Майкл, проводя ладонью по лицу.

– Итак, кто следующий? – с энтузиазмом спрашиваю я, пропустив его слова мимо ушей.

– Эвелин, не нужно, – пробует достучаться до меня Айрис, но я настроена слишком решительно, чтобы отступать сейчас.

– Я, кстати, до сих пор не задала ни одного вопроса, – напоминаю я. – Никто же не против, если…

– Крути бутылку, – перебивает Бритни. – Когда очередь дойдет до тебя, тогда и задашь.

Я смотрю на бывшую подругу, которая, кажется, всеми силами пытается оттянуть момент, который неизбежно наступит, и не могу сдержать улыбку. Бритни из последних сил пытается сохранить самообладание, но по ее бледнеющему лицу видно, насколько сильно она встревожена моим внезапным желанием продолжить игру. Ее самоуверенность куда-то испарилась, оставив лишь страх перед тем, что может выплыть наружу. 

– К черту бутылку, – заявляю я, решив не заморачиваться с правилами. – Думаю, один раз можно обойтись без формальностей.

– Нельзя, – отчеканивает Бритни, и тут происходит то, чего я никак не ожидала.

– Хватит уже, Бритни! – вмешивается Майкл, в его голосе звучит раздражение. – Пусть Эвелин задаст свой первый и последний вопрос, и на этом закончим эту дурацкую игру.

Его слова дают мне карт-бланш, и, пока Бритни сверлит своего бойфренда гневным взглядом за то, что тот встал на мою сторону, я мысленно прокручиваю в голове все моменты, когда моя подруга показала свои худшие качества и совершила поступки, за которые должно быть стыдно. Можно было бы выбрать любой из них, но мозг решает зацепиться за тот, который еще даже не совершен.

Я медленно обвожу взглядом свою компанию и понимаю, что все взгляды устремлены на меня. Каждый из присутствующих замер в ожидании вопроса, наверняка догадываясь, кому он будет адресован. Стив смотрит на меня с беспокойством, Айрис – с сочувствием, Майкл – с интересом, а Бритни – с напускным безразличием, за которым скрывается нарастающая паника.

– Надеюсь, все помнят, что главное правило игры – честность? – спрашиваю я, не обращаясь ни к кому конкретному. – А то мало ли, вдруг кто-то думает, что может безнаказанно копаться в прошлом других людей, но при этом скрывать собственные пороки.

Наслаждаясь воцарившейся тишиной, я тянусь за бокалом, поочередно задерживая взгляд на друзьях и на тех, кто уже давно ими не является. Знаю: еще не поздно остановиться, вот только стоит ли упускать шанс вывести на чистую воду человека, который зашел слишком далеко, чтобы надеяться на снисхождение? 

Так выглядит не месть. Так зарождается справедливость, и сегодня я сделаю все, чтобы она восторжествовала.

Ты очень хорошо развлеклась сегодня за счет других, Бритни, но так ли весело тебе будет через несколько секунд, когда я поставлю решающую точку в твоей же игре?

Эта девушка за один вечер осмелилась покопаться в чужом прошлом, разбередить старые раны и унизить тех, кто этого не заслуживал. А еще ей хватило смелости самостоятельно принять решение, касающееся двоих, но так и не сказать о нем тому, кто заслуживал знать правду. Что ж, в таком случае я сделаю это за нее. 

– Я никогда не начинала отношения с парнем, заранее зная, что в скором времени навсегда уеду в Нью-Йорк, чтобы начать жизнь с чистого листа.